Единственная

Утро для Алёны началось с настойчивого звонка в дверь.

Она нехотя открыла глаза, накинула тёплый халат и, всё ещё сонная, направилась в прихожую.

Открыв дверь, девушка увидела Татьяну.

— Ты что, до сих пор спишь? — недовольно спросила та, заходя в квартиру.

— Только проснулась, — сонно ответила Алёна, закрывая за подругой дверь.

Татьяна сняла куртку и сапоги в прихожей, после чего сразу прошла на кухню.

Едва переступив порог, она остановилась.

Посреди кухни, в небольшом эмалированном ведре, стоял роскошный букет алых роз.

Брюнетка недоверчиво посмотрела сначала на цветы, потом на подругу.

— Это Пчёла подарил?

Алёна поставила чайник на плиту и зажгла газ.

— Он.

Татьяна тихо присвистнула.

— Да такой букет рублей под тысячу стоит...

Она подошла ближе, внимательно рассматривая розы.

— Совсем с головой не дружит.

Алёна невольно улыбнулась.

— Я ему примерно то же самое сказала.

— И правильно сказала.

Татьяна села за стол, взяла из миски бублик и, отломив кусочек, покачала головой.

— Нашёл куда деньги девать. Лучше бы родителям своим что-нибудь купил.

Алёна достала из шкафа две чашки и пачку чая.

— Ты цветы обратно в магазин случайно вернуть не пробовала?

— Если бы можно было — уже давно вернула бы.

Обе тихо рассмеялись.

Когда чайник закипел, Алёна разлила чай по чашкам и села напротив подруги.

Та сразу же с любопытством спросила:

— Ну рассказывай. Как прошло ваше свидание?

Алёна тяжело вздохнула.

— Отвратительно.

— Я даже не удивлена.

— Он привёз меня в дорогущий ресторан. Я несколько раз сказала, что не хочу туда идти, а он будто не слышал. Потом начал уговаривать заказать что-нибудь поесть.

— И?

— Я взяла только чай.

Татьяна довольно улыбнулась.

— Молодец.

— Он всё повторял, что сам заплатит и чтобы я ни в чём себе не отказывала.

— Конечно, — фыркнула Таня. — Они все сначала деньги швыряют направо и налево, а потом считают, что им за это все что-то должны.

Алёна пожала плечами.

— Я ему сразу сказала, что сама за чай заплачу.

— И правильно.

— Но он всё равно рассчитался.

Татьяна раздражённо покачала головой.

— Вот видишь? Я же говорила, что этот Пчёла слишком самоуверенный. Привык, что деньгами можно всё решить.

Алёна задумчиво помешивала чай.

— Знаешь... он не совсем такой.

Таня удивлённо посмотрела на неё.

— Не вздумай его оправдывать.

— Я не оправдываю.

— Алён, ты просто его плохо знаешь. Такие люди никогда ничего просто так не делают.

Алёна ничего не ответила.

— Ты только осторожнее с ним, — уже спокойнее продолжила Таня. — Не нравится он мне. Слишком гладко говорит, слишком уверенно себя ведёт. От таких обычно одни проблемы.

Алёна слегка улыбнулась.

— Не переживай. Второго свидания не будет.

Татьяна облегчённо выдохнула.

— Вот это уже правильные слова.

Она подняла чашку с чаем.

— И вообще, не надо он тебе, найдешь себе простого парня, который не связан с этим всем.

Алёна тихо усмехнулась, хотя где-то глубоко внутри всё ещё вспоминала вчерашний вечер. Несмотря на постоянные споры, он оказался совсем не таким, каким она ожидала.

Несмотря на слова Татьяны, Алёна уже не могла смотреть на Витю так же, как раньше.

После их разговора о родителях что-то изменилось. Она вдруг увидела в нём не только самоуверенного, избалованного вниманием мужчину, но и обычного человека, который искренне любил свою семью и дорожил родителями.

Это открытие немного сбивало её с толку.

Татьяна, допивая чай, вдруг оживилась.

— Слушай, пойдёшь сегодня со мной на работу? Нам новые книги привезли, надо всё по полкам расставить. Одной возиться скучно.

Алёна отвлеклась от своих мыслей и улыбнулась.

— Конечно пойду.

— Вот и отлично. Заодно поболтаем.

Алёна кивнула, но мысли её снова невольно вернулись ко вчерашнему вечеру.

