Симметрия

Адель ведёт меня на кухню и не отпускает моё запястье.

Её пальцы — горячие, чуть шершавые — обхватывают тонкую кость так, будто боятся, что я растворюсь по дороге. Я иду за ней, как за магнитом. В голове шум, пульс в ушах, а по телу мурашки от кончиков пальцев до самого позвоночника.

На кухне полутемно. Тусклая лампа под потолком, грязные стаканы на столе, открытая бутылка водки, сок, кола. Адель отпускает мою руку только чтобы достать из шкафа два чистых стакана.

— Садись — кивает она на табуретку.

Я сажусь. Она становится напротив, опирается бедром о столешницу, и смотрит. На меня. Только на меня. Даже когда смешивает напитки — плескает водку, доливает колу, кидает лёд — её разноцветные глаза возвращаются к моему лицу. Каждые две секунды. Как будто она проверяет — я ещё здесь? Не сбежала? Не растворилась?

— На, пей — она ставит передо мной стакан. — Медленно. Ты сегодня не ела.

— Откуда ты знаешь? — спрашиваю я.

— Ты всегда не ешь, когда нервничаешь. Я вижу.

Я беру стакан. Пальцы чуть дрожат. Делаю глоток. Водка обжигает горло, и это приятно. Расслабляет.

Адель берёт свой стакан и садится рядом. Не напротив, а рядом. На соседнюю табуретку, так близко, что наши колени почти касаются.

— Страшно? — спрашивает она, глядя в свой коктейль.

— Немного — признаюсь я.

— Это нормально — она пожимает плечом. — Первый раз всегда страшно.

— Первый раз — что?

Она поднимает на меня глаза. В них — искра. Опасная, весёлая.

— Всё

Я допиваю коктейль быстрее, чем планировала. Внутри разливается тепло. Страх отступает, остаётся только азарт — пьяный, колючий, как ёрш.

— Ещё? — спрашивает Адель.

— Наливай.

Она улыбается — уголком губ, той своей загадочной улыбкой — и смешивает новый.

———

В зале музыка меняется на что-то ритмичное, с глубоким басом. Вика уже на втором стакане вина — красные пятна на щеках, глаза блестят. Она громко смеётся над чем-то, что сказала Кира, и через пять минут я замечаю, что она сидит на полу, прислонившись к дивану, и счастливо лыбится в потолок.

— Вика готова — замечает Адель. — Первая.

— Она быстро — киваю я.

— А ты медленно. Но упорно.

Я смотрю на свой третий коктейль. Или четвёртый? Я сбилась со счёта. В голове — приятный туман. Тело становится лёгким, почти невесомым. Исчезает напряжение в плечах, исчезает ком в горле.

— Эй — Адель касается моего подбородка двумя пальцами и поворачивает моё лицо к себе. — Ты пьянеешь.

— Немного — улыбаюсь я. — Но я в порядке.

— Знаю — она убирает руку, но не далеко. Её пальцы опускаются на стол рядом с моими. Впритык.

В зале начинается что-то дикое. Вилка вытаскивает Вику на танцы. Вика еле стоит на ногах, но машет руками так, будто от этого зависит её жизнь. Кира хохочет, Крис стучит по столу в такт. Адель не смотрит туда.

Она смотрит только на меня.

Серьёзно. Я проверяла. Кто-то входит на кухню за льдом — Адель даже не моргает. Вилка кричит из зала: «Ленок, иди к нам!» — Адель качает головой, не отводя взгляда от моего лица.

— Она не пойдёт — бросает она в сторону двери.

— Почему? — кричит Вилка.

— Потому что мы заняты.

Вилка выглядывает из-за косяка, смотрит на нас — на Адель, которая сидит ко мне вплотную, на её пальцы в двух сантиметрах от моих — и понимающе усмехается.

— А-а-а, ну тогда ладно — и исчезает.

Я краснею. Но внутри не стыд. Трепет. Какой-то дикий, первобытный трепет, от которого хочется смеяться и плакать одновременно.

— Она всё поняла — шепчу я.

— Пусть — Адель пожимает плечом. — Мне насрать.

Она протягивает руку и поправляет прядь волос, упавшую мне на лицо. Очень медленно. Её пальцы скользят по моей щеке, убирают волосы за ухо, задерживаются на мочке на секунду дольше, чем нужно.

У меня перехватывает дыхание.

— У тебя волосы мягкие — замечает она как будто между делом. — Не то что у меня солома.

— У теся нормальные — выдавливаю я. Язык слегка заплетается, но я стараюсь.

Адель смеётся. Не насмешливо — по-настоящему. Громко, откидывая голову назад. Я вижу её шею, и у меня кружится голова.

— Ты смешная, Лена — говорит она, перестав смеяться. — Я не думала, что ты такая смешная.

— А какая ты думала?

— Не знаю. Молчаливая. Грустная. — Она смотрит на меня серьёзно. — Но ты... другая. Когда улыбаешься.

Я не знаю, что ответить. Моё сердце колотится так, что, наверное, это слышно на всю квартиру. Я делаю ещё глоток — уже почти пустой стакан.

— Ты пьёшь слишком быстро — замечает Адель.

— А ты слишком много на меня смотришь — вырывается у меня. И я тут же жалею. Слишком смело. Слишком открыто.

Но Адель не злится. Она наклоняет голову, рассматривает меня, как загадку, и на её губах появляется медленная, тёплая улыбка.

— Привыкай — говорит она. — Я буду смотреть.

По моему телу пробегает волна жара. От макушки до пят. Я допиваю коктейль и ставлю стакан на стол с глухим стуком.

— Всё, хватит — решаю я. — А то я скажу ещё что-нибудь, о чём потом пожалею.

— Скажи — Адель подаётся вперёд. — Я хочу услышать.

Мы сидим так близко, что я чувствую её дыхание на своей щеке. Горькое, с нотками кофе. Её разноцветные глаза смотрят на меня без моргания. В них — целая вселенная. И я, кажется, начинаю в неё падать.

— Адель — шепчу я.

— М?

— Я...

Но я не успеваю договорить. Потому что в этот момент из зала раздаётся грохот — Вика опрокинула столик с закусками. Кто-то орёт, кто-то смеётся. Музыка не смолкает.

Адель отстраняется на долю секунды, не больше. Её взгляд метнулся к двери, потом снова ко мне.

— Уёбище — бросает она в сторону зала без злости. Потом снова смотрит на меня. — Пошли, поможем убраться. А потом... потом мы ещё поговорим.

Она встаёт и протягивает мне руку. Я беру её. Ладонь в ладонь. Горячо.

Мы идём в зал, сквозь дым, музыку, чужой смех. Вика сидит на полу среди рассыпанных чипсов и пытается собрать их обратно в тарелку. Вилка танцует с Кирой, вытворяя что-то невообразимое. Крис наблюдает с дивана с одобрительной усмешкой.

Адель не отпускает мою руку. Даже когда наклоняется, чтобы поднять упавшую бутылку. Даже когда Кира что-то кричит ей про «сладкую парочку». Она только усмехается в ответ и сжимает мои пальцы чуть сильнее.

Я пьяна. Но не от алкоголя. От неё. От её голоса, от её рук, от того, как она смотрит на меня — так, будто я единственный человек в этой комнате.

Буря внутри меня не утихает. Она только начинается.

И я, чёрт возьми, хочу, чтобы она никогда не заканчивалась.

—————————————————————————

Ой,ой,ой друзи...че то намечается походу ;))
Всех обнимаю!! Не забывайте про звездочки, да комментики!!!