глава 14
Последняя неделя перед каникулами была безумной.
Я сдала все контрольные в школе — по химии, литературе, истории, математике. Пальцы сводило от письма, голова гудела от формул и дат, но я чувствовала удовлетворение. Всё было сделано. Всё идеально.
В литературном клубе я сдала последний доклад — о влиянии викторианской прозы на современную литературу. Преподаватель похвалил меня, сказал, что моя работа достойна публикации в школьной газете. Я кивнула, убрала бумаги в папку и выдохнула.
Мы съездили в соседний город на соревнования по черлидингу. Целый день нервов, криков, улыбок до боли в скулах. Мы выступали последними, и когда объявили результаты, мы заняли второе место во всём штате.
— Второе место! — визжала Райли, обнимая меня. — Белла, мы вторые!
Я улыбнулась ей. Внутри было тепло и приятно. Мы действительно хорошо выступили. Все наши тренировки, все часы, проведённые на стадионе, окупились.
Я даже пожертвовала приюту немного денег в честь праздника. Не много, но я отдала часть своих накоплений. Мне казалось правильным — в Рождество помогать тем, кто не может помочь себе. Миссис Родригес, директор приюта, обняла меня и сказала, что я добрая девочка.
Я не чувствовала себя доброй. Но мне было приятно.
И вот наступил день Рождества.
Я проснулась от запаха корицы и апельсинов. Мама уже хозяйничала на кухне, включила рождественские песни, и дом наполнился теплом и суетой.
— Белла! Вставай! Помогай накрывать на стол! — крикнула она из кухни.
Я села на кровати и посмотрела в окно. Снег падал крупными хлопьями, укрывая улицы белым одеялом. Красиво. Спокойно. На мгновение показалось, что всё хорошо. Что никаких ссор и тревог не существует.
Я спустилась вниз и весь день провела на кухне с мамой. Мы резали салаты, пекли пироги, готовили индейку. Мама улыбалась, но я видела, что она напряжена. Она смотрела на часы, поправляла волосы, несколько раз перекладывала приборы на столе.
— Мам, всё хорошо? — спросила я.
— Да, милая, всё хорошо, — ответила она слишком быстро. — Просто хочу, чтобы всё было идеально.
Я не стала спрашивать дальше.
Отец и Холли уехали за подарками и продуктами, которых не хватало. Холли была возбуждена — она крутилась у двери, пока отец надевал пальто.
— Пап, мы купим тот набор для выпечки? Мама обещала!
— Купим, купим, — сказал он устало.
Я смотрела, как они уходят. И впервые за долгое время я почувствовала что-то похожее на покой. Пока их нет, в доме тихо. Только мама и я на кухне. И музыка.
К вечеру начали собираться гости. Сначала пришли коллеги моего отца — пара с дочерью, которых я не знала. Потом ещё одна семья, наши новые соседи. А потом пришли они.
Семья Сэмюэлсонов.
Когда дверь открылась, и я увидела их в прихожей, моё сердце остановилось на мгновение. Миссис Сэмюэлсон, мистер Сэмюэлсон и...
Аарон.
Он стоял в дверях в белой рубашке и тёмных брюках, с натянутой улыбкой на лице. Он выглядел так, будто не хотел быть здесь. Но когда он увидел меня, его улыбка стала другой. Слишком знакомой.
— Белла! — миссис Сэмюэлсон шагнула ко мне и обняла. — Я так хотела с тобой познакомиться! Аарон столько о тебе рассказывал!
Я застыла.
— Правда? — выдавила я, стараясь, чтобы голос звучал ровно.
Аарон посмотрел на меня с лёгким вызовом.
— Правда, — сказал он.
Я сжала зубы.
Весь вечер я старалась держаться подальше от него. Я носилась с тарелками, наливала напитки, помогала на кухне — лишь бы не оставаться с ним наедине. Но он то и дело находил меня. В коридоре. У стола с закусками. На кухне, когда я мыла посуду.
— Помочь? — спросил он, заходя в кухню.
— Нет, спасибо, — сказала я, не оборачиваясь.
