Единственная

Утро началось с настойчивого звонка в дверь.

Алена сонно приоткрыла глаза, бросила взгляд на настенные часы и тихо вздохнула. До полудня было еще далеко. Накинув теплый халат, она босиком прошла по прохладному полу к прихожей и открыла дверь.

На пороге, улыбаясь во весь рот, стояла Татьяна. В одной руке она держала пакет, из которого доносился сладкий аромат свежей выпечки.

— Ну что, соня... Только проснулась?

Алена ничего не ответила, лишь широко улыбнулась и крепко обняла подругу.

— Проснулась...

Она потерла ладонью глаза.

— Вчера день тяжелый был. Домой пришла без сил.

— Оно и видно.

Татьяна сняла пальто и прошла в квартиру.

— Тогда сейчас будем тебя в чувство приводить.

Через несколько минут девушки уже сидели на кухне.

Таня достала из пакета большой круглый домашний торт, аккуратно завернутый в полотенце.

Алена удивленно подняла брови.

— Подожди... Ты же говорила, что купишь торт.

— Говорила.

Татьяна довольно улыбнулась.

— А потом вечером вдруг захотелось самой испечь.

Алена восхищенно покачала головой.

— Таня... Да это же настоящий шедевр.

Она тут же поднялась, поставила на плиту чайник, достала две кружки, тарелки и нож.

— Жалко даже резать такую красоту.

— Жалко будет, если он пропадет.

Со смехом ответила Татьяна.

— Так что режь.

Пока чайник шумел на плите, Алена осторожно отрезала два больших куска.

Кухню быстро наполнил запах горячего чая и свежей домашней выпечки.

Сделав первый глоток, Алена неожиданно улыбнулась.

— Представляешь...

Татьяна сразу подняла взгляд.

— Что?

— Я вчера познакомилась с одним парнем.

Брюнетка тут же заинтересованно подалась вперед.

— Та-а-ак...

— Совершенно случайно.

Алена засмеялась.

— Шла утром на работу. Снега по колено, дороги никто не чистил... Запуталась ногами и прямо в сугроб.

Татьяна прыснула со смеху.

— Господи...

— А я лежу и смеюсь, подняться не могу.

— И?

— Подходит высокий голубоглазый блондин, протягивает руку и спрашивает: «Помочь?»

— Как в кино...

— Вот и я потом Ирке сказала, что меня настоящий принц из сугроба спас.

Обе девушки рассмеялись.

— А дальше?

— А дальше самое смешное.

Алена отпила чай.

— Через пару часов он приходит ко мне в салон.

— Да ладно!

— Честное слово. Оказывается, сестра у него у меня стриглась. Она его ко мне и отправила.

Татьяна покачала головой.

— Вот это совпадение...

— Очень спокойный человек. Вежливый. Все время улыбался.

— Имя хоть узнала?

— Андрей.

— Красивое имя.

Алена задумчиво кивнула.

— После стрижки чаевые оставил.

— И?

— И предложил погулять.

Татьяна широко улыбнулась.

— Ну наконец-то!

— Я отказалась.

Улыбка на лице Тани тут же исчезла.

— Почему?

Алена пожала плечами.

— Не могу пока.

Она опустила взгляд на чашку.

— Голова совсем другим занята.

Татьяна тяжело вздохнула.

— Пчёлкиным...

Алена молча кивнула.

— Эх ты...

Татьяна с улыбкой покачала головой.

— А ведь у Пчёлкина, похоже, конкурент появился.

Она сделала глоток чая и, не удержавшись, тихо рассмеялась.

— Если бы ты вчера видела своего бандита... Совсем другим человеком стал. Стоял передо мной, прощения просил. Ни крика, ни хамства.

— Правда?

— Честное слово.

Татьяна поставила кружку на стол.

— И знаешь... впервые мне показалось, что он действительно испугался потерять тебя.

Алена ничего не ответила.

Она медленно водила ложкой по кружке, наблюдая, как кружится чай.

— Но это ничего не меняет.

Твердо сказала Татьяна.

— Пока он не научится отвечать за свои поступки, красивые слова ничего не стоят.

Алена тихо вздохнула.

— Наверное...

Татьяна внимательно посмотрела на подругу.

— Только вот знаешь что?

— Что?

— Не закрывай сердце из-за одного человека.

Она мягко улыбнулась.

— Этот Андрей... может оказаться тем самым человеком, который никогда не заставит тебя плакать.

Алена невольно задумалась.

Перед глазами снова возникло спокойное лицо голубоглазого блондина.

А потом почти сразу — усталый взгляд Вити, с которым она никак не могла перестать жить в мыслях.

