Тот, кого я должна ненавидеть

После школы Хэнк проводил меня до самого дома.

Боря действительно старался. И, наверное, именно поэтому мне было ещё неловче.

Я проводила с Хенкиным слишком много времени. Сначала гараж, потом прогулки, разговоры, теперь он почти каждый день был рядом.

Да, он хороший. Он всегда замечал, когда мне плохо, никогда не давил и не требовал объяснений. Но почему-то внутри меня всё равно было ощущение, что что-то не так.

Всё случилось слишком быстро.

Мы только недавно были просто друзьями. А теперь он постоянно находился рядом со мной, провожал домой, пытался отвлечь, покупал мне еду...

Я даже не знала, как на это реагировать.

— Ну всё, — Хэнк остановился возле подъезда. — Дальше сама?

Я посмотрела на него.

— Ага.

— Точно?

— Хэнк, я живу здесь, — усмехнулась я. — Думаю, дорогу домой как-нибудь найду.

— Мало ли. Вдруг потеряешься.

— Очень смешно.

Он улыбнулся.

— Тогда до завтра?

— До завтра.

Я уже собиралась зайти в подъезд, но услышала:

— Ань.

Я обернулась.

— Что?

Он несколько секунд просто смотрел на меня.

— Ничего. Просто... не грусти.

Я слабо улыбнулась.

— Постараюсь.

— Вот и хорошо.

Он махнул рукой и пошёл прочь.

Я ещё несколько секунд смотрела ему вслед, а потом тяжело выдохнула и вошла в подъезд.

По дороге наверх мысли снова начали лезть в голову.

Я ведь сама осудила Кислова за то, что он так быстро меняет людей.

А теперь что? Сама сразу после расставания постоянно гуляла и проводила время с Хенкиным.

От этой мысли стало неприятно.

Хотя... Нет. Нет, я не обязана себя за это винить. Я ведь не изменяла Ване. Я не бегала за Хенкиным, пока была с Кисловым.

В отличие от него.

И это было единственное, за что я могла хотя бы немного себя оправдать.

Но почему тогда мне всё равно было так мерзко от самой себя? Наверное, потому что я прекрасно понимала одну простую вещь.

Хенкин мне нравился, но просто как друг.

Мне было хорошо рядом с ним. Но это было совершенно не то. И, кажется, я сама начала бояться, что он может хотеть от меня чего-то большего.

А я не могла ему этого дать.

Потому что в моей голове всё ещё был один человек. И как бы сильно я ни старалась его оттуда выкинуть, он возвращался снова.

Открыв дверь квартиры, я сразу услышала голос бабушки:

— Анечка, привет! Ты пришла?

— Да, баб.

Я сняла обувь и прошла дальше. Бабушка выглянула из кухни.

— Будешь кушать? Я поставлю, погрею.

— Баб, спасибо, я не голодная.

Она нахмурилась.

— Ну чего ж ты так кушаешь мало?

— Всё нормально. Я просто не голодна.

— Ты весь день опять ничего не ела?

— Ела.

— Ань...

— Правда, баб.

Она внимательно посмотрела на меня, но спорить не стала.

— Ну хорошо. Только если проголодаешься — скажи.

— Хорошо.

— Чай хотя бы будешь?

Я уже почти дошла до комнаты.

— Потом, ладно?

— Ладно.

Я закрыла дверь и наконец осталась одна. Скинула рюкзак в угол, переоделась и села за стол.

В комнате было тихо.

Слишком тихо.

И именно в этой тишине мысли снова начали давить со всех сторон.

Я пыталась думать о чём угодно.

О школе.

О Хэнке.

О завтрашних уроках.

О том, что нужно сделать домашку.

Но всё равно возвращалась к одному и тому же.

К Ване.

Я раздражённо провела руками по лицу.

— Да сколько можно...

Мне хотелось хоть куда-нибудь деть всё, что накопилось внутри. Просто перестать держать это в себе.

Я потянулась к скетчбуку.

Открыла его.

Перелистнула одну страницу.

Вторую.

Третью.

Еще парочку..

И замерла.

Передо мной был тот самый разворот.

С Ваней.

Тот самый рисунок, который я нарисовала незадолго до того, как он пришёл ко мне.

Я помнила тот вечер слишком хорошо.

Как открыла окно и увидела его.

Как он едва стоял на ногах.

Как держался за больную руку.

Как пытался сделать вид, что всё нормально, хотя по нему было видно обратное.

А теперь смотрела на его изображение на бумаге и чувствовала, как внутри всё снова рушится.

В памяти начали всплывать моменты один за другим.

Все разы, когда я помогала ему.

Когда вытаскивала его из неприятностей.

Его взгляд.

Его голос.

Его привычка смотреть на меня так, будто хотел что-то сказать, но в последний момент передумывал.

Наши разговоры.

Ссоры.

Примирения.

Поцелуи.

Я вспомнила буквально всё. Даже какие-то мелочи, которые раньше казались совершенно незначительными.

И от этих воспоминаний стало только больнее. По щекам медленно потекли слёзы, капли падали прямо на бумагу. Я даже не попыталась отодвинуть скетчбук.

Мне было всё равно.

Пусть портится.

Пусть размокает бумага.

Пусть исчезает этот рисунок.

