Обрученная с монстром

В полумраке спальни уже давно стихли последние фразы, и комната погрузилась в глубокую, непривычную тишину. Лишь тихий шорох ночного ветра за окном да редкий треск остывающей мебели нарушали этот покой.

Амели лежала рядом с Джеймсом, укрывшись шелковым одеялом до самых плеч, и задумчиво смотрела в потолок, где причудливо переплетались тени от штор. В её голове по кругу прокручивалось всё, что произошло между ними за эти сумасшедшие дни: ложь, побеги, кровь на свадебной арке и этот неожиданный, выбивающий почву из-под ног поцелуй.

Джеймс лежал на спине. Его грудь всё ещё была туго стянута бинтами, и каждый глубок вдох давался ему с едва заметным напряжением. Одной рукой он прикрывал глаза, а пальцами второй лениво, почти бессознательно перебирал край одеяла.

Со стороны они могли показаться идеальной, обретающей покой парой, которой наконец удалось оставить позади бури и ссоры. Но Амели слишком хорошо знала этот мир. И слишком хорошо знала Джеймса. Это было лишь временное затишье — иллюзия мира перед новым штормом.

Она медленно повернула голову в его сторону, вглядываясь в его строгий, даже во сне напряжённый профиль. Спустя долгое, тяжело повисшее мгновение она тихо, разрезая полумрак, спросила:

— Кстати... ты ведь всё уже решил насчёт завтрашнего вечера, не так ли?

Джеймс неторопливо убрал руку от лица и повернул голову к ней. Его тёмные глаза блеснули в сумерках комнаты.

— Что именно я должен был решить?

— Я спрашиваю, потому что привыкла узнавать о твоих планах последней, — в её голосе проступила тонкая, едва уловимая горчинка. — Когда всё уже подписано, решено и возврату не подлежит.

В его взгляде что-то едва заметно изменилось — залегла суровая, холодная тень. Амели горько и устало усмехнулась.

— Ты всегда находишь для этого красивые фразы. «Чтобы тебе не пришлось беспокоиться». «Чтобы ты была в безопасности». «Я сам всё решу, Амели».

Она приподнялась на локте, опираясь на мягкую подушку, и посмотрела на него сверху вниз. В её темно-голубых глазах вспыхнул огонёк прежнего, нерасстраченного упрямства.

— Ты постоянно повторяешь, что делаешь всё это ради меня. Но иногда мне кажется, Джеймс, что за этой твоей «заботой» скрывается простое нежелание дать мне самой решать собственную судьбу. Ты просто не умеешь делиться властью.

Джеймс слегка нахмурился, и между его бровей пролегла глубокая складка.

— Я не собираюсь позволять тебе ввязываться в вещи, которые гарантированно могут тебе навредить, — отрезал он. — В моём мире ошибки стоят слишком дорого.

— Вот! Опять! — Амели качнула головой, почувствовав, как внутри закипает волна старой обиды. — Ты даже не пытаешься спросить, чего хочу я! Ты просто ставишь меня перед фактом!

— Потому что не всегда твои сиюминутные желания могут быть важнее их последствий, — спокойно, но с железным металлом в голосе парировал Блэквуд.

— А кто дал тебе право решать, что для меня правильно, а что нет?! Кто сделал тебя богом в моей жизни?!

Джеймс ничего не ответил. Он лишь сильнее сжал челюсти, да так, что на его скулах отчетливо заходили желваки.

Амели заметила это движение и прекрасно поняла, что ступила на опасную территорию, задев его глубоко укоренившийся авторитаризм. Но останавливаться она уже не могла и не хотела — слишком долго эти слова копились у неё под рёбрами.

— Ты даже сейчас уходишь от прямого ответа! — наступала она.

— Я не ухожу, Амели.

— Уходишь! Ты делаешь это каждый раз, когда разговор касается твоих теневых дел, твоих людей или того, что ты от меня скрываешь! Ты просто возводишь глухую стену, закрываешься в своём кабинете и решаешь всё единолично! Ты не ищешь партнёра, Джеймс. Ты ищешь послушную тень!

