Переходная ступень. 16+

Она потерялась внутри.

Дэниэл.

... — Дэниэл? — сестра приоткрыла дверь и заглянула в комнату.

— Джен? Ты что-то рано, я думал тебя к утру ждать, — подкалываю девушку, снимая наушники.

— Совсем что ли? — она зашла в помещение и я сразу почувствовал, что с ней что-то случилось. — Мне пятнадцать, хочу ещё пожить.

Я киваю, садясь на край кровати рядом с Дженнифер. Я вижу, что её разрывает от желания сказать мне что-то важное, но она никак не решится на это. Её глаза горят ярким огнём в свете луны, щёки пылают красным и я улыбаюсь, наблюдая за её терзаниями.

— Ты бледная, — подгибаю одну ногу под себя и задорно усмехаюсь. — Не заболела случаем? — прикладываю ладонь тыльной стороной к её лбу, но сестрёнка отшатывается, отмахиваясь от моей братской заботы.

— Прекрати, — хмурится, а я тихо посмеиваюсь. — Он поцеловал меня. — на выдохе проговаривает, заставляя меня заткнуться.

— Он? Он - это твой Адам? — скептически переспрашиваю, приподняв левую бровь.

Мне проще представить то, как этот парень целует лягушку, чем настоящую девушку.

— Естественно, кто же ещё? — раздражённо говорит, а я поднимаю руки вверх в знак того, что больше подкалывать не собираюсь. — Он поцеловал, а я не ответила. Просто сбежала, — Джен утыкается взглядом в свои ладошки, которыми сжимает подол своей юбки.

Я смотрю на неё и отчетливо понимаю, что она ждёт от меня. Братского совета. Но вопрос в том - смогу ли я его дать? Откашливаюсь, бегая взглядом по собственной комнате. Светлые обои чётко контрастирует с тёмной мебелью и светло-серыми шторами, которые сейчас кажутся чёрными. Сестра смотрит на меня с немым вопросом в глазах, а я молчу, рассматривая мятое постельное бельё.

— Дени? — её голос тихий и молящий. — Что мне теперь делать? Ты сможешь помочь мне?...

— Ты сможешь помочь мне... — тихо говорю, выпуская изо рта сизый дым. — Прости, сестрёнка, я не смог тебе помочь, — опускаю голову от ощущения безысходности и тушу сигарету.

Уже несколько часов подряд я пялюсь на холодные синие стены и добиваю себя, вспоминая о потерянной сестре. Этот разговор оставил на душе тяжелый камень, который тянет и тянет вниз, отпечатывая на сердце всего три слова - это моя вина.

Провожу ладонями по лицу, стоя посреди комнаты и слушая трель кузнечиков с улицы. С момента смерти Дженнифер не прошло и дня, чтобы я не думал о ней и не винил себя в том, что тогда произошло. Мне казалось, что именно я стал отправной точкой к решению Дженн о самоубийстве. Тот разговор стал этой самой отправной точкой. Именно тогда я допустил роковую ошибку, дав неправильный совет. Ведь знал же, что говорю полную чушь, но не остановился... И родители... Они погибли, а мы закрылись друг от друга, потеряв ту бесценную связь. Сердце ноет от боли, но ни один доктор не способен унять её.

В дверь постучали и я слегка дёрнулся от неожиданности. Кто может шляться по больнице в два часа ночи и стучаться в дверь? Конечно же...

— Генри, — выдохнул я, хмуро смотря на мужчину.

— Дэниэл, — его голос звучал устало, а мешки под глазами стали ещё больше с нашего последнего разговора. — Как чувствовал, что ты не спишь.

— У тебя что, ночное дежурство? — спросил я, стараясь держать холодную маску на лице.

— Да, у меня и ещё парочки молодых врачей, — он постарался усмехнуться, но вышло не очень. — Так что , только у меня, да.

Я кивнул, не зная, что говорить и что делать. По правде сказать, я абсолютно не горю желанием разговаривать с дядей и видеть его тоже не хочу. Все эти дни я тщательно избегал его и, к слову, получалось у меня весьма хорошо. Но похоже сегодня моё везение закончилось.

— И что ты здесь забыл, дядя? — я сделал акцент на последнем слове совершенно нечаянно. Это вышло само собой.

— Хотел поговорить с тобой, Дэниэл, — Генри попытался поймать мой понимающий взгляд, но вместо этого наткнулся на холодную стену из отчуждения и неприязни.