Она поняла, что сравнивает их.

И именно это пугало ее больше всего.

Татьяна с довольной улыбкой сделала еще один глоток чая и, откинувшись на спинку стула, мечтательно произнесла:

— А мой Кирилл — хороший.

На ее лице появилась та самая счастливая улыбка, которая всегда появлялась, когда разговор заходил о нем.

— Ни разу еще не дал повода обидеться. Ни соврать, ни исчезнуть без причины. Даже цветы просто так приносит.

Алена тепло посмотрела на подругу.

Она искренне радовалась, что хоть кому-то из них повезло.

— Повезло тебе...

Тихо сказала она, опустив взгляд в кружку.

— Лучше иметь одного такого Кирилла, который никогда не провинился... чем сразу двоих в голове.

Татьяна вопросительно подняла бровь.

— Двоих?

Алена слабо улыбнулась.

— Возможно... Андрей мне действительно понравился.

Она ненадолго замолчала, будто сама боялась признаться в этом вслух.

— Но Витя...

Девушка тяжело вздохнула.

— Он будто привычкой стал. Как бы я ни пыталась выбросить его из головы — не получается.

На кухне повисла короткая тишина.

— Это, наверное, самое обидное.

Продолжила Алена.

— Головой я понимаю, что должна забыть его... а сердце будто не слушается.

Татьяна внимательно смотрела на подругу, не перебивая.

Алена неожиданно улыбнулась.

— Знаешь, что самое смешное?

— Что?

— Мы с Андреем даже внешне чем-то похожи.

— В каком смысле?

— Оба светлые. Волосы почти одного цвета. Только у меня глаза зеленые... а у него голубые.

Она негромко засмеялась.

— Будто брат с сестрой.

Татьяна звонко рассмеялась.

— Ну все.

Она хлопнула ладонью по столу.

— Это точно судьба!

Алена только закатила глаза.

— Таня...

— Что "Таня"?

Брюнетка продолжала улыбаться.

— Ну чего тебе стоит хотя бы один раз сходить с ним погулять?

Она хитро прищурилась.

— Хочешь, мы с Кириллом тоже пойдем? Получится не свидание, а обычная прогулка. Никто никого не будет смущать.

Алена задумалась.

Такой вариант уже не казался ей таким страшным.

— Не знаю...

— Подумай.

Татьяна пожала плечами.

— Никто же не заставляет тебя сразу влюбляться.

Алена молча крутила ложку в кружке.

Потом вдруг вспомнила кое-что и улыбнулась.

— Кстати...

— Что еще?

— На его визитке написано, что он стоматолог.

Татьяна даже перестала есть торт.

— Стоматолог?

— Да.

— Настоящий врач?

— Похоже, что настоящий.

— Вот это ты, мать, удачно в сугроб упала.

Обе девушки громко рассмеялись.

— Представляешь, — продолжила Таня, — высокий, красивый, воспитанный, врач... Да еще и сам пригласил тебя погулять. Где таких вообще находят?

Алена покачала головой.

— Не знаю...

Она невольно вспомнила спокойную улыбку Андрея.

Рядом с ним было легко.

Не нужно было постоянно ждать подвоха или громких слов.

— А знаешь, что я думаю?

Снова заговорила Татьяна уже серьезнее.

— Что?

— Андрей появился в твоей жизни очень вовремя.

Алена вопросительно посмотрела на нее.

— После Вити ты начала думать, что все мужчины одинаковые. А теперь встретила человека, который докажет обратное.

Девушка задумалась.

В словах подруги была логика.

— Не торопись принимать решение.

Продолжила Таня.

— Мне сегодня нужно зайти в магазин.

Алена, обхватив ладонями теплую кружку с чаем, подняла взгляд на Татьяну.

— Дома почти ничего не осталось. Сходишь со мной?

Таня улыбнулась и сразу кивнула.

— Конечно. А то опять накупишь одних макарон и скажешь, что этого достаточно.

Алена тихо рассмеялась.

— Ну неправда же.

— Правда, правда. Знаю я тебя.

Еще около получаса девушки просидели на кухне, неспешно разговаривая обо всем подряд. Домашний торт постепенно исчезал с тарелки, чай давно остыл, а за окном продолжал медленно падать густой снег.

Наконец Татьяна посмотрела на часы.

— Все, собирайся.

Она поднялась из-за стола и начала надевать свитер.

— Чем быстрее выйдем, тем быстрее вернемся.

— Сейчас.

Алена быстро убрала со стола кружки и тарелки, после чего скрылась в комнате.

