Природа во плоти

В прихожей Джейк скинул с себя куртку и ботинки. День выдался длинным и утомительным, ему поскорее хотелось оказаться в кровати. Он немного отдохнет, и первым делом поутру примется за изучение снимков бумаг из архива. Тело требовало полноценного отдыха, но у него нет такой роскоши, как свободное время, чтобы тратить его на сон, когда появилась новая зацепка.

Далеко не первая за эти годы поисков, но он не переставал надеяться что-то найти. Если Джейк не поторопится с поиском решения, то станет поздно. Он искал его ещё с самой средней школы. Начал с истории Дегхельма, узнал все, что мог, о Велле и ей подобных, изучил все записи о ведьмах и колдовстве, которые мог найти, объездил множество библиотек и архивов, расспросил с десяток сведущих людей - историков, алхимиков и ученых, - но ни от кого из них не получил нужных ответов.

Возможно ли обуздать силу, хранителями которой они являются по рождению? Пресечь разрушение ею тела без ритуала и, самое главное, без Обряда Инициации, что навсегда свяжет их со столпом и сделает узниками этого города навечно?

Джейк пытался выйти на ведьм, - их знания наверняка должны были помочь - но в наши дни отыскать таких практически невозможно. Если они и живут среди людей, то отлично скрывают свою сущность. Он даже вознамерился отправиться на Север, несмотря на риск. Отыскать там хоть одну живую душу едва ли не сложнее, чем выжить среди опасностей, но Джейк был к этому готов. И как же вовремя Вита выступила с предложением к Совету о том, чтобы она лично отправилась на Север с вопросом о Рахлейвах. Однако раз даже им ничего не известно...

Ему нужна была Велла. Древняя, возможно уже мертвая ведьма, которую много лет никто не видел. По крайней мере ее последователи, ученицы - ведь были такие? Видят предки, Джейку необходимо до них добраться.

Как можно скорее. Уйма времени и так была потрачена впустую.

Проходя мимо гостиной, Джейк заметил свет ночника. В комнате он застал спящую в кресле Рию. Подошёл к давно потухшему камину, чтобы подкинуть дров. Воздух был прохладный. Джейк упер руку в каминную полку, наблюдая, как от посланного им импульса пламя постепенно начинает окутывать дерево.

Его лицо объял жар. Ему всегда нравилось чувствовать этот жар - он словно поджигал кровь, даря упоение от власти над этой опасной стихией. Он любил играться с ней. Смотреть, на что она способна. Какую форму может принять и насколько сильной может показать себя.

Не что может он, не что подвластно ему, а что может она. Сила.

Ошибка их всех в том, с каким отчаянием они стараются подчинить ее себе, удержать иллюзорную нить контроля. Винят во всем эмоции и неумение держать себя в руках. В этом правда есть смысл, ведь сила неразрывно связана с его хранителем, она реагирует на окружающее вместе с ним - если злится он, ярится и сила, спокоен он, и та дремлет.

Но контроль... Джейк заставил себя забыть это слово в отношении своих способностей в тот день, когда увидел и осознал, кто из них на самом деле отдает приказы. И это не он. Не хранитель силы. Тем утренним осенним утром, не так много времени со дня смерти их с Рией родителей Джейк в очередной раз испытывал силу, пытаясь понять, как она работает теперь. С ритуала после его восемнадцатого дня рождения она заметно увеличилась, а последние события выбили его из всякого равновесия.

Он начал бояться себя. И того, что может натворить. Он избегал всех, дни и ночи пропадая из дому. Посреди леса, у заброшенного поместья рядом с Тронанами, на Равнине Павших - где угодно, где его не могли найти люди. Если кто-то его и искал, то у него это не получилось, ведь он этого не хотел. Вряд ли это был дядя Киан, который доселе не до конца оправился от смерти брата и сестры. Или Риа, на многие дни замкнувшаяся в себе, о чем Джейк узнал многим позже.

С детства им объясняли, что за сила скрыта в них, неустанно повторяя о контроле, но в один миг тогда Джейк понял, как глубоко все они заблуждались.

Как и многие дни подряд до этого, он практиковал способности. Лучше не становилось. В ушах раз за разом звенели слова дяди Киана, когда он сообщил о трагедии, и Джейк терял концентрацию. Тогда он злился и начинал сначала. Казалось бы, всего лишь зажечь в руке огонек и далее заставить его потухнуть - что здесь может быть сложного?

Но сгустки пламени взрывались, разлетались в разные стороны или гасли. В конце концов это настолько вывело его из себя, что Джейк буквально взорвался. Ярость толчком отозвалась в груди, и сила сорвалась с цепи вместе с его терпением.

Ураган пламени яростно завихрился в воздухе, треща и кусаясь. Джейк ошалело попятился, - тот последовал за ним - поскользнулся и упал. В страхе отползая прочь от взбесившейся бури, угрожающе наступающей на него, он как будто смотрел в ее глаза, и именно тогда понял, что ни о каком контроле речи быть не может.

