глава вторая.
Полина
вечеринка на трассе набирала обороты. мощные колонки, расставленные по периметру, выдавали качественный звук, а диджей, чей пульт стоял прямо на капоте ярко-красного спорткара, знал своё дело — ритм пробирал до самых костей. вокруг танцевали, смеялись, кто-то что-то обсуждал у открытых капотов. ира была в своей стихии, постоянно с кем-то здороваясь, а я чувствовала себя немного не в своей тарелке, хотя музыка и атмосфера постепенно затягивали.
я достала телефон, чтобы в очередной раз проверить уведомления. макс. весь день — ни звука. еще вчера он слал длинные сообщения о том, как сильно скучает, как тяжело ему без меня, и что нашел какую-то подработку, чтобы быстрее накопить денег на поездку ко мне. я тяжело вздохнула, чувствуя укол вины — он там пашет, а я здесь пытаюсь «влиться» в новую компанию.
решила подбодрить себя и девчонок из родного города. сфотографировала танцующую толпу, неоновые отсветы фар на асфальте и отправила в наш общий чат с подписью: «пытаюсь привыкнуть к местному колориту. здесь всё совсем иначе, чем у нас».
ответ прилетел почти мгновенно. настя написала: «ого, ну ты даешь! пока твой макс хрен пойми чем занимается, ты уже вовсю тусишь?»
я нахмурилась, недоумевая. «так он же на работе, — набрала я ответ. — сказал, что занят весь день».
буквально через секунду в чате появилось сообщение от даши. это была ссылка на пост в местном паблике «подслушано наш город». я нажала на картинку, и мир вокруг меня на долю секунды перестал существовать. на фото, сделанном в полумраке какого-то клуба, макс, мой макс, самозабвенно целовался с лизой — моей подругой детства, той самой, которой я вчера утром писала, как мне плохо без него.
сердце пропустило удар, а потом забилось так тяжело, что в ушах зазвенело. обида, острая, как битое стекло, разлилась по венам. предательство. сразу с двух сторон. я даже не стала ничего писать, просто зашла в профили обоих и нажала кнопку «заблокировать» везде, где только можно.
слезы жгли глаза, но я запретила себе плакать. не здесь. не перед ними.
я решительно подошла к импровизированному бару, взяла новый бокал, залпом осушила его, чувствуя, как алкоголь обжигает горло. холодная ярость сменила оцепенение.
я огляделась по сторонам, ища способ доказать самой себе, что мне плевать. взгляд зацепился за парня неподалеку. он стоял к толпе спиной, что-то поправляя в двигателе своего байка. черные джинсы, обтягивающая черная футболка, подчеркивающая рельеф спины, — он выглядел в разы лучше макса, опаснее и увереннее.
— ты куда?! там же скоро самое интересное начнется, — крикнула ира мне в спину, но я не обернулась.
ноги несли меня к нему сами. я не думала о последствиях, не думала о том, что я здесь новенькая. во мне говорила только боль и желание стереть воспоминания о максе. я подошла вплотную, решительно схватила парня за ворот футболки и, не давая ему опомниться, притянула к себе для поцелуя.
он вздрогнул, но не отстранился. в этот момент я, словно одержимая, открыла камеру на телефоне — запись включилась сама собой. я не знала зачем, может, чтобы потом стереть, а может, чтобы доказать себе, что это происходит на самом деле. одной рукой я гладила его щеку, чувствуя легкую небритость, а другой держала камеру, фиксируя этот момент.
шатен не растерялся ни на секунду. он перехватил инициативу, подхватил меня за бедра и легко, будто я ничего не вешу, усадил на свой железный байк. от него пахло бензином, кожей и дорогим парфюмом. этот поцелуй был совсем другим — жестким, требовательным, лишенным той фальши, которую я чувствовала от макса в последнее время.
через несколько секунд он отстранился. его глаза, темные и проницательные, впились в мое лицо. он хмыкнул — в этом звуке было столько иронии и чего-то хищного, что я на секунду потерялась.
