глава 23
Мы подъехали к дому Кайлы, и я сразу узнала его — большой двухэтажный особняк с ухоженным газоном и большим задним двором, где обычно проходили все вечеринки. Но сегодня масштаб был просто невероятным.
Перед домом было припарковано так много машин, что мы едва нашли место. Музыка гремела так громко, что я чувствовала басы даже в машине. Из открытых окон доносились голоса и смех, а по двору бродили группы людей с красными стаканчиками в руках.
— Ого, — сказала Райли, выключая двигатель. — Кажется, сегодня будет жарко.
Я закатила глаза, но улыбнулась.
— Пошли.
Мы вышли из машины и направились к дому. Возле входа стояла небольшая компания, которая курила и громко смеялась. Я не обращала на них внимания — внутри меня было странное спокойствие. Словно я уже приняла тот факт, что сегодняшний вечер будет особенным.
Зайдя внутрь, я почувствовала, как гулкая волна музыки и голосов накрыла меня с головой. В гостиной было полно людей — кто-то танцевал в центре комнаты, кто-то сидел на диванах, кто-то толпился у барной стойки, которую соорудили на кухне.
Воздух пах спиртным, сладким дымом и чем-то ещё, что я не могла определить. Смесь запахов создавала атмосферу, которая одновременно была и манящей, и чуждой мне.
Мы с Райли пробрались сквозь толпу и нашли девочек — Кайлу, Эмму и ещё нескольких ребят. Кайла выглядела великолепно в коротком чёрном платье, её волосы были идеально уложены, а на лице сияла королевская улыбка.
— Белла! Райли! — закричала она, обнимая нас. — Я так рада, что вы пришли!
— Привет, — сказала я, чувствуя, как её энергия передаётся мне. — Ты выглядишь потрясающе.
— Это ты выглядишь потрясающе! — она окинула меня взглядом. — Эти шорты тебе очень идут.
Мы сели на диван в углу гостиной, где было чуть тише, и начали болтать. Я слушала девочек, которые говорили о чём-то своём, иногда вставляя комментарии. Я чувствовала себя расслабленно, почти легко.
А потом я заметила его.
Родрик стоял в противоположном конце гостиной, окружённый друзьями. Он был в чёрной футболке и джинсах, волосы слегка растрёпаны, и он улыбался тому, что говорил его друг. Я заметила, как его глаза на мгновение встретились с моими, и я почувствовала, как по телу пробежала лёгкая дрожь.
Я отвела взгляд, пытаясь сосредоточиться на разговоре с девочками.
Ещё немного посидев, я поняла, что хочу пить. И мне нужно было немного отвлечься.
— Я схожу за напитками, — сказала я, вставая с дивана.
— Возьми мне что-нибудь! — крикнула Райли.
— Мне тоже! — добавила Кайла.
Я кивнула и направилась к барной стойке, которая была на кухне. Там было немного людей, и я быстро взяла всё, что просили девочки: несколько баночек с пивом и что-то более крепкое. Себе я взяла мохито — лёгкий, освежающий, с мятой и лаймом.
Я уже повернулась, чтобы идти обратно, как вдруг кто-то подошёл ко мне сбоку.
— Привет, — услышала я знакомый голос.
Обернувшись я увидела Родрика. Он стоял рядом, держа в руках стакан с чем-то тёмным, и улыбался той своей легкой, слегка нахальной улыбкой.
— Привет, — сказала я, чувствуя, как внутри всё сжимается.
— Я видел тебя с девочками, — сказал он, делая шаг ближе. — Ты выглядишь... красиво.
Я почувствовала, как мои щёки начинают теплеть.
— Спасибо, — сказала я, стараясь, чтобы голос звучал ровно. — Ты тоже неплохо выглядишь.
Он усмехнулся и сделал ещё шаг. Теперь мы стояли так близко, что я могла видеть каждую черточку его лица.
— Ты собираешься весь вечер прятаться с девочками, или у нас будет шанс поговорить? — спросил он, и в его голосе была лёгкая насмешка, но я чувствовала, что он серьёзен.