Она никак не могла понять, почему постоянно вспоминает Витю.

Вроде бы ничего особенного не произошло. Наоборот, почти всё свидание они спорили. Он раздражал её своей уверенностью, привычкой принимать решения за других и этим непоколебимым спокойствием, которое выводило её из себя ещё сильнее.

Но почему-то именно его лицо снова и снова всплывало в памяти.

Особенно тот момент, когда после разговора о бабушке он вдруг перестал шутить и впервые за весь вечер стал серьёзным.

«Странный он всё-таки...» — подумала Алёна.

Она невольно перевела взгляд на букет роз, стоявший в ведре у окна.

Красные бутоны за вечер успели раскрыться ещё сильнее.

Алёна тихо улыбнулась.

Как бы она ни ворчала, цветы ей действительно понравились.

Ей ещё никто никогда не дарил таких букетов.

Да и вообще цветов никто не дарил.

От этой мысли стало как-то тепло.

Она тут же одёрнула себя.

— Нашла о чём думать...

Татьяна, заметив, куда смотрит подруга, недовольно фыркнула.

— Даже не вздумай растаять из-за этих роз.

Алёна тихо рассмеялась.

— Не переживай. Одними цветами меня не купишь.

— Вот и правильно.

— Просто... приятно было.

Татьяна прищурилась.

— Цветы — это хорошо. Только смотри не забывай, кто их подарил.

— Не забуду.

Она и сама понимала, что доверять человеку, которого знает всего несколько дней, было бы глупо.

Но как ни старалась убедить себя, вчерашний вечер всё равно не выходил из головы.

И это раздражало её куда сильнее, чем сам Витя.

Через несколько минут Алёна уже была готова.

Она надела привычный спортивный костюм, сверху — тёплую шубу, повязала платок и вышла в прихожую.

Пока девушка обувалась, Татьяна уже ждала её у двери.

Спустя несколько минут они спускались по лестнице старой московской пятиэтажки.

— Сегодня книг привезли столько, что до вечера будем их разбирать, — с улыбкой сказала Таня. — Давай по дороге в магазин зайдём, печенья купим.

Алёна кивнула.

— Давай.

Они вышли из подъезда.

Морозный воздух сразу ударил в лицо, заставив девушек плотнее запахнуть шубы.

Они успели пройти всего несколько метров, как позади раздался знакомый голос:

— Алёна!

Она остановилась и нехотя обернулась.

Навстречу быстрым шагом шёл Витя.

В одной руке он держал большого плюшевого медведя, в другой — яркий подарочный пакет.

Лицо Алёны мгновенно стало недовольным.

Татьяна перевела взгляд с подруги на Пчёлкина и громко рассмеялась.

Картина выглядела до смешного нелепо: Алёна стояла с таким выражением лица, будто сейчас развернётся и уйдёт, а к ней уверенной походкой приближался Витя с огромным медведем в руках.

— Ты совсем с дуба рухнул? — раздражённо спросила Алёна, когда он подошёл.

— Почему сразу так? — спокойно ответил он. — Я вообще-то приехал извиниться за вчерашнее.

Заметив Татьяну, он вежливо кивнул.

— Привет.

— Здравствуй, — сухо ответила она.

Алёна кивнула на игрушку и пакет.

— Себе оставь. И вообще, как ты додумался приехать прямо к моему дому?

— Да чего ты сразу сердишься? Решил попросить прощения. Что в этом такого?

Алёна уже хотела ответить, но заметила, что из подъезда начали выходить две пожилые соседки.

Проходя мимо, женщины невольно замедлили шаг и с нескрываемым любопытством посмотрели сначала на Витю, потом на медведя, а затем на саму Алёну. Одна тихо шепнула что-то другой, и обе понимающе переглянулись.

Алёна обречённо прикрыла глаза.

— Всё... Теперь полдома будет обсуждать, что это за цирк.

Она с укором посмотрела на Витю.

— Ненормальный.

Он мельком взглянул на соседок и лишь усмехнулся.

— Если возьмёшь подарок, я сразу уеду. И им обсуждать будет уже нечего.

— Поздно, — вздохнула Алёна. — Они уже всё увидели. К вечеру каждая соседка будет знать, что ко мне приехал какой-то мужчина на дорогой машине, да ещё с медведем.

Татьяна усмехнулась.

— А завтра будут выяснять, когда свадьба.

