Татарин || Турбо

Полгода.

Шесть месяцев пролетели так быстро, что я сама не заметила, когда перестала считать дни.

Когда-то я царапала ногтем маленькие полоски на стене возле своей койки. Каждое утро добавляла новую. Мне казалось, что так время будет идти быстрее.

Не шло.

Я просто поняла, что больше не хочу этим заниматься.

Какая разница, сколько прошло?

Год.
Полтора.
Два.

За решёткой время не имеет никакого значения.
Каждый новый день похож на предыдущий настолько, что иногда просыпаешься и не можешь понять, это сегодня или вчера.

Подъём.
Проверка.
Завтрак.
Работа.
Обед.
Снова работа.
Ужин.
Отбой.
И всё по кругу.

За это время многое изменилось.
Вернее... изменились мы.

Если раньше мы просто жили в одной камере, то теперь были настоящей компанией.

Шторм.
Хорёк.
Змей.
И я.

Наверное, впервые после смерти отца я снова чувствовала себя частью чего-то.

Хорёк так и остался главным идиотом нашей компании.

Он умудрялся шутить абсолютно в любой ситуации.
Даже тогда, когда смеяться совершенно не хотелось.

— Сань, — однажды серьёзно спросил он за завтраком.

— М?

— Как думаешь... если курицу кормить лапшой, она станет дошираком?

Я медленно подняла голову.

— Ты больной?

— Нет, мне реально интересно.

Шторм тяжело выдохнул.

— Хорёк...

— Что?

— Просто молчи.

— Почему?

— Потому что иногда мне кажется, что Бог создавал тебя в плохом настроении.

Я не выдержала и усмехнулась.
Хорёк довольно ткнул пальцем в Шторма.

— Видел? Она улыбнулась.

— Это не благодаря тебе.

— Благодаря.

— Нет.

— Да.

Змей молча пил чай, наблюдая за нашей перепалкой.
Потом спокойно сказал:

— Иногда мне кажется, что вас двоих специально посадили в одну камеру.

— Почему? — спросила я.

— Чтобы нормальные люди не страдали.

Я тихо рассмеялась.
Хорёк театрально схватился за сердце.

— Предатели...

— Заслужил, — коротко ответил Шторм.

После работы мы часто собирались возле прогулочного дворика.

Разговаривали.
Курили.
Иногда просто молчали.
Мне нравилось молчать именно с ними.

Не было необходимости постоянно что-то говорить.
Каждый понимал другого без слов.
Однажды вечером Змей неожиданно спросил:

— Сань...

— Что?

— Ты всё ещё винишь себя?

Я посмотрела на него.
Он прекрасно понимал, о чём говорит.

Об отце. Я долго молчала.

— Каждый день.

— Хотя понимаешь, что не виновата?

Я усмехнулась.

— Головой понимаю.

— А сердцем?

— Нет.

Змей медленно кивнул.

— Это пройдёт.

— Не пройдёт.

— Почему?

Я отвела взгляд.

— Потому что я до сих пор слышу тот звук ножа.

После этих слов никто ничего не сказал.

Со временем многие начали обходить нас стороной.
Не потому, что боялись.

Просто знали — если кто-то полезет к одному из нас, разговаривать придётся сразу со всеми.
И это устраивало абсолютно каждого.
Но однажды спокойствие закончилось.

Обед.

Столовая, как всегда, гудела. Кто-то спорил. Кто-то смеялся. Кто-то ел молча.

Мы сидели за своим привычным столом.
Хорёк безуспешно пытался убедить Шторма, что местная каша стала вкуснее.

— Я тебе отвечаю.

— Нет.

— Да.

— Хорёк.

— Что?

— Она не могла стать вкуснее.

— Почему?

— Потому что это невозможно.

— А вдруг повар влюбился?

Я закатила глаза.

— Лучше бы он научился готовить.

— Вот! — поддержал меня Змей.

— Предатели...

Мы одновременно усмехнулись.
Именно в этот момент возле нашего стола остановились три девушки.

Стало тихо.

Я продолжила спокойно есть, даже не подняв головы.
Первой заговорила высокая блондинка.

— Так это ты?

Я медленно подняла взгляд.
Передо мной стояла девушка лет восемнадцати.

Крашеные почти белые волосы, яркий макияж, самоуверенная ухмылка.
По бокам от неё стояли ещё две.

Одна — темноволосая, спортивного телосложения.
Вторая — рыжая, с короткой стрижкой.

Все трое смотрели на меня так, словно уже победили.

— Чего надо? — спокойно спросила я.

Блондинка усмехнулась.

— Поздороваться пришли.

— Поздоровались?

Она явно не ожидала такого равнодушия.

— Смелая, значит?

— Бывает.

