Глава 7. Три пути в неизвестность
Глава 7. Три пути в неизвестность
Развилка возникла перед ними внезапно, словно само пространство коллекторов решило испытать их на прочность. В свете фонарей три зияющих чернотой зева тоннелей выглядели как пасти огромного подземного зверя.
Карта Розы в этом месте была безнадежно размыта, старые коммуникации Бравл Сити строились хаотично, и здесь, на глубине, логика окончательно капитулировала.
Эдгар остановился, тяжело дыша. Луч его фонаря метался между проходами: левый был покрыт склизким мхом, центральный уходил круто вниз, а из правого доносилось странное, ритмичное постукивание металла о металл.
— Карта здесь бесполезна... — Процедил Эдгар, чувствуя, как внутри нарастает холодный комок тревоги. — Мы не можем торчать здесь всей толпой. Если это ловушка Сириуса, он накроет нас всех одним махом. Придется разделиться.
Шелли нахмурилась, сжимая рукоять дробовика. Разделение в такой момент казалось самоубийством, но выбора у них не было, время работало против них.
— Рации! — Скомандовал Эдгар, доставая из сумки устройства. — Общий канал. Никакой лишней болтовни. Нашли выход или Розу, сообщаете немедленно.
Распределение произошло быстро, продиктованное скорее инстинктами и необходимостью защитить самых уязвимых.
Группа 1: Семейные узы и тени
Состав: Сэнди, Леон, Нита.
Они вошли в левый тоннель. Леон шел впереди, его капюшон был накинут, а пальцы привычно сжимали сюрикены. Нита крепко держала его за край куртки, стараясь не наступать в мутную воду. Замыкал их маленькую цепочку Сэнди. Его взгляд постоянно возвращался к спине Леона. В этом узком пространстве недосказанность между ними стала почти физической преградой.
— Держитесь ближе. — Шепнул Леон, и его голос эхом отразился от влажных стен. — Я чую... здесь пахнет не только сыростью. Здесь пахнет какими то сущностями.
Группа 2: Ударный кулак
Состав: Эдгар, Фэнг, Шелли, Биби.
Они выбрали центральный проход, который вел в самую глубь.
Фэнг шел рядом с Эдгаром, стараясь сохранять бодрость духа, хотя в этих катакомбах его трюки были малополезны. Шелли и Биби прикрывали тылы, их глаза привычно сканировали темноту.
— Если выберемся, я куплю нам всем по самому огромному ведру попкорна. — Негромко сказал Фэнг, пытаясь разрядить обстановку, но Эдгар лишь крепче сжал рацию.
Группа 3: Несочетаемый союз
Состав: Луми, Честер, Мелоди, Джанет.
Им достался правый тоннель, откуда доносились странные звуки. Мелоди шла с таким видом, будто её заставили гулять по помойке, постоянно поправляя свои наушники. Джанет старалась следить за Честером, который даже в такой ситуации умудрялся подбрасывать в воздух игральную карту. Луми же, холодная и собранная, освещала им путь.
— Постарайтесь не наступить в... это. — Брезгливо бросила Мелоди, указывая на лужу.
— Ой, да брось, Мел, это же просто подземный сок! — Хохотнул Честер, но в его глазах не было привычного блеска.
Свет фонарей трех групп начал отдаляться друг от друга, пока не превратился в крошечные точки в бесконечной тьме. Каждый уходил в свою неизвестность.
— Удачи всем. — Прохрипел Эдгар в рацию, прежде чем окончательно скрыться за поворотом. — Встретимся у Розы. Живыми.
Тоннели поглотили их. Теперь каждый шаг был лотереей, а тишина самым опасным врагом.
Центральный тоннель, в который углубилась вторая группа, напоминал пищевод огромного бетонного левиафана. Здесь было холоднее, чем в остальных проходах, и этот холод не просто кусал за кожу, он пробирался в самые мысли, заставляя воображение рисовать в темноте жуткие картины.
Эдгар и Шелли шли плечом к плечу. Свет их фонарей, мощный и яркий, здесь словно вяз в густом, липком воздухе. Лучи выхватывали лишь клочья тумана и скользкие, покрытые чем то похожим на черную плесень стены. Казалось, сама тьма коллекторов была живой и активно сопротивлялась их присутствию, пытаясь «потушить» хрупкие источники света.
— Держитесь кучнее. — Едва слышно произнесла Шелли. Её палец лежал на спусковом крючке, а взгляд был острым, как бритва. — Мне не нравится эта тишина. Она слишком... жуткая.