Спустя несколько минут она вышла уже переодетая. На ней были черные теплые лосины, объемная кофта и толстые шерстяные носки.

Татьяна окинула подругу внимательным взглядом.

— Ален, тебе не холодно будет?

Та лишь пожала плечами.

— Шубу надену — не замерзну.

Через несколько минут девушки уже вышли из подъезда.

Морозный воздух сразу ударил в лицо, щеки мгновенно порозовели, а снег под ногами приятно поскрипывал. Двор был почти полностью укрыт белым покрывалом, дворники еще не успели расчистить дорожки, поэтому идти приходилось осторожно.

Алена крепко взяла Татьяну под руку.

— После моего вчерашнего падения лучше не отпускать меня.

Таня рассмеялась.

— Конечно. А то опять какой-нибудь красавчик будет тебя из сугроба вытаскивать.

Алена смущенно улыбнулась.

— Хватит уже.

— Не могу.

Они неторопливо шли по заснеженной улице, разговаривая о всяких пустяках.

Вдруг Татьяна резко свернула с дорожки.

— Пойдем.

— Куда?

— На качели.

Алена удивленно посмотрела на подругу.

— Какие качели? Там же снега по колено.

Но Таня уже уверенно тянула ее за собой.

— Тем интереснее.

Через несколько секунд девушки оказались возле старой детской площадки.

Железные качели были почти полностью занесены снегом, карусель покрылась тонкой ледяной коркой, а рядом возвышались огромные сугробы.

Совсем неподалеку находилась хоккейная коробка, которую каждую зиму заливали водой сами жильцы двора.

На льду кипела настоящая игра.

Десяток мальчишек в пуховиках, вязаных шапках и старых коньках с азартом гоняли шайбу. Кто-то играл клюшкой, перемотанной изолентой, у кого-то вместо настоящей хоккейной формы были обычные ватные штаны и рукавицы.

— Пасуй!

— Левее!

— Бей! Бей!

По двору разносились детские крики, звон коньков и глухие удары шайбы о деревянные борта.

Алена остановилась, невольно засмотревшись на игру.

На ее лице появилась теплая улыбка.

— Помнишь, как мы маленькими сюда каждый день бегали?

Татьяна тихо рассмеялась.

— Конечно помню. Только мы на коньках почти не умели кататься.

— Зато считали себя настоящими хоккеистками.

Обе девушки засмеялись.

В этот момент шайба вылетела за пределы коробки и, скользя по снегу, подкатилась прямо к ногам Алены.

Один из мальчишек сразу побежал за ней.

— Девушка подайте Шайбу!

Алена подняла ее со снега и с улыбкой бросила обратно через бортик.

— Лови!

Мальчишка ловко поймал шайбу.

— Спасибо!

— Давай, забивай!

Крикнула ему Таня.

— Обязательно!

Мальчишка широко улыбнулся и помчался обратно на лед.

Несколько секунд девушки молча наблюдали за игрой.

— Хорошо все-таки иногда снова почувствовать себя детьми.

Тихо сказала Алена.

Татьяна посмотрела на подругу и улыбнулась.

— Вот такой ты мне нравишься больше. Когда смеешься, а не думаешь постоянно о своем Пчёлкине.

Алена ничего не ответила.

К вечеру город окончательно накрыло морозом. Сумерки давно опустились на улицы, фонари освещали заснеженные дворы тусклым желтым светом.

Весь день пролетел незаметно.

Подруги успели обойти несколько магазинов, заглянули на рынок, купили продукты, немного побродили по торговым рядам и только ближе к вечеру направились домой.

Алена несла тяжелый пакет с продуктами, а Таня оживленно рассказывала очередную смешную историю из библиотеки.

Но, едва девушки свернули во двор, улыбка медленно исчезла с лица Алены.

Возле ее подъезда стояла знакомая темная иномарка.

Рядом, прислонившись к машине, молча курил Витя.

Увидев его, Алена тяжело выдохнула.

— Опять...

Татьяна сразу поняла, о ком идет речь.

Она перевела взгляд на Пчёлкина, потом снова посмотрела на подругу.

— Поговоришь?

Алена несколько секунд молчала.

Злости уже почти не осталось. Осталась только какая-то странная усталость.

Она медленно кивнула.

— Наверное...

Татьяна без лишних слов забрала у нее пакет с продуктами.

— Я тогда домой поднимусь. Если что — кричи.

Алена благодарно улыбнулась.

— Хорошо.

Татьяна направилась к подъезду, напоследок бросив на Пчёлкина строгий взгляд.

Витя дождался, пока она скроется за дверью, и только тогда сделал несколько шагов навстречу.

— Привет...

Тихо произнес он.