— Ты злишься на меня? — спросил он тихо.
— Нет, — сказала я. — Мне просто некогда.
Он усмехнулся.
— Ты всегда занята, Белла. Но сегодня Рождество. Расслабься немного.
Я повернулась к нему.
— Аарон, я не хочу с тобой разговаривать. Ты понял это ещё на стадионе. Почему ты не можешь просто принять это?
Он поднял руки в примирительном жесте.
— Ладно, ладно. Я просто хотел быть вежливым. Не начинай снова.
Я отвернулась и продолжила мыть посуду.
Он ушёл.
Я выдохнула и закрыла глаза.
Этот вечер тянулся бесконечно. Но я знала, что после полуночи у меня будет спасение. Вечеринка у Кайлы.
—
Мы сидели за общим столом в гостиной. Свечи, серебряные приборы, хрустальные бокалы. Всё выглядело красиво и празднично. Мама постаралась на славу — стол ломился от угощений, в углу сверкала ёлка, и даже отец улыбался, поднимая тост за Рождество.
Было шумно. Гости смеялись, перебивали друг друга, рассказывали истории. Я сидела между мамой и одной из её подруг, пыталась улыбаться и кивать в нужных местах. Я знала, как надо вести себя на таких мероприятиях. Научилась ещё в детстве.
Но я чувствовала на себе его взгляд.
Аарон сидел напротив меня, через два человека от отца. Он смотрел на меня почти постоянно. Я видела это краем глаза, когда поднимала стакан с водой, когда поправляла салфетку, когда слушала очередной тост. Его взгляд был липким, назойливым, и это бесило меня до скрежета зубов.
— Белла, ты такая тихая, — сказала миссис Сэмюэлсон. — Всё хорошо?
— Всё замечательно, — ответила я с вежливой улыбкой. — Просто наслаждаюсь праздником.
— Она у нас всегда такая, — сказала мама, положив руку мне на плечо. — Серьёзная и сосредоточенная. Вся в папу.
Я опустила глаза в тарелку, чтобы не показывать раздражения. Мама, зачем ты меня выставляешь? Они же не поймут. Они не знают, как я ненавижу, когда меня описывают в присутствии других людей, словно я экспонат.
Аарон улыбнулся, глядя на меня.
— Я знаю, какая она серьёзная, — сказал он. — Но иногда нужно отдыхать.
Я сжала вилку.
Через полчаса, когда за столом пошли бесконечные разговоры о работе и политике, я поняла, что больше не могу здесь сидеть. Я поднялась и тихо сказала маме:
— Я пойду переоденусь.
— Иди, милая, — кивнула она. — Райли скоро приедет?
— Да, — сказала я. — Ближе к полуночи.
Я поднялась по лестнице, закрыла за собой дверь спальни и выдохнула. Здесь было тихо. Я слышала только приглушённый гул голосов снизу и музыку, играющую из колонок.
Я подошла к шкафу, открыла дверцу и задумалась. Новые голубые джинсы висели в углу, рядом с ними — бордовая футболка, которую я купила на Хэллоуин, но так и не надела. Она была немного облегающей, с простым круглым вырезом. Я хотела выглядеть просто и комфортно.
Я достала джинсы и футболку, положила их на кровать, а сама сняла домашнюю белую майку и серые спортивные штаны оставшись только в лифчике. Только я взяла джинсы, чтобы надеть их, как в дверь постучали.
— Войдите, — сказала я, не оборачиваясь.
Дверь открылась и закрылась. Я услышала шаги.
— Привет, — раздался голос Аарона.
Я замерла и медленно обернулась.
Аарон стоял у двери, закрыв её за собой. Он был всё в той же белой рубашке, но уже расстегнул верхнюю пуговицу, и выглядел расслабленно. Слишком расслабленно.
— Что ты здесь делаешь? — спросила я холодно, прикрывая джинсами грудь. — Я переодеваюсь.
— Я знаю, — сказал он, делая шаг вперёд. — Я просто хотел поговорить.
На мне было только белое кружевное белье, и естественно я не хотела, чтобы он видел меня в таком виде.
