глава 29
Прошла неделя.
Неделя, которая выдалась одной из самых напряжённых в моей жизни. Я чувствовала, как время сжимается, как каждый день становится короче, а задач — всё больше. Я просыпалась рано, ложилась поздно, и между этими двумя точками была бесконечная череда дел, которые требовали моего внимания.
Я начала работу над итоговым проектом. Тема была непростой — «Визуальный сторителлинг». Мне нужно было создать подкаст, собрать мнения учеников в школе и на основе этого сделать видео-эссе. Это было сложно, но интересно. Я погружалась в работу с головой, записывала интервью, монтировала видео, анализировала данные. Времени катастрофически не хватало, но я не могла остановиться.
В школе мы начали готовиться к выпускному. Репетиции шли одна за другой — мы отрабатывали номера, проверяли свет, звук. Мне, к счастью, нужно было только учить текст ведущей и репетировать вальс. Но даже это отнимало время, которого у меня и так было в обрез.
Я чувствовала, как раздражение накапливается внутри меня. Я злилась на себя за то, что не могу всё успеть. Злилась на мир за то, что он требует от меня слишком многого. Злилась на время за то, что оно так быстро уходит.
В приюте тоже началась суета. Мы готовились к выставке животных, которая должна была пройти через две недели. Если мы займём хотя бы третье место, приют получит чек на три тысячи долларов. Это было бы огромной помощью — мы смогли бы купить корм, лекарства, обновить клетки. Я проводила там почти каждый свободный час, готовя животных к выставке, уча их командам, ухаживая за ними.
Я почти не видела Родрика. Мы обменивались короткими сообщениями, иногда созванивались по вечерам и встречались на репетициях вальса, но я чувствовала, как между нами снова появляется расстояние. Я знала, что он понимает — у меня трудный период. Но я также знала, что он скучает. И я скучала по нему.
Семья тоже отошла на второй план. Я приходила домой поздно, ужинала в одиночестве, и поднималась к себе, чтобы снова работать. Мама иногда заглядывала в мою комнату, спрашивала, как дела, но я отвечала коротко, чувствуя, что у меня нет сил на разговоры.
Однажды вечером я сидела за столом, уставившись в экран ноутбука. Слова сливались в одно пятно, и я чувствовала, как мои глаза начинают слипаться. Я посмотрела на телефон, который лежал рядом. На экране не было сообщений.
Я взяла его в руки и написала Родрику:
«Прости, что я такая занятая. Я скучаю по тебе».
Он ответил почти сразу:
«Знаю. Я тоже скучаю. Ты справишься».
Я улыбнулась, чувствуя, как его слова согревают меня. Я знала, что это временно. Что скоро всё закончится, и я смогу выдохнуть. Но сейчас мне нужно было продолжать бежать.
Я закрыла ноутбук и откинулась на спинку стула. Мои глаза болели от экрана, а голова гудела от мыслей. Я чувствовала, что я на пределе. Но я не могла позволить себе остановиться.
Я подошла к окну и посмотрела на дом напротив. В гараже горел свет. Я знала, что Родрик там, репетирует, и я чувствовала, как его музыка доносится до меня сквозь тишину ночи. Это было успокаивающе.
«Скоро, — сказала я себе. — Скоро всё закончится».
Я легла на кровать и закрыла глаза. Завтра будет новый день, полный задач. Но сегодня я могла позволить себе хотя бы немного отдохнуть.
—
Проснулась я, как обычно, рано — даже будильник ещё не успел зазвенеть, а я уже открыла глаза, чувствуя, как усталость тяжелым грузом лежит на плечах. Я сделала все водные процедуры, быстро оделась и спустилась вниз, чтобы позавтракать. Я почти не чувствовала вкуса еды, просто механически пережёвывая овсянку, которую сварила мама.
В школе уроки шли один за другим. Я старалась сосредоточиться, но мои мысли уже были заняты репетицией, которая должна была пройти в актовом зале на большой перемене. Я нервно постукивала ручкой по столу, чувствуя, как время ускользает.
Между уроками мы бегали в зал, чтобы отрепетировать вальс и проверить микрофоны для ведущих. Я была ведущей, и это означало, что у меня есть дополнительная ответственность. Я стояла на сцене, повторяя текст, но в моей голове уже крутились мысли о проекте, о приюте, о домашке.
