Нить времени

— Я боюсь, что однажды причиню кому-то вред, — признался он.

Джесс не отшатнулась. Вместо этого она положила руку ему на колено (чуть ниже, чем положено по этикету, но ей было не до этикета):

— Ты не монстр, Римус. Ты — наш друг. И я никому не расскажу.

Римус сжал её пальцы и впервые за долгое время улыбнулся без напряжения.

— Спасибо, — прошептал он. — Это много значит.

Тишина повисла на пару секунд, а потом Джеймс хлопнул в ладоши:

— Ну вот. Теперь у нас есть одна большая страшная тайна. Как у нормальной банды мародёров.

Питер тихо добавил:

— И один человек, который знает, что Римус — оборотень.

— Два, — вдруг сказала Джесс. И все посмотрели на неё.

Она глубоко вздохнула, будто собиралась прыгнуть с метлы без страховки.

— У меня тоже есть секрет, — тихо произнесла она. — И он… ещё страннее.

Лили нахмурилась:

— Страннее оборотня? Это как? Ты умеешь дышать под водой? Или ты на самом деле тролль?

— Хуже, — пошутила Джесс, чтобы немного разрядить обстановку. — Я из будущего. Из 2026 года.

На секунду в комнате стало так тихо, что было слышно, как потрескивает огонь в камине. Потом Сириус расхохотался:

— Ха! Отличная шутка. Прямо в стиле мародёров.

Но по лицам друзей Джесс видела, что они не уверены, шутка это или нет.

— Я серьёзно, — сказала она, глядя каждому в глаза. — Я не знаю, как сюда попала. Но я помню, что будет. Немного. Не всё. И я не хочу, чтобы вы смотрели на меня как на инопланетянку.

Джеймс медленно опустил кружку с тыквенным соком:

— То есть… ты знаешь, что со мной будет?

— Немного, — кивнула Джесс. — Но я не буду этого рассказывать. Не хочу менять будущее. Просто… если вдруг станет совсем плохо, я могу сказать кому-то пару слов. Но только по чуть-чуть. И только если это не сломает всё остальное.

Лили взяла её за руку:

— Если это правда… мы не отвернёмся. Ты наша подруга. Ты мародёрка.

Римус мягко добавил:

— И если ты из будущего, значит, ты видела, что мы справимся. Что мы выживем. Это… даёт надежду.

Джесс почувствовала, как к горлу подступает комок:

— Да. Вы справитесь. Вы все. Но… давайте не будем об этом. Пожалуйста. Я не хочу, чтобы это определяло нас. Хочу просто быть с вами. Здесь и сейчас.

Сириус поднял свою кружку:

— Договорились. Никаких пророчеств. Только приключения, шалости и… ну, может, иногда советы, если уж совсем прижмёт.

Сириус хихикнул:

— Типа: «Джеймс, не делай этого, в будущем тебя засмеют».

— Именно, — улыбнулась Джесс. — Только в крайнем случае.

К концу первого курса Джесс чувствовала, что изменилась. Она больше не была той девочкой из 2026 года, которая боялась заблудиться в коридорах Хогвартса. Теперь она знала каждый потайной ход, могла сварить простейшее зелье без подсказок и летала так, что капитан команды подумывал поставить её в основной состав на следующий год.

Её дружба с Лили, Марлен и Мэри стала крепче, а мародёры — почти семьёй. Даже Снейп, хоть и продолжал бросать на неё косые взгляды, больше не решался на открытые нападки.

Однажды вечером, сидя у камина в гостиной Гриффиндора, Джесс посмотрела на своих друзей и подумала: «Может быть, попасть сюда было не ошибкой. Может быть, это было именно то, что мне нужно».

Лили улыбнулась ей, будто прочитав мысли, и сказала:

— Что, уже скучаешь по дому?

Джесс покачала головой:

— Нет. Мой дом теперь здесь.

Джеймс поднял кружку с тыквенным соком:

— За первый курс! За то, что мы все выжили.

— Особенно от Филча, — добавила Марлен.

— И от Снейпа, — вставила Мэри.

— И от моих попыток трансфигурации, — вздохнул Джеймс.

Все рассмеялись. Римус тихо сказал:

— За друзей. За тех, кто остаётся рядом, даже когда всё сложно.

Джесс подняла свою кружку и улыбнулась:

— За нас. За Гриффиндор. И за то, что впереди ещё столько всего.

А про себя подумала: «И за то, что вы приняли меня, даже когда я рассказала самую странную правду на свете».

И она знала, что это правда.