Глава 9
Машина летела по Рублёвскому шоссе. За окнами проносились тёмные силуэты сосен, высокие заборы элитных посёлков, редкие огни фонарей. Алиса сидела на заднем сиденье, вцепившись в телефон, и молча молилась. Она не верила в Бога, но сейчас, в темноте, на пути к дому, где исчез Егор, она повторяла про себя одно и то же: «Пожалуйста, пусть он будет жив. Пожалуйста».
Михаил сидел впереди. Он был спокоен - то ли умел скрывать эмоции, то ли действительно не сомневался в Егоре. Рядом с ним - ещё двое мужчин, которых Алиса раньше не видела. Все в тёмной одежде, все с одинаковыми выражениями лиц: собранные, молчаливые, готовые ко всему.
- Что мы будем делать, когда приедем? - спросила Алиса.
- Осмотрим дом, - ответил Михаил, не оборачиваясь. - Если внутри тихо - заходим. Если нет - действуем по обстановке.
- А если там охрана?
- У нас есть основания полагать, что охраны там немного. Егор предполагал, что Nemo работает с минимальным количеством людей. Чем меньше свидетелей, тем труднее его найти. Он сам себя загнал в ловушку.
- Но Егор исчез.
- Егор не исчез, - спокойно ответил Михаил. - Он просто не выходит на связь. Это разные вещи. Я знаю его много лет. Он выбирался из передряг похуже, чем любительский стриминговый сервер.
Алиса хотела спросить, из каких именно передряг, но передумала. Не сейчас. Сейчас важно было другое.
Машина свернула на просёлочную дорогу, обсаженную вековыми соснами. Впереди показался высокий кирпичный забор с коваными воротами. Табличка: «Посёлок „Сосны". Дом 17».
- Приехали, - сказал Михаил.
---
Дом номер семнадцать оказался не таким огромным, как представляла Алиса. Два этажа, мансарда, большие тёмные окна. Никаких признаков жизни. Только у входа стоял чёрный внедорожник Егора - пустой, с распахнутой водительской дверью.
- Он здесь, - сказал Михаил. - Машина здесь.
Алиса хотела выскочить, но Михаил жестом остановил её.
- Сначала мы. Держитесь сзади. Если что - падайте на землю и не двигайтесь. Поняли?
- Поняла.
Двое мужчин двинулись к дому первыми. Михаил - за ними. Алиса шла последней, стараясь ступать бесшумно. Входная дверь была приоткрыта. Внутри горел свет - тусклый, желтоватый, как от настольной лампы.
Они вошли.
Гостиная. Дорогая мебель, камин, книжные шкафы до потолка. Всё выглядело так, будто хозяин только что вышел. На столе - открытый ноутбук. На экране - стриминговая платформа «Зеркала». Чат активен: зрители обсуждают что-то, но трансляция выключена.
И тишина. Глубокая, неестественная тишина.
- Егор! - позвал Михаил. Голос эхом разнёсся по дому.
Ответа не было.
Они двинулись дальше. Кухня - пусто. Столовая - пусто. Кабинет на первом этаже - заперт. Михаил кивнул одному из мужчин, и тот выбил дверь плечом.
В кабинете, в кресле у окна, сидел Егор.
Живой. Целый. Он сидел, закинув ногу на ногу, и смотрел на человека, стоявшего перед ним на коленях.
- Вы долго, - сказал Егор, не оборачиваясь. - Я уж думал, придётся самому заканчивать.
Алиса выдохнула так громко, что Егор обернулся. Она увидела его лицо - уставшее, но спокойное. На скуле красовалась свежая ссадина, рубашка была порвана на плече, но в остальном он выглядел так, будто только что провёл совещание, а не исчез на несколько часов в логове врага.
- Ты ранен? - спросила она.
- Царапина. Зато он, - Егор кивнул на человека на коленях, - кажется, усвоил урок.
Алиса перевела взгляд на коленопреклонённого. Это был мужчина. Лет тридцати пяти - сорока. Худой, бледный, с залысинами и очками в тонкой оправе. Одет в дорогой домашний халат. На лице - выражение ужаса, смешанного с недоверием.
- Это он? - прошептала Алиса. - Nemo?
- Он самый, - ответил Егор. - Позволь представить: Аркадий Борисович Липкин. Тридцать восемь лет. IT-предприниматель. Владелец нескольких стриминговых платформ. Создатель и главный администратор проекта «Зеркало». А по совместительству - человек, который писал тебе сообщения «Твои слёзы красивые» и «Я хочу увидеть, как ты сломаешься».