Я не знала, что ответить. Внутри меня всё дрожало. Я хотела сказать ему что-то важное, но слова застревали в горле.
— Я... — начала я, но не смогла закончить.
Он смотрел на меня, и в его глазах была та самая теплота, от которой моё сердце начинало биться быстрее. Он протянул руку и осторожно, почти невесомо, убрал прядь моих волос за ухо.
Его пальцы коснулись моей кожи, и я почувствовала, как по телу пробегает электрический ток.
— Белла, — сказал он тихо. — Я хочу быть рядом с тобой.
Я смотрела в его глаза и чувствовала, как мой страх начинает таять. Как лёд, который я так долго носила в себе, начинал трескаться и отступать.
— Хорошо, — сказала я наконец, и мой голос прозвучал почти шёпотом.
Он улыбнулся, и эта улыбка озарила его лицо.
— Тогда пошли, — сказал он, кивая в сторону гостиной. — Я хочу, чтобы ты кое что увидела.
Я взяла его протянутую руку, и он повёл меня через толпу, туда, где играла музыка.
Я забыла о девочках. Забыла о напитках, которые держала в руках. Забыла о шуме, о толпе, о том, что я вообще нахожусь на вечеринке.
Я пошла за ним.
Родрик уверенно вёл меня через гостиную, прокладывая путь сквозь танцующих людей. Я чувствовала, как его пальцы сжимают мою руку, и это прикосновение было единственным, что имело значение. Всё остальное — музыка, голоса, смех — было просто фоном, размытым и неважным.
Мы вышли через заднюю дверь на огромный двор. Здесь тоже было полно людей — кто-то сидел на шезлонгах, кто-то стоял у барбекю, а несколько парней уже плескались в бассейне, несмотря на ещё прохладную весеннюю воду. Свет фонарей отражался от поверхности, создавая мерцающие блики.
Но Родрик не остановился. Он продолжал вести меня дальше, мимо бассейна, мимо групп людей, мимо шума. Я шла за ним, чувствуя, как воздух становится прохладнее, как звуки постепенно затихают.
Мы прошли через небольшую калитку в живой изгороди и оказались в тихом уголке сада. Здесь, среди деревьев, стояла небольшая беседка, увитая плющом, который только начинал распускаться весенними листьями.
Внутри было темно, только мягкий свет луны пробивался сквозь листву, создавая серебристые тени на деревянном полу. Музыка сюда доносилась лишь приглушённым эхом — басы, которые уже не били по барабанным перепонкам, а превращались в спокойный фон.
Родрик отпустил мою руку и сел на деревянную скамью, которая стояла в беседке. Я замешкалась на мгновение, а затем села рядом с ним, оставляя между нами небольшое расстояние.
Я поставила стаканчики с напитками на скамью рядом с собой и повернулась к нему. Он смотрел на меня, и я видела, что его лицо стало серьёзным. Не было той нахальной улыбки, которую я привыкла видеть. Не было лёгкой насмешки. Только тихая, почти уязвимая серьёзность.
— Родрик, — начала я, чувствуя, что тишина становится слишком тягучей. — Что ты хотел мне показать?
Он не ответил сразу. Он смотрел на меня так, будто собирал слова, которые хотел сказать, но всё никак не мог найти правильные.
— Я хотел поговорить с тобой, — сказал он наконец. — По-настоящему. Не в гараже, не когда вокруг все кричат. А здесь. В тишине.
Я почувствовала, как внутри меня начинает нарастать напряжение. Я знала, куда он клонит. Я знала этот разговор. И я боялась его.
— Родрик, — сказала я, стараясь, чтобы голос звучал ровно. — Мы уже говорили об этом.
— Нет, — сказал он, качая головой. — Мы не говорили. Мы избегали. Ты избегала. И я давал тебе это право. Но сегодня... сегодня я хочу, чтобы ты меня услышала.
Он повернулся ко мне всем корпусом, и я почувствовала, как его присутствие заполняет всё пространство вокруг меня.
— Белла, — сказал он, и его голос был тихим, но твёрдым. — Я не знаю, что ты чувствуешь ко мне. Я не знаю, боишься ли ты, или просто не хочешь этого. Но я знаю, что я чувствую.