Витя тихо рассмеялся.

— Не думал, что у вас новости так быстро расходятся.

— Ты никогда не думаешь.

Он снова протянул ей плюшевого медведя.

— Тогда возьми. Раз уж слухов всё равно не избежать.

Алёна посмотрела на игрушку, потом на Витю и тяжело вздохнула.

— И куда я, по-твоему, это дену? Я вообще-то на работу иду.

Витя, казалось, совсем не смущался.

— Возьмёшь с собой. Поставишь где-нибудь, а вечером домой заберёшь.

Он пожал плечами и как ни в чём не бывало добавил:

— Или я вас подвезу. Заодно и медведя не придётся таскать.

Алёна сразу отрицательно покачала головой.

— Не надо мне ничего от тебя.

Она посмотрела на него уже серьёзнее.

— Ты же обещал, что если я один раз схожу с тобой на свидание, то ты отстанешь.

Витя виновато усмехнулся.

— Помню.

— Тогда почему ты снова здесь? Цветы, игрушки, подарки... Ты вообще слышишь, что я тебе говорю?

Несколько секунд он молчал, будто подбирая ответ.

Потом спокойно сказал:

— Слышу.

— И?

— Ничего не могу с собой поделать.

Алёна вопросительно посмотрела на него.

— В каком смысле?

Он улыбнулся.

— По уши в тебя влюбился.

На несколько секунд повисла тишина.

Татьяна, стоявшая чуть в стороне, громко фыркнула.

— Ну да, конечно.

Алёна лишь покачала головой.

— Вить, не надо.

— Что не надо?

— Рассказывать мне такие сказки.

Он слегка нахмурился.

— Почему сразу сказки?

— Потому что мы знакомы всего ничего. Не бывает так.

Витя тихо усмехнулся.

— Бывает.

— Нет, не бывает.

Алёна скрестила руки на груди.

— Ну, если не возьмёшь, ничего страшного. Мне не трудно подождать здесь до самого вечера.

Алёна обречённо прикрыла глаза.

Она уже представила, как соседи будут весь день выглядывать в окна, а вечером у подъезда начнут обсуждать незнакомого мужчину, который несколько часов простоял возле их дома.

— Господи...

Она тяжело вздохнула и протянула руку.

— Давай своего медведя.

На лице Вити появилась довольная улыбка.

Он тут же вручил ей большого плюшевого мишку.

Алёна недовольно прижала игрушку к себе, всем своим видом показывая, что делает это исключительно для того, чтобы он поскорее уехал.

Но на этом Витя не остановился.

— И ещё вот.

Он протянул ей яркий подарочный пакет.

Алёна устало посмотрела сначала на пакет, потом на него.

— Скажи честно... Тебе деньги девать некуда?

Витя тихо рассмеялся.

— Да при чём тут деньги?

— А при том. Сначала цветы, теперь это...

Она слегка приподняла пакет.

— Ты вообще понимаешь, сколько всё это стоит?

— Понимаю.

— И тебя это не смущает?

— Нет.

Он пожал плечами.

— Мне просто захотелось сделать тебе приятное.

Алёна покачала головой.

— Странный ты человек.

Витя внимательно посмотрел на неё, а затем с улыбкой сказал:

— Вот объясни мне одну вещь.

— Какую?

— Почему ты такая вредная?

Она удивлённо приподняла бровь.

— Это ещё почему?

— Потому что внешность у тебя — хоть картину пиши. Ангел ангелом.

Он сделал небольшую паузу и, улыбнувшись ещё шире, добавил:

— А характер...

Алёна уже догадывалась, что услышит дальше.

— ...характер такой, что любой сбежит.

Татьяна не удержалась и усмехнулась.

Витя посмотрел на Таню, затем снова перевёл взгляд на Алёну.

— А я, как видишь, пока никуда не сбежал.

Алёна тихо фыркнула.

— К сожалению

— Значит, не такой уж у тебя страшный характер.

Она покачала головой, стараясь скрыть улыбку.

— Не обольщайся. Это ничего не значит.

— А я и не обольщаюсь.

Он сделал шаг назад и сунул руки в карманы куртки.

— Просто рад, что ты всё-таки взяла подарок.

Алёна взглянула на медведя, потом на пакет и снова на Витю.

— Всё? Теперь ты доволен?

Он кивнул.

— Почти.

— А что ещё?

— Улыбнись.

