Цугцванг

С Саймоном мне невероятно легко. И это не из разряда «мы родственные души, которых вселенная свела вместе». Просто перед ним мне не нужно было притворяться.
Перед новыми одноклассниками я робела, боясь испортить впечатление о себе. Я из кожи вон лезла чтобы с ними подружиться. Даже скачала игрушку, в которую без остановки рубится Миранда, и по вечерам отправляла ей ресурсы для строительства фермы. Возможно, это стала моим пропуском в групповой чат.
Перед родителями я играла послушную и образцовую дочь. Раскладывала перед ними безупречные работы, как гадалка карты, предсказывающая будущее. Дома занималась исключительно учебой. Ну, так они думали. А я просто сняла суперобложку с учебника по истории и натягивала её на каждый роман, что уносила из бабушкиной библиотеки.
Саймон же был моей отдушиной. Своеобразной подушкой для битья. Зачем строить из себя хорошую девочку перед человеком, который уже тебя ненавидит? И это было взаимно. Да и иногда приятно переброситься парочкой язвительных комментариев и завуалированных оскорблений, зная, что тебе ничего за это не будет. Хотя всегда был риск остаться с уязвленной гордостью, если не придумаешь достойный ответ.
Он был словно моим зеркальным отражением. Только я была посимпатичнее. Если я показывала средний палец, то он...
- Офигела? - мне по лбу прилетел увесистый щелбан.
- Ой! - вскрикнула я и схватилась за место ушиба.
Чёрт. Так задумалась, что и правда показала ему средний палец. Саймон постучал костяшкой по ошибке в задачке и, прижав поднос к боку, направился обратно к барной стойке.
Мне нравилось заниматься в пабе его семьи больше, чем в школе. Не удивительно, что он был лучшим в городе. Хотя...Единственный не может быть не лучшим.
На тёмно-зеленых стенах висели памятные фотографии: вот рыбаки с пинтами пива в обнимку на празднования Дня Города, вот команда «Великаны Будвика» с синяками и разбитыми носами, но с блеском в глазах после выхода в полуфинал, а здесь мэр втянул живот чтобы застегнуть пиджак хотя бы на одну пуговицу во время торжественного открытия причала после капитального ремонта. Столы из тёмного дуба, отполированные до зеркального блеска, отражали потрескавшиеся абажуры ламп. Над барной стойкой - чучело лося. В честь него паб и назвали «Лосиный Мыс».
Я решила сделать перерыв, пока Саймон ушёл на кухню. Встала и вытянула руки над собой, разминая затекшие мышцы. У противоположной стены стоял проигрыватель пластинок - такой же древний, как всё здесь. Я провела пальцем по пыльной крышке, оставляя зигзаги. Под стеклом пластинка ABBA - Waterloo.
- Если хочешь послушать музыку, то мне придется тебя разочаровать, - Олсен старший убирал салфетки и прочий мусор со столика неподалеку. - Он не работает.
- Да нет Я хотела заказать молочный коктейль из черники, - я полезла в карман джинс и достала пару смятых купюр, но Эрик остановил меня, положив руку поверх моей.
- Не надо. Тебе и так не сладко, - он сочувствующе похлопал меня по плечу, а затем, гогоча, поспешил за моим заказом.
Старший брат Саймона был настоящим непоседой. Именно из-за него мистер Олсен попросил обращаться к нему за пределами школы по имени. Иначе Эрик начинал без остановки порождать одну шутку за другой.
Если честно я задумывалась не приемный ли Саймон? Вся его семья была задорной и шумной, а он каким-то тухлым и молчаливым. Хотя родство выдавали пшеничные завитушки на висках и веснушки по всему телу. Они покрывали даже его тонкие, почти аристократические пальцы.
- Уже закончила? - Саймон вынес для компании молодых дам сырную нарезку с орешками и медом.
Он даже не выслушал их благодарности и сразу же направился ко мне. Уверена, если бы он был хотя чуточку улыбчивее, то получал бы больше чаевых.
- Нет, я... - меня прервало уведомление. В чате Миранда предложила всем встретиться на пляже. - Слушай, мне нужно идти. Срочное дело.
- Какое ещё срочное дело? - недоверчиво цокнул мужчина. - Если ты и дальше...
- Саймон! Там алкоголь привезли! - крикнул Эрик из кухни.
Саймон захрустел пальцами. Его взгляд метался от меня к мурлыкающем грузовику за окном.
- Ладно. Иди. Но всё, что не успела сделать сегодня, доделай дома. Завтра проверю.
