Первый раз

10 августа

Август превратился в бесконечную рутину повторяющихся ежедневно сценариев. Утром занятия с репетитором, днём тренировки на конюшне, вечером – встречи с Мэри, а ночью...

Когда дом засыпал, а время показывало половину первого, я вылезала через окно. Пробираясь сквозь заросли сада, к стене, я направлялась к единственному скрытому выходу из этого дома.

Я сделала подкоп. В кустах.

Живая изгородь снаружи очень удобно скрывала от чужих глаз мою лазейку. Правда, мне приходилось быть чертовски осторожной, чтобы не поцарапать свое лицо ветками, пролезая сквозь эти заросли. Электросамокат, купленный Мэри на мои деньги, она благополучно спрятала неподалеку от моего дома. Каждую ночь он ждал меня, прикованный замком к забору почти у выхода из нашего элитного поселка. Мне приходилось идти до него легкими перебежками минут пять, но зато потом, самокат сокращал мне почти полчаса ходьбы до гаража. Добираясь вместо этого за пятнадцать минут, по улочкам города до мустанга, я выигрывала значительную часть времени.

До заброшенного ипподрома ехать было минут тридцать по ночным опустевшим дорогам. А дальше – я проезжала раз за разом выложенный мною маршрут, яркими конусами, оттачивая каждое движение. Потом выкатывалась на бывший овал для конных скачек и давала по газам. Я развивала скорость под 150, несясь по песчано-грунтовому покрытию под луной. К счастью, овал был настолько огромным и длинным, что позволял безопасно разгонять кобру для таких маневров.

Домой я возвращалась тем же маршрутом ближе к четырём часам утра. Поэтому стоит ли говорить, что каждое следующее утро, я проклинала алгебру, геометрию и химию?

Оставалась только одна проблема. Попасть на гонки. Приехать в место их проведения было не так уж просто. Как объяснила Мэри, там даже есть свое секьюрити на дорогах. Поэтому меня даже близко не подпустят на машине, если я приеду туда одна. Единственный вариант, который мне казался наиболее реальным это обратиться к Майклу. Но как только я думала о нем, я сразу вспоминала холодные и жесткие слова Ричарда, отвешенные мне как пощечины около аэропорта. Я не хотела обращаться к его другу. Я не хотела даже близко связываться с их компанией.

Кажется, это тупик.