Она тут же нахмурилась.

— Вот теперь точно всё.

Татьяна громко рассмеялась, а Витя лишь покачал головой, понимая, что вывести Алёну на улыбку оказалось куда сложнее, чем он предполагал.

Через несколько минут девушки уже шли по заснеженной улице в сторону библиотеки.

Татьяна то и дело поглядывала на Алёну, которая несла под мышкой огромного плюшевого медведя и недовольно хмурилась. Не выдержав, брюнетка звонко рассмеялась.

— Нет, я всё-таки не могу... Взрослый мужик, серьёзный человек, авторитет, а бегает за тобой с игрушками и подарками. — Она покачала головой, всё ещё улыбаясь. — Хотя, если честно... будь я мужиком, тоже бы бегала. Ты у нас красавица.

Алёна невольно рассмеялась.

— Ты тоже красивая.

— Да ладно тебе.

Татьяна немного посерьёзнела.

— Но, Алён... если без шуток, будь осторожнее. Мы ведь о нём почти ничего не знаем. Да, может, он и правда хорошо к тебе относится. Может, у него серьёзные намерения... Но всё равно меня настораживает, что он так настойчиво добивается твоего внимания.

Алёна на мгновение задумалась.

— Не знаю... Подарки сами по себе ещё ничего не значат.

— Вот именно.

Несколько секунд они шли молча.

Потом Татьяна взглянула на часы и сокрушённо вздохнула.

— Всё, в магазин уже не успеваем. Из-за твоего Витеньки.

Алёна тут же возмущённо посмотрела на неё.

— Он не мой!

— Да знаю я, — засмеялась Таня. — Просто дразню тебя.

Алёна только закатила глаза.

— Очень смешно.

Минут через двадцать девушки уже были в библиотеке.

Внутри было тихо и тепло. Старое помещение пахло книгами, деревом и пылью.

Они сняли верхнюю одежду, повесили их на вешалку и сразу принялись разбирать новые книги, раскладывая их по полкам.

Пока Алёна расставляла последние тома, Татьяна налила в стеклянную банку воды и опустила туда кипятильник.

Тихое потрескивание нарушило библиотечную тишину.

Взгляд Тани упал на стул, где лежали плюшевый медведь и яркий пакет.

— Слушай... а ты вообще смотрела, что он тебе подарил?

Алёна покачала головой.

— Нет. Некогда было.

Она подошла к столу и поставила пакет перед собой.

— Давай посмотрим.

Осторожно заглянув внутрь, девушка удивлённо округлила глаза.

Пакет оказался доверху набит сладостями.

Красочные упаковки были ей незнакомы.

— Ничего себе...

Татьяна сразу подошла ближе.

— Покажи.

Они начали выкладывать содержимое на стол.

Шоколадки, жевательные конфеты, печенье, небольшие упаковки с иностранными надписями.

Алёна с интересом рассматривала каждую.

— Это же всё... импортное.

В начале девяностых такие сладости были редкостью. Их продавали далеко не в каждом магазине, а цены были такими, что большинство людей только смотрели на витрины.

Татьяна осторожно достала шоколадный батончик.

— «Сникерс»...

Она посмотрела сначала на упаковку, потом на Алёну.

— Ты представляешь, сколько он стоит?

Алёна только пожала плечами.

— Даже не знаю.

— Очень дорого.

Татьяна покачала головой.

— Он точно ненормальный.

Алёна лишь усмехнулась.

— Значит, денег у него действительно хватает.

В её голосе уже не было прежнего раздражения.

Скорее лёгкое недоумение.

Она никак не могла понять, зачем Витя тратил столько денег на человека, который почти при каждой встрече спорил с ним.

— Ну что? — с улыбкой спросила Таня. — Попробуем?

Алёна посмотрела на разноцветные упаковки, потом на кипятильник, который уже начинал шуметь.

— Давай. Раз уж он всё равно потратился...

Она взяла батончик из рук подруги.

— Интересно, из-за чего вокруг него столько разговоров.

Татьяна улыбнулась.

— Сейчас узнаем.

Алёна осторожно раскрыла блестящую упаковку, отломила небольшой кусочек и отправила его в рот.

Несколько секунд она молча жевала.

Потом удивлённо подняла брови.

— Слушай...

— Ну?

— А ведь вкусно.

Татьяна рассмеялась.

— Я же говорила! Давай половину мне.