— было неплохо, — сказал он низким, бархатистым голосом, от которого внутри все сжалось. — но вынужден покинуть такую даму. дела зовут.
я внезапно осознала, что натворила, и почувствовала, как лицо вспыхнуло огнем. спрыгнула с байка, едва не запутавшись в собственных ногах, и попятилась назад. он лишь усмехнулся, провел ладонью по волосам и, даже не взглянув на меня больше, зашагал к толпе, где уже начиналось «то самое интересное «о которых кричала ира.
я стояла с телефоном в руках, дрожащими пальцами выключая запись, и смотрела ему вслед. в этот момент я поняла: мой план «забыть всё» провалился. я не забыла. я просто нашла себе новую, куда более опасную проблему.
я дрожащими пальцами открыла галерею телефона. на экране застыло видео: я, абсолютно сумасшедшая в своем порыве, и он — с этим его насмешливым взглядом, который, казалось, видел меня насквозь еще до того, как наши губы встретились. я быстро заблокировала экран, спрятав гаджет в карман. сейчас я не в состоянии анализировать этот абсурд.
«разберусь, когда протрезвею», — пообещала я сама себе, чувствуя, как жар от щек никак не уходит. надо найти иру, пока меня не затянуло в этот круговорот чужих страстей окончательно.
я пробиралась сквозь толпу, стараясь не смотреть по сторонам. в воздухе висело электричество, предчувствие чего-то масштабного. наконец, я увидела иру — она стояла у самого края ограждения, вглядываясь в темноту трассы.
— где ты была? — воскликнула она, заметив меня. — я уже думала, тебя кто-то увез в неизвестном направлении!
— да так, — отмахнулась я, чувствуя, как голос слегка дрожит. — просто засмотрелась на технику.
в этот момент музыка резко стихла. диджей, до этого раскачивавший толпу, внезапно стал серьезным и подошел к микрофону. его голос, усиленный колонками, разнесся по всей трассе, заставив всех притихнуть.
— дамы и господа, вы все здесь ради одного! ради чистого адреналина и скорости, которую не купишь за деньги. сегодня у нас особый вечер. легендарный заезд двух титанов асфальта!
толпа отозвалась диким гулом. из темноты, разрезая прожекторы ослепительно белым светом фар, на линию старта выкатился мотоцикл. парень на нем выглядел как воплощение ярости.
— гром готов сегодня попытать удачу и отыграться, — продолжал ведущий, — после недавнего поражения на ринге он жаждет реванша на трассе! но хватит ли у него сил против нашего любимчика, против того, кто не знает слова «тормоз»?
на линию старта, с другой стороны, медленно подъехал еще один мотоцикл — матовый, черный, с хищным силуэтом. водитель не спешил, он словно издевался над нетерпением толпы. когда он заглушил мотор, по рядам прокатился почти религиозный шепот, который мгновенно перерос в скандирование:
— ляхов! ляхов! ляхов!
парень в черном шлеме даже не пошевелился. он лишь медленно оглядел толпу через тонированный визор, и мне показалось — хотя это было почти невозможно — что на секунду он задержал взгляд на мне. я невольно сглотнула и дернула иру за рукав, чувствуя, как внутри все сжимается от странного коктейля страха и любопытства.
мне черт возьми надо узнать с кем я только что целовалась.
— ир, кто это? что вообще происходит? — прошептала я.
она посмотрела на меня с такой смесью жалости и восторга, что мне стало не по себе.
— боже, полина, тебе столько всего нужно
узнать! это гриша ляхов, наш одноклассник. ему вообще плевать на школу, на учителей, на правила — он живет в своем собственном мире, где действуют только его законы.
я смотрела, как он, не дожидаясь отмашки, поправляет перчатки.
— подожди, если он такой «бунтарь» и вечно пропадает на гонках и боях, как его еще не выперли из школы? это же элитное заведение, там должны быть какие-то нормы!
ира усмехнулась, оголив зубы.