— Привет.

Ответила Алена спокойнее, чем ожидала сама от себя.

Между ними повисло неловкое молчание.

— Можно... поговорить?

Она слегка пожала плечами.

— Ну, говори.

Витя провел ладонью по затылку и невесело усмехнулся.

— Наверное, я сейчас опять буду повторяться.

Он ненадолго опустил глаза.

— Я понимаю, что уже выгляжу как последний идиот... который каждый вечер торчит возле твоего дома.

Алена невольно улыбнулась уголками губ.

— Хотя бы сам это понимаешь.

Он тихо усмехнулся.

— Понимаю.

И снова стал серьезным.

— Но ничего не могу с собой сделать.

Несколько секунд он молчал, подбирая слова.

— Ален... я правда не умею жить так, будто тебя нет.

Она внимательно посмотрела на него.

— Ты мне уже сниться начала.

Сказал он совсем тихо.

Неожиданно Алена тихонько рассмеялась.

Впервые за долгое время — совершенно искренне.

— Надеюсь... не в кошмарах?

Витя удивленно поднял на нее глаза.

А потом тоже улыбнулся.

— Нет.

Он покачал головой.

— Наоборот.

Он вдруг поймал себя на мысли, что готов был слушать ее смех бесконечно.

— Ты улыбаешься...

Тихо сказал он.

— Я уже забыл, какая ты, когда улыбаешься.

Алена тут же отвела взгляд.

— Не привыкай.

— Постараюсь.

Ответил он с легкой улыбкой.

Потом подошел к машине, открыл заднюю дверь и достал большой букет темно-красных роз.

Следом — небольшой бумажный пакет.

Вернувшись, он осторожно протянул их девушке.

Алена тяжело вздохнула.

— Ну вот опять...

— Да.

Виновато признался Витя.

— Опять.

Она посмотрела сначала на цветы, потом на него.

— Ты думаешь, что цветами можно все исправить?

Он сразу покачал головой.

— Нет.

— Тогда зачем?

Витя ненадолго задумался.

— Потому что... кроме них я пока не придумал, как показать, что действительно жалею.

Он слегка улыбнулся.

— Хотя понимаю, что получается плохо.

Алена покачала головой, но неожиданно спросила:

— А в пакете что?

Лицо Вити сразу оживилось.

— Посмотри.

Она осторожно заглянула внутрь.

В пакете лежало куча сладостей.

Алена вопросительно посмотрела на него.

— Ну и зачем?

— Порадовать.

Сказал он смотря на Алену, на что та лишь хмыкнула.

— Ну спасибо, а сейчас езжай, а то бабки соседки на меня и так косо смотрят.

Сказала она направляясь к входу в подъезд.

Витя слабо улыбнулся.

Это был отказ.

Но впервые — без ненависти.

И почему-то именно сейчас ему показалось, что между ними появилась крошечная надежда, которой еще несколько дней назад не существовало вовсе.

— Спокойной ночи, Ален!

Крикнул Витя, уже открывая водительскую дверь.

Алена обернулась.

На ее лице появилась едва заметная улыбка.

— Спокойной ночи... Пчёлкин.

Тихо ответила она.

Витя еще несколько секунд смотрел на нее, словно хотел сказать что-то еще, но лишь коротко кивнул, сел в машину и медленно выехал со двора.

Алена проводила взглядом удаляющиеся огни автомобиля, после чего направилась к подъезду.

Поднявшись на свой этаж, она сразу заметила Татьяну, которая, прислонившись к стене возле двери квартиры, с нескрываемым любопытством наблюдала за ней.

Стоило Тане увидеть огромный букет роз и бумажный пакет в руках подруги, как на ее лице появилась хитрая улыбка.

— Ну ничего себе...

Протянула она.

— Наш Ромео, смотрю, сдаваться даже не собирается.

Алена тихонько рассмеялась, доставая ключи из кармана.

— Ой, перестань...

— Нет, правда.

Продолжала Таня.

— Осталось только Париса дождаться.

Алена вопросительно посмотрела на подругу.

— Какого еще Париса?

— Андрея, конечно.

С совершенно серьезным видом ответила Таня.

— Один у нас Ромео — Пчёлкин. Второй — воспитанный, красивый, еще и стоматолог. Чем тебе не Парис?

Алена не выдержала и снова рассмеялась.

— Таня, ты невозможная.

— Зато права.

Дверь квартиры открылась, девушки вошли внутрь.

Пока Алена снимала пуховик и сапоги, Таня уже нетерпеливо подошла к ней.

— Так...

Она кивнула на пакет.

— Показывай, что сегодня наш Ромео притащил.