После уроков — литературный кружок. Я сдала очередное эссе и слушала обсуждение новых книг, но чувствовала, что мои мысли далеко. А затем — тренировка по черлидингу. Девочки обсуждали вечеринку, которая должна была состояться после выпускного. Я слышала их голоса, но не вникала в смысл.
— Белла, ты пойдёшь? — спросила Райли.
— Я подумаю об этом позже, — ответила я, даже не повернув головы. Я была слишком занята, чтобы тратить энергию на разговоры о вечеринках.
Тренировка прошла интенсивно. Мы отрабатывали элементы, и я чувствовала, как мышцы горят от нагрузки. Но даже усталость не помогала мне успокоиться — внутри меня всё кипело от напряжения.
После тренировки я почти бегом направилась в приют. Там мы готовились к выставке животных. Я помогала ухаживать за собаками и кошками, учила их командам, готовила клетки. Миссис Родригес смотрела на меня с благодарностью.
— Ты просто находка, Белла, — сказала она. — Без тебя мы бы не справились.
Я улыбнулась, но внутри меня не было радости. Только усталость.
Когда я вернулась домой, было уже поздно. Я едва успела скинуть обувь, как села за стол и открыла ноутбук. Проект. Мне нужно было доделать видео-эссе. Затем подготовка к экзаменам. Затем домашнее задание. Я работала до полуночи, чувствуя, как тело начинает отказывать.
Я даже не ужинала — просто забыла, что нужно есть. Внутри меня была только пустота, которую я заполняла бесконечными задачами.
Я легла в постель, чувствуя, как мой мозг продолжает работать, даже когда я закрываю глаза. Я не могла заснуть. Мои мысли носились по кругу — о проекте, о приюте, о школе. О том, как мало времени осталось до выпускного. О том, что я почти не вижу Родрика. О том, что я не успеваю быть собой.
Завтра будет новый день, и он будет таким же. И я не знала, сколько ещё я смогу так жить. Но я продолжала бежать, потому что не умела останавливаться.
—
Две недели до экзаменов и выпускного. Время сжималось с каждым днём, и я чувствовала, как давление становится почти невыносимым. Сегодня была суббота, но для меня не существовало выходных. Почти с самого утра я была в приюте — конкурс уже в среду, и мы готовились к нему с удвоенной силой. Животные были почти готовы, и я чувствовала, как внутри меня растёт надежда, что мы сможем занять призовое место.
Ближе к обеду я освободилась и пошла домой. Я чувствовала лёгкий голод, но в голове уже крутились мысли о том, что нужно сделать дальше. Я быстро пообедала, стараясь не задерживаться за столом. Родители смотрели на меня с беспокойством.
— Белла, ты слишком много работаешь, — сказала мама, когда я уже собиралась подняться наверх. — Тебе нужно отдыхать.
— Я отдохну после выпускного, — ответила я, стараясь улыбнуться. — Сейчас я не могу остановиться.
Я поднялась в свою комнату и сразу села за проект. Оставалось немного — доделать обложку к видео, оформить подкаст и выложить всё на платформу. Я работала сосредоточенно, чувствуя, как проект почти готов. Защита через неделю, но я не переживала — я знала, что сделала хорошую работу.
Закончив с проектом, я переключилась на домашнее задание на следующую неделю. Я решала задачи, писала эссе, и чувствовала, как постепенно освобождаюсь от школьных забот. Затем я начала готовиться к экзаменам и вступительным в Гарвард. Я повторяла материалы, делала заметки, чувствуя, что каждая минута на счету.
В литературном кружке тоже нужно было сделать итоговую работу, чтобы получить мини-диплом. Я выбрала книгу, которую мы изучали в этом году, и начала писать доклад. Я погрузилась в текст, чувствуя, как слова складываются в стройные предложения.
Ближе к вечеру я услышала, как мой телефон завибрировал. Я взяла его и увидела несколько пропущенных звонков и сообщений от Родрика. Я отключила уведомления, чтобы не отвлекаться, и не видела, что он писал мне весь день. Я почувствовала лёгкую вину, когда увидела, что он даже звонил на домашний номер.
Я набрала его номер.
— Привет, — сказала я, чувствуя, как в моём голосе появляется усталость. — Прости, я отключила уведомления. Я работала.
