~Реакция Гарри Поттера на Т/И.М~

P

.S: В реакции отсутствуют слизеринцы и профессора.
Причина: реакция змей и профессоров естественна и предсказуемая.
1. Либо безразличие.
2. Либо отвращение.
3. Либо не понимание.

Прости если не получилось выполнить твоё пожелание о связи с прошлой реакцией!

Примечание:
- текст: диолог.
«текст»: мысли.

Гарри Поттер:
Конец мая на пятом курсе выдался удушающим. Готовиться к С.О.В в гостиной Гриффиндора, где Рон постоянно стонал над свитками по прорицаниям, а Гермиона заваливала всех стопками книг, было невыносимо. Поэтому Гарри всё чаще сбегал в библиотеку или в пустые коридоры, чтобы просто побыть в тишине.
Именно там он снова пересекся с Винтером Акионом.
Они не были друзьями - так, пересекались пару раз на общих уроках со Слизерином да кивали друг другу при встрече. Из-за его необычной внешности, белых, словно первый снег, волос и бледности, Винтера было трудно не заметить.

Гарри присел за соседний стол в дальнем углу библиотеки, надеясь полистать учебник по Защите от тёмных искусств. Но его внимание привлекло то, чем занимался Акион. Перед парнем лежала раскрытая книга, совершенно не похожая на тяжелые магические фолианты. На обложке красовался минималистичный рисунок планет и далеких звезд, а мелкий шрифт и качественная белая бумага сразу выдавали ее магловское происхождение.

Винтер читал спокойно и не обращая на шум в коридорах. Он перелистывал страницу за страницей, изредка делая пометки карандашом в потрепанном блокноте. На полях блокнота Гарри успел разглядеть сложные схемы, формулы и зарисовки созвездий, сделанные четким, аккуратным почерком.

В этот момент к столу Винтера подошел Колин Криви, который, сияя от радости, протянул ему плитку шоколадных лягушек и запасных перьев для письма.
- Привет, Винтер! Ты просил принести перья и смотри, что я ещё тебе принёс!
Акион оторвал взгляд от книги. Его светлые глаза на миг сфокусировались на сладостях, после чего он вежливо, но прохладно улыбнулся.
- Спасибо, Колин. Но шоколад оставь себе, я не особо люблю сладкое. Возьму только перья.
Колин удивленно моргнул, забрал лягушек и убежал. Винтер лишь спокойно вернулся к своей магловской книге о космосе.
Гарри, наблюдавший за этой сценой, почувствовал странный укол узнавания и одновременно удивления.

Гарри сам вырос среди маглов, но Дурсли никогда не позволяли ему интересоваться наукой или читать что-то сложнее школьных учебников Дадли. Видеть, как маглорожденный парень открыто изучает астрофизику или магловскую литературу прямо в сердце Хогвартса, под носом у Амбридж, казалось Гарри актом тихого, но крутого бунтарства.
Для Гарри, который в детстве недоедал, сладости из "Сладкого королевства" казались верхом блаженства. То, что кто-то может добровольно отказаться от шоколада в пользу обычных книг про космос, искренне его поразило. «Странный он. Но... По-хорошему странный», - подумал Поттер.
Но в то же время в этом замке, где все были помешаны на чистоте крови, министерских проверках и древних заклинаниях, Винтер выглядел глотком свежего воздуха. Он не пытался казаться чистокровным магом. Он гордился тем, что знал о звездах с точки зрения науки, а не только из карт профессора.

Гермиона Грейнджер:
Конец пятого курса давил на Гермиону сильнее, чем на кого-либо другого. Она буквально жила в библиотеке, окруженная горами пергаментов, и её раздражал любой, кто тратил драгоценное время на пустяки.
В один из таких душных майских вечеров её внимание привлек Винтер Акион. Они не были друзьями - так, пара вежливых кивков на совместных уроках по Древним рунам. Гермиону всегда немного восхищала его отстраненная, "космическая" внешность, которая так контрастировала с шумными коридорами Хогвартса, их детское соперничество давно прекратилось.

Винтер сидел у окна, залитого предзакатным солнцем. Перед ним лежала толстая книга в твердом переплете, разительно отличающаяся от магических фолиантов. Гермиона прищурилась и едва не выронила свое перо, узнав строгий магловский шрифт на обложке: это был серьезный научный труд по теоретической астрофизике и квантовой механике, явно привезенный из обычного мира.
Рядом с Акионом на столе лежала нетронутая коробка лакричных палочек, которую ему, судя по всему, кто-то оставил. Винтер даже не взглянул на неё. Он был полностью поглощен чтением, изредка делая пометки карандашом в блокноте и тихо шепча себе под нос что-то о "горизонте событий" и "эволюции звезд".
Когда мимо проходил Парвати с пакетом сахарных перьев и предложила ему угоститься, Винтер лишь покачал головой, мягко улыбнувшись ответив.

