глава третья.
Гриша
школьная линейка? серьезно? для меня этот день официально значился как «32 августа». я всегда игнорировал эти сборища с их дурацкими речами директоров и запахом дешевых гладиолусов. в то время как весь город одевался в накрахмаленные рубашки, я облачался в черное, единственную броню, в которой чувствовал себя человеком.
я стоял в гараже, вдыхая густой, въедливый запах бензина и жженой резины. здесь, в этом полумраке, среди инструментов и разбросанных запчастей, я был собой. байк — мой единственный верный союзник. я возился с двигателем, чувствуя, как каждая деталь отзывается на мои руки. гонки для меня не были просто развлечением или способом убить время. это было единственное место, где я чувствовал себя по-настоящему значимым. в школе я — сын «того самого» спонсора, ходячий кошелек, на который вечно смотрят с предвкушением подачек.
здесь же, на трассе, мне плевать на фамилию. здесь важен только мой навык, мое бесстрашие и способность идти на грани, где смерть и победа сливаются в один неразличимый поток адреналина.
отношения с отцом напоминали минное поле. он видел во мне лишь продолжение своего эго, проект, который нужно отшлифовать и вставить в рамку. деньги, которые он постоянно пытался запихнуть мне в карманы, жгли кожу. я не хотел от него ни копейки.
когда я выигрываю заезд и чувствую тяжесть купюр в конверте, который передает мне организатор, я понимаю, что это — мое. честно заработанное, потом и кровью, а не выклянченное у папочки. мне нравился этот драйв. нравилось осознавать, что я могу сжечь жизнь дотла, если захочу, и никто не сможет мне запретить.
вечер на трассе был как всегда — шум, хаос, дикий бит, разрывающий перепонки. я готовил байк к сегодняшнему заезду с громом, когда почувствовал на себе чей-то взгляд.
сначала я не обратил внимания. мало ли девчонок ошивается на наших гонках, ищут себе приключений на одну ночь. но потом кто-то вплотную подошел со спины. я даже не успел обернуться, как меня резко схватили за ворот футболки и притянули к себе. поцелуй был резким, отчаянным, почти агрессивным. я на секунду опешил — я ожидал кого угодно, но только не этой новенькой, которую мельком видел сегодня на линейке. она выглядела как типичная «правильная девочка», но то, как она впилась в меня, выдавало в ней скрытую бурю.
внимание со стороны девчонок никогда не бывает лишним, это как топливо для эго. я усмехнулся, принимая игру, и, не разрывая поцелуя, притянул ее за талию ближе к себе, чувствуя, как она дрожит. я подхватил ее за бедра и легко усадил на байк. она была такой податливой и в то же время такой взвинченной. в ее глазах я видел какой-то дикий пожар.
я отстранился, наслаждаясь тем, как она часто дышит, пытаясь осознать, что только что натворила.
— было неплохо, — бросил я низким голосом, вкладывая в него всю свою иронию.
я видел, как она начала краснеть, как в ее глазах замелькало осознание своей ошибки.
она спрыгнула с байка, как ошпаренная, и попятилась назад. я хмыкнул, наблюдая за ней. забавная. определенно, этот учебный год будет куда интереснее, чем я предполагал. я отвернулся, чувствуя, как внутри закипает привычное возбуждение перед гонкой.
у меня было дело. у меня был заезд. а она... она еще успеет доставит мне проблем, я это чувствовал. ну и пусть. в моем мире правила писаны только для тех, у кого нет яиц рисковать всем ради одного мгновения. и, кажется, сегодня я нашел кого-то, кто не боится обжечься.
заезд с громом — это всегда танец на лезвии бритвы. когда я выкатываюсь на старт, весь остальной мир просто перестает существовать. остаются только рев мотора, вибрация руля под ладонями и холодный, почти стерильный расчет. я слышал, как комментатор надрывался, подогревая толпу, но для меня его голос был лишь фоновым шумом, как жужжание надоедливой мухи.
гром на своем белом байке — это грубая сила.
он прет напролом, полагаясь на габариты и наглость, но на трассе важны не мышцы, а геометрия поворота и умение чувствовать сцепление. когда мы вошли в первый вираж, я почувствовал, как его переднее колесо почти касается моего — он пытался вытолкнуть меня на гравий. я лишь чуть сильнее надавил на газ, входя в дрифт в миллиметре от отбойника. искры, вылетающие из-под подножек, осветили мне путь, как вспышки молний. я знал каждый изгиб этой проклятой трассы, каждый стык асфальта.
на втором круге я окончательно ушел в отрыв. я чувствовал, как мотор визжит на пределе, как температура масла ползет вверх, но мне было плевать. в этот момент я не был сыном спонсора, не был разочарованием для отца. я был скоростью. я был тем, кто диктует условия. когда я пролетел под финишным створом, переключаясь вниз, я ощутил привычный, до боли знакомый прилив эндорфинов. победа. очередная победа в моей коллекции.
как только я остановился, срывая шлем, из толпы, как по расписанию, выплыла карина. брюнетка с высоким хвостом, которая привыкла считать, что раз уж я победил, то я автоматически принадлежу ей. она подошла, улыбаясь той своей выверенной, глянцевой улыбкой, и я, особо не задумываясь, притянул ее за талию. это было движение, доведенное до автоматизма — ответ на ожидания толпы, на ожидания самой карины. поцелуй был холодным, механическим, лишенным искры.
