Шаги по Истине

Лоренцо

Я сидел на жестких нарах уже больше двух часов. Запах плесени и чьих-то страхов въелся в кожу. Мысли метались, как загнанные птицы в клетке: Эдуардо... кровь... видео... Каждая деталь, как острый осколок стекла, пронзала мозг. Я не помнил ничего, что могло бы оправдать меня, но я точно знал: я не убивал никого. Да, Эдуардо был подонком, едким, но я никогда не желал ему смерти. Никому не желал. Это не мой стиль. Мой стиль — забивать голы, а не закапывать людей.

Ко мне раз за разом приходили люди. Саймон, бледный как стена, с потухшим взглядом. Мой агент, который твердил что-то о «контроле ущерба» и «плане Б». Даже тренер, синьор Бастиони, с красными от недосыпа глазами, прошептал через прутья, что пока я не выйду, он будет рассказывать журналистам, что мы с Эдуардо заболели гриппом. Его голос дрожал.

В дверном проеме появился Моретти, мой адвокат, в сопровождении Саймона. При виде его отутюженного костюма и напудренного лица меня передернуло. Я вскочил и подбежал к решетке, вцепившись в холодные прутья.

— Ну что? — в моем голосе звенела отчаянная надежда. — Меня выпустят? Они поняли, что это ошибка?

— Не совсем, — тихо ответил Моретти, избегая моего взгляда. Следом за ним, нервно теребя галстук, вошел Саймон.

— Что это значит? — я почувствовал, как нервы натягиваются до предела.

— Лоренцо, улик против вас слишком много, — начал адвокат, его голос звучал так, будто он зачитывал список смертных грехов. — Я... я не смогу вас оправдать.

Я ухмыльнулся, но в моей улыбке не было ни капли веселья.
— Что вы несете? Разве это не ваша чертова работа? Оправдывать клиентов, а не сдаваться после первого раунда?

— Я могу вам помочь, — Моретти сделал шаг вперед, его тон стал вкрадчивым, почти заговорщическим. — Если вы признаетесь, я смогу договориться о сокращении срока. Скажем, непредумышленное убийство в состоянии аффекта. Несколько лет, а не пожизненное.

Я опешил. Мое лицо, наверное, выражало смесь шока и отвращения.
— Что он несет?! — я посмотрел на Саймона, который застыл, широко раскрыв глаза.

— Да что ты несешь?! — срывающимся голосом повторил Саймон, обращаясь к адвокату.

— Давайте не будем горячиться, — начал было Моретти, но я его перебил.

— Саймон! — я почувствовал, как ярость захлестывает меня. — Найди мне другого адвоката! Того, кто знает свою работу, а не вот таких трусов и продажных шкур!

— Но это лучший адвокат, Лоренцо, — протестовал Саймон, а потом, понизив голос, добавил. — Один из тех, кто вообще согласился взяться за твое дело.

— В смысле?! — я почувствовал леденящий страх.

— Именно, — самодовольно кивнул Моретти. — Ваше положение крайне незавидно. Если вы не будете со мной сотрудничать, вы будете отсиживать свой срок за убийство по полной. И поверьте, никто не пошевелит и пальцем, чтобы вам помочь.

Кровь прилила к голове. Я протянул руку сквозь прутья, пытаясь схватить этого выродка за воротник.
— А ну иди сюда! — прошипел я. — Иди сюда, говорю, придурок! Я никого не убивал, хромосома несчастная!

— Не смейте! — Моретти резко отшатнулся, его лицо побледнело.

— Все, все, успокойся! — Саймон вмешался, встав между мной и адвокатом. — Моретти, оставьте нас. Мы позовем вас, когда будем готовы.

Адвокат, бросив на меня презрительный взгляд, развернулся и вышел.

— Саймон, кого ты мне привел?! — я повернулся к нему, почти крича.

— Лоренцо, в твоем положении я бы не спорил со своим адвокатом! — отчаяние сквозило в голосе Саймона.

— Это не адвокат, а трус! — прорычал я, снова пиная нары. — Он не хочет работать!

— Лоренцо... —

Я обернулся. В конце коридора стоял Мэтью. Он медленно шагал прямо к моей камере. Его доброе лицо было морщинистым от усталости, но глаза излучали то же тепло, что и всегда. Он был как маяк в этой кромешной тьме.