Я закивала как китайский болванчик на приборной панели и, подхватив сумку, поскакала навстречу увлекательным приключениям. Хотя всё что угодно было интереснее, чем времяпровождением с этим ворчуном.
Нордический casual оказался идеальным выбором - широкие шерстяные брюки не сковывали движений, а длинный кардиган с геометрическим узором скрывал нервную дрожь в руках. Только угги на размер больше выдавали мою спешку.
На побережье ближе к скалам валялись выброшенные рыбацкие сети, покрытые склизкими водорослями. В них копошились детишки в поисках настоящих сокровищ - разноцветных стеклышек необычных форм. Рыбаки неспеша возвращались из моря. Их лодки, размером со спичечные коробки, скользили по водной поверхности словно на перегонки.
Ребята устроились между чёрными валунами с разводами от морской соли. Поводом для гулянки стал уход Миранды из кружка по химии. Ей наконец-то удалось убедить родителей, что места в медицинском колледже ей не видать, и теперь она с энтузиазмом избавлялась от толстеньких тетрадок с конспектами.
- Гори-гори ясно, чтобы не погасло! - она с хрустом вырывала страницу за страницей.
Я наблюдала за этим перформансом как завороженная. Языки пламени облизывали бумагу, пробуя на вкус химические соединения, после чего жадно их проглатывали. Последняя страничка свернулась в костре в чёрную улитку, оставив в воздухе горьковатый запах пепла.
- Будешь? - ко мне на валун подсел парень с бутылкой пива.
Он стянул с головы оранжевую кашемировую шапку. Такие носили работники местного рыбного завода. У моего папы была такая же. Его волосы были сострижены под ёжик. Лицо молодое, но на школьника он не был похож совсем.
- Нет, спасибо, - с вежливой улыбкой ответила я, спрятав руки в карманы кардигана. - Я не пью.
- Чего так? - он сделал глоток пива и скривился, причмокивая. - Хотя ты не многое теряешь. Редкостное дешёвое пойло.
Я непроизвольно хихикнула. Парнишка, заметив, что я начала понемногу расслабляться, улыбнулся. В его голубых глазах плясал огонёк от костра.
- Каспер.
- Энни.
Он протянул руку, как я думала, для рукопожатия, но он внезапно развернул мою ладонь и прижался обветренными губами к костяшкам. По всему телу словно пробежал электрический ток. Нежной кожей я почувствовала на его подбородке грубую щетину.
- Эй! Эй! - свистнул Тайлер, обнимающий свою девушку за плечи. - Брысь! Астрид увидит вас вместе и все волосы бедняжке вырвет!
Меня бросило в холодный пот. Я и так провинилась перед Астрид, приписав ей роман с её родным дядькой. Не хватало заработать репутацию разлучницы. Я отдёрнула руку как от огня и Каспер надулся. Он отсел на самый край, сделав ещё глоток алкоголя. Права была бабуля. Не разочаруешься если не очаруешься.
После показательного сожжения все приступили к попойке. Я оказалась права - Каспер был двадцатилетним автослесарем и поставщиком алкоголя для несовершеннолетних. Краем глаза я наблюдала за его взаимоотношениями с Астрид. Роковая ведьма весь вечер демонстративно игнорировала спутника лишь изредка обращаясь за новой бутылкой.
Я сидела на валуне, поджав колени к груди, и улыбалась. Кто-то рассказывал про летний фестиваль, кто-то защищал школьного учителя, которого все ненавидели. Я открывала рот, чтобы сострить, но слова застревали в горле. К тому моменту, как я подбирала фразу разговор уже уходил в другое русло. Эх, знали бы они насколько я смешная на родном языке!
- Можем сыграем в «Правда или Действие»? - предложила Миранда, когда оторвалась от губ Тайлера. Никто не успел даже возразить, как она развернулась ко мне. - Правда или действие?
- П-правда? - выдавила я, хотя на самом деле не хотела играть совсем. Но отказывать было как-то невежливо. Да и нужно было как-то влиться в компанию, чтобы...
- Ты когда-нибудь симулировала оргазм?
Кажется, у меня начались слуховые галлюцинации. Я нервно хихикнула:
- Чего?
-Ты когда-нибудь симулировала оргазм? Не стесняйся. Я же тоже девочка и прекрасно понимаю, какими неопытными и неловкими могут быть парни. К счастью сейчас мне очень повезло, - она положила подбородок на плечо Тайлера и они влюбленно заворковали, обмениваясь комплиментами.
