Не твой мальчик

В банкетном зале благотворительного вечера повисла тяжёлая тишина. Лишь изредка её нарушал приглушённый шёпот гостей за бокалами шампанского, с жадным любопытством наблюдая за разворачивающейся перед ними драмой.

Алекс стоял, сжав кулаки так, что ногти до крови впивались в ладони, и смотрел прямо в глаза Яну.

Видя, что ситуация выходит из-под контроля и репутация обеих семей вот-вот рухнет, отец Яна поднялся со своего места. Старший альфа взял микрофон, и его властный, поставленный голос мгновенно перетянул всё внимание зала на себя.

— Мы с моим партнером по бизнесу... — Роберт Кросс выждал пафосную паузу, разряжая обстановку безупречной светской улыбкой. — Мы посвятили бизнесу большую часть жизни, поэтому у нас, представителей старшего поколения, порой возникает профессиональная деформация. Мы привыкли смотреть на всё через призму капитала и сделок. Но наши дети мыслят иначе. Уверен, произошло банальное недопонимание.

По залу прошёл легкий гул облегчения. Скандал успешно замяли красивыми и фальшивыми словами.

— Ян, прошу вас с Алексом на сцену, — ровным, не терпящим возражений тоном добавил Роберт.

Кросс-младший ответил отцу коротким кивком и уверенной походкой направился к подиуму. Алекс же замер на месте, всем своим видом показывая, что не сделает больше ни шага. Но стоящая рядом мать судорожно  подтолкнула его в спину. Под сотнями устремленных на него жадных глаз у парня просто не осталось выбора.

Его мутило. Каждый шаг давался ему через силу. Казалось, с каждой ступенью он всё глубже загонял себя в ловушку. Но показывать слабость перед этой толпой было не в его характере, поэтому он держался из последних сил, натянув привычную маску высокомерия.

Ян уже ждал его. В руках альфы была бархатная коробочка. Без лишних речей, без романтической чуши и без малейшего энтузиазма в глазах Кросс сухо потребовал:

— Дай руку, Алекс.

Бету передёрнуло. К горлу подступила тошнотворная, липкая волна, от которой перехватило дыхание. Ему было настолько противно от этого спектакля, что захотелось содрать с себя кожу, лишь бы не ощущать чужих касаний. Это была сухая, мерзкая сделка, в которой его мнение никого не интересовало.

Алекс медленно, через силу поднял кисть. Ян машинально, почти резко и без лишних церемоний надел на его палец тяжелое кольцо из белого золота. Затем он передал второе Алексу, подставляя свою широкую ладонь. Парень схватил холодный металл и надел его на палец Яна так же стремительно и отстранённо — лишь бы этот кошмар закончился как можно быстрее.

Никакого трепета. Никакого тепла. Лишь холодный расчёт.

Зал взорвался оглушительными аплодисментами. Светские львы и бизнес-партнеры искренне радовались «счастливому союзу двух семей». Алекс стоял под слепящими вспышками камер рядом с Яном, абсолютно не понимая, как вести себя дальше.
Он только что на глазах у сотен людей стал официальным женихом Кросса. И сам не понял, в какой момент позволил загнать себя в эту ловушку.

Из первого ряда на него угрожающим, обещающим жестокую расправу взглядом смотрел отец. Мать рядом тихо сжимала платочек, глядя на сына с немой мольбой.

И тут к тошноте, комом стоящей в горле, примешался дикий панический приступ. Алекс почувствовал, как желудок скрутило острым спазмом. Если он останется здесь еще хоть на пару секунд — его вырвет прямо на этот безупречный подиум.

Не помня себя, бета сорвался с места. Зацепив плечом кого-то из шокированных гостей, Алекс практически побежал прочь из зала. Проскочив через длинный, пустой коридор, он ввалился в мужской туалет, закрылся в первой попавшейся кабинке и сполз на колени, выплёскивая всю горечь, желчь и дурноту, накопившуюся за этот проклятый вечер.

