НАВЬ: Пока ты дышишь

Ослепительный свет стал с каждой секундой уменьшаться, когда парень начал идти ему навстречу, поэтому Владислав сумел открыть глаза. Он оказался в узкой тёмной пещере, в конце которой и жил этот загадочный свет. Сделав ещё шаг, затем второй, парень заметил, как свечение вновь уменьшилось. Он побежал. Но, будто в шутку над ним, сияние стало размером с горошину.

Клубок тем временем просто лежал у входа, словно не понимая, как быть дальше. Вдруг послышался знакомый скрежет камня о камень, и за мотком громко закрылась обратно тяжёлая плита. Из света в туннеле остался лишь тот загадочный и неуловимый – да небольшое круглое отверстие, через которое прошёл сам клубок.
Когда плита двинулась с места, Влад был настолько далеко, что добежал лишь к её закрытию.

– И пути назад теперь нет... – вздохнул озадаченный парень, опираясь руками о колени. – Серунчик! Чего стоишь? Пошли! Нужно дойти до света! Там, наверное, выход, – указал вглубь туннеля запыхавшийся Влад, но клубок не сдвинулся с места. Тогда он опустил плечи и подошёл к нему. Присев на корточки, спросил:

– Так что нам делать тогда, раз идти не хочешь?

Клубок, соответственно, промолчал.

«Нужно пробовать», – твёрдо про себя решил Владислав, проигнорировав молчание его проводника. Он обернулся на свечение, которое за то время, пока парень бежал ко входу, успело увеличиться. «Да что за загадка такая?» – посетовал он про себя и закрыл лицо рукой. Такого на занятиях в училище он точно не проходил...

И снова Владислав побежал. Побежал с протянутой рукой, желая схватить этот надменный свет, который водит его за нос. Но чем быстрее он бежал, тем свечение быстрее угасало. Чтобы оно увеличивалось вновь, он возвращался обратно. Страх, что оно может и вовсе схлопнуться, его не покидал.

С каждой минутой туннель будто сжимался. В моментах Владу было невыносимо тесно и душно. Заглатывая широко открытым ртом спёртый воздух – легче не становилось. А когда он вновь и вновь возвращался к клубку, тихо надеясь на хоть какие-то изменения, казалось, будто кто-то смотрит на него со стороны и потешается. Просто смотрит, ничего не говорит, но про себя – смеётся.

Решил схитрить. Возвращаясь в очередной раз обратно к клубку – резко побежал спиной назад. Не оглядываясь, а глядя только себе под ноги. Разочарование снова пришло к нему – свет затухал.

– Да чтоб тебя!.. – выругался весь уже липкий от пота Влад.

Походив по туннелю из стороны в сторону, обдумывая все возможные варианты, решил попробовать пыльцу. «Последнее... Как я понял, по горстке каждое утро пополняется... Эх, лишь бы она мне потом в нужном месте не понадобилась», – жуткие кошки скреблись и кричали у него на душе, не хотелось без неё оставаться даже до утра, ведь других вещей у него просто-напросто и нет. Как ни ругал его клубок, бодая ногу, парень всё же осыпал себя последними остатками пыльцы из мешка, оттолкнулся от плиты и полетел прямиком на свет. Он разогнался в воздухе так быстро, словно самый настоящий Симуран, который распахнул свои крылья во время полёта на охоте за резвой косулей и... Хлоп!!!

Свет исчез.

Парень резко остановился и встал на ноги. Случилось то, чего он и боялся. В глазах потемнело. Побежав обратно к клубку, желая вернуться в прошлое, дабы поменять своё решение, Владислав сжал веки. Но вот он уже возле Серунчика, а его спину ничего не освещает. Ни клубок, ни плиту перед ним... От бессилия Владислав стиснул пальцы в кулаки и сморщился, как от щавеля. Хотелось снова оказаться дома с Саяной и лепить кундюмы... Помогать чинить заборы и рыбачить с Тихомиром...