— Аарон, выйди, — сказала я. — Я занята.
— Райли приедет только через полчаса, — сказал он. — У нас есть время.
— Нет, — сказала я твёрдо. — У нас нет времени. Выйди.
Но он не двинулся.
Я начала обходить его, прикрываясь джинсами и подходя к двери в ванную. Но он подошёл ближе, почти вплотную.
— Ты красивая, Белла, — сказал он тихо. — Ты знаешь об этом?
Я быстро зашла в ванную и закрыла дверь.
— Аарон, я серьёзно, — кричала я из ванной быстро одеваясь, чувствуя, как раздражение нарастает. — Выйди из моей комнаты.
В этот момент я вышла из ванной комнаты и посмотрела на него.
Он улыбнулся, но не отступил. Он стоял в шаге от меня, наклоняясь чуть вперёд. От него пахло алкоголем — он явно успел выпить.
— Ты всегда такая неприступная, — сказал он. — Но я знаю, что это всего лишь маска. Ты просто боишься подпустить кого-то близко.
— Ты ничего обо мне не знаешь, — сказала я. — Теперь выйди.
— Не выйду, — сказал он. — Я хочу, чтобы ты мне дала шанс. Хотя бы один.
Я почувствовала, как внутри закипает злость.
— Ты не слушаешь, — сказала я раздраженно. — Я сказала "нет". Я говорила это сто раз. Это тебе не нравится? Мне наплевать. Я не хочу быть с тобой. Я не хочу ни с кем быть. Ты просто не в моём списке приоритетов.
— А кто в твоём списке? — спросил он с усмешкой. — Тот барабанщик из соседнего дома?
Я замерла.
— Что?
— Я видел, как вы разговариваете в школе, — сказал он. — И как ты ходишь к нему в гараж по вечерам. Не думай, что я ничего не вижу.
— Это не твоё дело, — сказала я ледяным тоном.
— Он тебе нравится? — спросил Аарон, и в его голосе появились нотки ревности. — Он же никто. Просто музыкант без будущего.
Я почувствовала, как внутри всё закипает. Я уже открыла рот, чтобы сказать ему что-то резкое, как в моей руке завибрировал телефон.
Я посмотрела на экран. Райли.
Я поднесла трубку к уху, не сводя глаз с Аарона.
— Да?
— Белла, я уже подъехала! — голос Райли звучал бодро и весело. — Выходи!
— Поднимайся ко мне в комнату, — сказала я, стараясь, чтобы голос звучал ровно. — Я почти готова.
— Хорошо! — она сбросила звонок.
Я убрала телефон и посмотрела на Аарона.
— Райли идёт сюда. Тебе лучше уйти.
— Я не боюсь твоей подруги, — усмехнулся он.
Но через минуту в коридоре послышались быстрые шаги, и дверь распахнулась.
— Белла, я... — Райли замерла на пороге, увидев Аарона. Её глаза округлились. — Аарон? Что ты здесь делаешь?
Он пожал плечами, нагло улыбаясь.
— Разговаривал с Беллой. Мы обсуждали вечеринку.
Райли перевела взгляд на меня. Я покачала головой, давая ей понять, что всё в порядке.
— Аарон только собирался уходить, — сказала я.
Он посмотрел на меня с лёгкой усмешкой.
— Увидимся на вечеринке, Белла, — сказал он и вышел из комнаты, закрыв за собой дверь.
Райли повернулась ко мне с округлившимися глазами.
— Что здесь произошло? Почему он был в твоей комнате?
— Он вломился без спроса, — сказала я, закатывая глаза. — Пытался флиртовать и ревновать к Родрику.
— К Родрику? — Райли подняла бровь. — У него что, есть повод ревновать?
— Нет, — сказала я слишком быстро. — Абсолютно никакого. Он просто идиот.
Райли ничего не сказала, но я видела, что она не совсем поверила.
Я подошла к зеркалу, поправила волосы на концах которых были легкие локоны, нанесла лёгкий блеск на губы. Взяла куртку, сумку и повернулась к Райли.