Фэнг и Биби шли чуть позади. Биби медленно перекатывала жвачку, а её бита Батси мерно покачивалась в такт шагам, готовая в любой момент со свистом рассечь воздух. Фэнг же, обычно такой разговорчивый, сейчас напряженно прислушивался к каждому всплеску воды под ногами.
Вдруг издалека донесся звук.
Это был не гул Сириуса и не шум воды. Это был странный, ритмичный скрежет, похожий на то, как если бы кто то с огромной силой тащил металлический лист по бетонному полу. Скрежет сопровождался тяжелым, влажным хрипом.
Группа замерла как по команде. Шарф Эдгара мгновенно ожил: его концы взметнулись вверх, расправились и замерли в боевой стойке, словно кобра перед броском.
Эдгар почувствовал, как по позвоночнику пробежал электрический разряд, прибор на его груди молчал, но инстинкты орали об опасности.
— Слышите? — Прошептал Фэнг, пригибаясь и занимая боевую позицию. — Это не похоже на марионетку. Марионетки ведь не дышат так... тяжело.
Шелли подняла фонарь выше. Вдали, на самой границе света и тени, что то шевельнулось. Огромная, бесформенная тень отделилась от стены и медленно начала перегораживать тоннель. Скрежет усилился, становясь невыносимо громким, резонируя от сводов коллектора.
Они двинулись вперед, шаг за шагом, почти не дыша. Каждый всплеск воды казался громом. Когда луч фонаря Шелли наконец прорезал мглу впереди, команда синхронно затаила дыхание.
Там, впереди, стояло нечто, что когда то могло быть человеком. Но теперь это было нагромождение металла, труб и плоти, сплавленных воедино. Существо тащило за собой огромный кусок сорванной гермодвери, который и издавал этот жуткий звук.
— Это... один из охранников подземного сектора? — Выдохнула Биби, крепче сжимая биту. — Что Сириус с ним сделал?
Существо медленно повернуло голову в их сторону. Вместо глаз у него светились два тусклых красных индикатора, а из разорванного горла вырвался механический, искаженный звук, в котором угадывались ноты той самой мелодии, что разрушила их город.
— Оружие к бою! — Скомандовал Эдгар, и его шарф угрожающе зашипел, готовясь к первому удару. — Кажется, мы нашли то, что охраняет путь к Розе.
Группа 2 столкнулась с первым «стражем»!
Это уже не просто бравлеры-марионетки, а нечто более жуткое и измененное.
***
Кадр резко уходит вправо, проваливаясь в узкий, покрытый ржавчиной тоннель Группы 3. Здесь воздух был спертым, а звуки разносились с пугающей четкостью.
Джанет шла впереди, её реактивный ранец на спине слегка поблескивал в свете мощного фонаря. Она старалась держать спину ровно, изображая уверенность лидера, но пальцы, сжимающие рукоять прожектора, выдавали её напряжение. Честер же, вопреки своему образу безумного весельчака, сейчас больше напоминал затравленного зверька. Он то и дело поправлял рацию, вслушиваясь в помехи.
Внезапно где то сверху раздался резкий, металлический «КЛАНГ!».
Честер, не раздумывая ни секунды, с коротким взвизгом прыгнул в сторону и мертвой хваткой вцепился в Мелоди, спрятав лицо у неё на плече. Его бубенцы на шапке выдали испуганную дробь.
— Это конец! Это за нами! — Запричитал он, мелко дрожа. — Скажите моей маме, что я был... ну, хотя бы смешным!
Мелоди застыла на месте. На её лице отразилась такая смесь брезгливости и гнева, что казалось, она сейчас взорвется похлеще любой бомбы Честера. Она с силой оттолкнула шута, едва не впечатав его в мокрую стену, и принялась яростно отряхивать рукава своей дорогой куртки.
— Убери от меня свои потные лапы, придурок! — Прошипела она. — Это просто труба заскрипела от давления. Ей богу, ведешь себя как дитя малое. Если еще раз меня тронешь, я спою тебе колыбельную, от которой у тебя уши свернутся в трубочку.
Мелоди демонстративно задрала нос и, цокая каблуками по бетонному полу, зашагала дальше, обходя лужи с таким видом, будто она на красной дорожке, а не в сточной канаве.
Луми, наблюдавшая за этой сценой с холодным спокойствием, лишь тяжело вздохнула и закатила глаза. Она шла следом за Джанет, чувствуя, как внутри нарастает потребность поговорить хоть о чем то, кроме грязи под ногами.
