Укололась о булавку Ричи
Наш подземный штаб пах пылью, старым деревом и летом.
Вокруг валялись карты, обёртки от конфет и чей-то журнал, который Билл почему-то пытался читать при тусклом свете фонаря.
Беверли и Эдди спорили из-за того, кто «задел» чей бутерброд, Бэн что-то рисовал в своём блокноте, а Ричи возился с проводами от старого радиоприёмника.
Я подошла к нему со спины, улыбаясь — он был весь в своём элементе, вечно болтающий и занятый ерундой.
— Ну что, Эдди, — бормотал он в сторону, — если я найду станцию с приличной музыкой, ты обещаешь не жаловаться, что громко?
— Я не жалуюсь, я просто не хочу оглохнуть! — парировал Эдди, не поднимая головы.
Я тихо, не сказав ни слова, обняла Ричи сзади, прижалась лбом к его спине. Он дёрнулся, но сразу расслабился.
— Эй, это ты, а то я уж думал, что у нас крысы научились обниматься, — усмехнулся он.
Я провела рукой вверх по его рубашке, собираясь по привычке просто чуть сильнее прижать его к себе — и вдруг резко отдёрнула руку.
— Ай!
— Что?! — Ричи обернулся мгновенно.
Я сжала палец, на котором уже выступила крошечная капля крови.
— Ты меня уколол!
— Чем? — он прищурился, осмотрел себя и, наконец, заметил маленькую открытую булавку, торчащую из края рубашки. — Что за… Как она вообще сюда попала?
— Может, сам пришил? — фыркнул Эдди. — Типа «новый стиль Ричи Тозиера: мода с риском для жизни».
— Очень смешно, доктор паника, — буркнул Ричи, отцепляя булавку. — Наверное, с той старой тряпки, которую я использовал как тряпку для радио.
Я села на ящик, всё ещё поглядывая на палец.
Ричи тут же подошёл и схватил мою руку.
— Покажи.
— Всё нормально, — сказала я, но он уже рассматривал царапину так, будто это была пулевая рана.
— Нормально? Ты укололась об меня! Это трагедия века! Эдди, доставай аптечку, она теряет кровь!
Эдди закатил глаза.
— О боже…
— Рич, всё хорошо, — я рассмеялась, наблюдая, как он всё ещё серьёзен. — Просто булавка.
— Я всё равно виноват, — пробормотал он и осторожно поцеловал мой палец. — Вот, теперь точно не болит.
— Фу, — отозвался Эдди. — Я сейчас укушу кого-нибудь за уши, если вы продолжите в этом духе.
Билл, не отрываясь от книги, хмыкнул:
— П-по-моему, это мило.
— Мило?! — Эдди возмутился. — Это антисанитария!
Беверли рассмеялась, переглянувшись с Бэном.
— По-моему, это в их стиле. Сначала кровь, потом забота.
Ричи, не теряя момента, обернулся к ней:
— Видишь, Беверли меня понимает!
Я покачала головой, усмехнувшись:
— Ага, понимает, но если я ещё раз об тебя уколюсь, я тебя этой булавкой и пришпилю.
— Тогда мы будем навсегда вместе, — ухмыльнулся он, и я не удержалась от смеха.