— Нет уж, сама открывай.

— Вот жадина.

Обе девушки рассмеялись, и впервые за всё утро мысли Алёны ненадолго перестали возвращаться к Пчёлкину. Хотя, сама того не замечая, она уже не называла его про себя «придурком», а всё чаще — просто Витей.

Уже через несколько минут чай был готов.

Девушки устроились за небольшим столом в читальном зале. За окном медленно падал снег, в библиотеке стояла привычная тишина, нарушаемая лишь негромким тиканьем настенных часов.

Перед ними лежали раскрытые упаковки сладостей, которые утром привёз Витя.

Татьяна, сделав глоток горячего чая, откусила кусочек шоколадного батончика и довольно улыбнулась.

— Всё-таки за шоколадки ему спасибо. Я такие вообще впервые пробую.

Алёна тихо рассмеялась.

— Хочешь, забирай половину. Мне не жалко.

Таня удивлённо посмотрела на подругу.

— Правда?

— Конечно.

— Тогда давай.

Алёна улыбнулась.

Ей действительно не было жалко.

Она открыла пакет и начала выкладывать на стол шоколадки, конфеты и печенье, деля всё почти поровну.

— Алён... — смущённо произнесла Татьяна. — Да куда столько?

— Не спорь.

— Мне столько не надо.

— Ровно половину отдаю.

Татьяна покачала головой, улыбаясь.

— Ты невозможная.

— Сумку свою давай.

— Зачем?

— Сейчас сложим.

Таня послушно поставила на стол свою потёртую сумку.

Алёна аккуратно убрала туда сладости, стараясь ничего не помять.

Татьяна молча наблюдала за подругой.

На душе вдруг стало тепло.

Таких подарков ей никогда никто не делал.

В детстве у неё не было ни шоколада, ни праздников.

Родители слишком рано выбрали бутылку вместо дочери. Когда Тане исполнилось три года, её забрали в детский дом, где она и выросла. Там сладости появлялись редко, по большим праздникам, поэтому даже теперь, став взрослой, она относилась к ним почти как ребёнок.

Застегнув сумку, Алёна довольно кивнула.

— Ну вот. Теперь честно.

Татьяна неожиданно встала из-за стола.

— Алён...

— Что?

Она не успела договорить.

Брюнетка крепко обняла её, прижав к себе.

— Я тебя так люблю.

Алёна улыбнулась и обняла подругу в ответ.

— И я тебя, Танюш.

Несколько секунд они просто стояли молча.

Кроме друг друга у них почти никого не было.

Татьяна была для Алёны настоящей семьёй после смерти бабушки, а Алёна давно стала для Тани самым близким человеком, которого ей когда-либо подарила жизнь.

Наконец Таня отпустила её и, украдкой смахнув выступившую слезу, рассмеялась.

— Всё, хватит этих нежностей. А то сейчас обе реветь начнём.

Алёна улыбнулась.

— А ты сама первая полезла обниматься.

— Потому что ты хорошая.

— И ты.

В этот момент в библиотеку вошла пожилая женщина с книгой в руках.

Увидев девушек, она добродушно улыбнулась.

— Девочки, вы уж потом чай допивайте. Мне бы книжку сдать.

Татьяна быстро выпрямилась, поправила кофту и улыбнулась посетительнице.

— Конечно, сейчас.

Она подошла к стойке, привычным движением открыла журнал учёта и начала общаться с женщиной.

Алёна тем временем стала собирать со стола пустые обёртки, невольно улыбнувшись.

Она вдруг поймала себя на мысли, что если бы Витя узнал, что почти половина его дорогих импортных сладостей перекочевала в Танину сумку, то, скорее всего, только рассмеялся бы и на следующий раз купил ещё больше. Эта мысль показалась ей неожиданно забавной, и она сама удивилась тому, что впервые вспоминала о нём без раздражения.

Как только Татьяна проводила посетительницу, девушки вновь вернулись к работе.

До самого вечера они расставляли книги по полкам, разбирали новые поступления, время от времени отвлекаясь на разговоры. Они вспоминали детство, смеялись над забавными случаями и спорили о всяких пустяках. В такие моменты часы словно шли быстрее.

Когда настенные часы пробили пять вечера, Татьяна закрыла библиотеку, повернула ключ в замке и облегчённо выдохнула.

— Ну вот, рабочий день закончился.

Девушки вышли на улицу.