— Мэтью, — я сглотнул, почувствовав, как горло снова сжимается. — Мэтью, я никого не убивал, честно! Я не знаю, что произошло, я правда ничего не помню!

Я тараторил, пытаясь вывалить на единственного по-нанастоящему родного человека все свои страхи. Он был ближе мне, чем родной отец.

— Успокойся, мальчик мой, — Мэтью поймал мои дрожащие руки через решетку. Его прикосновение было теплым и успокаивающим. — Я верю тебе. Я знаю, что ты бы так никогда не поступил.

— Но мне не верит никто! — я отчаялся. — Мне не верит ни один адвокат, даже Моретти!

— Вот поэтому я здесь, — Мэтью сжал мои пальцы. — Я всю ночь искал тебе лучшего адвоката. Не только в Италии. Во всех странах. Обзвонил всех, кого только мог.

Мое сердце подпрыгнуло.
— И? — в моем голосе зазвучала робкая надежда.

— Я нашел его. Точнее, ее. Она из России. Необыкновенно умна и наблюдательна. Выигрывала все свои суды, ни единого проигрыша в карьере. Она, конечно, не специализировалась на убийствах, но я ей написал... и она согласилась. Представляешь? Сразу же!

Мэтью был воодушевлен, его глаза блестели. Я не мог поверить.

— И она согласна приехать? — спросил я, затаив дыхание. — Из России? Сюда?

— Она уже в Италии, — улыбнулся Мэтью. — Приехала неделю назад в отпуск. Но, похоже, отдыхать ей не судьба.

Я выдохнул. Это был глоток свежего воздуха в душной тюремной камере. Моя последняя, хрупкая надежда.

— И когда она примется за мою работу? — я едва сдерживал себя, чтобы не скакать от радости.

— Она уже едет. Будет здесь через час, — ответил Мэтью.

— Мэтью, — я притянул его руки к себе и прижался лбом к его ладоням. — Спасибо. Ты... ты спас меня. Я тебе так благодарен. Спасибо за все, что ты для меня делаешь. Ты лучший.

Саймон, до этого стоявший в шоке, вдруг оживился.
— Ну вот! Я же говорил! Лоренцо, не вешай нос! Мы вытащим тебя отсюда! Эта русская адвокатша... это наш шанс!

— Я знаю, что это наш шанс, — прошептал я. — Теперь я знаю.

Мэтью улыбнулся.
— Рад слышать это, мальчик мой. Мне пора идти. Сегодня у меня годовщина свадьбы с Хеленой. Мы запланировали небольшой ужин.

— Конечно, Мэтью. Иди. Передавай ей привет. И еще раз... спасибо.

Он кивнул, напоследок сжал мою руку и медленно пошел по коридору, оставив меня с Саймоном. Впервые за эти кошмарные сутки в моей душе зажегся маленький лучик надежды. Русская адвокатша.

***

Каждый раз, когда тяжелая дверь моей камеры открывалась со скрипом, я вскакивал на ноги, сердце замирало в надежде. Нет, снова не она. Какой-то угрюмый полицейский, несущий сухую пайку, или дежурный офицер с равнодушным взглядом.

Я ходил взад-вперед по камере, как лев в зоопарке. Руки трепал, затылок чесал, губы кусал до крови. Что только я не делал. Да где же эта русская адвокатша? Мэтью обещал, что она будет здесь через час. А прошел уже почти полтора.

Опять открылась дверь. Я снова подскочил, полный предвкушения. Но нет. Не та внушительная дама, которую я представлял. Какой-то мальчишка-подросток, лет пятнадцати, с наглой ухмылкой на лице. О, он не один. За ним неторопливо вошла девушка. В хиджабе. Та самая, с коробками. Та самая, которая подставила меня под удар Сесилии. Опять она?! Это какой-то кошмарный сон, из которого я не могу выбраться?

Ее ярко-голубые глаза, словно два кусочка льда, медленно исследовали убогое помещение, а затем остановились на мне. И хитрость в них была такая, что могла бы обмануть любого.

— Как же тесен мир, — усмехнулась она, подходя ближе. В тонких пальцах она держала папку, полную документов. В руке подростка, что следовал за ней, болтался явно не тюремный пакет с едой, а пакет с логотипом дорогой кофейни.