— Всё. Я готова.
Райли улыбнулась.
— Тогда поехали. Вечеринка ждёт.
Мы вышли из комнаты и спустились вниз. В гостиной всё ещё шумели гости, но я проскользнула к выходу, только мельком попрощавшись с мамой.
Холодный воздух обжёг лицо, когда я вышла на улицу. Мы сели в машину Райли, и она нажала на газ.
Я смотрела на огни города, мелькающие за окном, и чувствовала, как напряжение медленно отпускает меня.
—
Вечеринка у Кайлы была намного масштабнее предыдущей.
Я думала, что после Хэллоуина меня уже ничем не удивить, но когда мы вошли в дом, я поняла, что ошибалась. Дом был заполнен людьми. Подростками, которых я знала по школе, и взрослыми — двадцатипятилетними, а то и старше. Друзья старших братьев и сестёр Кайлы, наверное. Они пили, танцевали, громко смеялись, и музыка гремела так, что стены вибрировали.
— Ого, — сказала я, оглядываясь.
— Я же говорила! — крикнула Райли, перекрикивая музыку. — Это будет эпично!
Мы пробрались через толпу к гостиной, где уже сидели наши девочки. Кайла была в облегающем серебристом платье, Эмма в красном, остальные в ярких нарядах. Я чувствовала себя немного серой в своих джинсах и бордовой футболке, но мне было плевать. Мне было комфортно.
— Белла! — закричала Кайла, обнимая меня. — Ты пришла!
— Я обещала, — улыбнулась я.
Мы начали танцевать, пить, смеяться. Я взяла бокал с шампанским, потом ещё один. Алкоголь мягко окутывал сознание, и я чувствовала, как напряжение, которое я носила в себе неделями, наконец начинает отпускать. Я улыбалась, танцевала, болтала с девочками. Я даже не думала о родителях, об экзаменах, о тревоге, о проблемах.
Я просто была здесь. В моменте.
Но меня не оставляли в покое.
Ко мне подошёл парень лет двадцати двух, высокий, с короткой стрижкой и уверенной улыбкой.
— Привет, — сказал он, наклоняясь ближе. — Я Майк. Ты здесь одна?
— Нет, я с друзьями, — сказала я, делая шаг назад.
— Может, потанцуем? — предложил он, протягивая руку.
— Нет, спасибо, — сказала я вежливо, но твёрдо.
Он пожал плечами и ушёл. Через десять минут подошёл другой — постарше, в кожаной куртке. Он флиртовал навязчивее, и я уже начинала злиться, но Кайла вовремя подошла и увела меня танцевать.
— Ты популярна, — усмехнулась она.
— Я не просила об этом, — вздохнула я.
Когда наступил новый год, все закричали, засвистели, начали обниматься и целоваться. Я стояла в кругу девочек, подняла бокал и улыбнулась. Райли обняла меня за плечи и что-то прокричала в ухо, но я не расслышала из-за музыки.
И в этот момент кто-то неаккуратно повернулся с бутылкой в руке, и я почувствовала, как холодная жидкость разливается по моей футболке. Пиво. Тёплое и липкое.
— Ой, прости! — крикнул парень, но я уже не слушала.
— Я сейчас, — сказала я девочкам. — Найду туалет.
Я пробралась сквозь толпу, чувствуя, как пиво стекает по футболке, прилипая к коже. Голова слегка кружилась — я выпила достаточно, чтобы чувствовать себя пьяной, но ещё не настолько, чтобы потерять контроль.
Я нашла туалет на втором этаже — пустой и тихий. Я закрыла дверь, достала бумажные полотенца и начала вытирать футболку. Пятно не уходило полностью, но становилось чуть менее заметным.
Я посмотрела на себя в зеркало. Растрёпанные волосы, лёгкий румянец на щеках, глаза блестят. Я выглядела... живой.
Я вышла из туалета и спустившись вниз остановилась в коридоре, оглядываясь. Где девочки? Я не видела их в толпе, и музыка заглушала все голоса.
И тут я увидела его.
Родрик.