Джеймс медленно, преодолевая боль в раненном боку, сел на кровати и опустил босые ноги на холодный паркет. Несколько секунд он сидел спиной к ней, неподвижно глядя в тёмный угол комнаты. Его широкие плечи были буквально закованные в напряжение.

— Я делаю это, — тихо и выверенно произнёс он, — потому что если я останусь здесь ещё хоть на минуту, мы наговорим друг другу вещей, о которых потом будем жестоко жалеть.

Амели нахмурилась, чувствуя, как между ними снова разверзается холодная пропасть.

— Джеймс...

Мужчина поднялся, не глядя на неё, подхватил со стула лёгкую рубашку, накинул её на плечи и молча направился к выходу.

— Спокойной ночи, Амели.

— Ты серьёзно сейчас уйдёшь?! — её голос сорвался на выкрик.

Он остановился у самого дверного проёма, но так и не обернулся.

— Да. Серьёзно.

— Мы только что говорили с тобой о том, что между нами должно быть хоть немного доверия! Мы искренне пытались услышать друг друга! И при первой же ссоре ты снова просто сбегаешь!

Джеймс медленно повернул голову через плечо. В его тёмном взгляде не было вспышек ярости или злости — там плескалась лишь бездонная, выжигающая усталость человека, несущего на себе груз целого мира.

— Я вернусь к этому разговору, Амели. Но только тогда, когда смогу говорить с тобой спокойно. А не спаливать всё вокруг дотла.

Он вышел, и тяжёлая дубовая дверь бесшумно закрылась за его спиной, отсекая его шаги, направленные в сторону кабинета.

——————————

Амели осталась сидеть на кровати, сжимая в пальцах край шелкового одеяла. Ей отчаянно хотелось злиться, разбить пару ваз, крикнуть ему вслед нечто колкое... Но вместо этого грудь сдавила тяжелая, отравляющая пустота. Она понимала его логику: он пытался уберечь их хрупкое перемирие от разрушительной вспышки гнева. Но от осознания этого его холодное, рациональное молчание не становилось менее ранящим.

Прошло около десяти минут. Амели сидела без движения, слушала тишину, как вдруг внизу, на первом этаже, послышался гул подъехавших машин, сдержанные мужские голоса и звук тяжело распахнувшейся парадной двери.

В дом прибыла семья.

Амели сделала глубокий вдох, заставляя себя собраться. Быстро поднявшись, она привела в порядок волосы, поправила одежду, сбрасывая с лица следы недавнего разговора, и медленно спустилась по мраморной лестнице.

В просторном, освещенном хрустальными люстрами холле уже собирались ключевые фигуры клана Блэквудов. Здесь были Изабелла; Генри и Виктория, державшиеся с безупречной светской грацией; а рядом с ними расположились Оливер, Шарлотта и Эдвард.

{* Артур Блэквуд — отец Джеймса(мертв).
* Изабелла Блэквуд — мать Джеймса.
* Генри Блэквуд — брат Артура, дядя Джеймса.
* Виктория Блэквуд — жена Генри.
* Оливер Блэквуд — их сын.дв брат Джеймса
* Шарлотта Блэквуд — сестра Джеймса.
* Эдвард Блэквуд — брат Джеймса.}

Разговоры и сдержанный шум приветствий мгновенно утихли, когда из дверей своего кабинета вышел Джеймс.

Он выглядел абсолютно собранным. Ни единый мускул на его лице не предавал той боли — как физической, от свежей раны, так и душевной, после ссоры в спальне.

Джеймс окинул присутствующих ровным взглядом и произнес своим привычным, бархатным и непроницаемым голосом:

— Добрый вечер.

— Добрый вечер, Джеймс, — отозвались родственники почти в один голос.

Блэквуд неторопливым, уверенным шагом подошёл к Амели. Словно между ними не было тех резких слов и хлопанья дверью всего десять минут назад, он плавно и властно положил широкую ладонь ей на талию, притягивая к своему боку.

