Пять метров до любви

Ты прыснула от смеха, изо всех сил пытаясь удержать равновесие. Чистокровный, пафосный Теодор Нотт, который еще вчера лениво цитировал древние фолианты, сейчас висел на твоем плече и нес абсолютно очаровательную чушь.

— Т/И... — Теодор медленно отстранился, его туманный взгляд карих глаз попытался сфокусироваться на твоем гриффиндорском галстуке. Он серьезно, с забавным пьяным упрямством насупил брови. — Раз ты у нас... львица... Из Гриффиндора... Значит, я тоже. Я для тебя... стану львом. Самым настоящим. Смотри.

Он сделал глубокий вдох, расправил плечи, гордо вздернул подбородок и выдал такое старательное, но совершенно нелепое и хриплое:

— Р-р-р-р...

Это было похоже скорее на урчание объевшегося кота, чем на грозный рык царя зверей. Закончив свой перформанс, Теодор победоносно улыбнулся и снова навалился на тебя, пряча лицо в твоих растрепанных волосах.

— Ну всё, грозный хищник, — хохотала ты в голос, обхватывая его за талию, чтобы вы оба не полетели на сундук. — Твой рык Малфоя до смерти напугает, не сомневаюсь. Идем в кровать, лев подземельный, пока ты тут доспехи не разбудил.

Кое-как дотащив его до матраса, ты сгрузила Теодора на постель. Он сразу же свернулся калачиком, подмяв под голову подушку, но его пальцы по-прежнему крепко держали край твоей огромной толстовки, ни в какую не желая отпускать. Кажется, возвращение в гриффиндорскую башню сегодня официально отменялось.

Ты вздохнула, глядя на то, как этот «грозный слизеринский лев» мгновенно провалился в глубокий сон, едва его голова коснулась подушки. Уйти в свою башню Гриффиндора ты уже физически не могла — Теодор намертво вцепился пальцами в край твоей толстовки. Сдавшись, ты стянула мантию, забралась к нему под одеяло и устроилась рядом, чувствуя, как комната наполняется уютным теплом.

Стоило тебе расслабиться и прикрыть глаза, как Теодор во сне завозился. Он шумно вздохнул, повернулся на бок и одним размашистым движением закинул на тебя свою длинную, тяжелую ногу, буквально припечатывая тебя к матрасу. Вдобавок он по-хозяйски закинул руку тебе за шею, полностью лишая тебя возможности пошевелиться и утыкаясь носом в твою макушку.

Ты оказалась зажата в плотных, пьяных чистокровных тисках. Попытавшись аккуратно спихнуть его ногу, ты поняла, что сдвинуть сонного Нотта — задача невыполнимая. Он лишь недовольно проворчал что-то нечленораздельное во сне и прижал тебя к себе еще крепче.

— Ну точно, прицеп, — тихонько прошептала ты в темноту, улыбаясь во весь рот и слушая его мерное, тяжелое дыхание.

Обида от двухчасового ожидания полностью испарилась. Без всякой магии пастилок, без невидимых нитей, ты лежала в его объятиях и понимала, что этот безумный, хаотичный шестой курс стал лучшим временем в твоей жизни. Ты закрыла глаза и заснула, зная, что утром тебя ждет грандиозный разговор с похмельным Теодором, которому ты обязательно припомнишь его львиный рык.