Он стоял у стены, прислонившись плечом к дверному косяку. Волосы были растрёпаны, чёрная футболка немного помята, а широкие как обычно джинсы выглядели на нем привычно. Он держал в руке бутылку пива и смотрел прямо на меня.
Когда наши взгляды встретились, его лицо осветилось улыбкой.
— Белла, — сказал он, чуть наклоняя голову. — Ты здесь.
— Я здесь, — сказала я, чувствуя, как что-то тёплое разливается в груди.
Он подошёл ближе. Он был немного пьян — я видела это по его расслабленной позе и чуть заплетающемуся взгляду, но он держался уверенно.
— Хочешь уйти отсюда? — спросил он. — Наверх. Там тихо.
Я помедлила. Мне нужно было найти девочек. Но они были заняты, веселились, танцевали. Они не заметят меня в ближайшие полчаса.
— Хорошо, — сказала я.
Он взял меня за руку и повёл по коридору. Мы нашли свободную спальню — тихую, с приглушённым светом и большой кроватью. Родрик закрыл дверь, и музыка стала почти неслышной.
Я сразу упала на кровать, чувствуя, как усталость и алкоголь берут своё. Я откинулась на подушки и посмотрела на него.
— Я слушаю тебя, — сказала я, прикрывая глаза.
Он усмехнулся и сел рядом на край кровати.
— Ты такая смешная, когда пьяная, — сказал он.
— Я не пьяная, — пробормотала я. — Я просто устала.
— И пьяная, — улыбнулся он.
Я хотела возразить, но он вдруг полез в карман джинсов и достал маленькую бархатную коробочку. Тёмно-синюю, с серебряной лентой.
Я приподнялась на локтях и уставилась на неё.
— Это что? — спросила я настороженно.
— Это тебе, — сказал он. — С Новым годом.
Он протянул коробочку мне. Я медленно взяла её, открыла — и внутри на тёмном бархате лежали серебряные серёжки. Маленькие аккуратные капли, с бледно-голубыми камнями. Как та цепочка, которую он подарил мне на Хэллоуин.
Я посмотрела на них, потом на него.
— Родрик, зачем ты тратишь на меня деньги? — спросила я, и в голосе послышалось раздражение. — Ты не должен был. Это дорого.
— Не дороже, чем ты заслуживаешь, — сказал он спокойно.
— Я серьёзно, — сказала я, садясь. — Я не могу принимать такие подарки. Мы даже не...
— Не друзья? — закончил он за меня. — Я знаю. Ты всегда так говоришь.
Я сжала коробочку в руках.
— Я тоже купила тебе подарок, — сказала я тихо. — Но я оставила его дома. Я не знала, что ты будешь здесь.
Он улыбнулся.
— Неважно. Главное, что ты подумала обо мне.
Я опустила глаза, чувствуя, как внутри поднимается странное тепло.
— Надень их, — сказал он.
— Что?
— Серёжки. Надень их. Пожалуйста.
Я посмотрела на него. Он смотрел на меня с той же мягкой улыбкой, которая когда-то меня раздражала. А теперь... теперь я не знала, что я чувствую.
Я сняла свои обычные серебряные камушки и надела новые. Серёжки были лёгкими, прохладными.
— Ну как? — спросила я.
— Идеально, — сказал он.
Мы смотрели друг на друга. Тишина повисла между нами.
— Спасибо, — сказала я тихо.
— Не за что, — сказал он.
Я легла обратно на кровать и посмотрела в потолок. Он тоже лёг рядом, но не касался меня. Мы просто лежали и смотрели вверх.
— Как твой вечер? — спросила я.
— Лучше, чем я думал, — сказал он. — Потому что ты здесь.
Я не ответила.
Но я улыбнулась.
И мне не хотелось, чтобы этот вечер заканчивался.
—
Мы лежали на кровати в тишине, слушая приглушённую музыку из-за двери. Я смотрела в потолок и чувствовала, как алкоголь мягко разливается по телу, делая мысли вязкими и тёплыми. Серёжки слегка покачивались, когда я поворачивала голову, и я чувствовала их вес — лёгкий, но ощутимый.