Он едва не сгорел заживо, и никакая концентрация с его стороны не смогла бы это предотвратить. Стихия не подчиняется ему. Природа не подчиняется людям, как бы они не пытались управлять ею. Они ничто в сравнении с ней. И чем усерднее они станут доказывать обратное, тем яростнее будет ее им ответ. Она поставит их на место, как тогда поставила на место Джейка. Он признал свою ошибку. В том, что считал себя хозяином. После этого огонь отступил. И больше Джейк никогда и не думал помыкать им.

Он услышал, как Риа зашевелилась в кресле. Она открыла глаза, встречаясь с ним сонным взглядом.

- Почему ты всё ещё не в постели?

- Ждала тебя с хорошими новостями. Скажи, что завтра же утром мы можем отсюда уехать.

Джейк промолчал, смотря на нее.

- О, нет, - простонала девушка. - Да ты издеваешься!

- Мне тоже все это не по душе, - признался он. - Но, похоже, на нас открыли охоту. Охотники на ведьм.

- Охотники на ведьм? - состроила мину Риа. - Мы что, снова в Средневековье?

- К сожалению, со времён Средневековья они неплохо продвинулись в способах достижения своих целей. Вита пострадала.

Быстро поднявшись, Риа подошла к нему.

- Вита? Постой, пострадала? - И тут она заметила ссадины на его лице. - Что случилось?

- Нам посчастливилось поближе познакомиться с членами ордена, вот что.

- Что они хотели от вас?

- Убить нас? Взять в заложники? Прости, не успел поинтересоваться, они слишком активно размахивали кулаками в придачу с пушками.

Шок отразился в ее глазах.

- Все уже в порядке, не переживай, - сказал Джейк и направился к выходу. - Но с прогулками за пределами Дегхельма пока придется повременить.

Если «Крест и меч» и осмелится сунуться сюда, то им придется иметь дело не только с Джейком и ребятами, но и со старшим поколением. Видно, до этого пункта в списке дел они ещё не дошли, потому всем здесь безопасно.

Пока. Ведь если верить пророчеству ведьмы, это не продлится вечно.

- А что там делала Вита, позволь полюбопытствовать? - прилетел ему в спину вопрос.

Джейк остановился.

- Я ее позвал.

- Ну конечно, - фыркнула кузина. - Ты всегда был на ее стороне. Как ты вообще можешь общаться с ней после того, что произошло с нашими из-за ее матери?

- Она не виновата, Риа, - повысил он голос, обернувшись. - Наши родители сами вызвались помочь Ванессе, никто не заставлял их.

- И поплатились за это своими жизнями! И ради кого? Ради шпионки!

Именно так была известна среди Хранителей Ванесса, мать Виты. Но она отступила от своей цели, осознав ее неправильность. Во многом этому поспособствовал Уильям Тронан. Их с Ванессой связала сперва дружба, а затем и любовь.

Ванесса оставила свою прежнюю жизнь позади и осела в Дегхельме. Они с Уильямом поженились. Появилась Вита.

Однако нельзя так просто отказаться от прошлого. И в одну ночь пришла расплата. Они появились в городе, чтобы забрать ее жизнь. Уильям и их верные друзья Лерисса Фредерри и ее муж Триар, родители Джейка, и Арев Фредерри с женой Эстеллой, родители Рии, встали на защиту Ванессы. Исход известен.

Но за кем вина? Риа сделала виновником Виту.

- Что бы там ни было, Вита здесь не при чем, - отрезал Джейк. - Прекрати срывать на ней свою злость.

- Срывать злость? - Воистину, с этим суждением Риа была не согласна.

- А как ещё это назвать? Ведь кроме нее не осталось никого, кого бы ты могла винить. Ни наших, ни ее родителей, ни тех ведьм. Если Вита решит вернуться, ты не станешь возражать.

- Ещё как стану.

- Риа, - предупреждающе произнес Джейк.

Это уже вышло за всякие рамки. Все они ждали, когда Риа успокоится и уберет когти, направленные против Виты, но, похоже, кузина ни за что не собиралась прощать девушку и ее семью. И терпение Джейка подошло к концу.

Он сделал вздох, взяв себя в руки, и уже спокойно, но непререкаемо выговорил:

- Думай, что хочешь. Ищи виноватых. Но Виту не трогай. Никто из нас больше не позволит тебе так к ней относиться.

_______｡･:*:･ﾟ'☆_______

Выспаться так и не удалось. Бесконечная вереница картин, проносящихся в сознании, не оставляла ее в покое, казалось, всю ночь. Вздрогнув, Лина открыла глаза. Совершенно разбитая и уставшая, села на кровати, пытаясь разобрать, припомнить хоть один из сотни образов, посетивших ее за время сна.