— Джанет... — Тихо позвала она. — Как ты думаешь... мы сможем вернуть своих близких? То есть... по настоящему вернуть?
Джанет на мгновение замедлила шаг, её плечи поникли.
— Я сама надеюсь на это каждую секунду... Я хочу вернуть Бонни. Моя маленькая сестренка... она сейчас там, в этом тумане, и я понятия не имею, как вытащить её из этой симфонии. Но если есть хоть один шанс, я за него вцеплюсь.
Мелоди, шедшая чуть впереди, резко обернулась, бесцеремонно вклиниваясь в разговор:
— Господи, сколько драмы! Всё же очевидно, нужно просто найти этого Сириса, или как там зовут этого недо-композитора, и вломить ему как следует. Тогда наступит мир, дружба, жвачка и все эти розовые сопли, как в дешевых мелодрамах, которые смотрят в кинотеатрах. Главное, выбить из него дурь.
Луми остановилась и посмотрела на певицу твердым, оценивающим взглядом.
— Это тебе не сцена из клипа, Мелоди. Сириус это не просто враг, это вирус. Его нельзя просто ударить по лицу и ждать, что все проснутся. Учитывая, какую мощь он показал, обычный бой нам обречен на провал. Тут нужно действовать хитрее.
— А Луми права! — Вдруг подал голос Честер, который уже успел оправиться от своего испуга. — Роза же нам всем говорила, что эта дребедень работает на особых частотах. И наш мозг просто на просто переключается на другую волну. — Парень остановился посреди тоннеля, и его лицо на секунду стало непривычно серьезным. — Если Сириус это звук, то это значит нам нужны античастоты. Понимаете? Звуковая волна, которая просто аннигилирует его музыку. Если мы найдем способ врубить «тишину» или противовес по всему городу, его марионетки просто... выключатся. Как сломанные радиоприемники.
В тоннеле повисла тишина. Джанет, Луми и даже Мелоди замерли, глядя на Честера. Мысль, высказанная шутом, была настолько логичной и технически верной, что на мгновение им всем стало не по себе. Честер, заметив их ошарашенные взгляды, неловко переступил с ноги на ногу.
— Э-э... чего вы так смотрите? У меня тоже бывают просветления между шутками про несвежие пироги!
— Честер... — Джанет медленно подошла к нему. — Кажется, ты только что выдал единственную стоящую идею за всё время нашего похода. Нам нужно срочно связаться с Эдгаром.
Но стоило ей потянуться к рации, как из глубины их тоннеля раздался странный, вибрирующий звук, от которого заложило уши. Это был ответ Сириуса на их «гениальный план».
***
Кадр плавно перетекает в левый тоннель, где царит самая тяжелая и густая тишина. Здесь не слышно скрежета металла или споров, только мерное «кап-кап» и шорох подошв по влажному бетону.
Группа 1 продвигалась вглубь, и казалось, что с каждым метром стены сжимаются всё сильнее.
Сэнди шел последним, опустив голову. Его фонарь лениво покачивался в руке, выхватывая из темноты пятки Леона. Он чувствовал спиной каждое движение друга, и это близость сейчас жгла его сильнее, чем недавний жар лихорадки.
Леон, в свою очередь, двигался неестественно прямо, как натянутая струна, готовая лопнуть от любого прикосновения.
Нита плелась позади всех. Она чувствовала, как между её братом и Сэнди искрит напряжение, и это пугало её больше, чем темнота коллекторов. Она неловко терла предплечье, вспоминая, как Леон кричал от боли в лавке, и как Сэнди смотрел на него.
Для неё, привыкшей к простоте дикой природы, эта человеческая сложность была невыносима.
— Сэнди. — Вдруг глухо позвал Леон, не оборачиваясь. Его голос эхом ударился о своды.
Сэнди вздрогнул, едва не выронив фонарь.
— Да?
— Тот песок... в лавке... — Леон замедлил шаг, пока почти не сравнялся с Сэнди. — Ты так быстро среагировал. Ты же мог погибнуть. Почему ты всегда делаешь вид, что тебе на всё плевать, а потом лезешь в самое пекло ради... ради нас?
Сэнди почувствовал, как сердце предательски ускорило ритм. Он знал, что Леон не просто спрашивает о тактике боя. Он ищет подтверждение тем словам, которые Сэнди назвал «ерундой».
— Просто... так было нужно. — Сэнди попытался вернуть голосу привычную сонную интонацию, но она прозвучала фальшиво. — Мы же команда вроде как.
Леон резко остановился и повернулся к нему. В полумраке его глаза блеснули из под капюшона.