Спустя несколько минут тяжело дышащий парень сидел прямо на холодном кафельном полу, прижавшись затылком к стенке кабинки и зажав голову руками. В ушах оглушительно гудело.

Вдруг снаружи раздались тяжелые, неторопливые шаги. Эхо глухо отозвалось от мраморных стен.
Дверь в туалет открылась.

— Ты как? — раздался сдержанный, низкий голос.

Алекс даже не открыл глаз. Он мгновенно узнал этот тембр. «Кросс-младший... Пришел за мной? С чего это вдруг?» — с горьким цинизмом подумал бета. — «Жалко стало? Или отец прислала проверить товар?»

Превозмогая дикую слабость и дрожь в коленях, Алекс поднялся на ноги. Отперев кабинку, он прошёл мимо стоящего у входа Яна, демонстративно игнорируя его присутствие. Подойдя к раковине, парень включил ледяную воду и начал жадно умывать лицо, шею и руки, пытаясь смыть с себя липкое чувство мерзости.

— Кросс, с чего вдруг такая забота? — вытирая капли с подбородка, выплюнул Алекс, резко повернувшись к нему.

Горло саднило. Голова кружилась. Каждое слово отдавалось болью. Но Алекс продолжал говорить. Показать уязвимость перед человеком, который, по его мнению, пытался его сломать, было для него равносильно самоубийству.

— Я просто хотел узнать, как ты себя чувствуешь, — ровно ответил Ян. Его лицо оставалось непроницаемой маской, но тёмный взгляд замер на бледном, измученном лице парня.

Алекс сделал два быстрых шага вперед, нагло и вызывающе нарушая личные границы альфы. Сунув руки в карманы брюк, парень процедил прямо ему в лицо:

– Если бы не ты, моей жизни вообще не пришлось бы лететь к чертям.

А затем развернулся и направился к выходу. Но у самой двери резким движением замер.

— Ах, да... точно, — парень с яростным, нервным срывом зацепил пальцами холодный металл на безымянном пальце, с трудом сдёргивая кольцо. — На, возьми. Я не собираюсь это носить.

Алекс шагнул назад и буквально втоптал кольцо в широкую ладонь Яна, сжав его пальцы в кулак.

Мужчина медленно посмотрел на сжатую ладонь, чувствуя, как холодный металл впивается в кожу, но не сделал ни единой попытки вернуть его обратно.

— Ты куда? — тихо, с неожиданным глухим оттенком в голосе спросил Ян.

— Домой! — нервно и резко отрезал парень, уже хватаясь за дверную ручку.

— Ты поедешь к родителям? — Ян медленно поднял на него пронзительный взгляд. — После того, что только что наговорил Джейку?

Алекс на секунду нахмурился. Он не совсем понял этот странный подтекст. В голосе Кросса проскользнули непривычные нотки... Неужели он действительно беспокоится за него? Или ему просто показалось от усталости?

— А что такого? — горько усмехнулся Алекс, сжимая дверную ручку. — Думаешь, он меня прикончит? Не волнуйся. Я всё ещё нужен ему живым, — с нескрываемым сарказмом бросил парень.

— И всё же... лучше поезжай в мой дом, — твердо произнес альфа, не сводя с него глаз.

Парень промолчал. Не произнеся больше ни слова, он выскочил в коридор. Кросс не стал его останавливать — он просто остался стоять посреди опустевшей уборной, смотря на кольцо в своей руке.

Выбравшись через служебный вход на улицу, Алекс наконец сделал глубокий вдох, с жадностью втягивая прохладный ночной воздух. Легкие жгло от морозного уличного сквозняка.

Экран телефона в его кармане непрерывно светился — звонила Марго. Но Алексу было настолько плохо, что слушать разговоры с матерью и её беспомощные слезы он сейчас был просто не в силах. Возвращаться было некуда. В эту минуту он одинаково сильно ненавидел и семью Кроссов, и своего собственного отца.

Нервно перебирая контакты дрожащими пальцами, парень набрал знакомый номер единственного человека, которому мог довериться прямо сейчас. После нескольких гудков трубку всё же сняли.