— И о чём же, интересно? Снова о старом? — мой голос был пропитан сарказмом, который я и не пытался скрыть. — Или, может, ты в очередной раз попытаешься помочь мне дурацкими словами о том, что прошлого не вернуть? — прислонившись плечом к косяку двери, я взглянул на мужчину. Благодаря своему высокому росту я возвышался над ним по крайней мере на пол головы.

— Ты безнадёжен. Что я такого сделал, что ты так ко мне относишься? — я рассмеялся, не сдержав сумасшествия в глазах.

— Вопрос не в том, что ты сделал, — я в миг стал серьёзным и встал прямо перед ним. — Вопрос в том, что ты не сделал для неё. — не собираясь ждать его тупого ответа, я захлопнул дверь и с шумом втянул воздух в лёгкие.

Хватит с меня этого дерьма! Хватит с меня наркоты, больниц и всего прочего. Взъерошив волосы на затылке, я наконец понял, что пора отсюда валить. Ещё пару дней и всё это останется позади, в прошлом...

***

С утра состояние лучше не стало. Кошмары снова начали атаковать и поэтому я не смог заснуть. Последнее время я всё время чувствую, что что-то должно случится. Что-то, что поменяет меня в корне. Ну, возможно с корнем я перегнул, но это определённо что-то изменит.

Одно я знал точно - завтра я распрощаюсь с этим отвратным до тошноты местом и всеми силами постараюсь больше сюда не попасть. А пока придётся запихать в себя тарелку не очень аппетитной каши и дождаться симпатичной медсестры, которая отведёт на приём к психотерапевту. Внутри появилось ощущение некой радости, предвкушение чего-то нового. Того, что я так долго планировал в своей голове, но никак не мог решится.

— Доброе утро. — я обернулся на мелодичный голос вошедшей девушки и расплылся в обаятельной улыбке.

— И вам, — приняв сидячее положение, я слегка склонил голову, разглядывая лёгкий румянец на щеках медсестры. — Как вас зовут?

— Мэри, — она порозовела ещё больше, но я не переставал смотреть на неё. — Мне сказали, что вас нужно проводить на приём, — девушка неловко помялась, а я, хмыкнув про себя, поднялся с кровати и прошёл мимо блондинки.

Я уже давно выучил дорогу к местному психотерапевту, но Генри до сих пор считал, что мне нужен сопровождающий, вдруг я решу сбежать. Параноик чёртов. Но, должен признать, его паранойя не без основательна. Я уже пытался делать ноги отсюда, но меня ловили почти сразу. Именно поэтому для завтрашнего побега я подготовился гораздо лучше.

Мэри бесшумно двигалась следом, иногда здороваясь с пациентами и врачами. В лифте стояла чуть поодаль, пока я оценивал её взглядом и самодовольно ухмылялся. Меня забавляла её детская наивность, которую было видно при одном только взгляде. Интересно, сколько ей лет? Может двадцать? Или девятнадцать? Выглядит она, как школьница.

— Увидимся, Дэниэл, — она мило улыбнулась и я ответил ей тем же.

Открыв дверь, я посмотрел на сидящую в кожаном кресле женщину среднего возраста. Она перевела на меня взгляд и отложила папку с какими-то бумажками.

— А, Дэниэл, проходи, — её губы растянулись в добродушной улыбке.

— Здрасьте, — здороваюсь, про себя проклиная это место всеми известными мне словами.

Мисс Ходжес поправила кудрявые волосы и положила локти на стол, соединив кончики пальцев вместе. Эта женщина вызывала во мне противоречивые чувства, от отвращения до уважения. Вспоминаю нашу первую встречу. Я послал её, сказав, что она нехера не знает, а только строит из себя супер-мега-доктора. После этого в моей карточке пациента появилась не самая лестная критика от психотерапевта.

— Давно не виделись.

— Не так уж и давно. — буркаю в ответ, садясь в черное кресло напротив.

Она кивает. Наклонившись к ящикам своего стола, достаёт из одного жёлтую папку с моим именем. Я ёрзаю, положив руки на подлокотники.

— Твой дядя заходил ко мне, — смотрит на меня, пытаясь прочитать эмоции, которые вызывает у меня упоминание о Генри. — Он сказал, что вы в последнее время не ладите. — продолжает, когда я молчу.