Не веря своим ушам, я обвела взглядом собравшихся. Никто ни на каплю не выглядел смутившимся. Наоборот, они уставились на меня как на первый цветной телевизор в ожидании всех подробностей. У меня засосало под ложечкой. Я чувствовала, как кровь приливает к щекам и отливает обратно.
Если скажу, что никогда не спала с мужчиной, то меня поднимут на смех. Если совру, то могут потребовать рассказ со всеми деталями. Пальцы похолодели даже в карманах, и я сжала их в кулаки.
- А мне одна птичка нащебетала, что Маркус недавно стал настоящим мужчиной, - вклинилась Астрид, чокнувшись горлышками с девочкой в леопардовых лосинах.
Парни обступили Маркуса, пытаясь разузнать всё - Кто? Когда? В какой позе? Внутри поднялась тошнота. Гадость. Может, я и правда старомодная. Но слушать, как обсуждают фигуру и постельные навыки девушки, который здесь нет, было выше моих сил.
Ноги затекли от долго сиденья, и я поднялась. Мелкая галька впивалась в кожу через тонкую подошву угги, когда я подошла к Миранле:
- Мне уже пора домой.
- Уже? Сейчас же только десять вечера!
- Да, мне надо с собакой погулять, - я нервно захрустела пальцами. Тьфу, заразилась от мистера Олсена.
- Блин, жалко. Ты же только пришла.
- Мне тоже жаль, - затем я тихо предложила. - Я видела вчера открылся каток. Может сходим завтра на вечерний сеанс после занятий?
Каток казался идеальным местом для сближения. На льду все равны - и те, кто блистает во внимании, и те, кому приходится отсиживаться в стороне. И я смогу подмазаться, оплатив билеты для всех.
- Каток уже открыли? - Миранда постучала пальчиком по подбородку. - Завтра не получится. Мне надо будет с сестренкой посидеть. У родителей годовщина и они поедут на свидание. А у Тайлера тренировка.
- Может тогда на выходных? - с надеждой поинтересовалась я.
- Да, на выходных можно. Я напишу тебе, когда освобожусь, - Миранда стиснула меня в крепких объятиях и я испытала облегчение.
Когда я уходила, то встретилась взглядами с Астрид. Уголки её губ были приподняты, но улыбка не доходила до глаз.
В пятницу я проверяла телефон каждые пять минут. В субботу - каждый час. В воскресенье я оставила его на прикроватной тумбочке экраном вниз, не в состоянии столкнуться с пустотой. Я не решилась написать первая - не хотела навязываться. А в понедельник утром я листала фотографии на странички Миранды с катка с милой подпись. «Учусь фигурному катанию с лучшими тренерами!». И смайлик сердечка. На последней фотографии были все. Даже этот проклятый Маркус.
К горлу подступил ком и на глазах навернулись слезы. Я не плакала из-за предательства подружек со временем песочницы. Но что я сделала не так? Судя по счастливым лицам на фотографии, идея с катком им очень понравилась.
- Зайка, что с тобой? - поинтересовалась мама, нанося кисточкой холодную маску из яичного желтка. Я поерзала на диване, обнимая подушку, и она пригрозила пальцем. - Не двигайся. Вдруг в глаз попаду.
- Прости, - я приподняла подбородок выше, подставляя правую щеку. - Просто я пригласила ребят вместе покататься на коньках, а они пошли без меня. Вот я и расстроилась.
- Дай им время, зайка. Ты же только переехала сюда. И ты всегда была у меня такой закрытой девочкой! Может ты недостаточно старалась? Попробуй сделать шаг навстречу, - она вытерла стекающий желток с уха. - Так, не забудь смыть через десять минут.
«Попробуй сделать шаг навстречу». Я уставилась в потолок, задрав в голову, чтобы чудо домашней косметологии не затекло за шиворот. Я примчалась к костру по первому зову. Я пригласила на каток. Я ждала. Неужели я сделала недостаточно большой шаг? И сколько мне предстоит ещё так вышагивать?
- Земля вызывает Андерсон! - перед глазами щелкали пальцы. - Что с тобой сегодня?
- Шагаю.
- Чего? - Саймон наклонился над столом, заглядывая мне в глаза.
- Ничего, - я подперла рукой щеку, подчеркивая всё подряд карандашом в учебнике. Настроение и так было ниже плинтуса, только его нравоучений мне не хватало. - Ты, вроде, заказ кому-то нёс? Вот и иди куда шёл!