— Команда? — Леон горько усмехнулся, делая шаг вплотную к Сэнди. — В «команде» не врут в глаза, когда один признается другому в любви. В «команде» не делают вид, что поцелуя не было.
Нита, услышав это, замерла в пяти шагах от них, широко раскрыв глаза. Она прижала ладони к губам, боясь издать хоть звук.
Сэнди почувствовал, как стена, которую он так тщательно строил, начала рушиться. Воздух в тоннеле стал слишком плотным.
— Леон, ты был под ядом... — Начал он, но Леон перебил его, схватив за края жилета.
Этот момент в тоннеле стал точкой невозврата. Тишина коллекторов, которая до этого была их союзником, превратилась в давящий вакуум, в котором каждое слово Леона звучало как удар молота.
Леон не просто говорил, он выплескивал всё то, что копилось в нем с момента пробуждения в лавке. Его пальцы, сжимавшие жилет Сэнди, дрожали от ярости и обиды.
— Яд не придумывает чувства, Сэнди! — Выкрикнул он, и его голос сорвался, многократно отразившись от мокрых стен. — Он просто сносит чертову плотину! Я сказал то, что боялся сказать месяцами. Я доверился тебе в самый паршивый момент своей жизни, а ты... ты просто выкинул это в мусорку? «Ерунда»? Ты серьезно?!
Сэнди попытался отступить, но уперся спиной в холодный бетон. Его обычно полуприкрытые глаза теперь были широко распахнуты, в них металась смесь вины и паники.
— Леон, притормози... Я просто хотел как лучше! — Сэнди тоже начал повышать голос, что для него было верхом эмоционального взрыва. — Ты был при смерти! Я думал, если ты поправишься и поймешь, что наговорил лишнего, тебе будет стыдно. Я хотел оставить тебе путь к отступлению!
— Путь к отступлению от чего?! От меня самого?! — Леон почти вплотную приблизился к лицу друга, его капюшон сполз, обнажая растрепанные волосы. — Ты решил за меня, что мне чувствовать? Ты струсил, Сэнди. Ты просто струсил признать, что это было по настоящему. Ты испугался, что всё изменится, и решил, что проще назвать это «бредом».
— Да, я испугался! — Сэнди резко оттолкнул руки Леона от себя. — Испугался, что если это правда, то в этом мире, который катится к ебеням, у меня появится еще одно слабое место! Я и так за тебя трясусь каждую секунду
Они стояли друг против друга, тяжело дыша. Спор перерастал в настоящий конфликт: годы дружбы, маскировки и недосказанностей сейчас сгорали в огне этого взаимного обвинения.
Нита стояла в нескольких метрах от них, вжавшись в стену. Она никогда не видела их такими. Брат всегда был для неё опорой, а Сэнди спокойной гаванью. Видеть, как они буквально разрывают друг друга словами, было невыносимо. Она хотела вмешаться, крикнуть, чтобы они замолчали, но её внимание вдруг привлекло кое что другое.
Позади спорящих парней, там, где тоннель уходил в абсолютную непроглядную тьму, что то изменилось.
Сначала это была просто тень среди теней. Но затем Нита увидела ритмичное, едва заметное мерцание. Что то огромное, многоногое и неестественно тихое медленно отделялось от свода тоннеля. Оно двигалось плавно, словно паук по паутине, и его конечности издавали едва слышный звук
«клик... клик... клик...».
— Леон... — Прошептала Нита, но её голос потонул в очередной тираде брата.
— ...и если ты думаешь, что можешь просто так стереть этот поцелуй из моей памяти своими дурацкими оправданиями, то ты ни черта про меня не знаешь! — Леон продолжал наступать на Сэнди.
— Леон!!! — Нита крикнула громче, её голос сорвался на звериный рык. Она протянула руку, указывая пальцем в темноту за их спинами. — Там! СМОТРИТЕ!
Парни замерли. Гнев мгновенно сменился ледяным оцепенением. Они медленно, синхронно обернулись.
В тридцати метрах от них из темноты выплывало существо. Это была не марионетка. Это была биомеханическая конструкция, напоминающая гигантского скорпиона, чье тело было собрано из ржавых деталей игровых автоматов и обрывков кабелей. На месте «головы» у него пульсировал огромный динамик, а из «хвоста» вместо жала торчала острая игла антенны.
Существо замерло, «посмотрев» на них своим безликим динамиком. А затем из него раздался тихий, вкрадчивый голос Сириуса, переплетенный с белым шумом:
— Зачем спорить о чувствах... когда можно стать частью одной идеальной симфонии? В тишине... нет лжи.