Я смотрела на него, чувствуя, как моё сердце начинает биться быстрее. Каждое слово, которое он говорил, было как удар по стеклу, по той стене, которую я так долго строила.
— Я люблю тебя, — сказал он. — Не как друга, а как человека, который стал самым важным в моей жизни. Я думаю о тебе, когда просыпаюсь. Я думаю о тебе, когда играю. Я думаю о тебе всё время.
Он замолчал, и я чувствовала, как его слова повисли в воздухе между нами. Они были такими простыми, но они пронзили меня до самой глубины.
Я не знала, что сказать. Мои мысли путались, сердце билось где-то у горла. Я хотела сказать ему что-то важное. Но слова застревали, не находя выхода.
— Я... — начала я, но голос предательски дрогнул.
Он не сводил с меня глаз. В его взгляде не было давления, не было требований. Только ожидание. Только надежда.
Я опустила взгляд, чувствуя, как внутри меня всё дрожит. Я хотела сказать ему правду. Я хотела признаться, что он мне тоже нравится. Что я думаю о нём больше, чем должна. Что я боюсь своих чувств.
Но страх был сильнее.
— Родрик, — сказала я, с трудом поднимая на него глаза. — Я не знаю, что сказать. Я просто... я не готова.
Он молчал мгновение, а затем его лицо смягчилось. Он не выглядел разочарованным или злым. Он смотрел на меня с той же теплотой, но теперь в ней было что-то ещё — понимание.
— Ты не обязана говорить, — сказал он. — Я просто хотел, чтобы ты знала.
Он протянул руку и накрыл мою ладонь своей. Я почувствовала его тепло, и внутри меня разлилось что-то тёплое и успокаивающее.
— Я просто хочу быть рядом с тобой, — сказал он. — Мы можем не говорить о чувствах если ты не хочешь.
Я смотрела на него, и я чувствовала, как мой страх начинает таять. Как лёд, который я носила в себе, начинает превращаться в воду.
— Я тоже хочу быть рядом с тобой, — сказала я, и слова вырвались раньше, чем я успела их остановить.
Он улыбнулся — той самой улыбкой, которая согревала меня изнутри. И я поняла, что, возможно, я готова. Не сейчас. Не полностью. Но я готова попробовать.
Мы ещё долго сидели в беседке.
Разговор перетекал с одной темы на другую — мы говорили о школе, о музыке, о том, как он готовится к конкурсу. Я рассказала ему о стажировке у отца, о том, что буду работать в его фирме на каникулах. Он слушал внимательно, иногда задавая вопросы, иногда просто улыбаясь тому, как я рассказываю.
Я заметила, что он иногда смотрел на меня дольше, чем нужно. Что его взгляд задерживался на моих глазах, на моих губах. Что он хотел сказать что-то ещё, но сдерживал себя. Я чувствовала это, но я не была готова к этому. Я не знала, что будет дальше, и боялась даже думать об этом.
Поэтому я старалась говорить о чём угодно, лишь бы не возвращаться к той теме.
— А ты знаешь, что я в детстве хотела стать архитектором? — сказала я, чувствуя, что это звучит нелепо, но продолжая говорить. — Я рисовала дома и мосты, думала, что буду строить города.
— Серьёзно? — он улыбнулся. — Я думал, ты всегда хотела быть журналистом.
— Нет, это пришло позже, — сказала я. — А сначала я хотела строить. Но потом поняла, что мне больше нравится рассказывать истории, чем создавать стены.
— Ты создаёшь стены и сейчас, — сказал он тихо, и я почувствовала, как его слова пронзают меня.
Я промолчала, но внутри меня всё дрогнуло.
Мы ещё немного поговорили о мелочах — о том, какие фильмы мы любим, о том, что он хотел бы посмотреть со мной, о том, как мы могли бы провести еще одну ночевку на каникулах. Я чувствовала, как его слова становятся мягче, как он старается не давить на меня, но при этом даёт понять, что он рядом.