Мороз заметно усилился, а зимнее небо уже начинало темнеть. Снег тихо поскрипывал под ногами, а редкие прохожие спешили домой, кутаясь в тёплые пальто и шубы.

На перекрёстке, где их дороги расходились, Татьяна остановилась.

Она подошла к Алёне и крепко обняла её.

В одной руке Алёна держала большого плюшевого медведя, в другой — пакет со сладостями, поэтому ответить на объятия ей удалось неуклюже, но от этого они стали только теплее.

— Пока, моя хорошая, — с улыбкой сказала Алёна.

Татьяна улыбнулась в ответ.

— Пока, Алёнушка. И смотри... если кто-нибудь нападёт, отбивайся медведем.

Алёна звонко рассмеялась.

— Обязательно. Он тяжёлый, думаю, поможет.

— Вот и правильно.

Они ещё раз улыбнулись друг другу и разошлись в разные стороны.

Алёна медленно шла по вечерней Москве, крепче прижимая к себе плюшевого медведя.

На улицах уже сгущались сумерки. Редкие фонари отбрасывали на снег длинные жёлтые полосы света, из труб старых домов поднимался дым, а где-то неподалёку слышался гул проезжающих машин.

Мороз становился крепче.

Алёна поправила шерстяной платок и невольно посмотрела на медведя.

— И что мне теперь с тобой делать?.. — тихо пробормотала она.

Ответом была лишь зимняя тишина.

Она усмехнулась сама себе и продолжила путь.

До дома оставалось всего несколько кварталов, когда возле тротуара медленно притормозила чёрная иномарка.

Алёна сразу узнала её.

— Только не опять... — тихо вздохнула девушка.

Стекло со стороны водителя плавно опустилось.

За рулём сидел Витя.

Улыбнувшись своей привычной уверенной улыбкой, он посмотрел на Алёну.

— Ты меня точно преследуешь.

Алёна остановилась и недоверчиво посмотрела на Витю, который, облокотившись на руль, с привычной самоуверенной улыбкой наблюдал за ней.

— Да перестань, — усмехнулся он. — Домой ехал. Смотрю — знакомая девушка по морозу идёт. Думаю, почему бы не подвезти?

— Не ври.

Она произнесла это спокойно, но уверенно, не сводя с него зелёных глаз.

Витя только тихо рассмеялся.

— Вот честное слово, не вру.

— Слишком много у нас с тобой «случайных» встреч получается.

Он развёл руками.

— Значит, судьба.

— Никакая не судьба.

Витя покачал головой, будто спорить с этим даже не собирался.

— Садись. На улице мороз, а ты пешком идёшь. Не съем же я тебя.

Алёна перевела взгляд на открытую пассажирскую дверь, затем снова посмотрела на него.

— Что-то я в этом уже начинаю сомневаться.

Витя улыбнулся ещё шире.

— Обещаю: довезу до дома и сразу уеду. Никаких ресторанов, никаких сюрпризов и никаких подарков.

Алёна несколько секунд молчала. До дома оставалось идти совсем немного, но холод уже пробирался сквозь шубу.

Она тяжело вздохнула.

— Ладно...

Алёна осторожно села в машину, прижимая к себе плюшевого медведя и пакет со сладостями. Витя дождался, пока она закроет дверь, и только после этого плавно тронул автомобиль с места.

— Только ты не прямо к дому меня вези, — попросила Алена, нарушив затянувшееся молчание. — Не хочу, чтобы кто-нибудь опять увидел, как ты меня подвозишь.

Витя тихо усмехнулся.

— Какие же вы, девушки, любите себе лишние проблемы придумывать.

Он говорил спокойно, не повышая голоса. Одной рукой уверенно держал руль, другой лениво постукивал пальцами по рулевому колесу в такт музыке, доносившейся из магнитолы. Казалось, его совершенно не волновало, что о нем думают окружающие. За его спиной и без того ходило столько слухов, что одним больше, одним меньше — разницы никакой.

Алена покачала головой.

— Да не в этом дело. Просто не хочу потом слушать за спиной, что меня домой возит какой-нибудь бандит.

Витя громко рассмеялся.

— Бандит? Вот это ты сейчас меня оскорбила.

Он улыбнулся и, бросив на девушку взгляд через зеркало заднего вида, продолжил:

— Почему сразу бандит? Может, я честный предприниматель.