Амели чувствовала тепло его пальцев через ткань одежды. Она подняла на него взгляд и, включив годы воспитания в высшем обществе, заставила свои губы расплыться в безупречной, мягкой улыбке.

Со стороны они выглядели как абсолютный монолит. Образцовая пара могущественного клана — красивыми, сплочёнными, недосягаемыми для чужих глаз. Никто из присутствующих в холле даже помыслить не мог, какая буря бушевала между ними за закрытыми дверями.

Пока родственники обменивались сдержанными репликами и снимали верхней одежду, Джеймс чуть наклонился к самому уху Амели. Его дыхание обожгло её кожу.

— Всё в порядке? — едва слышно, одним лишь шепотом спросил он.

Амели не изменилась в лице. Её улыбка осталась такой же идеальной, а взгляд — ровным и спокойным.

— Конечно, — так же тихо ответила она.

Джеймс задержал на ней свой тёмный, пронзительный взор, словно пытался заглянуть в самую душу и прочитать то, что она так тщательно скрывала.

Амели выдержала этот взгляд, не моргнув.

Оба они прекрасно понимали: это была откровенная ложь. Но прямо сейчас они оба были готовы играть свои роли до конца.
  За обеденным столом постепенно установилась атмосфера утончённого, привычного для семьи Блэквуд спокойствия. Первоначальное напряжение, висевшее в воздухе с момента их приезда, мягко рассеялось под тихий звон хрустальных бокалов и серебряных приборов. Разговоры переплетались между собой: Джеймс и Генри обсуждали новости котировок, Изабелла и Виктория тихими голосами делились последними сплетнями высшего света, а младшие Вспоминали давние семейные истории.

Амели сидела по правую руку от Джеймса, умело поддерживая светскую беседу и вовремя улыбаясь. Сам Джеймс выглядел безупречно собранным и спокойным. Глядя на его уверенную осанку и ровный голос, невозможно было даже представить, что всего несколько минут назад в его спальне рушились стены от выплеснутых обид.

Напротив, немного по диагонали от Амели, восседал Оливер.

Поначалу она не обращала на него ни малейшего внимания, полностью погружённая в разговор с Шарлоттой. Девушка с энтузиазмом рассказывала Амели какую-то невероятно забавную историю из их общего с Джеймсом детства, когда тот ещё не носил свой тяжелый статус.

В какой-то момент, сдерживая тихий смех, Амели опустила взгляд на свою тарелку, а затем совершенно случайно подняла глаза — и прямо встретилась взглядом с Оливером.

Он уже смотрел на неё.

Взгляд его не был мельком брошенной вежливостью. В нём читался странный, цепкий интерес. Амели, не придав этому значения, вежливо и слегка отстранённо улыбнулась ему краем губ и тут же повернулась обратно к Шарлотте, подхватывая нить разговора.

Прошло ещё несколько минут. Разговор за столом оживился, кто-то разлил очередное дорогое вино. Амели вновь поддалась инстинктивному чувству чужого присутствия и перевела взгляд.

Оливер снова смотрел на неё.

На этот раз, заметив, что она его поймала, он быстро отвёл глаза в сторону, пригубил виски и сделал максимально увлечённый вид, будто внимательно слушал сухой монолог Генри об инвестициях.

Амели на секунду слегка нахмурилась. «Показалось», — подумала она, поправляя тонкую цепочку на шее.

Однако минут через пять её собственное любопытство взяло верх. Незаметно, из-под опущенных ресниц, она скользнула взглядом по диагонали стола.

Оливер не отвёл глаз.

Он встретил её взгляд совершенно спокойно, выдержав его с легким, почти уловимым вызовом. Уголок его губ медленно приподнялся в едва заметной, двоякой улыбке — словно между ними прямо сейчас, на глазах у всей семьи, существовал некий пикантный секрет, понятный им двоим.

Амели отвела взгляд первой.

По её коже пробежал неловкий мороз. Чтобы скрыть внезапно подступившее замешательство, она аккуратно заправила прядь тёмных волос за ухо и сделала глоток воды. Теперь она была абсолютно уверена: ей не мерещилось. В игре Оливера прослеживался четкий, опасный подтекст.