Она скрестила руки.

— Я Даша.

Я молча смотрела на неё.
Она кивнула в сторону подруг.

— Это Настя.

Темноволосая коротко кивнула.

— Катя.

Рыжая даже не улыбнулась.
Я сделала ещё один глоток чая.

— Дальше.

Даша наклонилась ко мне.

— Говорят, ты здесь слишком дерзкая.

— Кто говорит?

— Люди.

— Пусть продолжают.

Позади меня послышался тихий смешок.
Я даже не обернулась.
И без того знала, что Хорёк уже с трудом держится.
Даша слегка повысила голос.

— Ты вообще понимаешь, с кем разговариваешь?

Я спокойно поставила кружку на стол.

— Нет.

— Мы здесь не последние люди.

— Поздравляю.

Она нахмурилась.

— Не поняла?

Я внимательно посмотрела сначала на неё, потом на двух её подружек.
После чего совершенно спокойно спросила:

— Девочки...

Все трое замолчали.

— Вам сколько лет?

Даша растерянно моргнула.

— восемнадцать.

Я посмотрела на Настю.

— А тебе?

— Восемнадцать.

Потом перевела взгляд на Катю.

— восемнадцать.

Я медленно кивнула.

— Малолетки.

За моей спиной кто-то громко фыркнул.
Через секунду раздался смех. Хорёк уже практически лежал на столе. Шторм закрыл лицо ладонью. Даже Змей отвернулся, пытаясь скрыть улыбку.
Лицо Даши моментально покраснело.

— Ты кого малолеткой назвала?!

— Вас.

— Да ты...

— Что я?

Она явно не находила слов.
Я тяжело вздохнула.

— Вы подошли ко мне сами.

— И что?

— Значит, сами и слушайте.

Настя сделала шаг вперёд.

— Ты вообще кто такая?

Я спокойно посмотрела ей прямо в глаза.

— А я обязана перед вами отчитываться?

Все трое переглянулись. Такого ответа они явно не ожидали. В столовой стало подозрительно тихо.
Даже за соседними столами начали прислушиваться.

Я лениво откинулась на спинку стула.

— Закончили?

Никто не ответил.

— Тогда...

Я махнула рукой в сторону двери.

— Съебались отсюда.

Катя нервно посмотрела на Дашу. Та стиснула зубы.

— Мы ещё поговорим.

Я усмехнулась.

— Конечно.

— Не боишься?

— Нет.

Она ещё несколько секунд смотрела на меня.
Потом резко развернулась.
Все трое ушли.

Стоило двери закрыться, как за нашим столом раздался взрыв смеха.

Хорёк буквально сполз со скамейки.

— Господи... — сквозь смех выдавил он. — Ты... ты их просто уничтожила...

Шторм уже смеялся в открытую. Даже Змей качал головой, тихо посмеиваясь.
Я повернулась к ним.

— Вы идиоты?

— Нет... — сквозь смех ответил Хорёк. — Но выражение лица этой Даши...

Он снова расхохотался.

— Я думал, она тебя сейчас ударит.

— Я тоже, — признался Шторм.

— А она зависла.

— Потому что думала, что ответить, — спокойно сказала я.

— И не придумала, — усмехнулся Змей.

Я тяжело выдохнула.

— Клоуны...

— Зато весёлые, — довольно заявил Хорёк.

Я закатила глаза.

— Иногда я жалею, что познакомилась с вами.

— Врёшь.

— Вру.

— Вот видишь.

Я лишь покачала головой, взяла сигареты со стола и поднялась.

— Ты куда? — спросил Змей.

— Покурю.

— Мы сейчас подойдём.

— Не надо.

Мне хотелось немного побыть одной.

Хотя бы пять минут.

На улице было прохладно.
Я достала из кармана последнюю сигарету и медленно прикурила. Никотин давно стал моей вредной привычкой. Единственной, что хоть немного успокаивала мысли.

— Не думал, что ты куришь.

Мужской голос прозвучал совсем рядом.

Я повернула голову.

Рядом стоял высокий темноволосый парень лет двадцати пяти. Спокойный взгляд, лёгкая щетина и едва заметная улыбка. Он выглядел уверенным, но без лишнего пафоса.

— Теперь знаешь, — спокойно ответила я.

Он усмехнулся.

— Суровая.

— Какая есть.

Несколько секунд мы молчали. Он достал сигарету.

— Огонька не найдётся?

Я молча протянула зажигалку.

— Спасибо.

Он прикурил и вернул её обратно.

— Я Раджа.

Он протянул руку.
Я посмотрела сначала на неё, потом ему в глаза.
Здесь почти у каждого было погоняло.

Шторм.
Хорёк.
Змей.

Теперь ещё и Раджа. Я пожала ему руку.