Она со вздохом пригладила волосы. Ничего. Слишком много всего. Звуки, лица, чьи-то голоса, мысли, пережитые ею эмоции и моменты слепились в один ком, что раз за разом атакует ее, силясь вернуть все на свои места. Но сила, упрятавшая истину прочь от нее, слишком крепко держит оборону, не позволяя памяти восстановиться.

Теперь Лина понимала, что это ее прошлая жизнь, до прибытия в Дегхельм, пытается вернуться к ней. Но кто возненавидел ее настолько, чтобы отобрать память, попытаться лишить ее жизни? Кто эта безжалостная ведьма, готовая пойти на все, лишь бы Лина не сделала того, ради чего направлялась сюда?

Или...

«Ведь ты не знаешь, кто такая. Откуда же тебе тогда известно, на что ты способна?»

Или же сама Лина - та, кого необходимо было остановить любой ценой. Даже если этой ценой могла стать ее жизнь.

Как бы она не отказывалась это признавать, но нельзя отрицать того, чего не знаешь. Возможно, всем и вся только лучше от того, что Лина, потеряв себя, забыла и о своей цели? Она была благой? Или же обернулась бы бедой? Кто-то ведь счел за благо сделать с ней это, прямо как...

«Чепуха, - убеждала она себя, подходя к окну, - я не имею ничего общего с Дегхельмом и его тайнами».

Но правда ли это? Чудовище из легенды одолели именно здесь, заперли в городе и лишили силы.

«Какая глупость. Я не чудовище из легенды».

Но ведьма, наложившая на нее заклятье, чувство, что она упускает нечто важное, ощущение отсутствия чего-то, делающего ее полноценной...

«Но зверя заперли здесь много лет назад, я же пришла не так давно...»

А что, если... ведь никто не говорил ей, что Лина именно появилась в Дегхельме в ту дождливую ночь в начале лета - и до этого она могла находиться на его территории, но быть незамеченной долгое время.

«Нет. Всё-таки глупость».

У нее есть более насущные дела, чем воображать из себя неизвестно кого. Навестить тётю Лесму в больнице. Вдобавок хлам с чердака, который она вчера начала приводить в порядок, всё ещё не разобран. С него Лина и начала. Для визитов в больницу все равно еще рано.

В куче коробок, набитых вещами, которые, видимо, принадлежали мужу тети, Лина не планировала сильно копаться. Она только аккуратно расставит их на чердаке, как только вынесет из него все, чтобы было удобнее делать перестановку.

Спустя час трудов Лина заносила обратно уже последнюю коробку. Или на то играла усталость, или эта действительно была тяжелее всех остальных, но не без усилий Лине удалось дотащить ее до нужного места. Вот только отсыревший картон разваливался на глазах, и его срок службы подошел - все содержимое коробки высыпалось на пол.

Девушка закашлялась от поднявшейся пыли. Эту кипу бумаг и каких-то записей теперь придется перекладывать куда-то еще. Найдя свободную коробку, Лина принялась за дело.

Да это же старые школьные работы тети Лесмы! Вот рисунок моря с отметкой «отлично», вот тетрадь с сочинениями, а вот... Лина присмотрелась внимательнее: «Мое семейное древо».

Она развернула сложенный в несколько раз лист. Тётя изобразила здесь имена своих предков в нескольких поколениях. Какая же большая исследовательская работа, верно, была проведена. Лина пробежалась глазами по множеству имен и чисел, обозначающих годы жизни, выведенных аккуратным почерком. И в один момент осознала, что не понимает, чье семейное древо читает, ведь ни у одного члена семьи фамилии «Перкенсон» не встречается. Фамилия совсем другая.

Она уже где-то слышала ее?

«Лесма Иенхольд»

Иенхольд? Девичья фамилия тети Лесмы?

«Изначально их должно было быть восемь, но Ян Иенхольд отказался... Умение обращаться в животных должно было перейти к нему, однако он не пожелал обрекать свой род на подобную участь...»

Следом за словами Кристиана в голове всплыло и воспоминание о том, что сказала подруга тети:

«Лесма часто говорила, что судьба уберегла ее от того, чтобы и ее семья стала такой, как их».

Такой, как семья Фредерри. Ян Иенхольд, как и они, должен был стать Хранителем, и Лесма об этом знала?

Ну конечно, ведь он был ее предком! Семейная тайна, что передавалась из поколения в поколение, дошла и до нее. Но что именно содержалось в ней? Насколько полное представление о событиях тысяча восемьсот пятьдесят третьего года дошло до поколения тети Лесмы?

«Ты не поверишь, если я расскажу тебе это, - сказала она тогда Лине, отговаривая ее от посещения фестиваля. - Мне и самой мало что известно».

Но ведь что-то же да известно! Как бы Лина хотела ее об этом спросить. Но она не знает, когда сможет сделать это. И сможет ли вообще...