— его папа спонсирует нашу школу. он может хоть сжечь спортзал — ему только «спасибо» скажут. видишь вон того светленького парня?
она кивнула на блондина неподалеку, который надрывал глотку, перекрикивая рев моторов:
— гришаня, надери зад этому пидору! давай, покажи ему, кто тут главный !
— это артём, его лучший друг, — пояснила ира. — они с гришей у нас в школе официально считаются самыми крутыми. статус «неприкасаемых».
я почувствовала, как к горлу снова подступил жар, но на этот раз причина была другой. в голове всплыло лицо парня из видео — тот же разрез глаз, та же холодная уверенность.
— я... я, кажется, уже поняла, — пробормотала я, чувствуя, как краснею до самых корней волос.
ира подозрительно прищурилась, но прежде чем она успела что-то спросить, девчонка в коротких шортах и с глубоким вырезом на груди взмахнула клетчатым флагом. трасса взорвалась. два мотоцикла сорвались с места одновременно, превратившись в два размытых пятна — черное и белое. воздух дрожал от звука моторов, а я стояла и не могла отвести глаз от того, как уверенно ляхов входил в первый поворот, даже не притормаживая перед самой пропастью. этот вечер превращался в какую-то безумную игру, где я, сама того не ведая, уже сделала свой первый ход.
гонка превратилась в сплошное мелькание огней и бешеный вой моторов. я не видела самих байков — только два светящихся следа, которые бешено носились по трассе, словно живые молнии. комментатор в микрофон буквально срывал голос, вклиниваясь в рёв двигателей:
— ляхов берет внутренний радиус! гром пытается прижать его к обочине, но гриша... боже мой, вы видели этот маневр?! он проходит поворот на пределе сцепления! это безумие! это искусство!
я стояла, вцепившись в ограждение так, что пальцы побелели. сердце стучало где-то в горле. я видела, как черный байк на долю секунды сравнялся с белым, а затем, словно используя какой-то скрытый резерв мощности, начал отрываться. ира рядом визжала от восторга, хлопая меня по плечу:
— он делает его! он всегда делает его на втором круге! смотри!
финишная черта вспыхнула яркой полосой прожекторов. черный силуэт пересек её первым, с диким рыком двигателя, который эхом разнесся по всей промзоне. гром финишировал через пару секунд, но это уже никого не интересовало. толпа взвыла, скандируя имя победителя.
ляхов не стал делать почетный круг. он резко затормозил, байк дернулся, поднимая тучу пыли, и гриша грациозно спрыгнул с седла, срывая шлем. его волосы — растрепанные, мокрые от пота — липли к лицу, а на губах играла та самая дерзкая, полупрезрительная улыбка, которую я видела сегодня на ринге.
я смотрела на него, затаив дыхание, ожидая, что он сделает дальше. и тут из толпы, словно из ниоткуда, к нему выпорхнула девушка. эффектная брюнетка с идеально уложенным высоким хвостом, в коротком комбинезоне, подчеркивающем фигуру. она двигалась уверенно, как человек, который имеет на него исключительные права.
гриша, даже не дожидаясь, пока она подойдет вплотную, сделал шаг ей навстречу. он небрежно бросил шлем на сиденье байка, перехватил девушку за талию и, не говоря ни слова, впился в её губы в страстном, почти собственническом поцелуе. она обвила его шею руками, прижимаясь всем телом, и этот момент выглядел как кадр из дорогого фильма.
я почувствовала, как внутри всё заледенело. странное, колючее чувство, которое я ошибочно приняла за шок, неприятно скребануло по ребрам.
— оу, — ира рядом со мной как-то неестественно осеклась, заметив мое лицо. — это... э-э... видимо, его «группа поддержки». не бери в голову, гриша всегда был... ну, любвеобильным.
я отступила на шаг назад, чувствуя себя глупо. всего десять минут назад я была уверена, что он «мой», а теперь смотрела на эту сцену, понимая, насколько я здесь чужая.
— слушай, мне что-то душно стало, — сказала я, стараясь, чтобы голос звучал ровно. — пойду, наверное, домой.
