Глава 8
Она взглянула на его профиль - жёсткий, сосредоточенный. Человек, который начинал в девяностые. Человек, который делал вещи, о которых не рассказывает. Человек, который за полчаса решил вопрос с владельцем «Гранит-Холдинга».
Мафиози? Возможно. Она не знала наверняка и не хотела знать. Ей хватало того, что она видела: он был на её стороне. А какими методами он действует - об этом она будет думать потом. Когда всё закончится. Если закончится.
Машина неслась сквозь ночь. Где-то впереди ждала Москва. Где-то впереди прятался человек по имени Вадим Стрельцов. А за ним - тот, кто называл себя Nemo.
Охота началась.
Самолёт приземлился в Москве ранним утром.
Алиса никогда не летала бизнес-классом. Она вообще летала всего два раза в жизни - с мамой в Крым, в плацкартном вагоне, когда ей было двенадцать. А теперь она сидела в мягком кресле, пила апельсиновый сок из стеклянного стакана и смотрела, как Егор просматривает документы на планшете. Он был совершенно спокоен - как будто лететь в другой город, чтобы выследить человека, было для него обычной командировкой.
- Ты часто так делаешь? - спросила Алиса.
- Как?
- Летишь куда-то. Встречаешься с людьми. Решаешь проблемы.
Егор оторвался от планшета и посмотрел на неё.
- Решать проблемы - это моя работа. Местоположение не важно. Важен результат.
- А результат всегда один?
- Всегда. Я не привык проигрывать.
В его голосе не было бравады. Констатация факта. Так говорят люди, которые действительно не проигрывают - не потому что им везёт, а потому что они не вступают в игру, не просчитав все ходы наперёд.
В аэропорту их встретил чёрный автомобиль - не внедорожник, а седан представительского класса, с московскими номерами. За рулём сидел молчаливый мужчина в тёмном костюме. Он кивнул Егору, взял чемоданы и открыл дверь. Никаких лишних слов. Никаких вопросов.
- Твой сотрудник? - спросила Алиса, когда они сели в машину.
- Можно сказать и так.
- У тебя везде сотрудники?
- Везде, где нужно, - Егор слегка улыбнулся. - Это бизнес. Чтобы бизнес работал, нужны люди на местах. Москва - важное место.
Алиса отвернулась к окну. Она уже не задавала уточняющих вопросов. Люди на местах. Бизнес. Она знала, что за этими словами стоит что-то иное, но предпочитала не уточнять. Чем меньше она знает, тем легче ей будет потом - если «потом» вообще наступит.
Они остановились в отеле в центре Москвы. Не огромном, не пафосном - маленьком, частном, спрятанном в тихом переулке где-то в районе Патриарших. Портье узнал Егора, улыбнулся, протянул ключи без каких-либо формальностей. Никаких паспортов, никаких регистрационных форм. Алиса сделала вид, что не заметила этого.
Номер был на двоих - две спальни, общая гостиная. Егор бросил сумку в своей комнате и сразу сел за ноутбук.
- Вадим Стрельцов, - сказал он. - Тридцать четыре года. Программист. Холост. Живёт на Ленинском проспекте, в элитном жилом комплексе «Премьер». Квартиру купил два года назад за сорок пять миллионов рублей наличными. Машина - «Порше Кайен», стоимостью около десяти миллионов. Официально нигде не работает с две тысячи двадцать второго года.
- Откуда ты всё это знаешь? - спросила Алиса.
- Я же говорил: у меня есть люди, которые умеют искать информацию. Они пробили его по базам. Плюс немного наружного наблюдения.
- Наружного наблюдения? Ты что, детектив?
- Нет. Просто у моих сотрудников широкий круг компетенций.
Алиса покачала головой. Широкий круг компетенций. Ещё один эвфемизм. Она села в кресло напротив Егора и спросила:
- Что мы будем с ним делать? С этим Стрельцовым?
- Для начала - поговорим. Он технический администратор «Зеркала», это почти наверняка. Через него проходят деньги. Через него настраиваются серверы. Он знает Nemo. Вопрос в том, захочет ли он говорить.
- А если не захочет?
Егор поднял глаза от ноутбука. Взгляд у него был спокойный, но в глубине зрачков мелькнуло что-то холодное.
- Захочет, - сказал он. - Я умею разговаривать с людьми.
Алиса не стала спрашивать, что именно он подразумевает под словом «разговаривать». Она уже знала: у Егора были способы убеждения, о которых лучше не знать.
---
День прошёл в подготовке. Егор изучал маршруты Стрельцова: где он бывает, в какие часы выходит из дома, где паркует машину. Его люди прислали подробный отчёт с фотографиями. Алиса видела эти снимки: мужчина с непримечательным лицом, в очках, сутулый, с вечно опущенными плечами. Он не выглядел как злодей. Он выглядел как человек, который слишком долго сидит за компьютером и боится солнечного света.
- Почему он работает на «Зеркало»? - спросила Алиса. - У него деньги есть. Квартира, машина. Зачем ему это?
- Деньги никогда не бывают лишними, - ответил Егор. - Особенно если они лёгкие. А «Зеркало», судя по всему, платит очень хорошо. Или шантажирует его так же, как тебя. Мы узнаем.