– Ай!! – вскрикнул неожиданно он.

Пока Влад стоял и скучал по хорошему прошлому, клубок обвязал его ноги нитью и с силой потянул в сторону. Парень упал так, что по всему туннелю был слышен тихий хруст.

– Больно же! Зачем ты так? – потирая копчик, посмотрел он нервно на Серунчика.

Клубок только и мог, что вновь промолчать. Намотав обратно всю нить, что потребовалась на ноги Влада, он – круглый и мягкий – прыгнул к нему на колени. Парень выдохнул, ничего не понимая. Легонько поглаживая клубок, словно кота, он безнадёжно стал смотреть туда, откуда лился недавно свет.

– И что же теперь нам делать? Ах! – Он склонил голову над клубком. – Мы с тобой надолго здесь застряли... Всё уже перепробовал... Всё! Как же я не выношу это чувство... Бессилия? А чувствовал я его за последнее время не раз! – Влад осторожно лёг на холодный сырой монолит.

«Как же ты там, мой любимый Воробушек? Ей же, наверное, так грустно без меня сейчас... Как и мне самому... А вдруг с ней что-нибудь...» – сердце ёкнуло. Парень хотел было встать рывком с ложа, леденящего душу и не только, но клубок не дал, по новой сильно связав его ноги и никуда не пуская.

– Ну ты чего?! Пусти уж, буду дальше пробовать! – возмутился Владислав.
Но клубок не шелохнулся и продолжил удерживать его за ноги, словно водовод за верёвку неуёмного быка.

– Да как я могу просто сидеть? Как мне с этим смириться?! – нервы парня начали сдавать.
В ответ спокойное молчание.

– Да я тебя сейчас!.. – Парень хотел было разорвать нить клубка руками, но тот стянул её так сильно, что парень зашипел от боли.

Развалившись обратно на скалистом основании пещеры, Влад опустил руки и просто... Перестал пытаться. Он старался ни о чём не думать и отталкивать тревожные и страшные думы. Просто сердцем принять, что у него на сей раз ничего не получается. В это было трудно поверить. Очень. Всегда, с самого детства, всё то, что он себе фантазировал, желал или хотел – исполнялось. Даже встреча с Саяной. Самое невероятное, что случалось в его жизни – свершилось. А сейчас? Сейчас он застрял непонятно где, разговаривает с клубком нити... Может, просто начал сходить с ума? Или всё, что было до этого – сон? И на самом деле он жил в этом туннеле всегда? Если это был сон, то это были самые прекрасные грёзы, которые он мог себе представить...

Когда Владислав погрузился целиком в грузное и грустное небытиё на непонятное количество времени, тот самый желанный свет внезапно вспыхнул и быстро стал нарастать в своей величине! Но парень не заметил его появления, он сомкнул глаза и растворился в своём желании поскорее обнять Саяну...

Что за смердящий запах?

Тлен ударил по носу, а белый яркий свет по глазам. Затем Влад почувствовал свободу своих ног, нить больше не удерживала его. Присев и прикрыв глаза ладошкой, он увидел леденящее душу раздолье, каких ещё не видел: трава колючая, на которой сидит – белобрысая, небо – чернее смоли, а на небе – солнца чистый диск. Солнца ли? Вдали шумела дикая дёгтевая река – единственное, что издавало звук в этом месте.

– Серунчик, а что произошло? – Ошарашенный Влад начал искать свой клубок.
Тот смирно лежал возле его ног, но он ли это был? Чёрный.

– Чего... Да что тут творится? – парень протёр свои глаза и увидел руки... – ЧТО ЗА БЕСОВЫ ШУТКИ?! – его руки стали как у мертвяка – восковыми. Впрочем, как и всё остальное его тело, которое окоченело от происходящего ужаса. Этот трупный запах, что не отставал от его носа, как будто бы даже принадлежал не чему-то чужому...