- Ого, - мужчина снял фартук и бросил на спинку дивана. Он протиснулся на место напротив и сложил руки в замок. - Рассказывай, что случилось.
- Ничего не случилось.
Саймон даже бровью не повел. Замер, как истукан, уставившись на меня. Не двинулся даже когда его позвали готовые сделать заказ посетители. Бесит!
- Не разбрасывайся моей щедростью, - он взял край учебника, лишая меня возможности узнать, чем закончилась Холодная война. - Я считаю до трех и даю возможность рассказать самостоятельно. Потом я перехожу к тяжелой артиллерии.
- Какое тебе дело? - грифель карандаша хрустнул в руках.
- Раз, - Саймон взял учебник в обе руки.
- По нашему договору унижения и манипуляция запрещены!
- Про рукоприкладство ни слова. Два, - он занес орудие массового поражения с предвкушающей улыбкой.
- Хорошо! Хорошо! - сдалась я, вскинув руки. - Только обещай не смеяться.
- Не обещаю.
- Никто не захотел пойти со мной на каток.
Нужно было заставить поклясться не закатывать глаза до белков. Разочарование перекосило его лицо.
- Тьфу, я думал что-то серьезное.
Разочарование перескочило с кудряшек на мой каскад. Норвегии стоит на законодательном уровне запретить Саймону Олсену становится психологом.
Кто-то из посетителей зашел за барную стойку и начал шариться в шкафчиках. Я вопросительно взглянула на Саймона, но он лишь отмахнулся, проверяя уведомления на телефоне. Моряк достал из припрятанного ящика бутылку виски и поднял над головой, как трофей. Рыбаки радостно засвистели и загудели, выгребая наличку из карманов. Мужчина с бутылкой пересчитал их, открыл кассу и сунул туда, добавив в качестве комплимента пару монеток.
- Это у вас нормально? - я ткнула ластиком в сторону толпы.
- А? - он обернулся и пожал плечами. - Всем плевать. И на скудный доход паба, и на тебя.
Я так выпучила глаза, что роговица пересохла.
- Че-е-е-его? - я почувствовала, как на затылке встают дыбом волосы, как у готовой броситься в бой кошки. Желание выцарапать ему глаза как дикое животное боролось с сотней лет человеческой эволюцией.
- Того. Андерсон, ты правда думаешь, что кому-то есть дело до того, что ты покатаешься на коньках одна? Или тебя нужно как пятилетнюю девочку привести за ручку и шнурки завязать? - он поманил меня пальцем и таинственно зашептал, словно делился мировым секретом. - Можно так всю жизнь просидеть на жопе ровно, останавливаясь перед каждой преградой. Но, когда в старости медсестра будет менять под тобой утку, жалеть уже будет поздно. Не позволяй мнению других отнимать у тебя момент славы. Или позора. Всё-таки позориться у тебя получается значительно лучше.
Наряжая меня на детский праздник в платье принцессы, мама напоминала быть приветливой и принимать активное участие в играх. Перед переходом в среднюю школу папа подарил книгу «7 золотых правил нетворкинга для интровертов». Все в один голос заявляли «Признание и популярность - ключ к счастью». А Саймон своим красноречием только что показал, что дверь не закрыта.
После захода солнца ноги принесли меня к просторному ангару. Только что умолк рев ледового комбайна, и в центре арены, как зеркало, блестела свежезалитая овальная поверхность. На входе подростки церемонно потягивали что-то из картонных коробок с яблочным принтом, но я-то знаю: там вино из семейной заначки вместо сока. Даже в Техасе так делают.
Недавно закончился хоккейный матч у детишек. Гости, приехавшие в Будвик, неловко мялись около высоких бортов, бросая шокированные взгляды на трибуны, где местные отрывались по полной. Высокие и низкие, бородатые и гладковыбритые, мужчины и женщины - все не жалея сил поздравляли Великанов Будвика с победой. В воздух взлетали шапки, плакаты и остатки закусок. Неудивительно, что к тому времени, как я добралась до раздевалки, капюшон куртки наполнился соленым попкорном вперемешку с солеными огурчиками из хот-дога и картофельными чипсами. Уверена, протяни я руки лодочкой и с неба бы накапало бы пива на добрых три глотка.
На льду я чувствовала себя только что появившимся на свет жирафом. Ноги не слушались и разъезжались в разные стороны. После нескольких падений коленки на джинсах покрылись ледовой стружкой. На третьем круге я даже почти села в шпагат, но меня вовремя подхватили крепкие руки:
- Давай-ка я тебе помогу.