Вечером они выехали. За рулём был тот же молчаливый мужчина. Егор сидел рядом с ним, Алиса - сзади. В салоне пахло кожей и кофе. За окнами проплывала вечерняя Москва - чужая, огромная, равнодушная. Алиса смотрела на огни и думала о том, что где-то там, среди этих миллионов людей, живёт человек, который месяцами писал ей сообщения. Который смотрел каждый её стрим. Который знал, как она плачет.
Они остановились у жилого комплекса «Премьер». Высокое здание из стекла и бетона, охрана на въезде, шлагбаум. Егор обернулся к Алисе.
- Жди здесь. Я пойду один.
- Но...
- Алиса. Мы договаривались. Ты делаешь то, что я говорю. Он не должен тебя видеть. Если Nemo узнает, что ты в Москве и охотишься на его людей, он может запаниковать. А паникующий противник непредсказуем.
- А ты? Ты не боишься, что он тебя увидит?
- Я - другое дело. Я здесь не как игрок. Я здесь как... скажем так, заинтересованное лицо.
Он вышел из машины. Михаил - тот самый мужчина с военной выправкой, которого Алиса видела в ночь стрима в «Гранит-Холдинге», - появился словно из ниоткуда и встал рядом с Егором. Они пересекли улицу и скрылись за стеклянными дверями жилого комплекса.
Алиса осталась в машине. Водитель молчал. Минуты тянулись бесконечно. Она смотрела на светящиеся окна и пыталась представить, что сейчас происходит там, внутри. Разговор? Угрозы? А может, что-то ещё?
Она вспомнила слова Егора: «Я умею разговаривать с людьми». Ей стало холодно.
---
Через сорок минут Егор вернулся. Он сел в машину, кивнул водителю, и они тронулись. Лицо у него было спокойное, но Алиса заметила, что костяшки пальцев на правой руке слегка покраснели.
- Что случилось? - спросила она.
- Мы поговорили, - коротко ответил он.
- И?
- Сначала он не хотел отвечать. Сказал, что ничего не знает. Что он просто технарь, который обслуживает серверы. Что он никогда не видел Nemo лично.
- А потом?
- А потом мы поговорили по-другому. И он вспомнил.
Егор достал из кармана диктофон и включил запись. Алиса услышала голос - дрожащий, испуганный. Голос Вадима Стрельцова.
«Я правда не знаю, кто такой Nemo. Мы никогда не встречались лично. Он выходит на связь через защищённый канал. Но я знаю, где он живёт. Точнее, знаю адрес, куда я отправлял оборудование. Серверное оборудование. Это дом в Подмосковье. Рублёвское шоссе, посёлок „Сосны". Дом номер семнадцать. Это всё, что я знаю. Пожалуйста, не надо больше...»
Запись оборвалась. Егор убрал диктофон.
- Вот так, - сказал он. - Адрес. Рублёвка. Дом в элитном посёлке. Это не просто администратор. Тот, кто там живёт, - либо сам Nemo, либо кто-то из высшего руководства «Зеркала».
Алиса молчала. Она смотрела на Егора и думала о том, что именно он сделал с Вадимом Стрельцовым, чтобы тот «вспомнил». Она не спрашивала. Не хотела знать. Но внутренне она понимала: Егор не просто поговорил. Он сделал что-то, что превратило сорокапятимиллионного программиста в дрожащего, испуганного человека.
- Не смотри на меня так, - сказал Егор, перехватив её взгляд. - Я не причинил ему вреда. Я просто объяснил, что бывает с людьми, которые помогают шантажировать несовершеннолетних.
- Мне восемнадцать. Я не несовершеннолетняя.
- Ты поняла, о чём я.
Алиса отвернулась к окну. За стеклом мелькали огни. Рублёвское шоссе. Посёлок «Сосны». Где-то там, среди сосен и элитных особняков, прятался человек, который называл себя Nemo. Который писал ей «Твои слёзы красивые» и «Я хочу увидеть, как ты сломаешься». Который знал о ней всё - и которого она не знала совсем.
- Мы едем туда? - спросила она.
- Нет. Сейчас - нет. Уже поздно, и мы не готовы. Нужно узнать планировку дома, понять, есть ли охрана, сколько человек внутри. Я не лезу в логово врага без разведки.
- Но ты полезешь?
- Да. Завтра.
- Я с тобой.
Егор покачал головой.
- На этот раз - нет. Это не разговор с испуганным программистом. Это может быть опасно по-настоящему. Ты останешься в отеле. Если всё пройдёт хорошо, я привезу тебе Nemo. Если нет - ты улетишь обратно и забудешь, что меня знала.
- Егор...
- Это не обсуждается.
В его голосе была сталь - та самая, которую она слышала раньше. Сталь человека, который привык, чтобы его приказы выполнялись. Алиса замолчала.
Они вернулись в отель. Егор сразу ушёл в свою комнату и закрыл дверь. Алиса слышала, как он разговаривает по телефону - короткими, отрывистыми фразами. Кого-то инструктирует. Кого-то предупреждает.