— Опять ты? — выдавил я, чувствуя, как внутри закипает раздражение. Мне сейчас не до нее. Мне нужен адвокат, который вытащит меня из этой фигни.

— Опять я, — кивнула она, и в ее голосе прозвучало какое-то непонятное веселье.

— За что тебя посадили, «Опять я»? — спросил я, пытаясь съязвить. Откуда еще ей здесь взяться?

Она вдруг рассмеялась. Звонко, чисто, совсем не к месту.
— Меня? Посадили? Это самое смешное, что я слышала за сегодня.

— Ой, всё, ладно, уйди, девочка, — я махнул рукой. — Я тут важного человека жду.

— Интересно, кого же? — спросила она, наклонив голову набок.

— А не твоего ума дело, — отрезал я.

— Неужто адвоката? — в ее глазах плясали чертенята.

Я изумленно уставился на нее. Она что, издевается?
— Девочка, отстань.

— Ну ладно, — она пожала плечами, и ее лицо вдруг стало серьезным. — Если я сейчас уйду, я не возьмусь за твое дело.

— Что ты несешь?! — я почувствовал, как мир вокруг меня снова начинает качаться.

Она сделала еще шаг, остановившись прямо у решетки. Ее взгляд был пронзительным.
— Лоренцо де Тинелли, — произнесла она четко, резко. — Не рада знакомству. Меня зовут Айша Мельникова. И я — ваш адвокат.

Знаете, чего сейчас не хватает? Той самой интригующей музыки, как в сериалах. А потом крупным планом покажут наши глаза, и серия закончится на самом интересном моменте. Но в реальности не было ни музыки, ни финальных титров. Была только она, ее серьезное лицо и мои собственные, оглушительные мысли.

— Что? — переспросил я. Мозг отказывался обрабатывать информацию.

— Адвокат, я говорю, — терпеливо повторила она.

— Что?! — я не мог поверить своим ушам.

Она вздохнула, глядя на меня с легкой досадой.
— Нет, я с первой встречи поняла, что у тебя проблемы с головой. Но сейчас я понимаю, что еще и со слухом не все в порядке.

Я покачал головой, пытаясь осознать происходящее.
— То есть... ты та самая адвокатша из России? Та, которую нашел Мэтью?

— Ага, — кивнула она.

Я молчал несколько секунд. Потом, медленно, начал смеяться. Сначала тихо, потом громче, пока не закатился в истеричном, хриплом смехе.
— Ты?! Адвокат?! — мой смех отдавался эхом по коридору. — Да ты же ребенок!

— Я что-то не поняла, что смешного? — ее голубые глаза сузились. Она повернулась к подростку, который все это время стоял в стороне, попивая кофе. — Тебе смешно, Данте?

— Вообще нет. Pokhozhe, on realno s bashkoy ne druzhit.— ответил парень на странном, гортанном языке, который я сразу узнал — русский.

Я перестал смеяться. Мой взгляд стал серьезным.
— Мне нужен адвокат, который выиграет мое дело, а не студентка-практикантка, которая только что закончила школу!

— Тогда вам не стоило доводить все до убийства, — спокойно ответила она, и ее тон был холоднее льда.

— Я не убивал никого! — почти прокричал я, ударив по прутьям решетки.

— Ну, не знаю, — Айша пожала плечами. — Все улики сходятся на вас, мистер де Тинелли. Очень удобно.

— Не убивал я никого! — снова повторил я, мои легкие горели от ярости и бессилия.

— Ну, это мы еще посмотрим, — она развернулась, ее хиджаб скользнул по плечам. — Пока я вижу только самовлюбленного идиота, который сам себя загнал в угол.

— Эй! — крикнул я, когда она зашагала к выходу. — Ты куда, психунья?!

Она не обернулась. Лишь бросила через плечо:
— Завтра на слушание увидимся, Лоренцо де Тинелли. Готовься. Психопат.

Дверь захлопнулась, оставив меня в полной тишине. Истеричный смех снова подступил к горлу. Моя последняя надежда была этой девчонкой?

Да, в моей жизни точно не хватало интригующей музыки из сериалов. А еще — снотворного.