Я задрала голову и шмыгнула носом.
- Эрик. Слава богу, я думала, что сейчас сломаю ногу, - прогнусавила я.
- Мне тоже так показалось издалека, - он придерживал меня за плечи, пока я не приняла более устойчивое положение. - Почему ты так легко одета? В следующий раз выбери наряд потеплее.
Мужчина обмотал вокруг моего раскрасневшегося от холода лица сувенирный шарф. Я почесала щеку - шерсть кололась. По возвращению домой мне понадобится ванна из жирного крема.
- Спасибо, - я старалась ехать, но пока что у меня получались только маленькие шажочки. - Прости, я за жизнь каталась всего пару раз.
- Ничего страшного. Саймон вообще кататься не умеет.
Я почти потеряла равновесие и чуть не сделала сальто назад. Мистер Совершенство не умеет кататься на коньках?! Эрик развернулся и уверенно ехал спиной вперед.
- Давай лапы. Мигом научу.
Олсен старший оказался более лояльным учителем, чем Олсен младший. Он позволял ошибаться. Позволял падать, но каждый раз протягивал руку, чтобы помочь подняться. И не соврал. Пятый круг я проехала не спеша, но самостоятельно. На седьмой даже попробовала сделать фонарики. Правда быстрый успех вскружил мне голову. Я возомнила себя звездой фигурного катания и, не справившись с управлением, на всей скорости влетела в бортик.
- Энни! Энни, ты в порядке?
Меня словно ударили лопатой по голове. На мутном льде расцвело несколько алых пятен. Губы пульсировали, словно кто-то инородный пытался пробиться через кожу. Я провела тыльной стороной ладони под носом, размазывая кровь.
- Иди сюда, малышка, - Эрик просунул руку под моими коленями, прижимая к груди. - Господи, сколько крови.
Моя рука безвольно болталась на его плече, пока он нёс меня в машину. Но вместо боли я чувствовала головокружительную эйфорию. Или так работает сотрясение мозга?
За катком был припаркован пикап марки Chevrolet или Ford - мне было тяжело разобрать. Краска давно выцвела, оставив лишь пятнистый оранжево-коричневый камуфляж. Эрик наклонился через меня и застегнул ремень безопасности. Достал из бардачка упаковку бумажных салфеток и сунул мне в руки до того, как я успела залить весь салон кровью.
- Ты как? Порядок? - одной рукой он вел машину, а второй придерживал мою голову, чтобы я не запрокидывала её назад. - Молоток! Мои бы мальчишки уже рыдали в три ручья.
- Куда мы едем? - я скрутила салфетку и вставила в левую ноздрю.
- Ко мне домой.
В темноте я не рассмотрела фасад дома Олсенов, но одна только их прихожая была уютнее всего дома Андерсонов. Стены были увешены вышивками крестиком в рамках - мама утка с желтыми утятами, кошечка в шляпе с широкими полями, плюшевый медвежонок с воздушными шарами. В гостиной Эрик усадил меня в кресло и, шоркая тапочками в форме кроликов, поспешил на кухню за аптечкой. Захлопали дверцы шкафчиков, загремели посуда и приборы.
- Саймон! Где аптечка?
- Чего? - подал голос мужчина со второго этажа.
- Аптечка где?!
- А?!
По лестнице, недовольно топая, спустился Саймон в одних лишь пижамных штанах. Мой взгляд невольно скользнул от крепкой груди ниже, пока v-образный рельеф не скрылся под черной резинкой боксеров. Мужчина уперся руками в дверной косяк, чуть качнувшись вперед и назад. Во рту пересохло, когда его мышцы на спине перекатывались под веснушчатой коже.
- Аптечка в нижнем ящике. Для мамы так удобнее, - объяснил он спокойным тоном. Спокойным! Он умеет спокойно разговаривать!
- Спасибо. Слушай, а как распознать сломан ли нос?
Саймон задумчиво промычал, облокотившись плечом на стену.
- Сильный отёк. Синяк под глазами или по бокам носа. Кровь. Ну, а вообще, форма носа должна измениться.
- Глянь-ка на нос. Я как-то не обратил внимание, - за затишьем последовал шлепок. - Да не лапай меня!
- А как я тогда посмотрю?!
- Не меня! Там, в гостиной.
