Healer/Целительница

Но боя не было. О'ни исчезли так же внезапно, как и появились — растворились в темноте, оставив после себя только холод.

Девушка обернулась в центр круга. Стайлза не было.

— Куда делся Стайлз? — выпалила она и, не дожидаясь ответа, выбежала из лофта.

— *Отлично, — подумала она, спускаясь по лестнице. — Мало мне было головной боли, теперь ещё и ночные забеги по городу в поисках одержимого друга. Спорт, однако.

Она бегала по ночным улицам, вглядываясь в темноту, стараясь найти друга.

— Стайлз! — кричала девушка в пустоту, крутя головой в разные стороны.

— *Тишина. Только мои крики и эхо. И, возможно, бродячие собаки. Или те, кто примет меня за сумасшедшую.

— Стайлз! — дыхание сперло, ноги уже были ватными, но она продолжала бежать.

— *Я сейчас упаду, — пронеслось в голове. — И буду лежать на асфальте, как звезда. Может, Стайлз тогда вернётся — из любопытства.

— Стайлз! — девушка не унималась, но силы кончились.

Она просто рухнула на колени, сидя на холодном асфальте.

— Ну где же ты? — глаза защипало. Она знатно выдохлась. — Мне... мне надо его найти.

— Нет, — раздался голос — незнакомый, эхом, будто из ниоткуда.

Девушка завертела головой в разные стороны, пытаясь найти источник звука.

— Кто здесь? — она с трудом встала на ноги, пошатываясь.

— Я в твоей голове, Тея-я-я, — её имя произнесли протяжно, словно пропели.

— *О, великолепно. Голоса в голове. Мало мне было титула «Истинный Целитель», теперь ещё и шизофрения в нагрузку. Комплексный подход.

— Что тебе нужно? — она продолжала крутиться, думая, что сможет увидеть кого-то.

— Чтобы ты перестала его искать. Иди домой. Или просто усни тут, посреди улицы.

— Угрожаешь? — со стороны Алтея выглядела как сумасшедшая, разговаривающая сама с собой.

— *А ведь кто-то сейчас смотрит в окно и думает: «Вот ещё одна жертва этого города. Жалко девчонку».

— Предупреждаю, — ответил голос.

Ноги сами повели её в сторону дома. Она хотела сопротивляться, но не могла.

— *Нет, я должна отыскать его! — мысленно крикнула она, но тело не слушалось.

Алтея прикрыла глаза — и открыла их уже в своей комнате.

— Что за хрень творится? — она пнула кровать и следом повалилась на неё.

— *Телепортация? Или я просто отключилась на полпути? Ладно, неважно. Главное, что я дома, а не на асфальте. Хотя там было мягче.

Она уставилась в потолок.

— Ладно, — сказала она себе. — Сказано спать — значит, так и сделаем.

— *Ноги ноют, голова гудит, Стайлз потерялся, а я говорю сама с собой. Стабильность — признак мастерства.

Не успев даже опомниться, девушка выключилась — провалилась в глубокий, тяжёлый сон, без сновидений, без голосов. Только чернота и тишина. Наконец-то.

Открыв глаза, Алтея резко вскочила с кровати, жадно глотая воздух. Она взглянула в окно — солнце садилось, что насторожило её. Взяв телефон с тумбочки, она проверила время.

— Какого черта? — выдохнула она. — Я проспала почти сутки.

На телефоне было куча пропущенных и смс от всех.

— Почему я спала почти сутки? — она вскочила с кровати, запустив пальцы в волосы. — И почему никто не приехал? Не разбудил? Нет, конечно, я же целитель, я могу спать вечно. Это теперь моя суперсила.

Она заходила из стороны в сторону.

— Какого черта со мной творится? — бормотала она, чувствуя, как тревога поднимается внутри. — Сначала я забираю боль Стайлза, потом меня пытают фантомной болью, потом я отключаюсь и просыпаюсь через день. Отличный график. Можно уже записываться на марафон по выживанию.

