Нить времени

Первый матч по квиддичу против Слизерина стал для Джесс испытанием не только физическим, но и эмоциональным. Она знала, что на трибунах будут её подруги и мародёры, и это одновременно придавало сил и заставляло нервничать.

Перед взлётом капитан команды подошёл к ней:

— Главное — не думай. Просто действуй.

— Легко сказать, — пробормотала Джесс. — У меня в голове сейчас тысяча мыслей. И все они кричат.

Когда она взлетела, всё лишнее исчезло: только ветер, мяч, соперники и чёткие команды капитана. Как загонщик, её задача была проста, но опасна: отбивать бладжеры и не давать им попасть в своих игроков.

Первый бладжер пролетел в сантиметре от её головы — Джесс едва успела увернуться.

— Близко, — выдохнула она. — Слишком близко.

Второй она отбила битой так, что он улетел прямо в сторону слизеринского загонщика, заставив того резко вильнуть в сторону.

Трибуны взревели. Лили кричала громче всех:

— Давай, Джесс! Ты лучшая!

Марлен размахивала шарфом так, будто пыталась подать сигнал самолёту, а Джеймс подбадривающе свистнул. Даже Римус, который обычно не любил шум, хлопал в ладоши.

Матч закончился победой Гриффиндора. Джесс приземлилась, чувствуя, как дрожат ноги, но на лице была широкая улыбка.

— Ты была невероятна, — сказала Лили, обнимая её.

— Я думала, что умру от страха, — призналась Джесс. — Но оказалось, что я просто очень злая на бладжеры.

Мэри рассмеялась:

— Вот это мотивация. «Я ненавижу эти мячи, поэтому буду их бить».

— Именно, — кивнула Джесс. — Простая и эффективная стратегия.

В тот момент она поняла: Хогвартс — это не просто школа. Это место, где она наконец-то чувствовала себя на своём месте.

После матча отношения Джесс с мародёрами стали ещё ближе. Теперь она была не просто «подругой Лили», а полноправной частью их компании — настоящей мародёркой. Они вместе строили планы, вместе попадали в неприятности и вместе из них выбирались.

Но Римус всё ещё оставался для неё загадкой. Иногда он исчезал на несколько дней, а потом возвращался бледный, с тёмными кругами под глазами. Однажды вечером, когда все сидели в укромном уголке гостиной, Римус вдруг тихо сказал:

— У меня есть секрет. Такой, что… если кто-то узнает, меня могут выгнать из Хогвартса.

Джеймс положил руку ему на плечо:

— Мы твои друзья, Римус. Что бы это ни было.

Сириус добавил:

— Ну, если ты вдруг скажешь, что тайно влюблён в МакГонагалл, мы, возможно, будем смеяться, но всё равно останемся с тобой.

Римус слабо улыбнулся, а потом рассказал им правду: про полнолуние, про оборотничество, про то, как друзья помогают ему справляться.