глава двенадцатая.
Гриша
я вернулся из ванной, чувствуя, как капли холодной воды всё еще стекают по шее под футболку. немного отпустило, но это странное ощущение присутствия чужого человека в квартире никуда не делось. полина так и сидела на самом краю дивана, словно боялась раствориться в этой темноте.
— голодная? — спросил я, опершись о косяк. — могу макароны сварить.
она просто мотнула головой, даже не поднимая глаз. сидит, обхватив себя руками, маленькая такая, беззащитная. вся её школьная спесь и гордость куда-то испарились, оставив только растерянность.
— как хочешь, — пожал я плечами, хотя внутри почему-то хотелось, чтобы она согласилась, просто чтобы занять себя чем-то на кухне и не смотреть на неё. — щас постелю тебе на диване.
я пошел в спальню, открыл шкаф и достал комплект чистого постельного белья.
обычное, серое, которое я сам сто лет назад покупал. вернулся к ней, держа в руках эту охапку. полина тут же послушно встала с дивана, уступая мне место. и тут я снова замер, заметив, что она до сих пор стоит в своем этом платье. чертово мини, которое при каждом её движении опасно задиралось, оголяя бедра. спать в таком жестком, обтягивающем шмоте — это надо быть мазохисткой.
я бросил белье на подлокотник и выпрямился, разглядывая её.
— тебе дать что-то переодеться? — спросил я, кивнув на её наряд.
она лишь молча пожала плечами, упрямо глядя в пол. этот её обет молчания начинал меня откровенно злить. мы уже через такое за эту ночь прошли, а она из себя недотрогу строит, слова не вытянешь.
— я не кусаюсь, белова, — раздраженно выдохнул я, делая шаг ближе, из-за чего она тут же напряглась. — разговаривай со мной.
она пошевелилась, смешно поджав пальцы на босых ногах, и наконец тихо, неуверенно произнесла:
— ну... а вдруг твои родители приедут? мне как-то неудобно..
я на секунду застыл, переваривая её слова. родители. она реально думала, что посреди ночи сюда ворвутся строгие предки и устроят скандал из-за того, что их примерный сын притащил девчонку в чужой футболке. внутри шевельнулось что-то горькое, старая привычная злость, которую я обычно глушил ревом мотора.
«если бы им было хоть немного не похрен, белова, они бы, может, и приехали», — подумал я, но вслух, конечно, ничего такого не сказал. не хватало еще перед ней душу выворачивать.
— да никто сюда не приедет, — отрезал я, отворачиваясь и начиная резко встряхивать простынь, чтобы скрыть дурацкое напряжение в голосе. — забудь. щас принесу тебе футболку.
я прошел в спальню, где царил мой обычный хаос, и подошел к шкафу. открыл дверцу, и на меня пахнуло смесью мужского парфюма и пыли. начался мой личный «подбор гардероба» для беловой.
я начал перебирать вешалки и полки, как будто выбирал экипировку для заезда, а не домашнюю одежду для девчонки.
«так, это — нет».
в руках оказалась старая, застиранная футболка, которую я надевал только когда возился с двигателем байка. она была в каких-то едва заметных масляных пятнах, и отдавать её полине было бы верхом свинства, даже для меня. отбросил в сторону.
«это — тоже мимо».
вытянул следующую. черная, с каким-то нелепым, кислотно-зеленым принтом черепа, который я купил по пьяни в прошлом году. выглядело это максимально по-идиотски, да и ткань была грубовата. полина в этом смотрелась бы как участница какого-то треш-шоу. нет, это вообще не вариант.
«а вот эту я просто ей не дам».
рука наткнулась на мою любимую серую майку. она была мягкой, почти невесомой, идеальной, чтобы в ней спать. я на секунду представил, как она будет смотреться на полине — слишком уж невинно, слишком правильно. от этой мысли в груди неприятно кольнуло. она и так достаточно влезла в мою жизнь за этот вечер, не хватало еще, чтобы она ходила по моей квартире в моей любимой домашней одежде. это было бы уже слишком... лично.
я раздраженно выдохнул и наконец выудил из глубины шкафа чистую, простую темно-синюю футболку. она была качественной, без дурацких надписей, и достаточно свободной, чтобы полина могла в ней нормально дышать, а не пытаться каждые пять минут одергивать подол.
«нормально».
я захлопнул шкаф, чувствуя, как внутри всё еще кипит какое-то странное беспокойство. я вернулся в гостиную, швырнул эту футболку ей на колени и, не глядя в глаза, пробурчал:
— на. это чистая. иди в ванную, переодевайся, и не смей мне тут стесняться. я буду на кухне.