— Ммм, дружище, ты ли это?! — сонно пробормотал Марк.

— Я могу переночевать у тебя? — выдохнул Алекс, с трудом сдерживая дрожь в голосе.

Марк на том конце провода мгновенно оживился и заинтересованно протянул:

— У меня? Ты чего? Тебя из дома выгнали, что ли?

— Типа того, — коротко и сухо бросил Алекс. — Так ты примешь?

— Да без проблем, приезжай! — легко произнес друг.

— И... заплатишь за такси, когда я приеду. У меня с собой вообще нет денег, —  добавил Алекс.

— Окей, не вопрос, жду, — уже намного серьезнее ответил Марк и отключился.

Пока Алекс ехал в такси через ночной, затянутый туманом город, семья Кроссов в полном составе собралась в огромной гостиной своего особняка. Вернувшись с благотворительного вечера, все хранили мрачное молчание. У каждого настроение было испорчено по-своему.

Ян сидел на диване. Его пиджак был сброшен, галстук развязан, а на бледном лице читалась многодневная усталость. Чуть отдаленно сидела Натали, подперев голову рукой и с нескрываемым раздражением разглядывая свой маникюр. Софи расположилась в кресле напротив, чувствуя себя абсолютно не в своей тарелке в этой наэлектризованной семейной обстановке.

Тишину разорвал суровый голос Роберта Кросса.

— Заключать контракт с семьей Ревенхолл было огромной ошибкой! — говорил старшый альфа.

Ян всегда был их гордостью, идеальным наследником и примером для подражания. И вдруг он решает связать свою жизнь с парнем, которого даже собственный отец считает недоразумением!

Кросс младший полностью проигнорировал слова отца. Он лишь молча бросил сухой взгляд на наручные часы, отсчитывая минуты.

— Где он сейчас? — строгим, требовательным тоном продолжал Роберт, не спуская глаз с сына. — Он уехал не со своей семьей! Надеюсь, он не устроит нам этой ночью очередной позор перед обществом?

Ян тяжело и устало вздохнул. Этот разговор только прибавлял ему пульсирующей головной боли. Но оставлять выпады отца без ответа было нельзя.

— Не стоит беспокоиться. У меня всё под контролем, — сухо ответил Ян, поднимаясь с дивана и направляясь к себе в комнату.

— Я тоже пойду к себе, папа, — Натали встала следом, желая побыстрее убраться из душной гостиной.

Роберт лишь холодно отвернулся от дочери. Он всё ещё не простил ей её прошлую ошибку. Натали сжала губы и молча поднялась по лестнице. Софи тоже пожелав спокойной ночи пошла в свою комнату.

В зале остались только Анна и Роберт Кросс.

— Он спускает этому мальчишке всё с рук! Он должен держать его в ежовых рукавицах! В конце концов, это Ревенхоллы должны плясать под нашу дудку, а не мы под их! Если бы не наш сын... — не сдержавшись, альфа повысил голос. В его глазах вспыхнула защитная отцовская ярость.

— Тссс! — Не дав мужу договорить, Анна предостерегающим жестом показала, чтобы он был тише. — Ты же прекрасно знаешь, как больно Ян реагирует на одну только фамилию Ревенхолл! Поэтому будь потише, дорогой.

— Сначала старший брат, теперь младший... Неужели Ревенхоллы никогда не оставят моего сына в покое?!

— Замолчи, Роберт! — тихо, но с отчаянием прошипела Анна. — Ян услышит тебя, и мы снова его потеряем! Неужели ты забыл, что случилось тогда? Забыл, через что он прошёл? Я прошу тебя... не вмешивайся.

Роберт долго смотрел в обеспокоенные, полные страха глаза жены. Несколько секунд он молчал, будто пытаясь подавить вспыхнувшую злость. Затем тяжело вздохнул и нехотя смягчил тон, хотя взгляд по-прежнему оставался непроницаемым.

— Хорошо. Но я всё равно не позволю этому мальчишке бросать тень на фамилию Кроссов.