В какой-то момент мой телефон зазвонил, и я вздрогнула от неожиданности. Я посмотрела на экран — Райли.
Я ответила, чувствуя лёгкую вину за то, что забыла о ней.
— Белла! — её голос был взволнованным и немного тревожным. — Где ты? Я уже обыскалась тебя! Мы думали, ты ушла!
— Всё в порядке, — сказала я, стараясь, чтобы голос звучал спокойно. — Я просто... я с Родриком. Мы в беседке, в саду.
На том конце повисла пауза. Я знала, что Райли понимает, что происходит. Она была моей подругой, и она знала, что я чувствую к Родрику, даже если я сама не хотела это признавать.
— Ладно, — сказала она наконец, и в её голосе появилась лёгкая усмешка. — Просто не пропадай так надолго. Девочки уже начинают строить теории.
Я закатила глаза, но улыбнулась.
— Я скоро вернусь.
— Мы будем ждать, — сказала она и повесила трубку.
Я убрала телефон в карман и посмотрела на Родрика. Он сидел, слегка улыбаясь, и я знала, что он слышал разговор.
— Райли? — спросил он.
— Да, — сказала я. — Она переживает.
— Ты должна вернуться к ней, — сказал он, и в его голосе не было обиды. — Ты же не хочешь, чтобы она думала, что я тебя похитил.
Я улыбнулась, чувствуя, как его слова согревают меня изнутри.
— Когда мы увидимся?, — сказала я, вставая.
Он тоже встал. Мы стояли друг напротив друга, и я чувствовала, как его присутствие становится почти осязаемым. Он смотрел на меня, и в его глазах была та самая теплота, от которой моё сердце начинало биться быстрее.
— Ближе к часу ночи. Я провожу тебя домой. — сказал он.
— Хорошо, — сказала я, и мой голос прозвучал почти шёпотом.
Я развернулась и направилась обратно к дому. Я слышала, как его шаги затихают за моей спиной, и чувствовала, как его взгляд следует за мной.
Когда я зашла в дом, музыка и голоса накрыли меня снова. Я нашла девочек в гостиной, и Райли смотрела на меня с хитрой улыбкой.
— Ну что, — сказала она, подходя ко мне. — Рассказывай.
— Ничего, — сказала я, чувствуя, как мои щёки начинают теплеть.
— Ничего? — она подняла бровь. — Вы сидели в беседке почти час, и ничего?
— Мы разговаривали, — сказала я, избегая её взгляда. — Просто разговаривали.
Райли усмехнулась, но не стала давить на меня. Она знала, что я скажу, когда буду готова.
Я провела остаток вечера с девочками, танцевала, смеялась, чувствовала себя почти свободной. Но мои мысли всё время возвращались к нему. К тому, как он смотрел на меня. К тому, что я чувствовала, когда была рядом с ним.
Я знала, что через несколько часов я снова увижу его. И я уже ждала этого.
—
Ближе к часу ночи я поняла, что пора уходить.
Вечеринка всё ещё бурлила — музыка гремела, люди танцевали, кто-то уже начал засыпать на диванах, а кто-то, наоборот, только набирал обороты. Но я чувствовала усталость, которая приятно разливалась по телу, и понимала, что мой вечер подходит к концу.
— Я, наверное, пойду, — сказала я Райли, которая сидела на диване с Кайлой.
— Уже? — она удивлённо посмотрела на меня. — Мы же хотели остаться до утра.
— Я устала, — призналась я. — И мне завтра нужно встать пораньше.
Она понимающе улыбнулась, но в её глазах мелькнула хитринка.
— Наверняка тебя ждёт кто-то, кто проводит тебя домой, — сказала она, слегка подмигивая.
Я закатила глаза, но улыбнулась.
— Увидимся позже.
— Увидимся, — сказала она, обнимая меня. — И Белла... будь осторожна.
Я не стала уточнять, что она имеет в виду. Я просто кивнула, попрощалась с остальными девочками и направилась к выходу.
Прохладный ночной воздух ударил в лицо, когда я вышла за дверь. Тишина казалась почти оглушительной после нескольких часов громкой музыки и голосов. Я остановилась на мгновение, привыкая к тишине.