Она лежала в постели и смотрела в потолок. Завтра всё закончится. Так или иначе. Завтра Егор войдёт в дом, где прячется Nemo. И кто знает, что будет дальше.
---
Ночь тянулась бесконечно. Алиса не могла уснуть. Она встала, подошла к окну. Москва сияла огнями - чужая, равнодушная, бесконечная. Где-то там, в сорока минутах езды, в элитном посёлке «Сосны», спал или бодрствовал человек, который знал о ней всё. Который смотрел, как она плачет над медведем. Как звонит отцу. Как разговаривает с Дэном на скамейке в парке.
Завтра она увидит его лицо. Или не увидит.
Дверь в гостиную открылась. Егор стоял на пороге - босой, в расстёгнутой рубашке, с чашкой кофе в руке.
- Тоже не спится? - спросил он.
- Да.
- Я тоже. Думаю о завтра.
Он сел в кресло у окна. Алиса осталась стоять, прижавшись лбом к холодному стеклу.
- Можно вопрос? - спросила она.
- Да.
- Что именно ты сделал со Стрельцовым?
Егор помолчал.
- Ничего такого, что оставило бы следы, - сказал он наконец. - Я же говорил: я умею разговаривать. Иногда разговор требует... убедительности. Но он жив, здоров и сейчас, наверное, пьёт успокоительное у себя в квартире. Не переживай за него.
- Я не переживаю. Я просто хочу понять, кто ты.
- Я тебе уже говорил: я человек, который не любит, когда обижают тех, кто ему дорог.
- Это не ответ.
- Другого у меня нет. По крайней мере, сейчас.
Алиса повернулась к нему. В полутьме гостиной его лицо казалось старше. Резче. Она видела усталые складки у рта, тени под глазами. И что-то ещё - что-то тёмное, спрятанное глубоко внутри. Он был красивым, статным, уверенным. Но за этой красотой стояло что-то, чему она не могла подобрать названия.
- Ты когда-нибудь убивал? - спросила она тихо.
Егор поднял глаза. Долго смотрел на неё. Потом медленно поставил чашку на стол.
- Это сложный вопрос, - сказал он.
- Значит, да.
- Значит, я не хочу на него отвечать. Не сейчас. Не тебе.
Алиса кивнула. Она не испугалась. Странно, но не испугалась. Может быть, потому что она уже догадалась. Может быть, потому что в мире, где она жила последние недели - в мире «Зеркала», где люди продавали свою боль за деньги, - границы между добром и злом давно размылись. Егор был тёмной фигурой. Но он был её тёмной фигурой.
- Иди спать, - сказал он мягко. - Завтра трудный день.
- Для тебя - трудный. Для меня - просто ожидание.
- Ожидание иногда труднее действия. Поверь мне.
Алиса вернулась в свою комнату. Легла в постель. Закрыла глаза. Перед внутренним взором стоял дом в посёлке «Сосны». Дом номер семнадцать. Она представляла, как завтра Егор войдёт в этот дом. Как встретится с Nemo. Что скажет ему. Что сделает.
И ещё она думала о том, что после завтра уже ничто не будет прежним. Либо «Зеркало» падёт, либо они с Егором проиграют. Третьего не дано.
---
Утром Егор уехал рано, пока Алиса ещё спала. Она проснулась в девять, вышла в гостиную и увидела записку на столе.
«Уехал. Буду к вечеру. Жди в отеле. Никуда не выходи. Если к десяти вечера не вернусь - звони Михаилу, он знает, что делать. Номер в телефоне. Не волнуйся. Е.»
Она прочитала записку трижды. Сердце колотилось где-то в горле. «Если к десяти не вернусь». Он допускал, что может не вернуться. Он, который всегда говорил, что не привык проигрывать. Он допускал поражение.
Алиса села в кресло и стала ждать.
Часы тянулись мучительно. Она включила телевизор - и выключила. Полистала книгу - не поняла ни слова. Заказала еду в номер - не съела ни куска. Она просто сидела и смотрела на телефон. Время шло. Десять утра. Полдень. Два часа. Четыре. Шесть. Восемь.
В девять вечера она не выдержала и набрала Егора. Гудки. Никто не ответил.
В девять тридцать набрала снова. Снова тишина.
В десять часов, как было велено, она позвонила Михаилу.
- Он не вернулся, - сказала она дрожащим голосом.
- Знаю, - ответил Михаил. - У нас нет с ним связи с четырёх часов дня. Мы выезжаем в «Сосны». Ждите.
- Я с вами.
- Егор приказал...
- Мне всё равно, что он приказал. Я еду с вами.
В трубке помолчали. Потом Михаил сказал:
- Хорошо. Будьте готовы через десять минут.
Алиса накинула куртку и выбежала из номера.
Ночь опустилась на Москву. Где-то на Рублёвском шоссе, в элитном посёлке «Сосны», в доме номер семнадцать, случилось что-то, чего она не знала. Егор исчез. И теперь она, вместе с людьми, чьих фамилий она даже не знала, ехала выяснять, что произошло.
Машина неслась сквозь темноту. Алиса смотрела на огни и думала только об одном: только бы он был жив.