В погоне за тенями | Коты-Воители

Глава 17
— Пора бы уже вычистить палатку старейшин, — резко промяукала Нектарница. — Принимайся за работу, Скворолап.
Подавив вздох, Скворолап кивнул.
— Хорошо, Нектарница, — отозвался он и прибавил: — Надеюсь, мне разрешат выйти из лагеря за свежей подстилкой?
Нектарница прищурилась.
— Да. Но не наглей.
Тихо кипя от злости, Скворолап выбрался через папоротниковую завесу в лес. Ему до смерти надоело наказание за поведение на Совете, тем более что Нектарница решила поддержать Орлокрылого, вместо того чтобы защищать своего ученика.
«А ведь я-то думал, она на моей стороне, — размышлял Скворолап, отдирая мох от корней ближайшего дерева. — В конце концов, это она сама призывала меня говорить правду».
Когда он вернулся в лагерь, неся на плече огромный ком мха и папоротника, трое старейшин уже покинули свою палатку и теперь грелись на солнышке, расположившись на плоском камне неподалёку.
— Гляди, чтоб ни одной колючки не было! — окликнул его Птицекрыл, когда Скворолап проходил мимо.
— Постараюсь, Птицекрыл, — прошипел Скворолап сквозь стиснутые зубы.
Он разложил свежую подстилку у входа в палатку, чтобы она успела просохнуть, пока он будет убирать старые гнёзда. Занявшись подстилкой, он заметил Темносвета и Пчелохвостую, которые направлялись к нему через весь лагерь.
Скворолап уже приготовился к подколам из‑за наказания, но, когда молодые воины подошли, они выглядели вполне дружелюбно.
— Знаешь, ты классно выступил на Совете, — с явным восхищением мяукнула Пчелохвостая. — Вообще нечестно, что тебя за это наказывают.
— Да уж, ты дал достойный отпор Орлокрылому, — добавил Темносвет. — Ты, похоже, вообще ничего не боишься?
— Во всяком случае, не Орлокрылого, — ответил Скворолап, быстро оглядевшись, чтобы убедиться, что глашатай племени не услышит. — Когда говоришь правду — чего бояться?
Пчелохвостая вздохнула.
— Хотела бы я быть похожей на тебя, Скворолап, — призналась она. — Когда я была ученицей, мне иногда казалось, что Солнцегривка не права, но мне не хватало смелости сказать об этом.
Грудь Скворолапа распирало от гордости при этих словах молодой кошки.
— Наставники желают своим ученикам лишь добра, — изрёк он. — Важно учиться всему, чему можешь. Я всегда слушаю Нектарницу, потому что хочу понять, чему она пытается меня научить. Но наставник не может контролировать твои мысли. Это можешь только ты.
Пчелохвостая уставилась на него с широко распахнутыми от восхищения глазами.
— А ты довольно умён для ученика, — промурлыкала она.
«А ты довольно милая, — подумал про себя Скворолап, любуясь красивой и ухоженной полосато-белой шерстью Пчелохвостой. Белые участки её шерсти сверкали чистотой. — Подумаю об этом позже, когда получу воинское имя».
Как только эта мысль промелькнула у него в голове, он увидел Нектарницу, стремительно пересекавшую лагерь; она помахивала хвостом, привлекая его внимание.
— Ты скоро закончишь? — спросила она, поведя ушами в сторону подстилки. — Листвяная Звезда разрешила взять тебя в охотничий патруль.
Наконец-то! Возбуждение охватило Скворолапа. Он проторчал в лагере больше четверти луны, и его лапы так и чесались поскорее очутиться в лесу.
— Управлюсь за пару мгновений, — пообещал он Нектарнице.
Его наставница одобрительно кивнула.
— Я возьму ещё нескольких воинов с нами, — промяукала она. — Встретимся у воинской палатки.
Быстро попрощавшись с Темносветом и Пчелохвостой, Скворолап нырнул в палатку старейшин и скатал старую подстилку в один огромный ком, который сразу же вытолкал из лагеря. Когда пол палатки опустел, он перенёс внутрь свежий мох и папоротник. Быстро проверяя на ходу, нет ли колючек, он аккуратно разложил всё по трём гнёздам. Через пару мгновений он уже выскочил наружу, стряхивая с шерсти остатки трухи, и стремительно побежал через лагерь.
«Долг зовёт...»
Нектарница, возглавив охотничий патруль, выбрала Бледнолику и Горлицу и повела их к скалистому склону, густо заросшему высокими деревьями, расположенному недалеко от границы с Грозовым племенем.
