Эхо старых грехов || 18+

Шарлотта Сандерс

Здесь было темно, но чисто. Это очень удивительно, учитывая то, что в этой квартире живёт один парень. Хотя, зная Теодора... Он и убирается, и готовит сам. Но многие до сих пор не понимают — зачем нужно было уходить из дома, лишая себя всех благ, и жить самостоятельно? Для меня это тайной не было и мотивы Теодора я вполне понимала.

Ответом на многие вопросы может быть фотография, стоящая у него на столе. На ней изображён сам Теодор и Рафаэль... Его брата посадили несколько лет назад. В тот день он окончательно переехал из Лондона к нам, в Солсбери. Вероятно, чтобы быть ближе к Рафаэлю. Не знаю, навещал ли он его за всё время...

Квартира Теодора выдержана в тёмных тонах. Я сама лично помогала ему красить. Легче сосчитать, кто не помогал. Многие опасались Теодора, но были те, кто его жалел, понимал и принимал таким, какой он есть. Да, он дрался с Майклом когда-то, но исключительно из-за просьбы Рафаэля. Правда, Майкл и Тео могли бы подружиться... Но они такие оба упрямцы! Теодору никто не нужен, а Майкл о нём и слышать не хочет.

Впрочем, это не моё дело.

Квартиру Теодор выбрал сам. Не слишком дорогую и не слишком дешёвую. Среднюю. Если смотреть от двери в прихожей, слева — его комната, затем кухня. Ванная между кухней и прихожей.

В комнате было не так много вещей. Справа от дверного проёма была кровать. Напротив двери — окно. Слева от двери — стол, тумба с одеждой, книгами... Я туда не заглядывала.

Теодор сидел за столом, что-то ремонтируя. Когда я зашла, он не обернулся, но на долю секунды замер... и продолжил свою работу. Я подошла ближе.

— Что делаешь?

— Пытаюсь работать в темноте, потому что кто-то загораживает свет.

Я отодвинулась. Тео отвлëкся, смерил взглядом и тяжело вздохнул, будто одно моё присуствие приходится ему слишком дорого.

— Ты что-то хотела? — удостоил меня вниманием Его Высочество.

Я вдруг вспомнила вчерашний вечер. Переписку, старые тетради... И сообщение от Хантера. Было ли это настоящей угрозой или он просто блефовал? И стоит говорить об этом Теодору?

— Позвать на праздник в честь моего дня рождения в это воскресенье.

Он задумался, достал из стола тетрадь, пролистал несколько страниц и, не глядя на меня, уточнил:

— Во сколько?

— В шесть, — сразу ответила я.

Спустя несколько секунд Тео кивнул.

— Приду.

Я была готова запрыгать от радости. Не знаю, важна ли я для Теодора так же, как и он для меня... Но я в любом случае очень хотела бы увидеть его на этом мероприятии. Я толком ещё не составила список гостей, но Лукас сказал, что они с Кэтрин и Адамом уедут по делам в город. То есть, загородный дом будет свободен.

Чтобы ещё немного задержаться с ним, я решила перевести тему. Обвела взглядом знакомую комнату, останавливаясь на столе.

— И всё же... Что ты делаешь?

— Пытаюсь починить одну штуку.

Вещица в его руках смутно напоминала деталь для стиральной машины. Я внимательно её рассмотрела. В этом я не разбиралась, но видела, как Лукас иногда ремонтировал похожее.

— Не легче новую купить?

— Легче, когда есть лишние деньги.

Я поджала губу. Сначала смутившись, потом, чтобы не рассмеяться. Поверить не могу, что сама предложила ему дружить. Тео поднял голову к часам и монотонно произнёс:

— Ты в школу опаздываешь.

Спохватившись, я отступила к двери. Но далеко не ушла. Вспомнив давно интересующий вопрос, я вернулась, осторожно ступая по полу.

— А ты почему не учишься?

Теодор посмотрел на меня так, словно я задаю слишком очевидные вопросы. Ответил лениво, почти нехотя, но без самодовольства:

— Я знаю намного больше многих взрослых. Мне это не нужно.