— Ага, — с иронией протянула Алена. — Особенно в таком виде.

— Между прочим, выгляжу я нормально.

— Именно это меня и настораживает.

Он снова засмеялся.

— Слушай, Ален, ты обо мне такого мнения, будто я людей по вечерам в лес вывожу.

— А разве нет?

— Нет.

— Точно?

— Пока еще ни одного не вывез.

Она не выдержала и тихо улыбнулась, тут же отвернувшись к окну, чтобы он этого не заметил.

Но Витя заметил.

— Вот, уже лучше. Улыбаться тебе идет намного больше, чем хмуриться.

Алена лишь закатила глаза.

— Не обольщайся. Это ничего не значит.

— Конечно, — с довольной улыбкой ответил он.

Она ничего не сказала, лишь покачала головой, понимая, что спорить с ним бесполезно. Каждое ее слово он умудрялся обратить в шутку, и, как ни странно, это совсем не раздражало так сильно, как в первую встречу.

— Ну так если ты не бандит, тогда кто? — спокойно спросила Алена, внимательно посмотрев на него. — Думаешь, мне никто не говорил, что ты друг Белого?

Витя перевел на нее взгляд и усмехнулся.

— Значит, уже все знаешь.

На его лице не было ни удивления, ни раздражения. Скорее, его позабавило, что девушка успела столько узнать о нем, даже толком не познакомившись.

— Друг рассказал — пожала плечами Алена. — А я думаю он врать не будет

— И всему, что он тебе скажет ты поверишь?

— Не всему. Но дыма без огня тоже не бывает.

Она внимательно смотрела на мужчину, словно пыталась понять, какой он на самом деле.

— Тогда почему ты говоришь, что не бандит? — спросила она после небольшой паузы.

Витя едва заметно улыбнулся.

— А если я сейчас скажу, что бандит... Что изменится?

Он ненадолго повернул голову в ее сторону.

— Ты попросишь остановить машину и убежишь?

Алена крепче прижала к груди плюшевого медведя, которого он подарил ей.

— А почему я должна убегать? Ты что, убить меня хочешь? Или в лес отвезти?

Витя тихо усмехнулся.

— Убивать я тебя точно не собираюсь. Да и в лес мне тебя везти незачем.

Он снова перевел взгляд на дорогу, уверенно удерживая руль.

Алена ненадолго замолчала.

— Я ведь не знаю, что у тебя в голове, — наконец произнесла она уже тише. — Вдруг ты вообще решил надо мной поиздеваться... Или еще чего похуже. Думаешь, я мало таких историй слышала?

В ее голосе не было упрека — лишь осторожность. Время было неспокойное, и девушки привыкли быть настороже.

Витя вздохнул.

— Правильно делаешь, что не доверяешь первому встречному.

Эти слова удивили Алену.

— Правда?

— Конечно. Только я не первый встречный.

— А кто же?

Он улыбнулся уголком губ.

— Человек, который пытается добиться твоего внимания.

Алена недоверчиво хмыкнула.

— И зачем тебе это?

Витя промолчал.

На самом деле ответ он знал. Все началось с обычного спора с Максом. Тогда ему хотелось лишь доказать, что нет такой девушки, которую он не смог бы влюбить в себя. Он был уверен, что справится быстро, как бывало уже не раз.

Но теперь все чаще ловил себя на мысли, что Алена совсем не похожа на остальных. Она не пыталась ему понравиться, не велась на красивые слова, спорила с ним по любому поводу и каждый раз заставляла искать новый способ продолжить разговор.

Сам того не замечая, он начинал забывать, что когда-то это было всего лишь спором.

— Чего молчишь? — вывела его из мыслей девушка.

— Думаю.

— О чем?

Он улыбнулся и, сбавляя скорость перед ее двором, спокойно добавил:

— О том что... Пока ты рядом со мной, бояться тебе нечего.

Конечно.

Услышав его слова, Алена лишь тихо хмыкнула.

Когда машина остановилась возле дома, блондинка вышла из салона и, крепко прижимая к груди плюшевого медведя, посмотрела на Пчелкина.

— Спасибо, что подвез.

Ее голос звучал спокойно. Она продолжала стоять, сжимая в одной руке пакет со сладостями, а в другой — медведя, и смотрела на мужчину, сидевшего за рулем.

— А медведь все-таки понравился? — с улыбкой спросил Витя.