но краем глаза, сквозь пелену адреналина, я заметил движение в тени ограждений. та самая «мышка» , что показала свой характер, та самая, что устроила мне этот странный перформанс с поцелуем и видео, развернулась и пошла прочь. она уходила быстро, почти бегом, не оглядываясь.
«трусиха», — подумал я, отстраняясь от карины, которая явно ждала продолжения банкета. — «или слишком умная, чтобы вязнуть в этом дерьме?»
она знала, когда нужно сваливать. у нее было то, чего не хватало многим — инстинкт самосохранения. в нашем кругу это редкое качество. большинство девчонок здесь либо до последнего пытаются зацепиться за мой рукав, либо надеются, что я выберу их «навсегда». она же просто исчезла, как будто её никогда и не было. и это чертовски интриговало.
мы с тёмычем перекинулись парой слов, он похлопал меня по плечу, выкрикивая что-то про «красивый проход в повороте», но я уже был мыслями в другом месте.
распрощавшись, я завел байк и рванул в город. моя квартира — это просто бетонная коробка, место, где я скидываю экипировку и сплю три-четыре часа в сутки, когда шум в голове наконец стихает. это не дом, это перевалочная база.
бросив ключи на стол, я наконец достал телефон. экран взорвался уведомлениями. какой-то мусор, сообщения от отца, которые я привычно удалил, не читая. и тут взгляд зацепился за сообщение в общем чате одиннадцатого класса:
«иринна петренко добавила в группу полина белова».
новенькая.
я ткнул в профиль. аватарка — минималистичная, ничего лишнего. никакой вычурности, никаких дешевых фильтров. полина. я долго смотрел на это имя, вспоминая вкус её губ и то, как она гладила меня по щеке, пока второй рукой записывала нас на камеру. она была дерзкой, но в то же время напуганной. она зашла в мой мир, сама того не осознавая, и теперь ей придется либо играть по моим правилам, либо убираться отсюда так же быстро, как она это сделала сегодня вечером.
я напечатал короткое сообщение, чувствуя, как внутри разгорается странное предвкушение — смесь охотничьего азарта и простого любопытства.
«неплохой первый день, белова. надеюсь, завтра будет интереснее».
отправив текст, я откинул телефон на диван и подошел к окну. город внизу казался огромной схемой, которую я знал вдоль и поперек. полина, добро пожаловать в мой мир. надеюсь, ты поняла: здесь никто не пользуется тормозами. и если ты решила, что можешь просто так ворваться в мою жизнь и выйти из неё, когда захочешь — ты очень сильно ошибаешься. эта игра только началась.
я откинулся на спинку дивана, гипнотизируя экран телефона. прошло уже минут двадцать с тех пор, как я отправил сообщение этой беловой. статус в чате предательски изменился на «прочитано», но в ответ — тишина. ни «спасибо», ни «иди к черту», ни даже тупого вопроса «откуда у тебя мой номер?». просто пустота.
она прочитала и молчала.
внутри вскинула голову уязвленная гордость. обычно девчонки отвечали мне в ту же секунду, стоило мне только подумать о том, чтобы написать им. а эта... эта мышка, которую я сам лично усадил на свой байк пару часов назад, решила, что может меня игнорировать?
я почувствовал, как желчь подступает к горлу. она не просто сбежала с трассы, она включила полный игнор. ну уж нет, белова. в моем мире это так не работает. если ты зашла на мою территорию, будь добра играть по моим правилам.
ясно, одного сообщения ей мало. она, видимо, думает, что я просто прикалываюсь.
я снова взял телефон, набирая новый текст, чувствуя, как пальцы слегка подрагивают от раздражения. я должен был убедиться, что она поняла: я не шучу, и я помню всё.
«скинь хоть видео, что сняла, одноклассница. я видел, ты записывала. полюбуюсь на нас».
отправил. теперь мяч на её стороне. я уставился на экран, ожидая ответа. прошла минута. две. статус снова стал «прочитано». она опять прочитала почти мгновенно, как будто только и ждала моего сообщения, но снова тянула с ответом.
я уже начал закипать, представляя, как она сидит там у себя в комнате и трясется от страха, не зная, что написать. и вдруг телефон пиликает. пришел ответ.
всего три слова.
«я его удалила».
я замер, глядя на экран. удалила? серьезно? эта девчонка только что упустила шанс стать, возможно, самой популярной в школе — или, по крайней мере, самой обсуждаемой. она удалила компромат на меня?
внутри всё перевернулось. странный коктейль из разочарования и... уважения? да, пожалуй, уважения. она не стала играть в эти игры. она не стала использовать видео как рычаг давления или как билет в мой мир. она просто стерла его, как ненужный файл.
она оказалась умнее, чем я думал. она действительно была трусихой, которая хотела забыть этот вечер как страшный сон.
но это только делало её интереснее. она думала, что на этом всё закончится? что она удалила видео, и я про неё забуду? ха. белова, ты понятия не имеешь, как сильно ты ошибаешься. если ты думала, что можешь просто так ворваться в мою жизнь и выйти из неё, когда захочешь — ты очень сильно ошибаешься. эта игра только началась, и теперь я точно знаю, что просто так её не отпущу.
————————————————————————
ставьте ваши звездочки, и пишите свое мнение, для меня оно важно!!