Глава 7. Подрезая крылья
Утро в особняке Кроссов началось с оглушительной, звенящей тишины, которая была куда хуже любого семейного скандала. За длинным обеденным столом сидели четверо. Роберт Кросс едва прикасался к своей чашке черного кофе, и один только вид его нахмуренных бровей и жестко сжатых губ говорил о том, что глава семейства в ярости. Вчерашний позор перед ключевыми бизнес-партнерами подорвал его авторитет, и простить этого собственным детям он не мог.
Анна Кросс сидела по правую руку от мужа, полностью разделяя его недовольство и безмолвно транслируя холодное осуждение.
Ян, вопреки всеобщему напряжению, завтракал с абсолютным, почти пугающим спокойствием. Он плавно намазывал джем на тост, словно вокруг не сгущались тучи. Софи же, сидевшей напротив него, кусок в горло не лез. Атмосфера за столом давила на нее физически, заставляя чувствовать себя глубоко не к месту в чужом фамильном доме.
— Натали так и не вернулась домой? — ледяным тоном нарушил молчание Роберт. Его голос заставил Софи внутренне вздрогнуть.
После вчерашнего альфа просто развернулась и ушла, наплевав на приличия, и дома так и не ночевала.
— Какое бесстыдство, — процедил Роберт, и в его глазах блеснул опасный огонь. — Как только она соизволит появиться, я лично устрою ей такую встряску, которую она до конца жизни не забудет. Она перешла все границы.
— Роберт, она уже взрослая, не забывай об этом, — мягко, но веско вставила Анна, пытаясь немного сгладить углы.
— Правила в этом доме нужно соблюдать, — тихо, но властно произнёс отец. Его жена тут же замолчала: она понимала, что в таком состоянии мужа лучше не трогать. — Тем более у неё есть законная невеста, — добавил он, взглянув на Софи.
Та почувствовала, как к горлу подступает ком. Упоминание её статуса в контексте очередного загула Натали ударило по её гордости. Омега тяжело, шумно выдохнула и аккуратно поставила чашку на блюдце. Она поняла, что больше не выдержит здесь ни минуты.
— Прошу прощения, — негромко, но отчётливо произнесла Софи, поднимаясь со своего места и стараясь держать спину идеально прямой. — Я закончила. Пойду к себе в комнату.
— О, милая, извини нас, пожалуйста, — тут же переменилась в лице Анна Кросс, виновато посмотрев на девушку. — Не стоит говорить о подобных вещах при Софи, ей неприятно, ты же сам видишь, Роберт...
Когда Софи уже сделала шаг в сторону дверей, Анна ласково добавила:
— Софи, если ты не против, давай сегодня днём вместе пройдёмся по бутикам? Побалуем себя и отвлечёмся от того ужасного вечера.
Омега остановилась у самого выхода, даже не повернувшись.
— Если честно, у меня нет никакого желания, — глухо ответила Софи.
И именно в эту секунду тяжелые входные двери со скрипом распахнулись.
В помещение буквально ввалилась Натали. Она выглядела так, словно всю ночь напролёт тусовалась, пила и дралась. Волосы пребывали в полном беспорядке, глаза скрывали тёмные солнцезащитные очки, а в опущенной руке она волочила по полу дорогое тёмное пальто.
Натали ленивым, дерзким движением сдвинула очки на кончик носа, окинув мутным, уставшим взглядом «сборище» своей идеальной семьи. Заметив Софи, замершую у двери, альфа на секунду задержала на ней потемневший взгляд, закатила глаза и хрипло, с нескрываемым пренебрежением, бросила в пустоту:
— Я спать. Меня не беспокоить.
— Натали! — Роберт Кросс резко поднялся из-за стола. Его лицо за считаные секунды исказилось от ярости, но жена тут же вцепилась в его локоть, усадила обратно и принялась судорожно успокаивать.
— Роберт, прошу, не надо. Ты же видишь, в каком она состоянии. Поговоришь с ней позже, когда она протрезвеет. Пожалуйста, дорогой...