— Бежим! — Выдохнул Леон, хватая Сэнди за руку. На этот раз не для спора, а чтобы спасти ему жизнь.
Свет фонарей исказился, превращаясь в безумный калейдоскоп, когда динамик на теле биомеханического скорпиона вспыхнул багровым светом.
Реакция Леона была мгновенной, инстинкт выживания сработал быстрее, чем мозг обработал ужас увиденного. Он рванулся к поясу, срывая наушники. Но он опоздал всего на долю секунды. Ударная волна невидимая, плотная, пропитанная концентрированным ультразвуком Сириуса ударила ему в грудь, отбрасывая назад. Сэнди, стоявший рядом, рухнул на колени, обхватив голову руками, так и не успев натянуть амбушюры.
Только Нита, привыкшая доверять животным инстинктам, оказалась готова. Ещё в тот момент, когда она закричала братьям, её пальцы уже сжимали амулет.
— АУУУГХ! — Яростный, вибрирующий рык Ниты разорвал тишину коллектора.
Воздух позади неё сгустился, и из астрального плана соткалась исполинская фигура духа-медведя. Он не ждал команды. Мощным прыжком Брюс преодолел расстояние до биомеханической твари и обрушил свои когтистые лапы на её металлический панцирь. Искры посыпались градом, когда металл заскрежетал о призрачную плоть.
Нита не стояла на месте. Её глаза вспыхнули синим пламенем, а вокруг ладоней закружились разряды статического электричества.
С диким выкриком она начала метать в скорпиона шары, сотканные из синего огня и молний. Каждый удар вызывал короткое замыкание в цепях монстра, заставляя его динамик хрипеть и сбоить.
Но пока Нита вела отчаянный бой в реальности, для Леона и Сэнди мир рухнул во тьму галлюцинаций.
Вокруг них больше не было коллектора. Они оказались в бесконечном, сером пространстве, где вместо стен были клубящиеся тени. И в этой пустоте, многократно усиленные эхом Сириуса, зазвучали их собственные голоса, искаженные злобой и ложью.
— Леон... твои чувства пустяк... — Голос Сэнди доносился, казалось, отовсюду. В нем не было привычной сонливости, только холодная, режущая жестокость. — Тот поцелуй ничего не значил для меня. Просто момент слабости. Ты мне безразличен.
Леон замер, глядя в пустоту широко раскрытыми от отчаяния глазами. Каждое слово этого лживого голоса впивалось в него, как отравленный шип.
— Нет... — Прошептал он, чувствуя, как внутри все выгорает. — Ты не мог этого сказать...
Настоящий Сэнди в этот момент корчился в галлюцинации рядом с ним. Услышав свой же голос, произносящий этот бред, он агрессивно замотал головой.
— Это ложь! — Закричал Сэнди в пустоту, его голос срывался от ужаса. — Леон, не верь! Это Сириус! Это были не мои слова!
Но пустота не унималась. Теперь зазвучал голос Леона, искаженный, полный ненависти к самому себе.
— Яд все ещё в моей голове, Сэнди! — Лживый голос Леона смеялся надменным, чужим смехом. — Я просто бредил. Никто и никогда не будет любить такого ленивого, вечно спящего, смазливого парня, как ты. Ты обуза.
— ЗАМОЛЧИ! УБИРАЙСЯ ИЗ МОЕЙ ГОЛОВЫ! — Леон в ярости начал наносить удары невидимыми клинками по теням, его возмущенный ор тонул в гуле галлюцинации, пока Нита в реальности продолжала разносить махину скорпиона.
Сэнди, задыхаясь от боли и ужаса, что эти слова могут быть правдой, вдруг резко повернулся к Леону. Он схватил его за щеки, заставляя смотреть себе прямо в глаза. Пальцы Сэнди впились в кожу Леона.
— Леон! Посмотри на меня! — Закричал Сэнди, пытаясь перекричать бормотание голосов, которые дурманили разум. — Тени пытаются нас рассорить! Сириус использует наш страх! Но на деле всп наоборот! Все, что ты слышишь, это обман! Это не наши мысли! Посмотри на меня!
Голоса вокруг них сплелись в невнятный, давящий хор, пытаясь раздавить их волю. Но Леон посмотрел в глаза Сэнди, настоящие, полные отчаянной любви и честности, которые никакой Сириус не мог подделать. И в этот момент туман в его голове рассеялся. Реальность и галлюцинация слились в одну точку.