я развернулась, чтобы уйти, но в этот момент ляхов, словно почувствовав что-то, отстранился от брюнетки. его взгляд, все еще блестевший от адреналина победы, скользнул по толпе и на секунду зацепился за меня. он что-то коротко сказал девушке, и та, нахмурившись, посмотрела в мою сторону.
«боже, какая же я идиотка», — пронеслось у меня в голове, и я прибавила шагу, мечтая лишь об одном: как можно быстрее оказаться в своей пустой комнате, где нет ни этих безумных гонок, ни бывших друзей и парней, ни дерзких шатенов, ни дурацких поцелуев, которые запутали мою жизнь за один единственный день.
дверь квартиры закрылась с глухим стуком, отрезая меня от шумного мира, в котором я только что успела совершить, кажется, самую большую глупость в своей жизни. в прихожей горел мягкий свет, пахло вечерним чаем — мама, видимо, уже ждала меня, чтобы обсудить первый учебный день.
— полин? ну как посидели с девочками? — послышался ее голос из кухни, полный искреннего интереса.
— нормально, мам, — буркнула я, стараясь не задерживаться в коридоре. — я ужасно устала, голова раскалывается, пойду сразу в комнату.
не дожидаясь ответа, я прошмыгнула в свою «крепость». голые стены, которые еще утром казались мне неуютными, теперь казались единственным безопасным местом в этом безумном городе. я рухнула на кровать, даже не снимая обувь, и закрыла лицо руками.
ну вот для чего это было?
всего несколько часов назад предательство макса казалось концом света. я была готова рыдать, была готова звонить ему, чтобы устроить скандал. а сейчас? сейчас мне было глубоко плевать на макса и его «лизу». они казались какими-то далекими, неважными персонажами из прошлой жизни. теперь на их месте маячила фигура гриши ляхова и та самая брюнетка.
я опозорилась. я только приехала, меня никто здесь не знал, и за один единственный день я умудрилась стать «той самой новенькой», которая в первый же вечер вешается на местного короля гонок прямо на глазах у всех.
рука сама потянулась к карману. телефон лежал там тяжелым грузом.
видео.
я включила его снова, вглядываясь в свои же собственные глаза на экране. что я хотела этим доказать? кому? максу? боже, я ведь даже не собиралась ему ничего показывать! хотела ли я выложить это в сторис? тогда я ничем не лучше их всех. я стану такой же, как лиза, такой же, как эта брюнетка, — частью этой грязной, лицемерной игры.
я была «хорошей девочкой». я никогда не ходила на такие тусовки, никогда не пила с малознакомыми людьми и уж точно не целовалась с парнями, от которых шарахается весь город. где была та полина, которая сегодня утром собирала рюкзак и переживала из-за новой школьной формы? она умерла где-то между парковкой и ареной.
а что, если завтра все об этом узнают?
в школе всегда все узнают быстрее, чем ты успеваешь прийти на урок. что, если эта девушка с высоким хвостом — не просто какая-то «подружка», а кто-то, кто привык решать вопросы силой? представила, как она подходит ко мне в школьной столовой и «забивает стрелу». от этой мысли по спине пробежал холодок. я ведь даже не знала, как здесь защищаться.
я вытянула телефон и с силой нажала кнопку «удалить». видео исчезло навсегда. но внутри осталось мерзкое чувство, что его отпечаток навсегда остался где-то в памяти этого клуба, в памяти иры и, возможно, в памяти самого ляхова.
— боже, — прошептала я в пустоту комнаты, — во что я ввязалась?
в этот момент телефон в кармане коротко вибрировал. пришло уведомление от неизвестного номера. «неплохой первый день, белова. надеюсь, завтра будет интереснее».
я замерла, глядя на экран, и почувствовала, как по коже поползли мурашки. он знал, кто я. и, судя по всему, он собирался сделать этот год для меня максимально незабываемым.
————————————————————————
ставьте ваши звёздочки, пишите свое мнение, оно для меня важно!!