Не твой мальчик

Алекс влетел в семейный особняк словно вихрь.

​— Отец! — с порога крикнул он в пустоту.

​В ответ — лишь давящая тишина огромного дома. Он быстрыми, нервными шагами прошелся по коридорам. Пусто. Ни в гостиной, ни в столовой. Неужели старик уже улетел в Америку?

Парень замер посреди холла, тяжело дыша. Рука инстинктивно дернулась к карману за телефоном, но он тут же остановил себя. Нет. Снова слушать нотации? Смысла нет. Он слишком хорошо знал непробиваемый характер Джейка Ревенхолла — если тот не хотел разговаривать, заставить его было невозможно. Матери тоже не оказалось дома. Наверняка снова уехала на очередной благотворительный вечер.

​Полная изоляция. И тут в голове Алекса вспыхнула шальная, спасительная мысль. Глаза азартно блеснули.

​— Да это же мой шанс! — он довольно усмехнулся.

​Раз родители решили устроить этот цирк за его спиной, пускай теперь ищут ветер в поле.

​Он взлетел по лестнице на второй этаж, ворвался в свою комнату и начал судорожно скидывать в дорожную сумку самое необходимое: загранпаспорт, пару любимых вещей и несколько чёрных банковских карт. План был до смешного прост: главное — исчезнуть. Хоть в Майами, хоть на другой конец света. Лишь бы до него не добрались.

​Схватив сумку, он бегом спустился вниз, чувствуя, как сердце бешено колотится от предвкушения победы. Алекс подлетел к массивной входной двери, резко распахнул её, готовый вдохнуть воздух свободы... и замер.

​Прямо перед ним, перекрывая выход, стоял личный секретарь отца — мистер Томас, с непроницаемым лицом робота. А за его спиной, словно две каменные глыбы, высились охранники.

​— Замечательно, что ты сам приехал домой, Алекс, — вежливо, но пугающе холодно произнес Томас. — Мы как раз собирались ехать на твои поиски. Перед отъездом твой отец распорядился найти тебя. Ты облегчил нам работу.

​Алекс выдавил из себя самую дерзкую улыбку, на которую был способен, хотя внутри всё сжалось от ярости.

​— Я тоже безумно рад вас видеть, парни. Но вы меня извините, я спешу. Мне пора на самолёт.

​Он попытался уверенно шагнуть вперед, сделав вид, что не замечает преграды. Но стоило ему поравняться с охраной, крепкие пальцы сомкнулись на его предплечьях.. Сумка с глухим стуком упала на пол. Его грубо, но аккуратно развернули и повели обратно вглубь дома.

​— Эй! Руки убрали! — дернулся Алекс, но хватка была железной. — Вы что творите?!

​— Твой отец приказал тебе оставаться дома до его возвращения, — спокойно ответил секретарь, закрывая дверь.

— Томас, отец совсем разум потерял?! — Алекс резко обернулся, его глаза округлились от возмущения.

​В ответ секретарь лишь равнодушно пожал плечами.

​Спустя несколько дней Алекс всё еще сидел под домашним арестом. Он без конца мерил комнату шагами, яростно топая по ковру. Вся его спесь разбилась о глухую стену — за окнами по периметру территории открыто расхаживала охрана.

​— Дом под конвоем, значит? — процедил Алекс, глядя на стоящего у дверей Томаса. — И сколько мне еще торчать в этой клетке?

​— Самолет мистера Ревенхолла задерживается в Нью-Йорке. Придется подождать еще около трех дней.

​— Ещё три дня взаперти?! — Алекс едва не задохнулся от негодования. — Не слишком ли?! Я же не преступник!

​Томас лишь слегка склонил голову, оставаясь абсолютно равнодушным к его вспышке:

— Я лишь исполняю приказы твоего отца, — спокойно произнес Томас, но в его голосе впервые мелькнула тень сочувствия.

​Эти дни дикой скуки чуть не свели парня с ума. Он чувствовал себя запертым зверем, которого лишили контроля над собственной жизнью. Первые сутки Алекс еще пытался спорить с охраной. На вторые — искал способ выбраться. К третьим оставалось только ждать.

​Джейк Ревенхолл только успел войти в дом и подняться в свой рабочий кабинет, как дверь с грохотом отлетела в сторону. Алекс буквально влетел внутрь, тяжело опершись руками о край стола.

​— Отец! — с порога выкрикнул он. — Это по-твоему нормально?! Женить меня на бывшем женихе моего покойного брата?! Даже не спросив! Просто выставить как товар?!