По пути им часто встречалась мелкая дичь, снующая среди валунов, но подобраться к ней было нелегко из-за множества нор и расщелин, где можно было спрятаться. Бледнолика поймала мышь, а Нектарнице удалось добыть землеройку, но к тому времени все уже устали и начали раздражаться.
Скворолап остановился и посмотрел в небо. Над его головой кружили две сороки, мимо пронёсся дрозд, а с ближайшего дерева, сильно хлопая крыльями, сорвался голубь и направился к верхушкам деревьев.
— Если бы только... — пробормотал Скворолап.
— У тебя что, пчёлы в голове, Скворолап? — спросила Бледнолика, подходя к нему. — Птицы летают слишком высоко. Даже с ветвей деревьев мы ни одну из них не поймаем.
— Я не об этом, — попытался вежливо ответить Скворолап, хотя снисходительный тон чёрно-белой кошки его разозлил. — Я вспомнил, как охотился Клан Падающей Воды.
— Ты имеешь в виду то, о чём я думаю? — спросила Нектарница, подходя к нему вместе с Горлицей.
— Я помню, как они использовали блестящий предмет для привлечения крупных птиц, таких как орлы, — ответил Скворолап. — Если птица проявляла любопытство и спускалась, чтобы посмотреть на блестящий предмет, охотники сразу же нападали на неё.
— И это действительно сработало? — недоверчиво спросила Горлица. — Коты смогли поймать орла?
— Да, это сработало, — подтвердила Нектарница.
— Я подумал, что мы могли бы попробовать поймать этих птиц таким же способом, — продолжил Скворолап. — Взгляните на тот плоский камень, который нависает над склоном. Если мы найдём что-нибудь блестящее и положим на край камня, оно будет сверкать на солнце. А потом мы сможем выскочить и схватить птицу.
Он огляделся, пытаясь понять, что соплеменники думают об этой идее. Бледнолика и Горлица сомневались, но глаза Нектарницы сияли одобрением.
— Блестяще! — промурлыкала она. — Так, все разбегаемся и ищем что-нибудь сверкающее.
Бледнолика хмыкнула.
— Наверное, это лучше, чем гоняться за добычей, которая тут же ныряет в нору. Могу поклясться, последняя мышь посмеялась надо мной!
Горлица обнаружила камень, который они искали: на нём был плоский скол, отражавший солнечные лучи, если его правильно расположить. Скворолап подтолкнул камень к краю скального уступа, убедившись, что его отблеск будет виден сверху, где его могли заметить птицы.
Все четверо котов притаились вокруг сверкающего камня. Скворолап распластался на земле в неглубоком углублении примерно в пяти хвостах от скалы. Его взгляд был прикован к небу, он всматривался, не приближается ли птица.
Время шло, и Скворолап уже начал опасаться, что его уловка не сработает. Он видел Бледнолику под кустом неподалёку; та уже начинала ёрзать.
— Ну же, Звёздное племя, — пробормотал он чуть слышно. — Пошли нам птицу!
Словно в ответ на его молитву, одна из сорок закружила над камнем, а затем села на край скалистого уступа. Склонив голову набок, она запрыгала ближе, вытягивая шею, чтобы клюнуть блестящий камушек.
«Да!»
Шаг за шагом Скворолап крался вперёд, шерсть на его животе скользила по песчаной почве. Сорока, казалось, не замечала его. Что делают его соплеменники, он не видел — всё его внимание было приковано к добыче.
Наконец Скворолап решил, что находится достаточно близко для прыжка. Он принял охотничью стойку и взмыл в воздух. Однако в момент прыжка камень под одной из задних лап Скворолапа сдвинулся. Вместо того чтобы упасть на птицу, он полетел в сторону. Сорока с тревожным криком поднялась в воздух.
Скворолап приземлился на бок, и его лапы заскребли землю, когда он попытался встать. Но почва и камни скользили под лапами, и он не мог зацепиться. С визгом он покатился вниз по склону, натыкаясь на крупные камни, отскакивая от них и только набирая скорость.
Наконец, он с глухим стуком врезался во что-то, и его дыхание со свистом вырвалось из груди. Оглушённый, он поднял взгляд и сквозь пелену увидел корявый пень, который и остановил его падение.
Мгновение спустя Нектарница затормозила рядом с ним.
— Скворолап, ты цел? — встревоженно спросила она.
— Э-э... — попытался ответить Скворолап, но рот был забит песком. Он пошатываясь поднялся, но, стоило ему опереться на одну из задних лап, её пронзила резкая боль. Он невольно охнул.
— Лапа болит? — Нектарница прищурилась, осматривая лапу, которую Скворолап держал на весу. — Похоже, ты её вывихнул.