Равнодушный взгляд скользит по её лицу и перескакивает на окно позади женщины. Эта сторона больницы находится в тени, поэтому света здесь немного. К тому же сегодня небо не такое солнечное, как обычно. Ходжес пытливо всматривается в моё лицо, но через пару минут вздыхает, откидываясь на спинку своего, я уверен дорогого, кресла.

— Ты изменился, Дэниэл, — констатирует факт и я наконец удостаиваю её своим вниманием. — И как долго ты не принимаешь?

— Месяц. — отвечаю, сглотнув.

— Молодец, — она качает головой, как бы одобряя мои действия. — И как ты себя чувствуешь?

Я слегка щурюсь, смотря на Ходжес. Что она пытается выяснить? Почему я так веду себя по отношению к дяде или всё о старом, о моей сестре? Шестое чувство подсказывает, что на этот раз всё вместе.

— Это допрос, мисс Ходжес? — спрашиваю, тихо постукивая ногой по полу.

— Нет, что ты, — она легко смеётся, вставая и проходя к стеллажу, стоявшему по левую сторону от неё. — Я же психотерапевт, а не детектив, Дэниэл, — женщина берёт в руки бутылку коньяка и два стакана. — И в конце концов, мы не первый день знакомы. — усмехается, бросив на меня быстрый взгляд.

— Зачем вам два стакана?

— Нас же двое.

— Кто сказал, что я буду пить?

Она нечего не отвечает, только пожимает плечами и убирает один стакан обратно на полку. Мне уже хочется свалить из этого душного и тесного кабинета. Поправляю кофту за горло и негромко кашляю.

— И как часто вы угощаете своих пациентов выпивкой? — интересуюсь, упираясь локтями в колени.

— Эта акция только для тебя. — снова улыбается, присаживаясь обратно в кресло.

Я давлюсь слюной, откашливаясь. Конечно, как парню, мне льстит такое внимание, (пусть и от психотерапевта среднего возраста), но я бы закапал эту часть своей биографии под семью могилами и семидесятью замками, лишь бы никто об этом инциденте не узнал. Я усмехнулся, снова смотря на женщину.

— Ясно, — я сделал небольшую паузу, продолжая. — Так что вам сказал Генри? Опять что-то про то, что я виню себя и не сплю по ночам?

Молчит, легко улыбаясь. Наши отношения с этой дамочкой были странными. Они стали странными после того случая. И теперь я всё время ощущаю напряжение, которое она, кажется, специально создаёт, стреляя в меня глазами. Я уважал Ходжес за её характер и силу, которой она обладала, но за остальное я её презирал. Точно также, как презирал себя за случившееся.

— Как психотерапевт, я должна спросить что же тебя беспокоит и помочь с этим разобраться и, тем самым, справиться, но... — замолкает, облизнув губы.

— Но...?

— Но как женщина, я могу помочь тебе расслабиться. — она поднимается, отставляя почти пустой стакан на стол и медленно двигается в мою сторону.

Я напрягся. Меня не радует перспектива, на которую намекает Ходжес. Нервно усмехаясь, встаю и обхожу кресло, как бы отступая от женщины.

— Что с тобой, милый? — нехорошие мурашки пробегают по спине, когда она называет меня милым, смеясь.

— Слушайте, давайте закончим, хорошо? Я что-то плохо себя чувствую... — я двинулся к двери, осторожно ступая назад и держа перед собой вытянутую руку.

Ходжес выглядела очень серьёзной, даже ухмылка пропала с её лица, но наступать она не перестала. Наоборот, воспользовавшись моим замешательством, женщина убрала мою руку и подошла ко мне вплотную, прижимая спиной к двери.

— Ты и правда изменился, Дэниэл. — говорит, проводя по моей щеке пальцами.

— Что есть, то есть. — проговариваю, резко открывая дверь и выныривая из её объятий. Она слегка отшатнулась, но я слышал, как она звала меня, пока бежал к лифту и судорожно нажимал кнопку вызова.

Наконец оказавшись в кабине лифта, я потёр шею и постарался перевести дыхание. Чёртова психотерапевт! Сама бы, лучше, сходила в доктору или мужика бы нашла, чем меня совращать. Если один раз прокатило, это не значит, что и второй раз пройдёт.

Откашлявшись, я вышел на нужном мне этаже и медленно поплёлся к своей палате.