Алиса смотрела на Аркадия Борисовича. Она ожидала увидеть монстра. Чудовище. Иссчадие ада. А увидела испуганного, жалкого человека в халате, стоящего на коленях перед человеком, который явно был сильнее.
- Вы не понимаете, - забормотал Липкин. - Это был эксперимент. Социальный эксперимент. Я изучал границы искренности в цифровой среде...
- Заткнись, - спокойно сказал Егор. - Я уже слышал эту версию. Мне она не понравилась. Расскажи ей то, что рассказал мне.
Липкин перевёл взгляд на Алису. В его глазах мелькнуло узнавание - и что-то ещё. Что-то похожее на голод. Тот самый голод, который она чувствовала в его сообщениях.
- Алиса, - сказал он, и его голос дрогнул. - ID 23. Ты была моей любимой. Самой искренней. Самой настоящей. Я смотрел каждый твой стрим. Я ставил тебе высшие оценки. Я...
- Ты шантажировал меня, - перебила Алиса. - Ты угрожал рассказать маме. Ты угрожал слить компромат в деканат. Ты писал мне сообщения, от которых меня тошнило.
- Это была часть игры...
- Это не было игрой! - её голос сорвался на крик. - Ты заставил меня уничтожить медведя! Единственную вещь, которая осталась у меня от отца! Ты заставил меня звонить отцу и говорить, что я его ненавижу! Ты чуть не заставил меня проникнуть в офис, где меня могли бы арестовать! Ты ломал меня, а теперь говоришь, что это был «эксперимент»?
Липкин сжался. Егор поднялся с кресла, подошёл к ноутбуку на столе и повернул экран к Алисе.
- Здесь всё, - сказал он. - Все серверы. Все аккаунты. Все записи стримов. Вся база данных игроков. Я уже отправил копию своим специалистам. «Зеркала» больше не существует. По крайней мере, в том виде, в котором оно было.
- Ты не можешь! - взвизгнул Липкин. - Это моя собственность! Это годы работы! Ты украл мои данные!
- А ты украл жизни нескольких десятков человек, - отрезал Егор. - И это только те, о ком я знаю. Так что давай договоримся: ты сейчас выключаешь все серверы. Все. Навсегда. Ты удаляешь все записи. Все компрометирующие материалы. Ты отправляешь каждому игроку сообщение о том, что проект закрыт, а их данные уничтожены. И ты больше никогда, слышишь - никогда - не создаёшь ничего подобного.
- А если я откажусь?
Егор присел на корточки перед Липкиным и заглянул ему в глаза. Долгий, тяжёлый взгляд.
- Ты правда хочешь узнать, что будет, если ты откажешься?
Липкин побледнел. Он посмотрел на Михаила, на двух других мужчин в тёмной одежде, на Егора - и, видимо, прочитал в его глазах что-то, что заставило его сдаться.
- Хорошо, - прошептал он. - Я всё выключу. Всё удалю. Только... только не надо больше.
- Умница, - Егор похлопал его по плечу и выпрямился. - Михаил, проследи, чтобы он всё сделал правильно. Если попытается перезапустить систему или сохранить копию - ты знаешь, что делать.
- Знаю, - ответил Михаил.
Алиса стояла посреди кабинета и не могла поверить. Вот так просто? Всё закончилось? Месяц страха, унижений, слёз, бессонных ночей - и всё заканчивается здесь, в доме на Рублёвке, с жалким человеком в халате, стоящим на коленях?
- Это всё? - спросила она. - Он просто выключит серверы, и «Зеркало» исчезнет?
- Не совсем просто, - ответил Егор. - Мои люди проверят, чтобы не осталось резервных копий. Мы отследим все цепочки. Убедимся, что никто из его подельников не попытается возродить проект. Это займёт время. Но да, Алиса, - «Зеркала» больше нет.
Она опустилась на стул. Ноги не держали. Она смотрела на Липкина - на этого человека, который месяцами был её ночным кошмаром, - и не чувствовала ничего. Ни злости. Ни торжества. Только пустоту и усталость.
- Можно мне... можно мне кое-что ему сказать? - спросила она.
Егор кивнул.
Алиса подошла к Липкину. Он поднял на неё глаза. В них был страх - и что-то ещё, что она не могла распознать.