— Всё обойдётся, — заверил её Скворолап, отряхивая с шерсти пыль и выплевывая песок. Помимо израненной лапы, всё тело ломило болью. По лбу текла кровь — он понял, что ещё и расцарапался.
«Но я должен быть храбрым», — подумал он.
— Мы доставим тебя в лагерь, — объявила Нектарница, когда к ним подошли двое других котов. — Горлица, помоги Скворолапу с другой стороны. Бледнолика, собери нашу добычу.
— Там и собирать-то нечего, — фыркнула Бледнолика.
— Простите, что упустил сороку, — промяукал Скворолап, когда они двинулись в путь; он опирался на плечи Нектарницы и Горлицы.
— Со всяким бывает, — отозвалась Нектарница, сочувственно лизнув его в ухо.
— И идея была отличная, — заверила его Горлица. — Мы как-нибудь ещё попробуем.
После возвращения в лагерь племени, Непоседа тщательно осмотрел Скворолапа в целительской. Он осторожно ощупал его со всех сторон, внимательно обнюхал царапину на лбу и даже тщательно её вылизал, однако особое внимание Непоседа уделил повреждённой лапе.
— Ты вывихнул лапу, — наконец, сообщил он. — Считай, что тебе повезло, что не сломал её, учитывая, как ты упал и каким твёрдым был пень. Тебе придётся несколько дней не наступать на эту лапу.
Скворолап застонал.
— А мне ведь только-только разрешили снова охотиться!
— Ну, охота пока подождёт, — тон Непоседы был полон сочувствия. — А теперь не шевели лапой, пока я её не зафиксирую.
Он взял палочку, приложил её к повреждённой лодыжке и примотал длинным усиком плюща.
— Тебе лучше съесть маковое зёрнышко, чтобы ты отдохнул, — продолжил Непоседа, исчез в глубине палатки и вернулся с одним-единственным чёрным зёрнышком, лежавшим на листке.
— Спасибо, Непоседа, — промяукал Скворолап, слизывая его.
— Ты храбрый кот, — заметил Непоседа, — но тебе стоит вспомнить: «Семь раз прикинь, один — прыгни». — Он помолчал и многозначительно добавил: — Этот совет ко многому применим.
«Я не настолько глуп», — подумал с раздражением Скворолап, но он слишком устал, чтобы вступать в споры.
Вздохнув с облегчением, он погрузился в мягкое гнездо в палатке целителя.
«Я мог бы проспать целую луну...» Но прежде чем он заснул, Скворолап услышал шаги у входа и, подняв взгляд, увидел свою мать, Иглоцапку, и сестру, Зорелапку.
— Нектарница сказала, ты поранился, — мяукнула Иглоцапка. — Всё плохо? Ты поправишься?
— Всё обойдётся, — сонно ответил Скворолап. — Я вывихнул лапу, но Непоседа всё исправил. Смотрите. — Он повёл ушами в сторону палочки.
— Как странно выглядит! — воскликнула Зорелапка, с любопытством обнюхивая её. — Ты теперь всегда будешь это носить?
— Нет, только пока не заживёт, — ответил Скворолап.
— Нектарница рассказала, как всё случилось, — продолжила Иглоцапка. — Ты был таким смелым и находчивым! Я очень горжусь тобой, и, похоже, Нектарница тоже.
— И я! — согласилась Зорелапка.
— Я ещё не говорила тебе, — продолжала Иглоцапка, — но я восхищаюсь тем, как ты сказал правду на Совете. Ты не заслуживал того наказания, которое назначил тебе Орлокрылый. Чтобы противостоять Грачу, нужно быть очень смелым. Ты напомнил мне Сапсана. Он всегда верил, что ради защиты Небесного племени стоит рискнуть всем.
Скворолап почувствовал, как по телу разливается тепло при упоминании отца.
«Я хочу быть таким, как он...»
— Я бы никогда не решилась сказать это, — призналась Зорелапка. — Но я так рада, что ты сделал это, Скворолап. Грач или кто-то другой из путешественников вполне может быть тем самым котом, о котором нас предупреждали.
Иглоцапка кивнула в знак согласия.
— Никто не хочет, чтобы какой-нибудь заблудший воитель снова направил племена по ложному пути. Мы должны быть настороже, особенно учитывая все проблемы, которые создают Двуногие.
Последние слова матери, казалось, эхом отозвались в сознании Скворолапа. Маковое зёрнышко уже начало действовать, и он начал проваливаться в забытье.
— Интересно, кто же это? — мяукнула Зорелапка. — Ну, кот из пророчества.
— Наверное, это... — начала Иглоцапка.
Но прежде чем она успела назвать имя, Скворолап уже погрузился в тьму сна.