Натали лишь цинично ухмыльнулась на этот всплеск родительского гнева и, даже не обернувшись, потащилась вверх по лестнице.
Ян, всё это время молча наблюдавший за происходящим, аккуратно промокнул губы салфеткой и поднялся из-за стола. На его лице не дрогнул ни один мускул.
— Всем хорошего дня. Я в офис, — ровно произнес он.
Проходя мимо Софи, которая так и стояла бледной тенью у двери, Ян на мгновение задержался. Он ободряюще, сдержанно сжал её плечо и негромко, так, чтобы слышала только она, произнёс:
— Не бери в голову.
Этого короткого жеста и двух слов оказалось достаточно, чтобы подарить омеге чувство спокойствия. После этого Ян молча покинул особняк.
Весь день Ян Кросс с головой был погружён в дела компании. Документы, отчёты, графики поставок — он работал как идеально отлаженный механизм. И всё же время от времени его взгляд невольно возвращался к наручным часам.
Сегодняшний вечер обещал быть тяжёлым. Сначала — важная встреча с иностранными партнёрами, затем — самое неприятное.
Ему предстояло лично встретиться с отцом Алекса, Джейком Ревенхоллом. Обсудить условия контракта, убедиться, что сделка не сорвётся, и ещё раз официально принести извинения за поведение Натали.
Ян ненавидел извиняться. Но стабильность бизнеса Кроссов была для него абсолютным приоритетом.
Тем временем в особняке Ревенхоллов царила совсем иная, но не менее удушающая атмосфера.
Алекс расположился на шезлонге у лазурного бассейна. Лёгкие шорты, свободная рубашка, бокал с прохладным коктейлем в руке — со стороны он выглядел совершенно расслабленным. Вот только настойчивые мысли не отпускали его ни на минуту.
Тяжёлые, уверенные шаги заставили его поморщиться. К бассейну подошёл Джейк Ревенхолл. Отец выглядел мрачнее тучи, а его взгляд, устремлённый на сына, не предвещал ничего хорошего.
— Какого чёрта ты опять пьёшь? — вместо приветствия резко бросил отец, складывая руки на груди.
— А почему ты опять не в духе, отец? — лениво отозвался Алекс, даже не повернув головы в его сторону. Он неторопливо сделал глоток через трубочку.
— О каком, к чёрту, настроении может идти речь, когда ты вчера всё испортил?! — в голосе Джейка уже закипала ярость.
— Ты, наверное, забыл, — Алекс наконец соизволил повернуться к отцу, и в его глазах вспыхнул привычный вызов. — Но это не я отменил помолвку. Это сделал твой ненаглядный идеальный Ян Кросс. Да и, если честно, я этому только рад.
— Рад, значит? — Джейк шагнул вперёд, и его лицо исказилось от презрения. — Ну разумеется. В отличие от твоего покойного брата, в тебе нет ни капли ответственности.
Эти слова, словно отравленное лезвие, полоснули Алекса по самому больному. Образ идеального, безвременно ушедшего Генри всегда висел над ним проклятием, но услышать это от собственного отца именно сейчас было невыносимо.
Внутри всё болезненно сжалось. Титаническим усилием воли Алекс не позволил ни одному мускулу на лице выдать свою боль. Лишь пальцы сильнее стиснули холодное стекло бокала.
— Не тебе приходится тащить на своих плечах всю компанию! — продолжал безжалостно давить Джейк, распаляясь всё сильнее. — Не тебе приходится краснеть перед партнёрами из-за того, что единственный оставшийся сын оказался непутёвым бездельником!
Отец продолжал сыпать обвинениями, будто методично уничтожая сына. В какой-то момент Алекс не выдержал. Он резко, с громким стуком, поставил бокал на столик и рывком поднялся с шезлонга, в упор глядя на Джейка.
— Послушай меня, отец, — его голос от ярости опустился до опасного шёпота. — По-моему, это ты что-то путаешь. Я не Генри. И ты прав. Так перестань пытаться вылепить его из меня! Мало того, что ты вечно недоволен тем, какой я есть, так ещё и хочешь, чтобы я прожил его жизнь, толкая меня к браку с Кроссом!