Его взгляд метнулся к фотографии брата. Поняв, что коснулась той темы, которой не стоило, я поспешно удалилась.

Внутренности прилипли к позвоночнику. Я тяжело дышала от непрерывного бега. Щёки щипало из-за мороза. Поправив куртку, я забежала в здание школы. Я опоздала на шесть минут, но ведь нужно ещё переодеться...

В раздевалке сидели пятиклашки. Две девчонки снимали видео под популярные видео, даже не обращая на меня внимание. Переодевшись, я ринулась на второй этаж и поправила причёску. Уже у кабинета я замерла.

Ну нет! Пожалуйста, скажите, что я ошиблась!

Сейчас урок у Миссис Стервы. Вот ведь... Ладно, хоть классный час отменили. Я бы не выдержала.

Сжав руку в кулак, я подняла её, глубоко вздохнула и постучала. И открыла дверь. На меня смотрели все. Как же неуютно... Преподаватель прервалась на полуслове, моргнула, а затем на её морщинистом лице появилась улыбка.

— Извините за опоздание, — произнесла я, хотя хотелось сказать совсем другое.

— Причина опоздания?

Она наверняка ищет повод, чтобы ещё раз отвести меня к директору. Или не пустить на урок.

— Автобус задержался, — мастерски соврала я.

Было ясно, что она обдумывает, как бы выгнать меня с урока. Но, поняв, что только задерживает — и себя, и класс — и попросту может не успеть рассказать всё, что хотела, сдаётся и пропускает меня.

Я опустилась на своё место. Тихо, стараясь больше не сбивать её с мысли, я достала из сумки пенал и тетрадь. Да, мы не ладим, но это не повод, чтобы срывать урок. Сколько бы ненависти к этой женщине я не испытывала, я уважаю её труд. Несмотря на то, что математику я плохо понимаю.

За десять минут до конца урока учитель вдруг сделала объявление.

— Дети, не расходимся! Материал я вам весь выдала, но хочу сказать ещё кое-что! Сейчас я вас всех пересажу. Другие учителя стали жаловаться на разговоры. Поэтому слушайте меня внимательно.

Я сидела на второй парте. Одна. В классе нас было не так много — человек пятнадцать. Или чуть больше... Я не считала. Большинство учеников сидели на последних партах. На первых же — почти никого. Только на второй колонке одна девочка. Но ей положено — отличница, как-никак.

Пересадка, как и урок, подходили к концу. Меня не трогали, что я уже успела обрадоваться. Но вот Миссис Стерва называет мою фамилию и, на удивление, имя тоже...

— Шарлотта Сандерс... Так, — протянула женщина, пролистывая списки. Она окинула придирчивым взглядом весь класс, явно думая, кого ко мне посадить. Ладно, я даже согласна на это, только не отсаживайте меня с моего места, прошу! — К тебе посадим... Майкла.

Кажется, у меня даже язык онемел от такого заявления. Майкл, сидящий на последней парте, на той же колонке, что и я, медленно встал со стула и собрал свои вещи. Его друг и сосед по парте Кайл, что-то шепнул ему и заговорщически улыбнулся. Майкл закатил глаза и молча подошёл к стулу, находящемуся справа от меня.

Девчонки зашептались. Им явно было странно, что сам Майкл сидит с какой-то Шарлоттой. И тот факт, что дружим мы чуть ли не с рождения, их совершенно не волнует.

— Так, — продолжила учительница, — я пересадила вас не просто так! Я хочу дать каждому из вас парное задание. Каждой паре нужно будет подготовить сообщение по одному из английских математиков, которых я назову. А так же я раздам вам небольшие анкеты. Их попросила заполнить психолог.

На столе появилось три листочка. Я пододвинула к себе два из них. Исаак Ньютон. Так, ну это не сложно. С Интернетом ведь сообщение делать... Анкета состояла из восьми вопросов. Я быстро пробежалась по каждому.

«Сталкивались ли Вы с буллингом?»

«Оцените, насколько Ваш класс дружелюбный по шкале от 1 до 5.»

После подобных вопросов мне самой психолог понадобится...