Леон медленно поднял руки и в ответ взял Сэнди за щеки, притягивая его лицо ближе. Весь гнев, вся обида, все споры, все это вдруг стало таким мелким и неважным перед лицом вечности, которая смотрела на них из этой пустоты.
— Я люблю тебя... — Тихо, но предельно четко произнес Леон, и его голос прозвучал сильнее, чем любой хор Сириуса. — С тех самых пор, как ты впервые появился на арене.
Леон не стал ждать ответа. Он внезапно, с отчаянной страстью, притянул парня к себе и поцеловал его. Это был не тот мягкий, осторожный поцелуй в лавке Гриффа. В этот раз Леон вдыхал в него весь жар своих чувств, всю свою боль, свою надежду и свою решимость защитить его до последнего вздоха.
Сэнди вскрикнул от неожиданности, но в следующую же секунду его руки сами собой пустились в волосы Леона. Галлюцинация затрещала по швам. Сэнди с силой потянул Леона к себе, одновременно снимая с него капюшон, словно отбрасывая последнюю преграду между ними. В этот момент, посреди ада, созданного Сириусом, существовали только они двое и их истина.
Галлюцинация разорвана истинным чувством!
Но бой Ниты в реальности ещё не окончен.
Синеватое пламя на кулаках Ниты медленно угасло, когда последняя деталь биомеханического скорпиона с глухим лязгом отвалилась и упала в мутную воду. Брюс, тяжело дыша астральным паром, растворился в воздухе, оставив после себя лишь запах озона.
Нита, тяжело дыша и вытирая пот со лба, обернулась к парням, ожидая увидеть их в шоке или хотя бы готовыми к бою. Но вместо этого её взгляду предстала картина, достойная тех самых мелодрам, о которых говорила Мелоди: Леон и Сэнди стояли, буквально вцепившись друг в друга, полностью выпав из реальности в своем поцелуе.
Нита замерла. Она медленно перевела взгляд с груды металлолома на «голубков», а затем с силой хлопнула себя ладонью по лбу. Звук шлепка эхом разнесся по тоннелю.
— Что ж такое... — Пробормотала она, качая головой. — Ну на пару минут отвернулась, монстра завалила, а они уже...
Сэнди, услышав голос Ниты, дернулся так, будто его ударило током. Он мгновенно отстранился от Леона, едва не поскользнувшись на мокром бетоне. Его лицо залил такой густой румянец, что он стал цветом почти как куртка Леона.
— ТАК! — Сэнди выставил ладони вперед, лихорадочно поправляя растрепанные волосы. — Ты этого не видела! Поняла?! Это было... это было побочное действие! Влияние частот!
Леон, всё еще тяжело дыша и глядя на Сэнди взглядом, в котором «влиянием частот» даже не пахло, лишь поправил сползший капюшон, пытаясь вернуть себе хоть каплю невозмутимости.
Нита лишь закатила глаза и, пройдя мимо них, демонстративно пнула обломок механической лапы.
— Ага, конечно. — Фыркнула она, махнув рукой в сторону продолжения тоннеля. — Идемте уже, голубки, а то меня сейчас вырвет. И поверьте, даже не от запаха канализации.
Она зашагала вперед, демонстративно не оборачиваясь, но на её губах промелькнула едва заметная, хитрая улыбка. Напряжение, которое душило их группу последние часы, наконец то лопнуло, сменившись чем то новым, пугающим, но определенно живым.
Леон и Сэнди переглянулись. Смущение никуда не делось, но та пропасть недосказанности, что была между ними, наконец то исчезла. Леон первым сделал шаг и, поравнявшись с Сэнди, незаметно для Ниты коснулся его пальцев своими.
— Идем. — Тихо сказал он. — У нас еще целый город, который нужно вытащить из этой «симфонии».
Группа 1 снова в сборе и едина как никогда!
Но пока они празднуют свою маленькую победу, рация на поясе Леона снова зашипела.
***
Кадр резко переносится в центральный тоннель, где воздух пропитан гарью и запахом озона. Группе 2 повезло меньше всех, их проход оказался не просто заброшенной коммуникацией, а настоящим «гнездом» Сириуса.
Ситуация у Эдгара и компании стремительно катилась в бездну. Механический страж, которого они встретили вначале, был лишь авангардом.
Как только Шелли сделала первый выстрел из дробовика, эхо разнеслось по тоннелю, и в ответ из темноты послышались десятки тяжелых, лязгающих шагов.