Пытаясь не остаться без рассудка, Владислав обратился к нитьевому мотку:

– Так, ну ты теперь точно не Серунчик... Че... Чернявик? Или Черныш? Что тебе больше нравится? – натянуть улыбку на лицо было неимоверно сложно.

Клубок попрыгал одобрительно на месте и покатился вперёд. Влад встал и отряхнулся. Пошёл за судьбой.

Подходя всё ближе к чугунной бездонной реке, зловонье нарастало в своём зле так, что Влад крепко зажал свой нос пальцами. Над рекой то и дело появлялся серый пар, когда подлетал небольшими клубами, а когда бил настоящими струями Рыбы-Кита, что стремились до самих небес!

Они дошли до широченного железного моста, по которому могло пройти стадо из двадцати овец, если не больше. Он соединял два берега: с белой колючей травой, на которой стоял Владислав, с тем, где земля будто обратилась в уголь да пепел.

– Ого! Туда нам надо? Так пошли! – с наигранной бодростью сказал Влад клубку прямо перед мостом. Тот не двинулся с места.

Тогда, взяв Черныша в руку, парень сделал первый шаг, ступил на мост и... Чуть не упал в реку! Как только нога Влада соприкоснулась с металлом, весь мост превратился из широченной переправы в тонкую, едва заметную леску! Отскочив назад, Влад отдышался от испуга. Черныш попутно выпал из его хватки.

– Да что за место такое!! – взмолился он, вскинув руки к хмурым небесам. – Раз пройти по мосту не дают, так по реке проплыву! – отмахнулся он со злобой.

Метнулся к берегу опасному, да решился глянуть в воды траурные – чуть не остался без лица своего! Выстрелило паром, только и успел отшатнуться назад.
Упал на траву блеклую, приуныл Владислав, да призадумался. Клубок в свою очередь молчал, ничего не подсказывал, словно выжидая чего от хозяина.
Покумекав, пошёл пробовать через мост всё же пройти. Куда бы ни пытался встать Влад: и слева, и справа – без толку. Мост – словно раскалённый жидкий металл, что меняет свою форму от пожеланий кузнеца. Порой и вовсе пропадал с глаз, ничего не объясняя. Что это был за кузнец такой, не дающий пройти Владу дальше – загадка.

Дотронуться до этого моста парень пробовал даже голыми руками – обжёгся. Всё это показалось Владу самой сложной загадкой в его жизни (если не считать то, почему Саяне так нравилась ядрёная свежая редька).

«Ну давай, Влад! Ты должен справиться! Ты умный парень, осилишь... – отчаянно поддерживал он сам себя, – может, если перепрыгнуть его начало, то он останется прежним? Не-ет, ненадёжно... Эх, да зачем пыльцу использовал, как знал... Но, всё же думаю, и с ней бы не получилось... Клубы пара от этой речки-смороды высоко столбами поднимаются, чуть-чуть и до неба дотянутся, точно бы сварился в похлёбку...»
Затем, чтобы проверить свою догадку о прыжке, он начал кидать в разные части моста землю, камни – всё то, что под ногами находилось. Ветки же, как касались металла, сжигались в адовом огне, а под летящими камнями дыры в мосту появлялись, и те улетали в воду.

– Ах! Да что же это такое здесь творится?! Как мне укротить под себя этот мост дьявольский?! – разгневался Влад. – А знаешь, что? – Он обратился к клубку: – Всё равно мне! Не боюсь! Раз не могу подчинить себе, так от души пойду, с глазами закрытыми! Чтобы не я выбирал, куда нога вступит, а чутьё моё!

Клубок быстро запрыгал на месте.

Зажмурив глаза, Владислав отдался прямиком в лапы судьбе.

Шаг.

Его ногу не обнимает столб пламени?

Второй.

Он не упал в кипящее бурево?

Третий.

Всё ещё живой?

Каждый ход давался ему невероятно тяжело, всякий раз, занося ногу перед собой, он мысленно прощался со всем белым светом, но глаза при этом он изо всех сил не открывал.
Через минут десять он наконец ощутил землю под своими ногами.