Алена молча протянула его подруге.

Татьяна сразу заглянула внутрь.

— Ну конечно...

Улыбнулась она.

— Без сладкого он тебя уже, похоже, не представляет.

Она достала коробку шоколадных конфет, затем небольшую упаковку хорошего чая.

— И чай...

Покачала головой Таня.

— Учится, однако.

— В каком смысле?

— Раньше цветы таскал. Теперь уже думает, что тебе действительно может понравиться.

Алена ничего не ответила.

Она осторожно достала букет и поставила его в ведро с водой, которое специально принесла из ванной.

Ярко-красные розы сразу наполнили комнату тонким ароматом.

Несколько секунд девушка молча смотрела на цветы.

— Красивые...

Невольно прошептала она.

Таня услышала.

Но ничего не сказала.

Лишь украдкой улыбнулась.

Через полчаса девушки уже переоделись в домашнюю одежду.

За окном тихо падал снег.

На кухне негромко тикали часы, а в комнате горела только небольшая настольная лампа.

Подруги лежали рядом на кровати Алены, укрывшись одним теплым пледом.

Таня вдруг повернулась к ней.

— Слушай...

— М?

— А если честно...

Она внимательно посмотрела на подругу.

— Он ведь сегодня тебе уже не был настолько противен, как раньше?

Алена задумалась.

Ответ пришел не сразу.

— Не был...

Тихо призналась она.

— Но это не значит, что я его простила.

— Знаю.

Кивнула Таня.

— Просто заметила, что ты уже разговариваешь с ним спокойно.

Алена тяжело вздохнула.

— Наверное... потому что устала злиться.

Она помолчала, а потом почти шепотом добавила:

— И потому что вижу... он действительно мучается.

Таня внимательно посмотрела на нее.

— Только не начинай жалеть его раньше времени.

— Не жалею.

Тихо ответила Алена.

Хотя сама понимала — уже начала.

Именно это пугало ее больше всего.

Таня, не переставая улыбаться, театрально положила ладонь себе на грудь и торжественно произнесла:

— Джульетта... позволите мне стать вашей матушкой?

Алена звонко рассмеялась.

— Какая еще Джульетта?

— Самая настоящая!

С важным видом заявила Таня.

— Самая красивая, самая упрямая и самая несчастная в любви.

Она плюхнулась рядом с подругой на кровать и, подперев голову ладонью, продолжила:

— Все сходится.

Алена покачала головой, едва сдерживая смех.

— Ну хорошо... А отец у меня тогда кто?

Таня даже не задумалась.

— Кирилл, конечно.

Она гордо улыбнулась.

— Правда, с отцом своим ты пока не знакома.

Алена рассмеялась еще сильнее.

— Надо же...

— Завтра у него выходной.

Продолжила Таня уже совершенно серьезно.

— Если хочешь, познакомлю вас.

— Почему бы и нет?

Ответила Алена, улыбаясь.

— Мне давно интересно посмотреть на человека, который сумел покорить сердце моей вредной подруги.

— Это еще кто вредный?

Возмутилась Таня.

— Ты.

— Неправда.

— Правда.

Обе снова засмеялись.

Их смех эхом разнесся по маленькой квартире.

Немного успокоившись, Алена повернулась на бок и, укрываясь пледом почти до подбородка, тихо сказала:

— Ладно, маменька...

Она нарочно сделала голос серьезным.

— Вашей дочери пора спать.

Таня важно кивнула.

— Правильно. Молодым девушкам нужен здоровый сон.

— И тебе тоже.

— Конечно.

Она погасила настольную лампу.

Комнату сразу окутал полумрак. Лишь слабый свет фонаря за окном ложился на стену длинными полосами.

За стеклом медленно кружился снег.

Несколько минут девушки еще о чем-то тихо переговаривались, вспоминая смешные моменты прошедшего дня, но вскоре разговоры стихли.

Этот день оказался удивительно легким.

Без слез.

Без боли.

Без тяжелых мыслей, которые еще недавно не давали Алене спокойно дышать.

Рядом была Таня — человек, рядом с которым мир всегда становился немного проще и теплее.

Улыбнувшись своим мыслям, Алена закрыла глаза.

Таня, заметив это, осторожно поправила на подруге край пледа и тихонько прошептала:

— Спокойной ночи, Джульетта.

Алена, уже почти засыпая, сонно улыбнулась.

— Спокойной... мама.

Таня тихо прыснула со смеху.

Через несколько минут в квартире воцарилась тишина.

Только старые настенные часы размеренно отсчитывали секунды, а за окном продолжал падать густой февральский снег.