Я в панике закрутилась как волчок. Если он увидит меня в таком состоянии, то убьёт. А точнее добьёт! Куда прятаться? За штору? Под диван? Может ещё не поздно выпрыгнуть в окно?
Саймон заглянул в гостиную через арку. Оказалось, что помимо штанов на нём ещё были громоздкие наушники с микрофоном, которые я не заметила, ослепленная эффектными рельефами.
- Блять, Эрик! Что ты с ней сделал?! - прорычал он и бросил геймерскую аппаратуру на диван. Мужчина опустился на одно колено и взял моё лицо в свои широкие ладони. - Ты в порядке?
На мгновение я забыла не только норвежский, но и английский. Его волосы забавно торчали в разные стороны, как воронье гнездо, и еле сдержалась, чтобы не пригладить их так, как он любит носить. В его взгляде промелькнуло то, что ему, как я думала, было неизвестно. Беспокойство. Его глаза внимательно сканировали моё лицо, аккуратно поворачивая голову.
- У неё случился страстный поцелуй с бортиком на катке, - Эрик поставил аптечку на журнальный столик, накрытый кружевной салфеткой, а затем мечтательно вздохнул. - Ах, подростковая любовь. Гормоны творят настоящие чудеса.
На шее Саймона вздулась венка и я очень хотела не быть причиной этого. Он встал и вскинул руку в воздух. Моя фантазия разыгралась не на шутку. Оплеуха, потом они покатятся кубарем по полу, один начнет душить другого. Эрик наверняка выиграет! Он хоть и ниже, но спортивнее и тяжелее. Я сжалась от ужаса - на дух не переношу насилие! Но вместо UFC щелкнула крышка аптечки, и я почувствовала, как растекаюсь по креслу от облегчения.
Мужчина копался к самому дну, выкладывая содержимое пластиковой коробочки - блестящие пластинки с таблетками, капли различного предназначения, бинты всех возможных видов, шприцы. Инстинкт самосохранения подавал сигнал тревоги. Даже моя покойная бабушка, которая бегала к врачу из-за каждого чиха, не обладала столь богатой коллекцией. А тут уже намечался наборчик серийного маньяка-расчленителя.
- Что ты ищешь? - поинтересовался Эрик, развалившийся на диване.
Саймон со злостью швырнул пакет с ватными шариками обратно в аптечку. Через пару минут он вернулся с замороженными креветками. Они уставились на меня через прозрачный пакетик глазами-бусинками, когда мужчина приложил компресс к разбитому носу.
- Фу, - я попыталась отстраниться, когда меня окутал рыбный запах.
- Терпи. Льда нет, - он придерживал меня за шею и его палец давил прямо на пульсирующую точку на артерии. - Как же тебя так угораздило, бестолочь?
- Я решила последовать твоему совету, - пакет приятно холодили кожу, которая начала покалывать. Я улыбнулась от мысли, что креветки пытаются меня развеселить, щекоча усиками.
- И опозориться?
- И покататься на коньках одна!
Я попыталась расправить плечи, приняв в боевую позу, но в шее стрельнула и я издала лишь жалобное «ой». Так уж и быть, мистер Олсен. Сегодня победа за вами.
Он усмехнулся, большим пальцем смахивая капельку воды от уже чуть подтаявших креветок. Я прижала подбородок к груди и рассмотрела его снизу вверх как следует, пока была возможность. В занятия в пабе его усталость только увеличилась в геометрической прогрессии, и он еле держал глаза открытыми, но не подавал виду.
- Тебе бы хорошенько выспаться, - прошептала я так тихо, что Эрик попытался незаметно придвинуться ближе, чтобы расслышать слова. - Выглядишь паршиво.
Я ожидала язвительный ответ. Саркастичный комментарий о моем разбитом носе. Но его рука дрогнула, и он опустил глаза, как пристыженный школьник. Я почувствовала укол вины и добавила ещё тише:
- Извини.
- Мальчики, потише! Люси уже спит, - жужжание маленького моторчика в коридоре становилось всё громче. - Ой, у нас гости?
В гостиную неспеша въезжает пожилая женщина на инвалидной коляске. Её седые волосы переливались в свете ламп, напоминая благородный жемчуг. Желтый цвет кардигана идеально сочетался с карими глазами и белой флисовой юбкой. Я изо всех сил старалась не пялиться и зарылась носом в пакет с креветками, чтобы скрыть парализующий шок.
Я видела её на семейных фотографиях в пабе. Молодую, энергичную. В обнимку с красавцем мужем, в горах на кэмпинге, в модном платье на танцах. На ногах