Связанные

- София?

Мелодичный, но до боли громкий и настойчивый голос ворвался в мое сознание, как холодная вода, выдергивая из сладкой пелены сна. Я резко распахнула глаза, пытаясь сфокусироваться на потолке, который медленно вращался перед глазами.

- София, сестричка моя дорогая! Я уже думала, что ты проспишь всё на свете - и наше похищение, и конец света, и даже наше замужество, - Лили в буквальном смысле запрыгнула на кровать. Пружины жалобно скрипнули, и от этого внезапного прыжка я окончательно пришла в себя, почувствовав, как адреналин, накопившийся за вчерашний день, снова начинает бурлить в крови.

- Вы что, уже все встали? - пробормотала я, потягиваясь и пытаясь стряхнуть с себя остатки оцепенения. Сон был таким глубоким, что голова казалась тяжелой, словно набитой свинцом.

- Ну да, - Лили с любопытством разглядывала меня.

- Как вы вообще поняли, что вставать надо? - я недоуменно посмотрела на нее, а затем на окно. - Тут ночь всегда, можно было еще спать и спать.

Лили на секунду задумалась, и на её лице отразилось искреннее удивление. Она действительно не знала, почему проснулась. Я не сдержала улыбки - кажется, магия этого места работала как часы, даже если мы не понимали, как именно.

- Где остальные? - спросила я, садясь на постели.

Лили приподнялась на локтях, и в её глазах тут же вспыхнул огонек праведного негодования:

- Кстати, насчет этого! Этот недожених, этот твой непутевый... он тебя тут одну оставил! Представь себе! Без оружия, без ничего, в самом сердце вражеского логова! И хватило же наглости, с ума сойти можно!

Она затараторила, выплескивая весь свой гнев, а я, тяжело вздохнув при упоминании Эдмунда, начала вставать. Его поведение меня раздражало, но в глубине души я понимала - ему не обязательно было сторожить меня каждую секунду. Вчерашнего его присутствия, всех этих нелепых взглядов и фальшивых нежностей хватило с лихвой, чтобы довести меня до ручки.

Лили вдруг замолчала. Она смотрела на меня, и по её лицу было отчетливо видно, как она из последних сил сдерживает ехидную улыбку. Я изогнула бровь, чувствуя неладное.

- Ладненько, пойдем к остальным, - сказала она, торопливо вставая с кровати.

- Стоять, - скомандовала я, преграждая ей путь.

Она повернулась ко мне с широкой, почти ангельской улыбкой.

- Что такое? - спросила она тем же тоном, что и я секунду назад.

- Эй! От чего ты смех сдерживаешь, Лили?! - я почувствовала, как внутри закипает злость.

Она не ответила, лишь насмешливо блеснула глазами и рванула к выходу. Я, не раздумывая, бросилась за ней.

- Лили! - крикнула я, распахивая дверь с такой силой, что она ударилась о стену.

Мой полет прервался мгновенно: я врезалась во что-то твердое и широкое.

- Оу... - послышался мужской голос.

Лили остановилась и обернулась. Я отступила на шаг и подняла взгляд. Передо мной стоял высокий темноволосый парень. Два меча за его спиной выглядели грозно, а его уверенная поза не вызывала доверия.

- Извини. Не ушиблась? - спросил он, глядя на меня сверху вниз.

Я открыла рот, чтобы ответить, но Лили снова влезла вперед:

- Не ушиблась. Она не хрупкая, - отрезала она, подходя к нам.

Парень не обиделся. Он лишь хмыкнул, в его глазах промелькнуло любопытство.

- Извини еще раз. Я просто не заметил вас. Шел с тренировки... - пояснил он.

- Тренировки? - переспросила я, цепляясь за эту деталь.

- Да, - он осекся.

А, ну теперь понятно, что за мечи. В коридоре повисло неловкое молчание.

- Я Риан, - представился он.

- София. А это Лили, - ответила я, стараясь сохранять невозмутимость.

- И мы немного торопимся, - добавила Лили, нагло хватая меня за руку и увлекая за собой. - Нас ждут.

- Ну, удачи, - бросил Риан нам вслед, но мы не обернулись.

Когда мы отошли на достаточное расстояние, я увидела наших. Люси, Сьюзен, Питер - они стояли в кругу и о чем-то спорили.

- О, а вот и девочки! - проворковала Люси, и все повернулись в нашу сторону.

В ту же секунду я почувствовала нечто странное. Все перевели взгляд с меня на Эдмунда, который стоял чуть поодаль, а потом обратно. В воздухе повисли эти мерзкие, заговорщицкие улыбки. Я нахмурилась, чувствуя, как лицо заливает краска. Эдмунд лишь пожал плечами и прошел вперед, делая вид, что всё происходящее его не касается.

- Да что с вами такое?! - не выдержала я.

Илиас хмыкнул, будто долго сдерживал этот секрет, и наконец не выдержал:

- Да Питер с Лили просто слышали вчера скрип кровати, ну и...

Я широко раскрыла глаза. Эдмунд, который, похоже, сам только что понял, в чем дело, резко развернулся к ребятам. Его лицо выражало смесь ужаса и ярости.

Илиас поднял руки в примирительном жесте:

- Но... мы не осуждаем. Просто...

- А нечего и осуждать! Ничего не было, мы просто... - Эдмунд пытался оправдаться, но его голос звучал неубедительно.

- Да всё нормально, - Питер, стараясь не рассмеяться в голос, прервал этот поток бессвязных слов. - Пойдемте лучше.

Они все зашагали вперед, а я и Эдмунд остались стоять, глядя друг на друга с открытыми ртами. Я была готова поклясться, что в этот момент мы оба хотели прибить друг друга, причем самыми жестокими способами.

- А я говорил, что кровать скрипит! - прорычал Эдмунд, в упор глядя на меня.

- Заткнись! Просто заткнись, ладно? - я сорвалась на крик шепотом и, не оглядываясь, ускорила шаг, оставляя его одного в этом проклятом коридоре.

Ситуация была хуже некуда. Теперь эта нелепая легенда о «молодоженах» стала для них почти реальностью, и, судя по всему, отмыться от этого позора нам будет стоить огромных сил. Я шла, не разбирая дороги, чувствуя, как каждая клеточка тела пульсирует от смущения и гнева.