Я что, говорю во сне?
Вечер был на удивление спокойным.
У тебя дома стоял запах попкорна и старых журналов, а посреди комнаты лежали настольные игры, кассеты и несколько пустых банок «Кока-Колы».
Вы все сидели — Ричи, Эдди, Билл, Стэн, Бен, Майк и Беверли. Смех, подколы, обычная болтовня. Никто не хотел говорить о том, что всё ещё витало где-то в Дерри, будто тень, не желающая исчезнуть.
Ты стояла у шкафа, наклонившись, чтобы достать коробку с настолкой.
— Так, кто за «Монополию»? — спросила ты, отдувая пыль с крышки.
— Т-только если я не буду банк-к-к... — начал Билл, но не договорил.
Потому что из тёмного коридора вдруг послышалось:
— Эй, лузеры!..
Голос был хриплый. Густой, словно его произнесли из самой темноты.
Вы все замерли.
Поначалу казалось, что просто послышалось — дом старый, скрипучий. Но потом снова, чуть громче, со злобной насмешкой:
— Пора летать... пора умирать!
Беверли резко втянула воздух и вжалась в диван.
Билл схватил первую попавшуюся вазу и крепко сжал её, будто оружие.
Майк сделал шаг вперёд, а Бен притянул Бев ближе к себе.
Ричи, хотя обычно болтал даже под градом угроз, замолк. Только стиснул зубы, стараясь прикрыть тебя собой.
Ты стояла у шкафа, побледнев, как мел. Сделала шаг назад — и запнулась. С глухим звуком рухнула прямо в кресло, сердце билось где-то в горле.
В комнате стало тихо. Только дыхание. Только тьма впереди.
А потом — смех.
Хриплый, но знакомый.
Из коридора показалась фигура — высокая, в чёрной куртке. Хлопая в ладоши.
— Макс?! — выдохнула ты.
Он всё ещё смеялся, сгибаясь пополам.
— Чёрт, видели бы вы свои лица! — сквозь смех выдавил он, вытирая слёзы. — Это ж надо так вздрогнуть!
— Ты совсем дебил?! — выкрикнула ты, всё ещё не придя в себя. — Мы чуть инфаркт не схватили!
Он поднял руки, будто сдаваясь.
— Ладно-ладно, не кипятись. Просто перестань ночами болтать? Я уже устал слушать про клоунов, шары и смерть!
С этими словами он развернулся и вышел, громко хлопнув дверью.
Снаружи послышался звук мотора — Макс уехал на работу, оставив за собой ощущение пустоты и раздражения.
В комнате воцарилась тишина. Только твое дыхание всё ещё сбивалось.
— Я что... говорю во сне? — спросила ты, наконец, с лёгким ужасом.
Билл взглянул на тебя и неловко почесал затылок.
— И-иногда, — признался он.
Ты нахмурилась.
— И что я говорю?
Он замялся, потом тихо ответил:
— Я с-слышал только, к-когда ты говорила… «н-не надо...» н-несколько раз.
Ты опустила взгляд, чувствуя, как неприятный холод пробежал по спине.
— Я не помню, что мне снится, — сказала ты почти шёпотом.
Бен откашлялся.
— У меня тоже кошмары, — пробормотал он. — Иногда даже хуже, чем раньше.
Майк кивнул.
— Они у всех сейчас. Просто мы стараемся не говорить.
Ты тихо вздохнула, закрыла коробку с игрой и села рядом с Беверли.
— Простите, что Макс так всех напугал, — сказала ты, слабо улыбнувшись. — У меня чуть сердце не остановилось.
Ричи наконец подал голос — хрипло, но с той самой своей теплотой, которую он обычно прячет за шутками:
— Он, конечно, шутник от Бога, но если бы я не узнал, что это он, я бы уже планировал, как метнуть в него Эдди.
— Эй! — возмутился Эдди. — Почему меня-то?!
Ричи пожал плечами.
— Потому что ты компактный, хорошо летишь.
Даже ты засмеялась, хоть дрожь внутри ещё не прошла.
Беверли с облегчением выдохнула, Майк снова сел на пол, Бен достал чипсы.
Жизнь в комнате медленно вернулась в привычное русло.
Но тень в коридоре, где недавно стоял Макс, казалась всё ещё плотной, чуть темнее, чем должна быть.
И ты подумала, что, может быть, не всё, что пугает в этом доме, — просто шутка.