Стук в дверь прервал её похождения.

— Да, — крикнула Алтея, смотря на открывающуюся дверь.

— Что ты тут забыл, Дерек? — выпалила она, подходя ближе к Хейлу.

Он выглядел бледноватым и уставшим, взгляд был совершенно другим, словно он был сам не свой.

— Ты не спал? Или у тебя тоже какие-то странные способности? — подумала она, но вслух не сказала.

— Я пришёл тебя проведать, — спокойно ответил Хейл, подходя ближе.

Алтея стояла неподвижно, пока Дерек не оказался слишком близко.

— Ну, со мной вроде всё хорошо, — нервно усмехнулась она, смотря на парня. — Я просто проспала сутки. Это теперь моя новая норма. Ты как?

— Это странно, Дерек, — добавила она, разглядывая его лицо. — Ты выглядишь, словно сам не свой. У тебя точно всё нормально?

— Конечно, я буду сам не свой, — ответил он, глядя ей прямо в глаза. — Я переживал за девушку, которая мне нравится.

Сердце Алтеи остановилось. Она раскрыла рот, чтобы что-то сказать, но не могла. Щёки залились румянцем.

— *Что ты сказал? — мысленно переспросила она, чувствуя, как внутри всё переворачивается. — Он переживал за девушку, которая ему нравится? За меня? Дерек Хейл? Серьёзно? *Это не сон? Или я всё ещё сплю?

— Что ты сказал? — прошептала она вслух, с лёгким смущением заглядывая ему в глаза. — Дерек, нельзя рубить правду вот так, прямо в лоб. Это приводит к неловкости, понимаешь? Я только проснулась, у меня голова пухнет, а ты...

Она не успела договорить.

Хейл заткнул её поцелуем. Настойчивым поцелуем.

Алтея опешила.

— *Меня только что поцеловал Дерек Хейл? — пронеслось в голове, пока её тело само поддавалось соблазну. — И я не сплю. И это не галлюцинация. И он не убегает.

Она ответила на поцелуй, позволяя Дереку углубить его. Её руки сами легли ему на затылок, пальцы слегка сжали волосы. Парень взял её за талию — властно, прижимая к себе.

Воздуха стало не хватать. Девушка отстранилась, тяжело дыша. Тревога никуда не делась — она чувствовала, что что-то не так.

Дерек посмотрел на неё... и просто ушёл. Не сказав ни слова.

— Что мать твоя это только что было? — Алтея четко проговаривала каждое слово, делая между ними паузы, и наяривала круги по комнате.

Она остановилась, уперев руки в боки.

— То есть он приходит, говорит, что переживал за девушку, которая ему нравится, целует меня так, что у меня ноги подкосились, а потом просто уходит? Без объяснений? Без «пока»? Без «увидимся»?

Она рухнула на кровать, глядя в потолок.

— Это что, новый способ издевательства? Или он решил, что я недостаточно ошарашена после суточного сна, и добавил драмы? Спасибо, Дерек. Ты просто мастер романтики. Прямо как в плохих фильмах — поцеловал и испарился.

Она закрыла глаза, чувствуя, как губы всё ещё горят.

— Надеюсь, завтра он объяснится. Иначе я сама пойду в лофт и вытрясу из него правду. А заодно и выясню, что с ним происходит. Потому что этот Дерек был... странным. Даже для Дерека.

Алтея вздохнула, перевернулась на бок и уставилась в стену.

— И когда моя жизнь стала похожа на мыльную оперу? — прошептала она. — Ладно, разберёмся. Но сначала — поесть. Потому что я спала сутки, и если я сейчас не съем что-нибудь, то умру раньше, чем Ногицуне меня добьёт.

Алтея побрела на кухню, всё ещё прокручивая в голове поцелуй, уход Дерека и странную тревогу, которая не отпускала. Она села за стол, даже не зажигая свет. В доме было темно, только тусклый свет с улицы пробивался сквозь шторы.