Алекс сделал шаг навстречу отцу. Его грудь тяжело вздымалась от переполнявших эмоций.
— Возможно, брат был бы счастлив этому браку! Ведь он был таким ответственным, как ты любишь повторять. К тому же он был омегой. Нарожал бы вам кучу породистых внуков, и вы бы породнились с Кроссами не только миллионами, но и кровью! Но есть одна маленькая проблема, отец... Прошлое нельзя изменить. Запомни это. Генри мёртв. А я — живой.
Выпалив это на одном дыхании, Алекс резко развернулся и быстрым, широким шагом направился в дом.
Джейк остался стоять у бассейна. Он молча смотрел сыну вслед. На мгновение даже растерялся. Но жалость и понимание были ему чужды.
Эта сцена не растрогала Джейка. Напротив, она лишь подтолкнула его к действию. В голове созрело холодное, чёткое решение: сына нужно сломить. Лишить его этой спеси, загнать в жёсткие рамки и сделать полностью послушной, шёлковой марионеткой в своих руках.
Спустя полчаса Алекс, переодевшийся в стильный, вызывающе экстравагантный наряд для вечеринки, спускался по лестнице к выходу. Джейк уже ждал его в холле.
— И куда это ты собрался? — ледяным тоном спросил отец, преграждая ему путь.
— На вечеринку, — бросил Алекс, поправляя воротник. — Помолвку отменили, так что я свободен. И имею на это полное право.
— Никуда ты не поедешь, — отрезал Джейк. Его голос прозвучал, словно захлопнулась крышка гроба. — Помолвку перенесли, а не отменили. А это значит, что тебе не позволено делать всё, что взбредёт в твою дурную голову.
— Отец, тебе не кажется, что ты переходишь все мыслимые границы?! — Алекс зло уставился на него. — Я свободный человек! Мы с Кроссом не связаны ни браком, ни какими-либо чувствами. Так к чему весь этот тотальный контроль, если ты сам утверждаешь, что наш брак — всего лишь бизнес-контракт?!
— Как бы там ни было, я не позволю тебе позорить моё имя своими пьяными выходками перед высшим светом, — жёстко произнёс Джейк, сделав едва заметный знак рукой.
В дверях холла тут же выросли двое массивных охранников.
— Поэтому снимай свой вычурный наряд и марш в свою комнату. Иначе я прикажу охране, и они отнесут тебя туда силой. Выбирай.
— А-а-а-рх!.. — яростно прорычал Алекс, ощущая собственное бессилие перед этой непробиваемой стеной. Он сжал кулаки так сильно, что ногти впились в ладони.
— Ладно. Но не думай, отец, что так будет всегда. Ты не сможешь держать меня взаперти вечно.
— И перестань пить в моём доме, — бросил ему вдогонку Джейк, когда Алекс уже яростно поднимался по лестнице. — Не хватало ещё, чтобы ты окончательно спился и превратился в ничтожество.
— А что ещё мне нельзя делать, отец?! — обернувшись на верхней ступеньке, ядовито выкрикнул Алекс. — Может, мне вообще перестать дышать, чтобы тебе было удобнее?!
С силой захлопнув дверь, Алекс ворвался в свою комнату и, обессиленно рухнув на кровать, уставился в потолок.
В этот момент в кармане истошно зазвонил телефон. На экране высветилось имя одной из девушек из их компании.
Алекс со злостью нажал кнопку ответа.
— Алло. Да, привет. Чего тебе надо? На вечеринку? Нет. Я не приду, — грубо отрезал он.
Сбросив вызов, Алекс швырнул смартфон на кровать.
Внутри всё клокотало от ярости, обиды и удушающего чувства безысходности. Он понимал: нужно срочно что-то предпринять. До этой проклятой повторной помолвки он обязан найти выход. Придумать план, отыскать лазейку, раскопать грязную тайну отца — сделать всё что угодно, лишь бы навсегда избавиться от этого чёртового брака.
Ради своей свободы Алекс был готов абсолютно на всё.