Переходная ступень. 16+

Наше с Билли прощание было странным. От слова совсем. Она что-то сказала мне, перед тем, как вышла из палаты, но я не услышала, будто оглохла. Я кивнула ей, смотря перед собой расфокусированным взглядом. В конце концов, она ушла, сказав на последок " до встречи, Ли ", а я в ответ махнула рукой. 

Новость об аресте Бари всё ещё отдавалась эхом в голове, даже спустя час после того, как Билли рассказала об этом. Она не меркла на фоне моих собственных мыслей и будто нашла себе место в отдельной нише моего сознания. Глубоко вздохнув, я отвернулась от двери, всё ещё не веря в это до конца. Этого садиста не могли просто посадить, даже арестовать...

"Вот именно, его не могли посадить... Представь, что ты вернёшься домой, а там он... Злой, огромный, у которого так и чешутся руки сломать тебе шею, Талия... "

Я зажмурилась, стараясь не концентрироваться на его пронзительном шёпоте. Сколько же в нём ненависти, страха, боли... Громкая трель птиц нарушала тишину палаты ровно до тех пор, пока в неё не завалился Дэниэл и не ударил дверь об стену.

— Упс, — пошатнувшись, он провёл ладонью по волосам и прислонился в стене. — О, — он икнул и, прикрыв глаза, попытался встать ровно. С третьей попытки ему это удалось. 

Чувствуя себя неловко, ( хотя это он пришёл пьяным ), я отошла от окна и решила наконец посмотреть что такого в пакете, который утром принесла Билли. По коже пошли мурашки, когда он нашёптывал воспоминания, которые чётко всплывали перед глазами, пока я шла к тумбочке. Я не хотела смотреть на Дэниэла, мне было страшно словить холодный и разозлённый взгляд. Но когда я услышала глухой звук удара, игнорировать присутствие парня было нельзя. 

— Дэниэл! — я подлетела к парню, протянув руку, но он отпихнул её, развалившись на полу. И где он успел так накидаться? На часах стрелка только-только придвинулась к часу.  — Дэниэл? — говорю тихо, присев на корточки.

"Отойди от него, Талия. Хочешь опять попасть под горячую руку? Глупышка... Чем ты ему поможешь? Он даже внимания на тебя не обращает... "

Желудок скручивает, когда я протягиваю к нему руку и осторожно трогаю за плечо. 

— Отвали, — слышу раздражённое ворчание и парень вновь отпихивает меня левой рукой, положив правую на лоб.

Не думаю, что его стоит вот так вот оставлять пьяного валяться на полу, но он заставляет меня отойти и прижаться к кровати. Он говорит мне, что это не моё дело, какая разница, что он тут лежит? Пускай себе лежит, его проблемы. Но я... я не боюсь его. 

"Не боишься? Талия, ты не боишься?! Конечно, можешь утешать себя мнимой смелостью, тебе это всё равно не поможет. " 

Я не понимала, что такого страшного я могла увидеть в спящем Дэниэле, но когда он вновь пустил в разгул мои травмы в памяти, я чётко ощутила необходимость в твердой опоре. Где-то в области живота неприятно заныло и я поморщилась, лишь бы не заплакать.

"Как глупо... и жалко... и ненормально... " 

Он шептал, шептал, шептал, а я никак не могла его заткнуть. Спасения не было, ведь он живёт во мне, живёт мной... Былой радости при взгляде на улицу уже не было, солнце бесило, а щебетание птиц доводило до исступления. В порыве злости я подошла к окну и резким движение захлопнула окно. В палате тут же стало тише. Дэниэл мирно посапывал у входа в комнату и только тут я поняла, что нахожусь, собственно говоря, на всеобщем обозрении, ведь дверь была открыта на распашку. Несколько пациентов озадаченно смотрели, проходя мимо. Приняв решение убрать его с порога, я подошла к нему и, взяв за ногу, оттащила. Я захлопнула дверь и медленно перевела взгляд на парня, который теперь лежал у моей кровати.

— Дэниэл, — я вновь предприняла попытку разбудить шатена. — Ну же, давай, — я легко ударила его по гладкой щеке, но он только промычал что-то нечленораздельное и отвернулся от меня.

"Ты боишься, ты... "

— Мисс Брайс... — голос мистера Боулдера заглушил его шёпот, но я чувствовала злость. Свою и его. — Что с ним? — быстро спросил мужчина, закрывая за собой дверь.

— Он... думаю, он просто пьян, — отвечаю, поднявшись с пола и смотря, как он опускается рядом с лежащим парнем и поочередно поднимает ему веки.

— Просто пьян... — доктор бездумно повторяет мои слова, пока я неловко топчусь рядом. — И сколько он в таком состоянии? 

— Я не знаю, — быстро приговаривают, наблюдая за его движениями. — Правда не знаю. Он пришёл минут десять назад и вот, почти сразу уснул. Его не было с самого утра... — мой голос стихает и я замолкаю.

— По утрам у него терапия, — выпрямившись на коленях и оперевшись на матрас рукой, говорит Боулдер. — Ему нельзя пить. Ну-ка, — он указывает пальцем на меня, а потом на Дэниэла. — Помоги мне, Талия.