Решив ответить на всё позже, я убрала анкету в пенал. Майкл сделал то же самое и сейчас увлечённо что-то писал в тетради.

— Встретимся у меня после уроков. — Я не сразу поняла, что Майкл обращается ко мне. — Идёт?

Я кивнула. Прозвенел звонок на перемену. Майкл ушёл в коридор. За ним последовал Кайл. Я скучающе проводила их взгдядом. Следующий урок прошёл очень быстро. На большой перемене ко мне подошла Клео и предложила пойти в буфет. Разумеется, я согласилась. Чего полчаса сидеть в классе?

По дороге она рассказывала новые сплетни. Следующая безумней прошлой.

—...И вот, в группу писали, что Лайла... ну, которая из девятого класса, беременна от... Осторожно, ступенька! — Девушка схватила меня за локоть. Мы спрыгнули с лестницы. Когда оказались в буфете, в котором, как и ожидалось, всё было забито, Клео пришлось говорить громче. — Чёрт, не помню. От препода какого-то, представляешь?

Ну и жуть.

— Пересадка, кстати, просто кошмар! Меня посадили с этой... Молли. Она только и делает, что красится и переписывается с парнями. Безумно отвлекает! Мне учёба и так с трудом даётся.

— А что, миссис Синклер с учёбой не помогает? — не удержалась я.

— Ха-ха. Очень смешно.

Взяв себе сэндвич, сок и салат, я подождала Клео. Она ограничилась пирогом с мясом и чаем. Девушка последовала к столу, но замерла, тут же нахмурившись.

— Вот ведь, — пробормотала она.

За нашим столом сидел Хантер с его компанией. Нет бы выбрать другой стол... Но Клео уже шагнула в их сторону. Стало ясно, что уступать она не собирается.

— Это наше место, — спокойно, но с явной угрозой в голосе, сказала девушка.

— Оно не подписано. Столовая общая, — противно протянул Хантер.

— Мы всегда здесь сидим, — стояла на своём Клео.

Было видно, что Хантеру ещё есть, что сказать. Но парень увидел кого-то позади нас и промолчал. Кивнув своим друзьям, поднялся с места.

— Ладно уж. Уступлю, — невинно улыбнулся Хантер.

И, уже уходя, мазнул по мне взглядом, из-за которого сразу захотелось принять душ. Хантер мне противен и я боюсь его. Что ещё нужно?

Когда стол опустел, мы одновременно обернулись. Прямо перед нами стояли Майкл и Кайл. Парни сели у окна, напротив нас.

Я ковыряла вилкой салат. Первой тишину нарушила Клео. Она начала говорить про всё, что только можно. Выпускной, вальс, экзамены, сообщение к уроку. Её охотно поддержал Кайл. Мы с Майклом молчали. Настроения что-то говорить уже не было. Может, хотя бы сегодняшний вечер будет лучше...

Майкл Джонс-Карлайл

К тебе посадим Майкла.

Одно предложение, а сколько эмоций. Чëрт, я мечтал об этом чуть ли не с первого класса. Просто сидеть рядом с ней, быть ближе хотя бы на уроках. Да, я сам отдалился от неё. Сам создал это расстояние, которое с годами стало просто невыносимым. Я считал, что делаю лучше, но в очередной раз ошибся.

Я долго думал, правильно ли поступил, сделав этот шаг назад первым. Но я наблюдал за Шарлоттой, видел тех ребят, которые написывали ей так часто, что надоедали. Я не хотел быть похожим на них.

Каждый раз, прокручивая в голове собственный поступок, я вспоминал сестру. Хлоя всю жизнь рядом с Мейсоном и не надоела ему. Да, они ссорились, она уезжала в другой город на год, но Мейсон не забывал о ней и даже после этого пытался вернуть. И смог ведь.

У нас с Шарлоттой всё по-другому. Мы знакомы не с тринадцати лет, как они, а с самого детства. С двух лет. Хотя, Летти и Крис... Нет, ерунда. Нельзя сравнивать себя с другими людьми. У меня своя жизнь, у них своя. И всё это зависит от характеров.