— Да знаю, — сказал он, и в его голосе не было обиды. — Я просто хотел позвать тебя на ночёвку. Мне скучно, и я хочу быть рядом с тобой.
Я улыбнулась, чувствуя, как его слова согревают меня.
— Давай лучше ты придёшь ко мне, — сказала я. — Я почти закончила с делами, и мне тоже хочется побыть с тобой.
— Хорошо, — сказал он. — Я скоро буду.
Я быстро убралась в комнате, чтобы создать уют. Собрала разбросанные бумаги, поправила подушки и убрала разбросанную одежду. Затем спустилась вниз и предупредила родителей.
— Родрик придёт ко мне с ночевкой, мы побудем вместе, — сказала я.
Мама улыбнулась, а папа кивнул.
— Хорошо, только не засиживайтесь допоздна, — сказал он.
— Мы будем тихо, — обещала я.
Я поднялась в свою комнату и решила еще раз просмотреть наконец готовый проект. Внутри меня было странное спокойствие — смесь усталости и предвкушения. Я знала, что этот вечер будет другим. Что я смогу просто быть с ним. И это было именно то, что мне нужно.
Родрик пришёл минут через десять. Я услышала, как входная дверь тихо открывается, а затем его шаги на лестнице. Он зашёл в мою комнату, и я подняла на него взгляд, чувствуя, как усталость на мгновение отступает, сменяясь теплом.
— Привет, — сказала я, улыбаясь, но не отрываясь от ноутбука.
— Привет, — он подошёл и поцеловал меня в макушку. — Ты всё ещё работаешь?
— Почти закончила, — сказала я. — Мне нужно проверить финальную версию. Ты пока выбери фильм.
Он кивнул и забрался на мою кровать, беря ящик с дисками. Я слышала, как он перебирает их, выбирая что-то. Я чувствовала его присутствие, и это успокаивало меня. Через несколько минут я закрыла ноутбук, выдохнула и повернулась к нему.
— Что выбрал? — спросила я.
— Что-то из Питера Джексона, — сказал он. — Ничего серьёзного.
Я улыбнулась и упала на кровать рядом с ним. Мы включили фильм, и я прижалась к нему, чувствуя, как его руки обнимают меня. Свет от экрана создавал мягкое свечение в комнате, и я чувствовала, как моё тело начинает расслабляться.
Мы лежали в обнимку, и я чувствовала его дыхание, его тепло. Фильм шёл своим чередом, но мои глаза уже начинали слипаться. Я боролась со сном, но усталость была слишком сильной.
Когда фильм закончился, я уже почти спала. Я чувствовала, как мои веки тяжелеют, и я почти провалилась в сон. Но Родрик, казалось, был полон энергии. Он начал целовать меня, сначала легко, а затем более настойчиво. Его руки скользнули по моей талии, и я почувствовала его желание.
Я воспротивилась. Я мягко, но настойчиво отстранилась и повернулась к нему спиной.
— Я устала, — сказала я тихо. — Просто дай мне поспать.
Он замер на мгновение, и я услышала, как он вздыхает. Но он не стал спорить. Он просто придвинулся ближе и обнял меня сзади, уткнувшись носом в мои волосы.
— Спи, — сказал он шёпотом. — Спокойной ночи.
Я закрыла глаза, чувствуя, как его дыхание успокаивает меня, и провалилась в глубокий сон.
---
Утром я проснулась поздно. Солнце уже ярко светило за окном, и я чувствовала, как его лучи касаются моей кожи. Я открыла глаза и увидела, что Родрик всё ещё спит, его рука лежит на моей талии, а дыхание ровное и спокойное.
Я не хотела вставать. Усталость, которая копилась во мне неделями, наконец дала о себе знать. Моя голова гудела, а тело чувствовало себя тяжёлым. Я решила просто поваляться в кровати, чувствуя, как мышцы расслабляются от бездействия.
Я смотрела на Родрика, на его спокойное лицо, на его растрёпанные волосы, и чувствовала, как внутри меня разливается что-то тёплое. Он был рядом. Он был здесь. И это было именно то, что мне было нужно.
Я закрыла глаза и позволила себе просто наслаждаться этим моментом. Без учёбы, без дел, без планов. Просто быть.
«Хотя бы сегодня, — подумала я. — Хотя бы сегодня я могу позволить себе отдохнуть».