​Джейк даже не вздрогнул. Мужчина с безупречной сединой на висках и точно такими же, как у сына, холодными голубыми глазами, молча сел в кресло.

​— Я только с самолета, Алекс. У меня и без тебя голова раскалывается.

​Парень стиснул зубы так, что заболели челюсти, и с силой толкнул дверь ногой, закрывая её.

​— Когда ты наконец научишься манерам? — Джейк поднял на сына тяжелый взгляд. — Я тебе не дружок из бара. Как ты смеешь врываться сюда с претензиями? Я звонил тебе почти две недели, перед тем как новость попала в прессу. Ты хоть раз поднял трубку? А теперь прибегаешь и в чем-то меня обвиняешь.

​Алекс поджал губы, на секунду опустив голову под этим давящим взглядом.

— И что это за формулировка — «жених брата»? Ян и Генри были друзьями, — раздражённо произнёс Джейк.

— Просто друзьями? — Алекс подозрительно посмотрел на отца.

​— Это уже не имеет значения.

​— Отец, ты серьезно?! — Сын сделал шаг вперед. — Они были неразлучны с самого детства! Ян всегда был рядом с ним... Ладно, неважно! Допустим. Но с чего бы Яну Кроссу вдруг вспомнить о нашей семье спустя десять лет? После смерти Генри он уехал за границу. Я его больше не видел! К тому же он старше меня почти на десять лет, они с Генри одногодки! И самое главное: я — бета, в отличие от моего покойного брата-омеги. А Ян — альфа. Ты сам не видишь, насколько это нелепо?!

​Джейк поморщился и сжал виски от криков сына.

​— Успокойся наконец. Во-первых, кому какое дело до того, что ты бета? Во-вторых, это ты не видел Яна десять лет, а я постоянно с ним пересекался — мы с его отцом партнеры по бизнесу. Не переживай. Это всего лишь контракт, который необходим нашей семье.

​— Что? — Алекс опешил, чувствуя, как к горлу подступает горькая обида. — На кой черт тебе понадобился этот контракт, да еще и с Кроссами? Ты просто продал меня, отец!

Мужчина не выдержал. Напор сына и раскалывающаяся после перелета голова довели его до кипящей точки. Он со всей дури ударил широкой ладонью по полированной столешнице. Эхо хлопка оглушило комнату.

— Да как ты смеешь требовать от меня каких-то объяснений?! — во весь голос прорычал старший Ревенхолл. — Ты начал шляться по злачным местам, как только тебе стукнуло восемнадцать! Тебя из клубов было не вытащить! Когда умер Генри...

Мужчина неожиданно запнулся и схватился рукой за горло. На несколько секунд в кабинете зависла звенящая, пугающая тишина. Каким бы жестоким и циничным человеком ни казался глава семейства, гибель старшего сына оставила неизгладимый, кровоточащий шрам на его сердце. Тяжело переведя дыхание, он продолжил уже тише, но с ещё большей горечью:

— Все эти годы я ждал, что ты наконец повзрослеешь... Что хотя бы немного станешь похож на него. Что сможешь поднять нашу семью и встать во главе дела. Но каждый раз ты доказываешь, что я абсолютно зря возлагал на тебя надежды.

Блондин замер. Эти слова ударили наотмашь, словно физический удар, выбивая остатки воздуха из легких.

— Да, отец... Ты прав. Я — не он. Поэтому больше никогда не возлагай на меня надежды, — тихо, с трудом сдерживая предательскую дрожь в сорванном голосе, выдохнул юноша, до боли сжимая пальцы в кулаки.

— Выйди вон, — ледяным, отстраненным тоном оборвал его родитель, указывая сухим пальцем на дверь. — И не вздумай больше заходить сюда. Если попытаешься сбежать из дома — я в ту же секунду заблокирую абсолютно все твои счета. Уходи.

​У Алекса внутри кипела буря, ему хотелось высказать всё, что копилось годами. Но, видя состояние отца, он сдержался. Ему было слишком больно, чтобы продолжать этот фарс. Алекс молча развернулся и вышел, даже не прикрыв за собой дверь.

В его душе больше не осталось страха. Осталась только злость. На отца. На этот контракт. И на человека, который почему-то согласился стать частью этой сделки.

​«Если Ян действительно согласился на этот контракт добровольно, значит, он ничем не лучше моего отца.»

​Алекс сузил глаза, спускаясь по лестнице.

Что ж. Пусть попробует. Я не позволю сделать из себя замену Генри. И если Ян Кросс действительно добровольно согласился на этот брак — он пожалеет об этом.