Тема, которую я и так отодвигаю до невозможного, пусть подождёт ещё. Сейчас меня волнует другой вопрос.

Почему Шарлотта опоздала?

Она ездит не на автобусе. У неё личный водитель. Не то, чтобы я за ней слежу. Просто знаю. Выходит, что-то случилось. Или она просто задержалась. Водилась с Адамом или... Или.

Хочу остановиться на этой версии. Она мне нравится больше.

Или она опять была с Теодором.

Сердце болезненно сжалось. Я стиснул кулаки, впиваясь ногтями в кожу. Ну не могу я думать об этом... Не сейчас, когда всё так расплывчато. Столько всего за эти годы произошло... Я ведь её теперь совершенно не знаю! Встречалась ли она с кем-то, любит ли кого-то. Да, все в городе знают, что её трогать нельзя, но ведь всегда найдутся придурки, которые захотят пойти против правил.

Клео, конечно, делится информацией — так, невзначай, за чашкой кофе, — но неизвестно, достоверная она или нет.

После уроков, как и договаривались, мы пошли ко мне. Внутри каждый нерв натянулся от волнение, хотя внешне я был совершенно невозмутим. Я, как и в детстве, взял сумку Шарлотты. Она была не слишком тяжёлой, но всë же.

Девушка молчала. Я шёл рядом, но, то и дело, поглядывал на неё. Как на тёмных волосах появляются снежинки, как она убирает руки в карманы, потому что забыла дома перчатки. Единственное моё желание сейчас — взять её за руку. Лишь бы она не замёрзла. Заболеет ещё, а что я буду без неё в школе делать?

Я, конечно, сам в школу не пошёл вчера... Но из-за уважительной причины! Айвори заболела, а Мейсон с Хлоей ушли на работу. Не мог мелкую одну оставить.

Спустя некоторое время мы подошли к моему дому. Автомобили Хлои и Мейсона стояли во дворе. Значит, они дома. Это не очень хорошо. Зная Хлою... На её фоне вся моя решимость рухнет. Да простит меня сестра!..

У двери я замешкался. Мысленно сосчитав до пяти, всё же открыл дверь. В квартире всё было, как всегда, шумно. Суета нагнетала и нервировала ещё больше. Шарлотта осматривала квартиру, будто была здесь впервые. Но это не так. Хлоя часто зовёт на ужин Лукаса и его семью. Конечно, чаще мы собираемся в домах, а не квартирах, но в те редкие случаи...

— Братец! Ты как раз вовремя.

Хлоя вылетела из детской. Губы накрашены, волосы (к моему величайшему удивлению) заплетены. Если бы не моё состояние сейчас, я бы пошутил.

— Что случилось? — поинтересовался я.

— Нам уехать срочно надо. По делам. Я хотела тебе Айвори оставить, но, вижу, тебе не до неё.

Она всё это говорила, накидывая на плечи куртку. Ещё меня просит застëгиваться, а сама?..

— Ужин на плите, из сладкого можете брать всё, что найдёте в холодильнике. Всё, пока, вернёмся поздно.

Почему меня не покидает ощущение, что они сейчас пойдут, как минимум, в клуб? А мелкую отдадут Крису, например?

Дверь хлопнула, и наконец стало тихо. Я обернулась к Шарлотте. Девушка сняла куртку — её волосы рассыпались по плечам. Сейчас она казалась чем-то волшебным, сюрреалистичным. Я невольно затаил дыхание.

К нам неспешно вышел Локи. Его хвост обвился вокруг собственной ноги. Кот протяжно замяукал и, не глядя на меня, подошёл к гостье. Лотти улыбнулась, протянула к нему руку. Но мгновенно отдëрнула, словно обожглась, и схватилась за голову. Я оказался рядом, бережно удерживая её за плечи.

— Ты чего?..

— Не знаю. Просто что-то... голова закружилась.

Я отошёл в сторону, давая ей пространство, но не отпустил. Это на неё так холод влияет? Хотя, нет. С жарой было бы реалистичнее... Ничего не понимаю.