— Татарин.

Он застыл.

— Татарин?..

Я спокойно кивнула.

— Да.

Он несколько секунд молча смотрел на меня.

— Подожди... Ты дочь того самого Татара?

— Да.

Раджа тихо присвистнул.

— Однако...

— Что?

— Просто о твоём отце многие слышали.

Я отвела взгляд.
Каждый раз, когда вспоминали отца, внутри что-то неприятно сжималось.

— Не люблю говорить о нём.

Он понимающе кивнул.

— Не буду лезть.

Несколько секунд мы снова молча курили.
Потом он выбросил окурок.

— Ладно. Рад знакомству, Татарин.

— Взаимно.

Он спокойно ушёл, а я ещё несколько секунд смотрела ему вслед. Странный человек.
Но почему-то он не вызывал никакого недоверия.

Когда я вернулась в столовую, ребята всё ещё сидели за нашим столом.
Хорёк, увидев меня, сразу расплылся в ехидной улыбке.

— О-о-о...

Я уже знала этот взгляд.

— Что?

— Ничего...

— Хорёк.

— Совсем ничего.

Шторм усмехнулся.

— Не тяни.

Хорёк театрально кашлянул.

— Ну что, Санёк...

Он хитро прищурился.

— Уже успела с кем-нибудь познакомиться?

Я молча посмотрела на него.
Потом подошла ближе и несильно толкнула его в плечо.

— Дебил.

— Значит, познакомилась!

— Тебе делать нечего?

— Есть.

— Тогда займись.

Змей тихо рассмеялся.

— Она тебя сейчас прибьёт.

— Не прибьёт.

— Почему?

— Любит.

Я молча отвесила ему лёгкий подзатыльник.

— Ай!

— Заслужил.

Шторм покачал головой.

— Когда-нибудь ты договоришься.

— Но не сегодня.

— Очень самоуверенно.

— Я вообще красавчик.

— Особенно когда молчишь, — добавил Змей.

За столом снова раздался смех.
Я только закатила глаза.
Иногда мне казалось, что взрослые мужики ведут себя хуже детей.

Через несколько минут мы начали расходиться. Мне нужно было вернуться в цех. Шторм и Змей ещё о чём-то разговаривали. Хорёк доедал хлеб.

В этот момент к их столу почти бегом подскочил невысокий худощавый парень. На вид лет девятнадцать.

Все знали его как Пыжа.

Сидел он за какую-то мелкую кражу и всегда первым разносил любые слухи по колонии.
Он нервно оглянулся по сторонам.

— Слышали?!

Хорёк поднял голову.

— Что опять случилось?

— У нас, оказывается, Татарин сидит!

Шторм непонимающе нахмурился.

— В смысле?

— Да вся столовая уже только об этом и говорит!

— Откуда информация? — спокойно спросил Змей.

— Да Раджа сам сказал кому-то! А тот ещё кому-то! Теперь уже ползоны знает!

Пыж говорил так быстро, что едва успевал дышать.

— Говорят, она дочь самого Татара!

Он округлил глаза.

— Прикиньте?!

Хорёк переглянулся со Штормом.

— И что?

— Как что?!

Пыж развёл руками.

— Это же... Татар!

— Ещё что-нибудь?

— Нет...

— Тогда иди.

Парень кивнул и почти бегом умчался дальше разносить свежую новость. За столом повисла тишина.

Хорёк первым нарушил её.

— Быстро слухи расходятся.

— Даже слишком, — спокойно ответил Змей.

Шторм посмотрел в сторону двери, за которой несколько минут назад скрылась я.

Потом усмехнулся и тихо произнёс:

— Ну Саня даёт... — потом замолчал будто обдумывал — Даже не верится...

— Что именно? — спросил Хорёк.

— Всего два года прошло.

Змей усмехнулся.

— А ощущение, будто она здесь уже всю жизнь.

Несколько секунд они молчали.
Потом Шторм тихо произнёс:

— Что-то мне подсказывает... через пару лет о Татарине будет говорить уже вся колония.

Змей кивнул.

— Не потому, что она дочь своего отца.

Он посмотрел в сторону двери, за которой скрылась Саня.

— А потому, что сама станет человеком, которого здесь будут бояться и уважать.

Никто из них тогда ещё не знал, насколько эти слова окажутся правдой.

Впереди у меня оставалось ещё шесть долгих лет. И именно за это время имя Татарин перестанет быть просто фамилией моего отца. Оно станет именем, которое будет знать каждый в этой тюрьме. И однажды одного моего взгляда окажется достаточно, чтобы в коридорах наступала тишина.

Новая глава!
Как вам?
Ставим Звездочки!
Тт: tyyrkina
Тгк: Tyrkina_a