Хотя бы тогда вместе с ним исчезнет всё, что я чувствовала. Но он не исчезал.

Я всхлипнула и резко захлопнула скетчбук. Отодвинула его подальше и вытерла лицо рукавом.

— Всё.

Я глубоко вдохнула.

— Хватит.

Только я отвлекаюсь от мыслей о нём, как тут же появляется какая-нибудь вещь, напоминающая о нём.

Куртка.

Слова.

Место.

Рисунок.

Даже обычное сообщение..

18:49

Я сидела за столом и бездумно листала ленту во «ВКонтакте». Посты мелькали перед глазами, но я практически ничего не читала.

Телефон вдруг коротко завибрировал. Я машинально посмотрела на сообщение.

Борис Хенкин. 18:49
— Ань, можешь в окно выглянуть?

Сердце тут же неприятно кольнуло. Настолько знакомая фраза.. На секунду перед глазами будто снова возник тот вечер.

«Выгляни в окно».

Я вспомнила Ваню и сразу зажмурилась.

— Нет. Не начинай.

Я положила телефон на стол, но через несколько секунд всё-таки встала.

Подошла к окну и открыла его, сразу заметив Хэнка. Он стоял внизу.

С цветами?

Я удивлённо моргнула.

— Хэнк, ты чего тут делаешь?

Он поднял голову и улыбнулся.

— Да так. Порадовать тебя захотел.

— Цветами?

— Ага.

— Не стоило.

— Стоило, Ань.

Я посмотрела на букет. Потом снова на него.

— Спасибо.

Я выдавила слабую улыбку. Но Хенк в ответ буквально засиял. Он подошёл ближе и протянул мне букет.

— Держи.

— Хэнк, на самом деле правда не стоило.

— Ань, я уже их принёс, так что хватит.

Я тихо усмехнулась.

— Ладно.

Я взяла цветы.

— Красивые.

— Нравятся?

— Мгм.

— Тогда всё, я не зря пришёл.

Он улыбнулся так искренне, что мне стало немного неловко.

Внутри смешались совершенно разные чувства.

С одной стороны, было приятно. Кто-то пришёл ко мне просто для того, чтобы сделать мне приятно.

А с другой стороны... Это уже было слишком очевидным знаком внимания. Только полный идиот не заметил бы.

И я, кажется, уже начинала понимать, что именно происходит. Хэнк ко мне не просто хорошо относится, он уже кричит о своих чувствах.

Я опустила взгляд на цветы.

Чёрт.

— Ладно, я пойду, — сказал он. — Пиши, если что.

Я подняла голову.

— Борь...

— М?

— Спасибо большое. Правда.

Он улыбнулся.

— Да не за что.

— Правда красивые.

— Значит, угадал.

— Угадал.

Он ещё несколько секунд постоял возле окна, а потом начал уходить.

— Пока.

— Пока.

Я закрыла окно, убрала букет на стол и тяжело вздохнула.

Почему меня постоянно тянет к идиотам?

Один делает мне больно.

Другой старается сделать всё наоборот.

А я всё равно думаю только о первом.

Я прошла на кухню, достала вазу из шкафчика, набрала воды и вернулась в комнату.

Аккуратно поставила цветы в вазу. Я посмотрела на них несколько секунд. Потом взяла телефон и сфотографировала. Подумав пару секунд, всё-таки выставила фотографию в историю.

Букет был красивый.

Почему бы и нет?

Я отложила телефон.

Прошло всего несколько минут как телефон снова завибрировал. Я посмотрела на экран.

И сердце тут же ухнуло вниз.

Иван Кислов. 19:07
— Тебе этот веник Хенкин подарил?

Я несколько секунд просто смотрела на сообщение.

Ему-то какая разница?

Я всё-таки ответила.

Аня Огнева. 19:07
— Тебе какая разница?

Ответ пришёл почти сразу.

Иван Кислов. 19:08
— Чё, всё-таки по сопливым романтикам больше?

Я нахмурилась.

Аня Огнева. 19:08
— Кислов, ты чё несёшь?

Иван Кислов. 19:08
— Да так, Огнева. Ничё. Просто интересно наблюдать за вами.

Я сжала телефон.

За нами?

Что значит «за вами»?

Почему он вообще смотрит мои истории?

Зачем ему знать, кто подарил мне цветы?

Если ему всё равно, зачем он пишет?

Аня Огнева. 19:09
— Кислов, иди нахрен.

Я заблокировала экран и положила телефон на стол. Несколько секунд просто смотрела перед собой.

А потом закрыла лицо руками. Слёзы снова подступили к глазам.

Я устала.

Устала от него.

От себя.

От того, что любое воспоминание о нём до сих пор больно колет сердце.

Я ведь только что улыбалась из-за букета.

Только что разговаривала с Хенком.

Пыталась отвлечься.

А одного сообщения Вани оказалось достаточно, чтобы всё внутри снова перевернулось.

Я вытерла щёки.

— Почему ты до сих пор мне не безразличен?..

Я посмотрела на букет.

Красивый.

Свежий.

Настоящий.

И почему-то от него становилось ещё грустнее.

Потому что я понимала: даже если рядом со мной будет человек, который будет относиться ко мне хорошо, моё сердце всё равно продолжит искать того, кто сделал ему больнее всего.