- Спасибо, я равнодушен к сладкому. Лучше оставь себе.
Гермиона замерла. Внутри неё вспыхнул целый фейерверк эмоций.

Гермиона едва сдержала победный возглас. Наконец-то! Хоть кто-то в этом замке понимает, что магия - это не предел познания вселенной! Она всегда втайне сокрушалась, что волшебники полностью игнорируют магловскую науку, считая её "примитивной". Видеть, как парень её возраста добровольно изучает космос с точки зрения физики, а не просто зубрит скучные астрономические карты профессора Синистры, было для неё чистым блаженством.

Отказ Винтера от сладостей поднял его в глазах Гермионы на недосягаемую высоту. Пока Рон и Гарри набивали карманы шоколадными лягушками, чтобы справиться со стрессом перед С.О.В, этот парень питал свой мозг чистой наукой.

Гермионе стоило огромных усилий не сорваться с места, не подсесть к нему и не начать бурные дебаты о теории относительности или магловской художественной литературе. Ей отчаянно не хватало человека, с которым можно было бы поговорить на "их" языке - языке маглорожденных, знающих о существовании компьютеров, космонавтики и ДНК.

Она сделала глубокий вдох и заставила себя вернуться к своим свиткам по Нумерологии. Но в её голове уже созрел четкий план: как только С.О.В останутся позади, она обязательно найдет предлог, чтобы столкнуться с Винтером в коридоре и спросить его мнение о последней прочитанной им научной статье.

Рон Уизли:
Конец мая на пятом курсе для Рона был похож на личный ад. Подготовка к С.О.В вытягивала из него все силы, Гермиона без умолку твердила о провале, а единственным легальным способом не сойти с ума оставались контрабандные сладости от Фреда и Джорджа. Рон был уверен, что перед лицом экзаменов все студенты равны в своем желании забиться в угол и наесться сахарных перьев.
Но Винтер Акион, похоже, жил в какой-то своей, совершенно иной вселенной.

Рон и Винтер едва знали друг друга. Пару раз сталкивались на совместных уроках, где Акион работал молча и аккуратно, раздражая Рона своей идеальной мантией, на которую каким-то чудом никогда не попадала грязь или пыль. Уизли считал парня странным: слишком бледный, слишком тихий и выглядит так, будто его только что нарисовали на дорогом холсте и по мнению самого Рона Винтер был наглым.

В тот вечер Рон сидел в Большом зале, уныло ковыряя вилкой остывающий ужин и пытаясь запомнить фазы луны для астрономии. Неподалеку, за столом своего факультета, сидел Винтер. Перед ним стоял кубок с простой водой, а в руках была раскрыта толстенная магловская книга с какими-то чертежами металлических конструкций и подписью: "Ракетостроение и освоение космического пространства".

Мимо парня проходил Симус Финниган, который, заметив унылый вид Акиона, щедро швырнул ему на стол пару лакричных червей и шоколадную лягушку.
- Держи, приятель, подзаряди мозги перед С.О.В!
Рон аж приоткрыл рот, завистливо провожая взглядом шоколад. Но то, что произошло дальше, заставило Уизли усомниться в психическом здоровье Акиона. Винтер даже не прикоснулся к сладостям. Он аккуратно отодвинул их на край стола кончиками пальцев, перелистнул страницу и негромко сказал.
- Спасибо, Симус, но я не ем сладкое. Забирай. От сахара только голова тяжелеет, а мне нужно дочитать главу.
Рон едва не подавился собственной тыквенной запеканкой.

Отказаться от бесплатного шоколада? Добровольно? В разгар С.О.В?! Рон переглянулся с Гарри, округлив глаза так, словно Винтер только что признался в любви к Волан-де-Морту.
«Он что, сумасшедший?» - прошептал Рон. - «Да за шоколадную лягушку сейчас половина Гриффиндора душу продаст, а он её двигает, как будто это дохлая флоббер-червь!»

Когда Гермиона, сидевшая рядом, восторженно зашипела, что Винтер изучает "настоящую науку о космосе и полетах без магии", Рон окончательно потерялся. Полеты в космос? На огромных железных банках? Без единого заклинания? Для мага, чей отец коллекционировал магловские штучки, это звучало как абсолютный абсурд.
- То есть, вместо того чтобы учить нормальные заклинания, он читает, как маглы взрывают железяки, чтобы долететь до луны? И ради этого бросил шоколад?
Рон покрутил пальцем у виска. Для Рона Уизли Винтер Акион официально перешел в категорию "не от мира сего". Рон решил, что парень, конечно, безобидный, но общаться с кем-то, кто предпочитает формулы конфетам, выше его сил. «Гермиона в штанах, честное слово, только еще и безразличная к еде», - мысленно резюмировал Рон, поспешно забирая себе оставленную кем-то на столе ватрушку.