— Ну и вечер, — прошептала она, уставившись в одну точку на стене. — Сначала я просыпаюсь после суточного сна. Потом Дерек заявляет, что я ему нравлюсь, целует и испаряется. А теперь я сижу в темноте и пялюсь в стену, как героиня дешёвого триллера. Класс.

Она сидела очень долго. Минуты тянулись, склеивались в часы. Она не знала, сколько прошло времени — может, полчаса, может, два. Мысли путались.

И вдруг она почувствовала что-то тёплое на верхней губе.

Алтея провела рукой — пальцы стали мокрыми. Кровь. Из носа. Прямо ручьём, сильно, без остановки.

— Вот чёрт, — выдохнула она, зажимая нос салфеткой, которая случайно оказалась на столе. — Снова? Только не сейчас.

Кровь текла, не останавливаясь. Салфетка промокла, она схватила новую. Бесполезно.

— Что за хрень? — пробормотала она, чувствуя, как внутри поднимается паника. — Я же целитель! Я не должна истекать кровью! Это противоречит моей новой должности.

Она попыталась сосредоточиться, представить, как рана затягивается, но ничего не получалось. Кровь капала на стол, на пол, на её футболку.

И тут её глаза начали светиться. Она заметила это по отражению в тёмном окне — лилово-фиолетовое свечение, пульсирующее в такт сердцу.

— О, отлично, — простонала она. — Теперь я ещё и светильник напрокат. Мало мне было крови, так ещё и спецэффекты.

В голове зазвучали голоса. Не её. Чужие, странные, они говорили наперебой, эхом, словно из глубокого колодца.

— Ты должна разобраться в своих способностях...

— Скоро произойдёт что-то страшное...

— Нет времени... Ты должна успеть...

Алтея зажмурилась, сжимая голову свободной рукой.

— *Да что вы все ко мне пристали? — мысленно закричала она. — Я ничего не понимаю! Я не знаю, как пользоваться этим даром! Я только узнала, что я — целитель! Дайте мне инструкцию!

Голоса не унимались, они накладывались друг на друга, становились громче.

— Пожалуйста, — прошептала она вслух. — Хватит. Я и так на пределе.

Кровь из носа постепенно остановилась — то ли сама, то ли сработало исцеление. Свечение в глазах тоже начало угасать. Голоса стихли, оставив после себя только пульсирующую головную боль.

Алтея откинулась на спинку стула, тяжело дыша.

— *«Скоро произойдёт что-то страшное», — повторила она про себя. — Прям новость. А у нас в Бейкон-Хиллс по-другому не бывает. Страшное происходит каждый день. Но раз голоса так настаивают... может, мне действительно стоит заняться своими способностями. Пока не поздно.

Она посмотрела на свои руки, испачканные в крови.

— Сначала вымоюсь. Потом поем. Потом позвоню Дитону. И буду учиться быть целителем. Потому что если я не разберусь в себе, то в следующий раз буду истекать кровью не на кухне, а в каком-нибудь подвале у О'ни.

Алтея встала, пошатываясь, и направилась в ванную, оставляя за собой кровавые следы.

— *А Дереку я скажу, что целоваться в таком состоянии — опасно для здоровья. Моя кровь теперь, кажется, течёт рекой, когда я волнуюсь. Может, он испугается и перестанет меня мучить.

Она включила воду, посмотрела на своё отражение — бледное, с тёмными кругами под глазами, со следами крови на лице.

— Истинный целитель, — усмехнулась она. — Выгляжу как вампир после обеда. Но ничего. Разберусь. Как всегда.

Она умылась, чувствуя, как холодная вода возвращает её к реальности. И внутри, где-то глубоко, росла решимость — разобраться во всём. Пока не случилось то самое «страшное», о котором предупреждали голоса. Пока не стало слишком поздно.