- Ты писал мне, что хочешь увидеть, как я сломаюсь, - сказала она тихо. - Ты хотел зрелища. Ты хотел видеть мою боль. Что ж, смотри. Я не сломалась. Ты проиграл. Не потому что я сильнее тебя. А потому что мне помогли. Запомни это. Ты не всесилен. Ты - просто человек, который прятался за экраном. И таких, как ты, всегда кто-нибудь найдёт.
Липкин опустил голову. Алиса повернулась и вышла из кабинета.
На крыльце дома её нагнал Егор. Он накинул ей на плечи свой пиджак - ночной воздух был холодным, пахло соснами и приближающимся рассветом.
- Как ты? - спросил он.
- Не знаю. Странно. Я думала, что буду счастлива. А я просто... пустая.
- Это нормально. Ты потратила столько сил на борьбу, что сейчас, когда она закончилась, тебе не на что их тратить. Пройдёт.
- Что будет с ним? С Липкиным?
- Михаил проследит, чтобы он удалил все данные. Потом... - Егор помолчал. - Скажем так, он больше никогда не будет заниматься подобными проектами. У меня есть способы убедиться в этом.
Алиса кивнула. Она не стала спрашивать, что это за способы. Она знала: Егор не убьёт его. Но, возможно, Липкин пожалеет, что не умер.
- А что будет с игроками? - спросила она. - С Дэном, с Катей, с Яной, с Верой? С теми, кто ещё в системе?
- Я распоряжусь, чтобы им отправили сообщения. «Зеркало» закрыто. Их контракты аннулированы. Компромат удалён. Они свободны.
- Ты можешь это сделать?
- Я уже делаю.
Алиса посмотрела на него. В свете фонаря его лицо казалось высеченным из мрамора - твёрдое, спокойное, надёжное. Тёмное прошлое, связи в криминальном мире, охранные предприятия и люди с военной выправкой - всё это теперь казалось неважным. Он спас её. Он уничтожил «Зеркало». Он освободил десятки людей. И какая разница, какими методами он это сделал?
- Спасибо, - сказала она тихо.
- Не за что.
- Нет, правда. Ты мог уйти. Когда узнал правду - мог просто уйти. Но ты не ушёл. Ты бросил всё и поехал в Москву. Ты нашёл его. Ты...
- Алиса, - перебил он мягко. - Я же говорил: я не люблю, когда обижают тех, кто мне дорог. Ты мне дорога. Остальное - детали.
Она хотела что-то ответить, но не нашла слов. Просто стояла рядом с ним на крыльце чужого дома, вдыхала запах сосен и чувствовала, как пустота внутри медленно заполняется чем-то новым. Покоем? Надеждой? Она не знала.
- Что теперь? - спросила она наконец.
- Теперь - домой. В твой город. К твоей маме. К твоим курсам. К твоим книгам. Ты будешь жить обычной жизнью. Поступать на журфак. Писать эссе. Гулять по набережной.
- А ты?
- А я... - он слегка улыбнулся. - Я вернусь к своим инвестициям. К проектам. К скучным совещаниям. Но я никуда не исчезаю. Если захочешь - я рядом.
- Захочу.
Он кивнул. Потом, помедлив, обнял её - одной рукой, осторожно, без романтики. Просто как человека, с которым прошёл через что-то важное. Она прижалась к его плечу и впервые за долгое время почувствовала себя в безопасности.
---
Утром они вылетели обратно. В самолёте Алиса открыла телефон и увидела десятки сообщений. Катя: «Ты в порядке? Что случилось? „Зеркало" прислало сообщение о закрытии!». Дэн: «Алиса, ты что-то знаешь? Мне пришло уведомление, что контракт аннулирован». И наконец - последнее сообщение от Mirror_Admin:
«Проект „Зеркало" закрыт. Все данные удалены. Все контракты аннулированы. Спасибо за участие. Прощайте».
Алиса перечитала его трижды. Потом удалила чат-бот. Удалила стриминговое приложение. Удалила все скриншоты, все записи, все напоминания об игре. Телефон вдруг стал легче - будто из него вынули что-то тяжёлое и тёмное.
Она повернулась к Егору, сидевшему рядом с планшетом.
- Всё кончено?
- Всё кончено, - подтвердил он. - Игра закрыта. Ты свободна.
Алиса откинулась в кресле и закрыла глаза. За иллюминатором проплывали облака. Где-то внизу осталась Москва, дом в «Соснах», человек по имени Аркадий Липкин и всё, что с ним было связано.
Впереди ждала новая жизнь. Обычная жизнь. С курсами, книгами, мамой и набережной.
И с Егором. Каким бы ни было его прошлое - он заслужил место в её будущем.