Мой вид был слегка сонным — глаза слипались, но внутри меня всё ещё бурлило лёгкое возбуждение. Я оглянулась и увидела, как из дома вышел Родрик. Он шёл ко мне, его руки были в карманах джинсов, а на лице играла та самая мягкая улыбка, которая всегда заставляла моё сердце биться быстрее.
— Идём? — спросил он, подходя ко мне.
— Идём, — ответила я.
Мы пошли по пустынным ночным улицам. Город спал, только редкие фонари освещали наш путь. Мы почти не разговаривали — я чувствовала, как усталость берёт своё, а он, кажется, просто наслаждался тем, что мы идём рядом. Иногда он комментировал что-то — например, как красиво светит луна или что завтра обещают тёплый день. Я отвечала коротко, но мне было хорошо.
Когда мы подошли к моему дому, я остановилась. Свет в окнах был выключен — родители и Холли видимо уже спали. Дом стоял тёмным и тихим.
Я повернулась к Родрику, и мы оказались лицом друг к другу. Луна освещала его лицо, делая черты ещё более мягкими, а глаза — почти светящимися.
Он смотрел на меня, и в его взгляде было что-то, что я не могла прочитать. Что-то глубокое и тёплое. Его глаза скользнули по моему лицу, остановились на моих губах.
Я замерла.
Он начал медленно приближаться ко мне, и я чувствовала, как моё дыхание сбивается. Его рука легла на мою щеку, касаясь кожи, и я почувствовала его тепло. Его лицо было так близко, что я могла видеть каждую ресницу, каждый оттенок его глаз.
Я чувствовала его дыхание на своих губах, и в этот момент я не хотела останавливать его.
Он слегка притянул меня к себе, и его губы накрыли мои.
Это был не поцелуй. Это было просто прикосновение. Лёгкое, почти невесомое, как будто он проверял, не испугаюсь ли я.
Мы не двигались несколько секунд. Пять секунд, в течение которых я чувствовала, как моё сердце бьётся в унисон с его. Пять секунд, в которые весь мир вокруг нас перестал существовать.
А затем он отстранился, и я подняла на него глаза.
Он смотрел на меня, и в его взгляде была такая нежность, что у меня перехватило дыхание.
— Ты прекрасна, — сказал он тихо.
И снова прильнул к моим губам.
На этот раз поцелуй был настоящим. Глубоким, тёплым, полным всего того, что мы оба не могли сказать словами. Его пальцы запутались в моих волосах, когда он мягко наклонил мою голову, углубляя поцелуй. Его другая рука скользнула на мою талию и притянула меня ближе, так что я чувствовала его тепло даже сквозь лёгкую ткань моей футболки.
Я не сопротивлялась. Я не могла. Все мои страхи, все сомнения, которые так долго держали меня, вдруг исчезли, уступив место чему-то новому. Чему-то, что я не могла контролировать и не хотела контролировать.
Я прижалась к нему, отвечая на поцелуй. Мои руки сами поднялись и обхватили его шею, притягивая ближе. Я чувствовала его дыхание, его сердцебиение, его тепло.
Это было правильно. Это было то, чего я ждала, даже если не хотела себе в этом признаваться.
Когда мы отстранились, я смотрела в его глаза и видела в них отражение своих собственных чувств. Он улыбнулся мне той самой улыбкой, которая всегда заставляла моё сердце таять.
— Это было... — начала я, но не смогла закончить.
— Правильно, — сказал он, заканчивая мою мысль. — Это было правильно.
Я улыбнулась, чувствуя, как тепло разливается по всему телу. Я чувствовала себя почти свободной. Почти счастливой.
— Спокойной ночи, Белла, — сказал он, не разрывая зрительного контакта.
— Спокойной ночи, Родрик, — ответила я.
Я развернулась и вошла в дом. Закрыв за собой дверь, я прислонилась к ней спиной, прижимая руки к груди, и чувствовала, как моё сердце продолжает биться в ритме, который он задал.
Я поняла, что лёд растаял.
И я была готова к тому, что будет дальше.