Родрик лежал рядом, не касаясь меня, но я чувствовала его присутствие. Его дыхание. Тепло, исходящее от его тела.
— Знаешь, — сказал он тихо. — Я не думал, что мы когда-нибудь окажемся здесь. Что ты перестанешь меня ненавидеть.
— Я тебя не ненавидела, — сказала я. — Ты просто раздражал меня.
— Это одно и то же, — усмехнулся он.
Я повернула голову и посмотрела на него. Он смотрел на меня.
— Ты перестал раздражать меня, — сказала я. — Теперь ты просто есть.
— И это хорошо? — спросил он.
— Не знаю, — честно сказала я. — Но это не плохо.
Он улыбнулся.
В этот момент дверь распахнулась, и в комнату ввалилась парочка. Они были так увлечены друг другом, что даже не заметили нас — парень прижимал девушку к стене, они страстно целовались, и их руки уже шарили по одежде.
Я и Родрик переглянулись.
— Нам лучше уйти, — сказала я шёпотом.
— Согласен, — ответил он, тихо смеясь.
Мы встали с кровати и выскользнули из комнаты, оставляя парочку наедине. Я закрыла за собой дверь, и мы вышли в коридор.
Внизу вечеринка продолжала греметь. Музыка стала ещё громче, люди танцевали на каждом свободном месте. Я спустилась по лестнице и нашла девочек. Они сидели в углу гостиной, что-то обсуждали и смеялись.
— Белла! Ты где была? — спросила Эмма.
— Дышала воздухом, — сказала я, садясь рядом.
— Ага, — подмигнула Райли, которая уже успела немного протрезветь. — Я видела, с кем ты дышала воздухом.
— Не начинай, — сказала я, но улыбнулась.
Мы продолжили веселиться. Я танцевала, пила воду, чтобы немного прийти в себя, болтала с девочками. В какой-то момент я даже позволила Райли надеть на меня блестящую гирлянду, и мы фотографировались, смеясь почти до слёз.
Но усталость брала своё. Где-то в половине третьего ночи я почувствовала, что больше не могу. Глаза слипались, голова гудела, и даже музыка казалась слишком громкой.
— Я еду домой, — сказала я девочкам.
— Уже? — расстроилась Кайла. — Мы только разогнались!
— Я очень устала, — сказала я. — Простите. Хорошего вам вечера.
Райли уже спала где-то в доме — она вырубилась на диване в гостиной, и я не стала её будить. Я накинула куртку, взяла сумку и вышла на улицу.
Холодный ночной воздух ударил в лицо, прогоняя остатки сна. Я достала телефон и вызвала такси. В доме и во дворе Кайлы всё ещё шумели, музыка доносилась отовсюду, и я видела, как в окнах мелькают тени.
Я стояла на крыльце, глядя на заснеженную улицу, когда услышала шаги за спиной.
— Белла!
Я обернулась. Родрик бежал ко мне, на ходу застёгивая куртку.
— Ты уезжаешь? — спросил он.
— Да, — сказала я. — Я устала.
— Я с тобой, — сказал он.
— Тебе не нужно, — сказала я. — Ты тоже можешь остаться с друзьями.
— Я хочу с тобой, — сказал он просто.
Я не стала спорить.
Мы сели в такси и поехали молча. Я смотрела в окно на ночной город — огни, снег, пустые улицы. Родрик сидел рядом, и я чувствовала его присутствие. Это успокаивало.
Когда мы подъехали к моему дому, я увидела, что во всех окнах горит свет, и из дома доносится музыка и голоса.
Гости всё ещё были там.
Я тяжело вздохнула, глядя на ярко освещённые окна.
— Я не хочу туда заходить, — сказала я тихо.
— Я знаю, — сказал Родрик.
Я повернулась к нему.
— У тебя тоже гости?
— Да, — сказал он. — Родственники. Дофига. Они будут сидеть до утра.
Мы переглянулись.
— Может, пойдём ко мне в гараж? — предложил он. — Там тихо.
Я кивнула.