она поймала футболку в воздухе, и та тут же развернулась в её руках. ткань была плотной, мужской, с отчетливым запахом моего одеколона и чего-то отдаленно технического — бензина или масла, я так и не понял. она приложила её к себе, и я невольно оценил масштаб: синяя ткань опускалась ей куда ниже бедер, полностью скрывая то вызывающее платье, которое я созерцал весь вечер. она была в ней как в полноценном коротком платье, только куда более домашнем и закрытом.
полина посмотрела на меня, слегка наклонив голову набок, и в её взгляде мелькнула тень той самой иронии, которую я, казалось, окончательно выбил из неё на площадке.
— а шорт в комплекте не полагается? — спросила она, дернув уголком губ.
я замер, глядя на то, как она, даже в такой ситуации, пытается сохранить лицо и хоть немного огрызнуться. эта её попытка шутить, когда она заперта в квартире парня, которого еще час назад видела только в коридорах школы, чертовски меня зацепила.
— слушай, белова, — я усмехнулся, скрестив руки на груди и облокотившись о дверной косяк. — ты сейчас в моей квартире, в моей футболке, и единственное, о чем должна переживать — это чтобы завтра утром у тебя не было проблем с мамой. так что скажи спасибо, что я вообще не заставил тебя спать в том, в чем ты пришла.
я сделал паузу, внимательно изучая её лицо, на котором промелькнуло смущение.
— шорт у меня нет, — добавил я уже чуть тише, чувствуя, как внутри снова разливается эта тягучая, раздражающая и в то же время приятная теплота. — или ты спишь в этом, или... ну, у тебя есть выбор, но, думаю, футболка тебе всё-таки подойдет больше. иди давай, пока я не передумал и не решил, что тебе пора домой.
я кивнул в сторону ванной, давая понять, что разговор окончен. она еще секунду смотрела на меня, сжимая в руках ткань, а потом развернулась и пошла в сторону коридора, почти исчезая в объеме моей футболки.
«черт возьми, белова, ты сегодня слишком много себе позволяешь», — подумал я, наблюдая за её уходящей спиной.
десять минут. я успел дважды пройтись по кухне из угла в угол, выкурить сигарету на балконе и даже проклясть тот момент, когда предложил ей эту чертову футболку. ну что можно делать в ванной десять минут?
надевать одну вещь?
я уже начал нервничать, не сбежала ли она через окно, хотя это было физически невозможно с третьего этажа.
когда она наконец показалась в дверях кухни, я даже не сразу понял, почему картинка в голове не сошлась с той, что была перед глазами.
футболка сидела на ней как свободное мини-платье, и теперь она не выглядела как напуганная гостья или девица из массовки на гонках. она была... естественной. никакой боевой раскраски, ни следа от той тонны штукатурки и яркой помады, которые она зачем-то нанесла перед выходом из дома. кожа чистая, чуть розовая от горячей воды, волосы растрепаны. она выглядела лет на пятнадцать, и этот образ «беловой-отличницы» в моем шмоте сбивал с толку сильнее, чем вечернее платье с глубоким вырезом.
мне аж хотелось спросить, чем она вообще умывалась — у меня в ванной только кусок хозяйственного мыла, пенка для бритья да дешевый гель для душа. но я промолчал. пусть это останется её секретом, как она умудрилась превратиться из размалеванной куклы в кого-то, на кого хочется смотреть просто так, без лишнего пафоса.
— ну, если есть не хочешь, посиди со мной пока, — бросил я, пытаясь вернуть себе привычный тон холодного безразличия.
я сделал глоток остывшего кофе, чувствуя, как внутри всё равно что-то предательски зудит. она прошла к столу, робко присела на краешек стула. тишина становилась слишком тяжелой, и я решил её нарушить.
— ты хоть постель сама постелить можешь? — спросил я, глядя на неё поверх чашки.
она удивленно подняла на меня свои чистые, без косметики, глаза.
— а ты что, ещё не постелил? — в её голосе проскользнула нотка возмущения, как будто я был её личным горничным.
я криво усмехнулся, подавшись вперед.
— а ты что, в отель приехала, белова? или я похож на портье, который должен тебе подушки взбивать?
я демонстративно отодвинул свою кружку и кивнул на гору чистого белья, которую оставил на диване.
— давай, иди работай. а то останешься на голом диване, будешь знать, как «сервис» требовать.
она поджала губы, явно собираясь что-то возразить, но потом просто встала и пошла в гостиную. я проводил её взглядом, понимая, что этот вечер — самая странная и длинная авантюра в моей жизни, и что-то внутри подсказывало: я не очень-то и хочу, чтобы она заканчивалась.