Услышав его вопрос, Алена ничего не ответила. Молча развернувшись, она направилась к своему подъезду.

Ее пугало то, что Пчелкин начинал ей нравиться. Его внимание, настойчивость и эти, казалось бы, простые подарки незаметно растапливали лед в ее сердце. Но она не хотела этого допускать.

Мягкие игрушки Алена любила с самого детства и уже понимала, что выбросить этого медведя точно не сможет.

Поднявшись в квартиру, девушка сняла верхнюю одежду и прошла на кухню. Оставив пакет со сладостями на столе, она направилась в спальню. Аккуратно положив медведя на кровать, Алена ушла в душ.

Уже через несколько минут она стояла под теплыми струями воды, смывая с себя усталость и напряжение этого долгого дня.

Последние дни выдались непростыми. Их с Таней почти перестали приглашать выступать в бар, и это сильно огорчало девушку. Денег становилось все меньше, а заказов на прически почти не поступало.

Выйдя из душа, Алена вернулась в спальню, переоделась в свою любимую серую растянутую футболку, в которой обычно спала, и легла в кровать.

Ее взгляд сразу остановился на плюшевом медведе, лежавшем рядом.

— Ну и как тебя назвать? — тихо произнесла она, улыбнувшись самой себе.

Немного подумав, девушка погладила игрушку по голове.

— Будешь Мишей.

Сказав это, Алена невольно улыбнулась. Уже через несколько минут обнимая мишку который лежал рядом блондинка уснула..

В это время Витя приехал к парням, которые собрались в квартире Белого.

Едва Пчелкин переступил порог, как Макс с улыбкой направился к нему.

— Ну что, как дела с блондиночкой?

Спросил он с нескрываемой насмешкой, уверенный, что у друга ничего не выходит.

Витя усмехнулся и снял куртку.

— Продлевай спор еще на две недели. Попалась та, которая не ведется. На Новый год я приведу ее к нам... в роли своей девушки.

Он говорил уверенно, хотя прекрасно понимал, что за оставшееся время добиться Алены вряд ли получится.

Макс покачал головой.

— Не пойдет, Пчел. Договор был на три недели.

— Макс, я серьезно. Она крепкий орешек. Даже у меня ничего не выходит.

В его голосе впервые прозвучало признание собственного поражения. Обычно Пчелкин без особого труда очаровывал девушек, но с Аленой все оказалось иначе.

Макс задумчиво потер подбородок.

— Ладно... Договорились.

Он протянул другу руку.

— На Новый год она приходит с тобой как твоя девушка. При всех целуешь ее — и считай, что спор ты выиграл.

Витя без раздумий пожал ему руку.

— По рукам.

Спор был продлен.

Спустя полчаса вся компания уже сидела в гостиной за большим столом.

Из кухни доносился аромат горячего ужина. Оля, жена Саши, расставляла перед парнями тарелки, время от времени прося кого-нибудь передать хлеб или салат.

Витя сидел, откинувшись на спинку дивана, и задумчиво крутил в руках вилку.

— Я есть не буду, — неожиданно произнес он. — На меня не рассчитывай.

Оля удивленно обернулась.

—Пчел, ты ужин пропускаешь? Тебя точно не подменили?

Она с улыбкой посмотрела на него. Обычно именно Витя первым садился за стол и никогда не отказывался от ее стряпни.

— Не подменили, — усмехнулся он. — Просто не хочется.

— Заболел, что ли? — вмешался Космос, удивленно взглянув на друга.

— Нет.

Фил внимательно посмотрел на Пчелкина и улыбнулся.

— Да он просто решил стать загадочным.

За столом тут же раздался смех.

Витя лишь закатил глаза.

— Делать мне больше нечего.

— Тогда чего сидишь такой задумчивый? — не унимался Космос.

Пчелкин пожал плечами.

— Думаю.

Макс, прекрасно знавший, о чем именно думает друг, едва заметно усмехнулся, но промолчал.

Сам же Витя никак не мог выбросить из головы Алену.

Он снова и снова прокручивал сегодняшний разговор в машине, пытаясь понять, как подобраться к девушке, которая совершенно не реагировала на привычные способы ухаживания.

И чем больше он думал, тем сильнее разгорался азарт.

Впервые ему встретилась девушка, которую нельзя было покорить красивыми словами, дорогими подарками или уверенной улыбкой.

И именно поэтому отступать он не собирался.