Я кивнула и, подойдя ближе, ухватилась за его правую руку. Вместе с доктором нам удалось поднять шатена на ноги и теперь он полностью навалился на своего дядю, все ещё находясь в бессознательном состоянии.

— Талия, ты не могла бы найти коляску для инвалидов? — я удивленно посмотрела на него, но спрашивать ничего не стала. — Я видел одну тут, за углом, — выбежав из палаты, я осмотрелась и на противоположной стороне увидела то, что мне было нужно. 

Бегом преодолев расстояние, я схватила её за ручки и быстрым шагом направилась обратно к палате и чуть не сбила одного калеку по пути. Как только я открыла дверь, мистер Боулдер усадил туда Дэниэла, пыхтя и чертыхаясь.

— Убью его, клянусь, убью, — шумно выдохнув, он взглянул на меня. — Ты тоже с нами, не отставай, — с этими словами он выкатил тележку в коридор. 

***

Я теребила рукав толстовки, посматривая на лежащего мужчину с воротником и стоя у входа в палату. Здесь пахло по другому, не так, как в нашей. Спустившись на два этажа ниже, Боулдер пошёл направо и открыл большие двери. Они как будто отделяли одно отделение от другого. И ещё здесь пахло чем-то, похожим на перегар.

— Это отрезвитель, — уложив парня на кровать, сказал мужчина. — Ну, почти отрезвитель. 

— А что здесь делает он? — я кивнула в сторону лежачего пациента. 

— С ним возникли сложности. Нам пришлось пока переместить его сюда, подальше от остальных, но уже завтра он вернётся в свою палату, так что не переживай за него. — он усмехнулся, тепло на меня смотря.

— А, ну да, конечно... — пожав плечами, я подошла ближе к постели, на которой теперь спал Дэниэл. — Мистер Боулдер...

— Можешь звать меня Генри, — он улыбается, кивая.

— Хорошо, — говорю, помедлив пару секунд. — Генри, а что с... что с ним? Почему он здесь?

Мужчина молчит. Он смотрел с минуту на меня, а после перевёл взгляд на племянника. Наверное, он не хотел рассказывать мне. Или его попросил об этом сам Дэниэл. Когда мы говорили с ним у окна, мне показалось, что он не хочет мне это рассказывать, да и зачем? Кто я, чёрт возьми, такая? Ненормальная девчонка, вот кто.

"Браво, Талия. Ты поняла наконец всю суть, но продолжаешь совать свой миленький носик в чужие дела... Ай-ай-ай... "

Резко воздуха стало не хватать, перед глазами всё поплыло и я судорожно схватилась за горло. Кровь в жилах стала ледяной и начала царапать кожу ногтями, пытаясь выпустить этот холод наружу. Ошейник стягивался, пока я не упала на спину и не стала биться в пароксизме, отчаянно хватая воздух ртом. Я колотила рукам и ногами по полу, напрочь забыв о растяжении, глаза застилала боль и темнота и я думала, что вот-вот и окончательно задохнусь.

Острая, мгновенная боль поразила плечо и я уронила голову на бок.

— Талия! Талия! Эй, всё хорошо...— мистер Боулдер стал просто расплывчатым пятном, а потом я опустила веки, погружаясь в сон.  

... Я опять на площади. Здесь уже не так ярко, но по прежнему светит солнце. Делаю два шага и оказываюсь в тёмном коридоре. Я снова двигаюсь вперёд, но через мгновения утыкаюсь в тупик. 

Здесь пусто...

Но я слышу его...

Я чувствую темноту, которой он окутан и его страх. Я чувствую его. Оборачиваюсь, зажимая рот рукой, чтобы не закричать. Его силуэт, словно тень, я вижу клубы чёрного дыма, у него нет лица. В руках поводья. Скольжу взглядом по ремешкам и кричу. Он пробирается под кожу, холод вновь загребает в свои лапы и я сжимаюсь, продолжая надрывать глотку. 

Я вижу себя...

Я смотрю на себя, но в моих глазах ненависть...

— Талия... — я бросаюсь на себя, растопырив руки и открыв рот...

... — Талия! — распахнув глаза, я тяжело дышу. — Ты как? — кинув быстрый взгляд на доктора, я обвожу глазами помещение. Я в своей палате, всё хорошо.

— Что это было? — спрашиваю, сама не до конца понимая, что я имею ввиду. Кошмар или что это вообще было, или то, что я чуть не умерла на полу в отрезвителе.

— Приступ паники. Помнишь, я спрашивал, не хочешь ли ты мне что-то рассказать? — киваю, прекрасно помня эти слова. — Может, теперь пришло время сказать правду? — он прожигает в моём лице дыру своим взглядом.

— Нет, я так не думаю, — говорю, вперив взгляд в потолок. Мужчина вздыхает и я слышу, как он встаёт, отодвинув стул. 

— Ты знаешь, иногда человеку нужно рассказать о том, чего он боится. Ему это необходимо. Тебе это необходимо. Приступы паники не бывают просто так, подумай об этом, — Боулдер выходит, оставляя эти слова висеть в воздухе.

— Страха, я боюсь страха, — произношу шёпотом, чувствуя, как одинокая слезинка скатывается по виску. 

" А, замечательно. Значит ты больше всего боишься страха. Это похвально. "

© Римус Люпин. 

( Гарри Поттер и узник Азкабана. )