я допил остатки холодного кофе — горчило, но зато хоть немного привело в чувство. оставив кружку в раковине, я лениво побрел в гостиную.
белова копошилась у дивана. она как раз натягивала наволочку на подушку, пытаясь сделать это максимально аккуратно. смешная. со стороны казалось, что она в этой футболке — просто маленькая девочка, которая украла вещи старшего брата.
— все, отбой, — сказал я, прислонившись к дверному косяку и скрестив руки на груди. — ложись спать. сегодня ты без сказки на ночь, твое поведение было плохим.
полина замерла с подушкой в руках и обернулась. в её глазах мелькнуло искреннее непонимание, смешанное с возмущением.
— это еще почему? — спросила она, дернув бровью.
я пожал плечами, чувствуя, как внутри закипает какая-то дурная, азартная энергия. мне чертовски нравилось видеть её такой — не напуганной гонками, а обычной, домашней, злящейся из-за глупостей.
— а вот посиди и подумай над этим, — ответил я, глядя прямо ей в глаза.
я сам, честно говоря, понятия не имел, за что именно «наказываю» её. за то, что напялила короткое платье? за то, что наврала матери? или за то, что сейчас так невыносимо спокойно заполняет мою квартиру своим присутствием, что мне становится не по себе от того, как легко я её принял? неважно.
просто хотелось повыебываться, показать, кто здесь главный, и посмотреть, как она будет реагировать. ну или выебнуться лишний раз.
она фыркнула, демонстративно отвернулась и с силой хлопнула подушкой о диван.
— ты бесишь, ляхов, — пробормотала она, опускаясь на постель.
я усмехнулся, глядя, как она сворачивается калачиком под пледом.
— я знаю, — ответил я, гася свет в комнате. — сладких снов, белова. подумай хорошенько, прежде чем завтра снова решишь, что тебе всё позволено.
я развернулся и ушел в свою спальню, но почему-то был уверен, что спать сегодня буду вряд ли. во всяком случае, не так быстро, как хотелось бы.
я зашел в свою спальню, даже не стал зажигать свет. просто рухнул на кровать прямо в одежде, закинув руки за голову, и уставился в темный потолок. в тишине квартиры было слышно, как на кухне мерно капает кран, а из гостиной доносилось едва уловимое, ровное дыхание беловой.
«ну и денек, блять» — пронеслось в голове.
если отмотать всё к самому началу, утро ведь начиналось как обычно. я собирался просто приехать на площадку, выжать из байка всё, что можно, сжечь пару покрышек и сбросить накопившуюся злость. обычная рутина. и какого черта мне приспичило написать ей? я ведь даже не рассчитывал, что она согласится. думал, пошлет меня или проигнорирует, как делала это сотни раз в школе. а она взяла и вышла.
перед глазами снова вспыхнула картинка: она выходит из подъезда в этом чертовом черном платье. у меня тогда реально дыхание перехватило. правильная, застегнутая на все пуговицы белова — и вдруг такая. я всю дорогу до трассы злился на неё за этот вид, а на самом деле злился на себя, потому что не мог перестать пялиться.
потом эта площадка. пацаны, которые сразу начали облизываться, стоило ей слезть с байка. я помню, как у меня внутри всё перекрутило от желания закрыть её спиной от всех этих ублюдков. даже гонка прошла как в тумане. я гнал не ради победы, не ради адреналина — я просто хотел поскорее финишировать, забрать её и увезти.
а дальше этот хаос. крики про ментов, сирены, мигалки... у меня сердце чуть не встало, когда я не увидел её рядом с ирой.
когда нашел за гаражами — испуганную, дрожащую — внутри как будто шестеренки на место встали. моя куртка на её плечах, её ледяные пальцы, то, как она вцепилась в меня на трассе.
и вот теперь она спит в соседней комнате. без своего дурацкого макияжа, в моей огромной синей футболке, чистая и какая-то... настоящая. соврала матери, сбежала со мной, доверилась парню, которого вся школа считает отморозком.
я повернулся на бок, закрывая глаза. вся эта история с самого утра казалась каким-то безумным заездом без тормозов. я никогда ни о ком не заботился, мне всегда было плевать, кто там и где остался после облавы. а сегодня всё поменялось. и самое паршивое, что мне это даже нравилось.
«ладно, белова», — подумал я, засыпая, — «посмотрим, что ты запоешь завтра утром».
——————————————————————-
ставьте ваши звёздочки, и пишите свое мнение, оно для меня важно!!