Фред и Джордж Уизли:
Конец мая для близнецов Уизли был временем триумфа и грандиозного финала. Они уже практически мыслями были вне Хогвартса, активно тестировали свою "Забастовочную забавку" и распродавали остатки сладостей изголодавшимся по эндорфинам студентам перед Т.Р.И.Т.О.Н.О.М.

Винтера Акиона они знали исключительно со слов младшего брата и своего мнения как "того бледного парня с пятого курса, который выглядит так, словно сбежал из магловского модного журнала". Пару раз близнецы пытались всучить ему свои экспериментальные канареечные помадки в коридоре, но Винтер всегда мягко, но непоколебимо отказывался.

В тот день Фред и Джордж сидели на подоконнике в одном из полупустых коридоров, подсчитывая выручку и лениво наблюдая за Акионом. Парень расположился на скамейке у окна. Рядом с ним на подоконнике лежала раскрытая коробка засахаренных ананасов - чей-то чужой подарок, к которому он даже не прикоснулся. Зато в руках Винтер держал увесистый магловский учебник по аэродинамике и реактивному движению, испещренный схемами сопел, ракетных ступеней и графиками скоростей.
- Эй, Джордж.
Толкнул брата локтем Фред, привлекая внимания брата-близница к своей персоне .
- Посмотри на Акиона. Чувак сидит на золотой жиле из сахара и игнорирует её ради книжки с какими-то... Трубами?
- Вижу, Фредди.
Ухмыльнулся Джордж.
- Это же магловские штуковины. Похоже на чертежи пушек, которыми маглы стреляют друг в друга. Или в небо.
Близнецы переглянулись, и в их головах синхронно зажглась идея.
Они спрыгнули с подоконника и вальяжной походкой направились к пятикурснику.
- Привет, Акион!
Хором выдали они, нависая над парнем.
- Мы заметили, что твои ананасы грустят.
Начал Фред, указав на нетронутую коробку.
- А твои мозги плавятся от магловских картинок.
Подхватил Джордж.
- Не хочешь обменять это сахарное недоразумение на наши новые "Обморочные батончики"? Гарантируем освобождение от Истории магии!
Винтер медленно поднял на них свои светлые, почти прозрачные глаза. На его лице не отразилось ни тени страха перед грозными семикурсниками. Он спокойно закрыл книгу, аккуратно заложив страницу шелковой лентой.
- Забирайте ананасы просто так.
Спокойно ответил Винтер, пододвинув к ним коробку.
- Я не ем сладкое. От него слишком резкий скачок глюкозы в крови, а мне нужна чистая концентрация. А в книге, кстати, не пушки. Это схемы жидкостных ракетных двигателей. Маглы используют их, чтобы преодолеть земное притяжение и выйти на орбиту.
Близнецы на секунду зависли. Фред быстро сцапал коробку с ананасами, а Джордж уставился на чертеж, который Винтер напоследок успел им показать.

Отказаться от сладостей просто потому, что они "влияют на глюкозу"? Для создателей кондитерской империи Уизли это прозвучало как личное оскорбление и одновременно как феноменальная аномалия.
«Этот парень - худший кошмар для нашего бизнеса», - мысленно хмыкнул Фред. - «Ему невозможно продать конфету. Абсолютный иммунитет к сахару. Пугающий человек».
Но вот вторая часть реплики Винтера заставила глаза близнецов хищно блеснуть. Полеты в космос? Преодоление притяжения? На чистой физике и горючем, без капли магии? Это же готовая концепция для их фейерверков "Флибустьер"! Фред и Джордж всегда уважали нестандартное мышление. Идея того, что маглы без палочек умудрились додуматься до взрывающихся металлических капсул, летящих к звездам, привела их в восторг.

Когда Винтер вежливо кивнул им, забрал свой учебник и пошел на следующий урок, близнецы еще долго смотрели ему вслед.
- Знаешь, Джордж, а парень-то с гнильцой... В хорошем смысле.
Протянул Фред, закидывая в рот засахаренный ананас.
- Абсолютно согласен, Фредди. Он не ест конфеты, что делает его занудой, но он читает про взрывы ракет ради развлечения. Нужно будет как-нибудь подкинуть ему чертежи наших пороховых петард. Интересно, что его магловская наука скажет на наши чары перманентного горения?

Близнецы решили, что Винтер Акион - крайне полезный субъект, пускай и со странностями. И его определенно стоит держать в поле зрения, если им когда-нибудь понадобятся безумные магловские идеи для большого бабаха.