Испугался, Поттер? (Отредактирован.)

Осторожно слеш )))

---

Они изучали тела друг друга медленно — будто обдирали кожу слоями: неторопливые, тягучие поцелуи, и в такт им слетала одежда. Кровать превратилась в свалку. Аккуратно застеленные простыни сбились в липкий ком, подушки полетели на пол. Головная боль нарастала — пульсировала в висках, шрам жёг, комната шла кругом, но Гарри вцепился в Драко мёртвой хваткой, желая только одного: больше. Ещё. И, чёрт возьми, как же ему это нравилось. Он ненавидел себя за это. Ненавидел каждую секунду этого животного удовольствия. Но не мог остановиться.

Драко зашипел, вонзая зубы в шею Гарри — покусывал кожу тяжело, медленно, с такой дьявольской выдержкой, что хотелось взвыть. Гарри чувствовал, как его тело выгибается навстречу этой боли, как его пальцы впиваются в спину Драко, оставляя красные полосы.

— Чёрт, — простонал Гарри, запрокидывая голову, и голос его сорвался на хрип. — Ты сведёшь меня с ума, ублюдок.

— Правда? — Драко усмехнулся, и в его голосе была такая грязная, самодовольная насмешка, что Гарри захотелось либо задушить его, либо трахнуть до потери сознания.

Гарри дёрнул его ближе, хотел впиться в губы, но Драко отстранился, скалясь, прожигая своим самоуверенным взглядом, от которого у Гарри горела каждая клетка. Драко провёл руками по его телу — тонкими пальцами выводил узоры на животе, вдоль рёбер, заставляя кожу покрываться мурашками. Гарри ахнул — щёки залило жаром, когда он рискнул посмотреть вниз, на свои штаны. Член стоял колом, твёрдый, болезненный, готовый взорваться от одного прикосновения.

— Драко... — выдохнул Гарри, сбиваясь, руки потянулись к его плечам, и он чувствовал, как его тело дрожит от этого дикого, неконтролируемого желания. — Я...

— Просто прими это, — перебил Драко, и в его голосе была такая властность, что Гарри почувствовал, как его ярость смешивается с возбуждением.

Гарри перехватило дыхание — глаза распахнулись, а Драко снова взял инициативу в свои руки. Расстегнул пуговицы его брюк — резко, жадно, как орёл, вцепившийся в добычу. Дыхание сбилось, ладони стали мокрыми. При малейшем касании к паху Гарри вздрагивал — позвоночник прожигало потом, а в голове пульсировала одна мысль: «Блядь, блядь, блядь».

— Что ты собираешься делать, сука? — Гарри вцепился ему в спину, оставляя красные полосы ногтями.

— Неопытный, фрукт? — Драко усмехнулся, и в его глазах вспыхнул огонь.

— Ну блин, ты меня винишь? — огрызнулся Гарри, чувствуя, как его лицо горит от стыда и злости.

Драко фыркнул — коротко, с усмешкой — и двинулся вниз, переключая всё внимание на то, что было ниже пояса. Схватил край брюк Гарри и стянул их одним рывком — разговоры закончились. Ему нужны были действия. Так же сильно, как и самому Гарри.

Гарри снова вздрогнул — голова стала тяжёлой и горячей, будто его перевернули вверх ногами и забыли опустить. Хотелось остановить его, перехватить запястья, перехватить контроль — хотя бы потому, что позволять блондину делать всё первому было слишком странно, слишком неправильно. Драко не дал. Удержал, сжал его член сквозь ткань, закусил губу — потянул себя за волосы, прижимая Гарри к матрасу, и тот беспомощно застонал, теряя всякую волю.

— Чёрт, — прошипел Гарри, зажмурился и наощупь зацепился большими пальцами за край штанов Драко. — Неужели мы собираемся это сделать, блядь?

Драко запустил руку ему под трусы — провёл кончиками пальцев там, где раньше никто не смел касаться, — и одновременно впился поцелуем в губы, скользя языком по краю зубов. Гарри больше не мог держаться. Его руки метнулись вперёд — лихорадочно расстегнули пуговицы на брюках Драко, пальцы дрожали, дыхание рвалось. Драко зашипел сквозь зубы — откинул голову Гарри на плечо, когда тот коснулся края его трусов, открывая шею для поцелуя. Гарри не упустил шанса: мышцы заныли, когда он извернулся, впиваясь зубами в плечо Драко, одновременно стягивая с него штаны.

— Ты так хорош, — выдохнул он, заглядывая между их телами — туда, где его собственный член всё ещё томился под тканью трусов, болезненно пульсируя. Голос его был хриплым, почти злым.

Драко вздрогнул. Схватил Гарри за запястье, сжал до хруста, второй рукой придерживая собственные уже спущенные штаны.

— Нет, — прорычал он, натягивая их обратно — рывком, резко. — Моя очередь, Поттер. Ты не будешь мне указывать, что делать. Ты просто лежишь и чувствуешь. Понял, ублюдок?

Гарри уставился на него, чувствуя, как его злость и желание смешиваются в одном диком, неконтролируемом комке. Он хотел заорать, хотел ударить его, но вместо этого он просто откинулся на подушки, сжимая кулаки, и выдохнул сквозь зубы:

— Делай, что хочешь. Но если ты остановишься, я убью тебя нахер.

Драко усмехнулся, и в его усмешке было столько грязи и власти, что Гарри почувствовал, как его тело снова выгибается навстречу. Они оба знали, что эта ночь изменит всё. И им было насрать.