Мы прошли на кухню. Шарлотта выпила стакан воды и ей стало, как по мне, немного лучше. Перед тем, как делать проект, мы решили перекусить. Локи сидел у стены, стыдливо поджав уши к голове. Но он ведь не виноват... Я налил ему молока в миску. Тот сразу на неё накинулся.

Ещё раз открыв холодильник, я убрал на место молоко и внимательно осмотрел содержимое. Шоколадки, торт, йогурт.

— Мелкая, что будешь?

Шарлотта стрельнула в меня глазками. О да, милая, я знаю, что ты ненавидишь, когда я тебя так называю. Именно поэтому я никогда не остановлюсь. Девушка медленно поднялась с места. Я внимательно следил за тем, как она приближается, боясь, что ей станет хуже. Подойдя к холодильнику, Лотти быстро пробежалась взглядом по еде, взяла два пирожного и йогурт.

Я нахмурился. На обеде она ела только салат. Наверняка ведь проголодалась. Ладно, не буду настаивать, но если что у нас ещё макароны есть...

После еды мы ушли в мою комнату. В ней тускло горел свет. Лампочка, которую я всё время забываю поменять, изредка мигала, но никто не обращал на это внимание.

У стола стояло два стула. Я сел на тот, который был левее. Шарлотта положила на колени сумку, достала ручку и тетрадь. Я включил компьютер, чтобы было легче искать информацию. Лотти аккуратным почерком выводила тему доклада.

Я вспомнил про анкету. Она ведь обычно подобное заполняет сразу. Почему сегодня так не сделала? И как бы начать разговор, чтобы он был непринуждённым и Лотти не ушла от темы?

— Я заметил, вы с Хантером не особо ладите... — Девушка вздрогнула, но не придала значения моим словам. — Клео рассказывала, что вы подрались.

Клео не только это рассказала, но и свои догадки по этому поводу. Но детали упустим.

— Исаак Ньютон родился 4 января 1643 года. По старому стилю 25 декабря. А я 23-го... Хотя мне говорили, что должна была я родиться 25, представляешь?

— Шарлотта...

Я развернул её стул к себе. Колёсики жалобно скрипнули. Девушка распахнула глаза, но в них не было страха. Только удивление. Она меня не боится. Хорошо...

Тяжело вздохнув, я заглянул в её глаза. В голубых омутах отражалась лампочка. Пригладив её волосы, коснулся подбородка. Я и забыл это ощущение... Касаться её, наслаждаясь реакцией. Рука опустилась ниже, к тонкой коже шеи, где неистово бился пульс.

Я заставил себя отстраниться. На несколько секунд прикрыл глаза. В голове крутилось слишком много мыслей и каждая из них давила на мозг. Разомкнув губы, я произнёс лишь те, слова, которые сейчас считал даже не важными... Необходимыми.

— Ты что-то от меня скрываешь. Я это чувствую, но допытываться не буду. Просто пойми, что ты в любом случае можешь мне рассказать.

В глазах девушки мелькнули сомнения.

— Но мы же...

— Да плевать, что мы не общаемся. Твоя безопасность важнее.

Я вернул между нами привычное расстояние и попытался думать о докладе, Ньютоне, придурке Хантере, который явно причастен к тому, что Лотти стала меньше улыбаться...

Но мысли то и дело возвращались далеко не к разговору. Осознание того, насколько близко была Шарлотта, поднимало во мне бурю чувств. А её аромат... Ни одна из тех девчонок, которые хотели со мной познакомиться, даже близко не стоят с ней.

Наверное, это уже одержимость... Но какая разница? Я люблю её — и только это важно.

Когда доклад был готов, на улице окончательно стемнело. Я не мог допустить даже мысли, что Шарлотта пойдёт по улице, одна, в кромешной темноте. И, сколько бы она не говорила, что провожать её не надо, я стоял на своём. Вскоре девушка сдалась.

Мы вышли на улицу. Стало ещё холоднее, чем было. Я без колебаний взял её руку в свою. Не знаю, ночь на меня так влияет или что-то другое... Но сегодняшний вечер изменил многое.