Их зажали. Спереди наступал тот самый гигант с дверью-щитом, а сзади из боковых люков начали вылезать деформированные марионетки, бывшие рабочие коллекторов, чьи тела были буквально вживлены в защитные костюмы и сварочные аппараты.
— В тупик! К той гермодвери! — Скомандовала Шелли, прикрывая отход и методично снося головы ближайшим врагам.
Они вжались в массивную стальную дверь в конце коридора. Биби яростно орудовала «Батси», отбивая летящие в них куски арматуры, а Фэнг крутился в безумном танце, сбивая марионеток с ног мощными ударами своих укрепленных кроссовок.
— Эдгар, делай что нибудь с этой дверью! — Крикнул Фэнг, впечатывая очередного врага в стену. — Мы долго не продержимся, их слишком много!
Эдгар стоял у панели управления, его пальцы лихорадочно бегали по кнопкам. Его шарф в это время работал в автономном режиме: две мощные матерчатые «лапы» перехватывали замахи стражей, не давая им приблизиться к хозяину. Тишинометр на груди Эдгара не просто пищал, он издавал сплошной, режущий ультразвук. Сигнал Сириуса здесь был настолько плотным, что даже наушники начали пропускать вибрацию прямо в череп.
— Тут нужен код доступа или биометрия! — Проорал Эдгар, перекрывая грохот боя. — У меня не получается взломать систему, она под контролем частот!
В этот момент гигант с дверью-щитом издал оглушительный механический рев. Он замахнулся своим щитом, намереваясь просто раздавить группу о стальную преграду.
— Ложись! — Биби рванулась вперед, пытаясь перехватить удар битой, но махина была слишком тяжелой.
Шелли выстрелила в упор, но дробь лишь высекла искры из щита. Казалось, это конец. Группу просто размажут по стене.
Внезапно рация Эдгара, висевшая на плече, прорезала шум помех. Это был не голос Леона и не Джанет. Сквозь треск послышался спокойный, научный и очень напряженный голос Розы:
— Группа, слышите меня?! Это Роза! Прекратите ломиться в дверь, вы перегружаете охранный протокол! Эдгар, введи частотную последовательность 4-4-2... это сбросит локальный контроль Сириуса на десять секунд! Живо!
Эдгар не тратил время на вопросы. Его пальцы вогнали нужные цифры в панель. Раздался тяжелый, вибрирующий гул, и стальная дверь с шипением начала отъезжать в сторону.
— Заходим! — Шелли схватила Эдгара за шиворот, буквально втаскивая его внутрь, пока Биби и Фэнг ныряли в закрывающийся проем.
Щит гиганта с грохотом врезался в закрывшуюся дверь, сотрясая весь тоннель, но группа уже была по ту сторону. Они оказались в просторном, стерильно чистом помещении, которое разительно отличалось от грязных коллекторов.
Это была лаборатория. И в центре неё, окруженная мониторами и странными установками с растениями в колбах, стояла Роза. Её вид был изможденным, но глаза горели решимостью.
— Вовремя вы. — Произнесла она, поправляя очки. — Еще бы минута, и Сириус бы вас переварил. Где остальные?
— Должны быть с минуты на минуту, надеюсь они в порядке... — Ответила Биби сжимая к себе свою биту.
На месте слияния тоннелей Группы 1 и 3 встретились в облаке пыли и взаимного облегчения. Огромный коллектор здесь расширялся, образуя подобие подземного зала, где эхо шагов гулко разлеталось во все стороны.
Леон, все ещё держа Сэнди за руку (чуть крепче, чем требовала ситуация), первым делом проверил рацию. Голос Эдгара, прорезавшийся сквозь помехи, был четким и властным: он передал координаты Розы и подтвердил, что "Ударный кулак" уже на месте.
— Рад вас видеть целыми. — Произнес Леон, поправляя капюшон и оглядывая Группу 3. — Как вы? Были ли какие то трудности? Мы там едва не стали кормом для механического скорпиона.
Честер, который все ещё выглядел так, будто готов в любой момент упасть в обморок, нервно икнул.
— Трудности? О, ты не представляешь! Мы уже почти начали составлять завещание! — Он указал на Луми, которая стояла чуть поодаль, облокотившись на холодную стену.
— Мы не успели даже глазом моргнуть, как Луми устроила там полный разгром! — Добавила Джанет, с уважением глядя на подругу. — Она разнесла всех марионеток в щепки. Буквально превратила их в ледяную крошку раньше, чем они успели издать хоть звук.