Джеймс пока ничего не замечал. Он был полностью увлечён разговором с Генри, отвечает на вопросы старших и выглядел глубоко погружённым в семейный совет.

Амели заставила себя сосредоточиться на Шарлотте:

— Так ты действительно однажды спрятала ключи от его машины на целый день? — спросила она, пытаясь заглушить неловкость нормальным разговором.

Шарлотта тихо рассмеялась, прикрывая губы ладонью:

— О нет! Это была идея Эдварда! А я... я просто наотрез отказалась признаваться, где они лежат.

— Я вообще-то всё прекрасно слышу, — негромко, не поворачивая головы, заметил Джеймс, продолжая изучать какие-то документы в руках Генри.

— Значит, с памятью и слухом у тебя всё в порядке, братишка, — отшутилась Шарлотта.

Амели мягко улыбнулась, поддержка их лёгкую словесную дуэль. Но буквально через пару минут Оливер, словно намеренно разрушая эту идиллю, подался чуть вперёд и обратился прямо к ней, перебивая общий шум:

— Амели, — его голос прозвучал с лёгкой хрипотцой. — Я правильно помню из досье... то есть из разговоров, что ты какое-то время жила во Франции?

Разговоры в их части стола слегка затихли. Амели повернула к нему голову, сохраняя безупречную вежливость:

— Да, верно. Жилa какое-то время.

— Хм, странно, что мы ни разу не пересекались там ранее, — Оливер задумчиво крутанул бокал в руке. — Я ведь тоже часто бывал в Париже.

Амели чуть наклонила голову:

— Франция — большая страна, Оливер. Это абсолютно нормально.

Оливер слегка кивнул, но его взгляд задержался на её губах гораздо дольше, чем требовали рамки обычного семейного приличия:

— Наверное... ты права.

И именно в эту долю секунды спокойный ритм за столом рухнул.

Джеймс медленно поднял взгляд от бумаг Генри.

Он не стал устраивать сцен, не сжал кулаки и не повысил голос. Он сначала посмотрел на Амели — ловя то самое лёгкое напряжение, что сковало её плечи, — а затем перевёл свой тёмный, налитый тяжелым свинцом взгляд на Оливера.

Никакой ревности на первый взгляд.

Никакой вспышки гнева.

Лишь ледяной, предельно сосредоточенный взгляд хищника, который неожиданно заметил чужого зверя, зашедшего на его территорию.

Оливер мгновенно ощутил этот давящий, физически ощутимый импульс. Он перевёл взгляд с Амели на Джеймса.

Их глаза встретились.

За столом продолжали говорить о делах, звенели ложки, кто-то смеялся, но на этих несколько секунд между двумя мужчинами образовался вакуум.

Оливер первым едва заметно приподнял бровь, транслируя немое, чуть нагловатое: «Что-то не так, Джеймс?»

Джеймс едва ощутимо сузил глаза. Его ответный, невидимка для окружающих взгляд прорезал воздух: «Я всё вижу.».

Напряжение стало почти осязаемым. Оливер, понимая, с кем имеет дело и насколько опасен может быть раненый глава синдиката, не стал перегибать палку. Он первым плавно отвёл глаза и снова, как ни в чём не бывало, повернулся к Амели:

— И в каком же именно районе ты останавливалась?

Амели ровно ответила ему, так и не осознав, какая молчаливая, опасная дуэль только что произошла у неё за спиной.

Джеймс смотрел на Оливера ещё пару секунд. Затем он медленно повернул голову к Генри и вернулся к прерванному разговору.

Но его рука, лежавшая на талии Амели, чуть заметно сжалась, притягивая девушку ближе к себе. Он продолжал кивать дяде, но больше не слушал его.

Он просто взял ситуацию на учет.

_______

Всем привет! ♡ Я автор истории «Обручённая с монстром» (marleyskott). Решила открыть ТГК, где буду делиться идеями, новостями, датами выхода новых частей и, конечно же, спойлерами.Буду очень рада вашей поддержке! 🤍

Tgk:W/marleyskott