Мы прошли к его дому и зашли в гараж. Здесь было прохладно, но не холодно. Родрик включил тусклый свет, и я увидела знакомые инструменты, барабанную установку, старый диванчик в углу.
Я сняла куртку и села на диван, обхватив колени руками. Родрик сел рядом.
Я чувствовала, как алкоголь всё ещё мягко пульсирует в крови, делая мысли чуть более расслабленными, а слова — более лёгкими. Мы говорили о всякой ерунде — о школе, о музыке, о том, как странно встречать Новый год в гараже, когда вокруг вечеринки.
— Ты знаешь, — сказал Родрик, откидывая голову на спинку дивана. — Я никогда не думал, что буду сидеть в своём гараже в первый день нового года с тобой.
— А с кем ты думал? — спросила я, усмехаясь.
— Не знаю, — пожал он плечами. — Просто не с тобой. Ты всегда казалась мне недосягаемой.
— Я не недосягаемая, — сказала я. — Я просто занятая.
— Это одно и то же, — улыбнулся он.
Мы помолчали. Я смотрела на барабанную установку, на палочки, лежащие на полу, и чувствовала странное спокойствие.
— Слушай, — сказала я, поворачиваясь к нему. — Мы можем пойти ко мне. Я всё ещё должна подарить тебе подарок. Я оставила его в комнате.
Он удивлённо посмотрел на меня.
— Серьёзно? Ты хочешь, чтобы я пошёл к тебе?
— Ну да, — сказала я, чувствуя лёгкую неловкость. — Ты же подарил мне серёжки. Я тоже должна что-то подарить.
Он улыбнулся.
— Хорошо. Пошли.
Мы вышли из гаража и тихо прошли к моему дому. Внутри всё ещё гремела музыка, слышались голоса и смех. Гости, казалось, не собирались расходиться. Мы проскользнули в прихожую, никем не замеченные, и быстро поднялись по лестнице на второй этаж.
Моя комната была тёплой и тихой. Гирлянды на окне мягко мерцали, отражаясь в стекле. На столе лежали книги, тетради, папки с документами, блокноты. В лежали мои плакаты. Это была моя территория, мой маленький мир.
Родрик остановился на пороге и медленно огляделся.
— Так вот какая у тебя комната, — сказал он тихо.
— А ты что ожидал? — спросила я, закрывая дверь.
— Не знаю, — сказал он, проходя внутрь. — Всё аккуратно. Тихо.
Я улыбнулась и подошла к шкафу. Я знала, что подарок лежит на верхней полке, завернутый в серебряную бумагу. Я достала его и протянула Родрику.
— Вот. С Новым годом.
Он взял коробку, посмотрел на неё, потом на меня.
— Ты не должна была, — сказал он.
— Ты тоже не должен был, — ответила я. — Но ты подарил мне серёжки. Так что открывай.
Он развернул бумагу, открыл коробку и замер.
Внутри лежал диск с его любимой группой. Тот самый альбом, о котором он говорил мне несколько недель назад. Он тогда сказал, что у него нет этого диска, потому что он вышел ограниченным тиражом и его почти невозможно найти.
— Белла, — сказал он тихо. — Где ты это взяла?
— Искала в интернете, — пожала я плечами. — Долго искала. Нашла на одном сайте в Европе. Заказала, ждала почти месяц.
Он смотрел на диск, потом на меня.
— Это самый крутой подарок, который я получал, — сказал он.
— Не преувеличивай, — сказала я, отворачиваясь.
— Я серьёзно, — сказал он. — Никто никогда не делал для меня такого.
Я не знала, что сказать. Мне стало неловко от его искренности.
— Ладно, — сказала я, садясь на кровать. — Рада, что тебе понравилось.
Он сел рядом, держа диск в руках, и посмотрел на меня.
— Спасибо, Белла.
— Не за что, — сказала я тихо.
Мы сидели в тишине, и я чувствовала, как что-то меняется между нами. Что-то новое, тёплое и немного пугающее.
Я не знала, что это значит.
Но я не хотела, чтобы этот вечер заканчивался.