Луми, услышав похвалу, лишь хитро прищурилась. На её губах заиграла самодовольная улыбка, а в глазах блеснул огонек гордости. Она аккуратно стряхнула невидимую пылинку с рукава, всем своим видом показывая, что это было для неё не сложнее, чем подать стакан воды.
— Просто технический расчет и немного... свежести. — Лаконично бросила она, хотя по её виду было понятно: она чертовски гордится собой.
— Ладно. — Леон кивнул, чувствуя, как время поджимает. — Эдгар ждет. Нам нужно добраться до гермодвери сектора «Б». Роза уже открыла доступ.
Они двинулись единой группой. Теперь, когда их стало больше, страх одиночества отступил, уступив место сосредоточенности. Нита бежала впереди, выискивая опасности, а Мелоди шла в центре, стараясь не касаться стен, которые казались ей «невыносимо вульгарными».
Сэнди шел рядом с Леоном, и хотя они больше не говорили о том, что произошло в галлюцинации, между ними установилось странное, вибрирующее понимание. Больше не было нужды в словах.
Впереди показался яркий, почти ослепительный белый свет, гермодверь лаборатории была открыта, и в проеме виднелись силуэты Эдгара и Шелли.
— Быстрее! — Крикнул Эдгар, махая им рукой. — Сириус перестраивает частоты, скоро этот проход будет заблокирован!
Когда последний из группы пересек порог и тяжелая стальная плита с грохотом встала на место, в лаборатории Розы воцарилась тишина. Настоящая тишина, защищенная мощными подавителями звука.
Роза вышла вперед, снимая защитные перчатки. Её взгляд прошелся по каждому бравлеру, задерживаясь на ранах и усталых лицах.
— Добро пожаловать в последнее место в этом городе, где вы все ещё можете слышать собственные мысли. — Произнесла Роза демонстративно указывая на лабораторию. — Располагайтесь. У нас мало времени, а план Честера про античастоты... это именно то, над чем я работала последние недели.
Стерильный блеск лаборатории Розы слегка успокаивал, но сама атмосфера здесь была пропитана напряжением научного фронта. Роза устало указала на узкий коридор, ведущий вглубь комплекса.
— Располагайтесь в жилых блоках. — Произнесла она, протирая очки краем халата. — Раньше я держала там подопытных существ... ну, тех, кого выращивала для экспериментов по адаптации флоры. Там есть системы жизнеобеспечения, так что это самые безопасные каюты.
Мелоди, услышав про «подопытных», тут же картинно поморщилась и начала нервно поправлять воротник, явно представляя себе гигантских слизней или зубастые сорняки в своих будущих спальнях.
— Ты шутишь? — Прошипела она, оглядывая холодные стены. — Я должна спать там, где выращивали каких-то мутантов?
Джанет, заметив, как певица начинает заводиться, мягко подошла к ней и положила руку на плечо. Её прикосновение было успокаивающим, почти нежным.
— Тише, Мел... Это просто стены. Здесь мы хотя бы не станем марионетками к утру. Идем, я буду рядом.
Мелоди на секунду замерла, её колючий взгляд смягчился, и она лишь тяжело вздохнула, позволяя Джанет увести себя следом за Беей.
Маленькая помощница Розы, жужжа каким то самодельным прибором, бодро указывала путь к двум отсекам, раздельно для парней и девушек.
Все потянулись в сторону кают, но Эдгар задержался. Он стоял в тени одного из огромных инкубаторов, наблюдая за Розой.
Что то в её движениях казалось ему неправильным. Она слишком часто оглядывалась на закрытую дверь в дальнем конце зала, а её руки едва заметно дрожали, когда она вводила данные в терминал. Это не было похоже на обычную усталость. Это было похоже на... страх перед чем то, что находится прямо здесь, за стеной.
— Эдгар! — Голос Фэнга вырвал его из раздумий. — Ты чего там застрял? Влюбился в кактус или решил проверить, не вылезет ли оттуда кто?
Фэнг подошел к нему, широко улыбаясь, и по дружески толкнув в плечо.
— Пошли, бро. Если заблудишься в этой огромной лаборатории, я тебя по навигатору искать не буду, тут связи нет.
Эдгар еще раз бросил взгляд на Розу, которая в этот момент быстро скрыла какое то окно на мониторе, заметив его внимание.
— Да... я иду... — Неуверенно кивнул он.
Шарф Эдгара беспокойно шевельнулся, словно тоже чувствуя неладное. Он пошел за Фэнгом, но внутри уже поселилось липкое предчувствие: Роза спасла их не просто так. У неё была своя тайна, и эта тайна могла оказаться опаснее, чем весь Сириус.