Повесть о конце света

Безжалостный обмен

Над ареной Вальгаллы повисло такое тяжелое молчание, что было слышно, как потрескивают искры статического электричества вокруг скандинавского Бога Грома. Тор и Люй Бу стояли друг напротив друга. Ни один из них не потрудился принять защитную стойку. Для этих двоих концепции «блока» или «отступления» просто не существовало. Была лишь чистая, первобытная жажда сокрушить врага перед собой.

Первым движение сделал Тор. Он лениво, почти небрежно приподнял свой исполинский Мьёльнир. Его руки, закованные в легендарные железные перчатки Ярнгрейпр, сжали рукоять. В следующую секунду бог совершил молниеносный замах, и молот устремился вниз, грозя превратить арену в крошево.

Люй Бу даже не дрогнул. Перехватив свое длинное копьё-алебарду обеими руками, он рванулся навстречу божественной каре.

БА-А-А-МММ!!!

Удар колоссальной мощи сотряс саму ткань пространства. Взрывная волна из пыли, камней и чистой энергии ударила по трибунам, заставив зрителей зажмуриться и закрыть уши. Боги на трибунах победоносно ухмылялись, ожидая увидеть на месте наглого смертного лишь мокрое пятно.

Но когда пыль осела, зал Вальгаллы ахнул от абсолютного шока.

Люй Бу стоял. Его ноги по колено ушли в каменные плиты арены, мышцы были напряжены до предела, но он заблокировал прямой удар Мьёльнира. Более того, наглый смертный резко крутанул древко своего оружия, соскальзывая с траектории молота, и молниеносным, едва уловимым глазом выпадом полоснул острием копья прямо по груди Тора.

Брызнула багровая жидкость. Тор отступил на шаг. На его белоснежных одеждах и бледной коже расплывался глубокий кровавый порез. Боги безмолвно застыли, их лица перекосило от ужаса. Смертный пролил кровь высшего бога Асгарда.

Запретное искусство: Волунд

— К-как?! Это невозможно! — Зевс на своей трибуне подался вперед, его глаза чуть не вылезли из орбит. — Обычное человеческое оружие должно было разлететься в щепки от одного прикосновения к Мьёльниру! Не говоря уже о том, чтобы пробить божественную плоть!

В ложе валькирий младшая сестра Гёлль прыгала от радости, но Брунгильда лишь победоносно смотрела на раненого бога. Она знала этот секрет.

— Глупые боги, — тихо произнесла Брунгильда, скрестив руки на груди. — Вы слишком долго считали людей беззащитным скотом. Да, человеческая сталь бессильна против бессмертных. Но это оружие — непростое.

Раскрылась тайна, скрытая в самом сердце копья Люй Бу. Чтобы уравнять шансы в Рагнарёке, валькирии пошли на абсолютное табу — технику Волунд. Четвертая из сестер-валькирий, Рандгриз, полностью отдала свою душу и тело Люй Бу, материализовавшись в форме его оружия.

Имя Рандгриз означало «Разрушительница щитов». Её божественная суть позволяла игнорировать любую защиту, будь то доспехи, щиты или даже священные перчатки Ярнгрейпр, защищавшие руки Тора.

Это был контракт не на жизнь, а на смерть. Если оружие ломалось — погибала и сама валькирия, навсегда исчезая в небытии. Но сейчас эта ставка сработала на полную мощность.

Одиночество на вершине мира

Тор медленно прикоснулся пальцами к своей ране на груди. Посмотрев на божественную кровь, оставшуюся на ладони, он впервые за долгие столетия поднял взгляд на своего противника не как на муху, а как на равного.

Люй Бу в этот момент замер, глядя на окровавленное острие своего копья. В его глазах вспыхнули воспоминания о прошлой, земной жизни.

Древний Китай. Эпоха Троецарствия. Время непрекращающихся, кровавых войн. Люй Бу с самого детства рос монстром среди людей. На поле боя ему не было равных. Он в одиночку прорубал целые армии, сносил головы вражеским генералам одним ленивым взмахом и брал неприступные крепости. Его имя внушало благоговейный ужас.

Но у этого абсолютного могущества была обратная, страшная сторона. Одиночество.

Люй Бу скучал. Каждый его бой заканчивался слишком быстро. Враги кричали от страха, молили о пощаде или гибли в первые же секунды поединка. Стоя на горе из трупов своих врагов, Летящий Генерал смотрел в пустое небо и чувствовал лишь удушающую пустоту. Он достиг вершины, на которой не было никого, кто мог бы разделить с ним радость настоящей битвы. Он умер, так и не узнав, что такое достойный соперник.

И вот теперь, на арене Рагнарёка, посреди Вальгаллы, всё изменилось.

Лицо Люй Бу исказилось в безумной, дикой и бесконечно счастливой улыбке. Его тело дрожало от возбуждения. Перед ним стоял Тор — существо, способное выдержать его удар и способное ударить в ответ с силой самого бога. Пустота внутри генерала, копившаяся веками, мгновенно испарилась.

Рёв Красного Зайца

Внезапно со стороны человеческих трибун, где теснилась многотысячная армия древнего Китая во главе с верным советником Чэнь Гуном, раздался оглушительный, пронзительный звук. Это было не человеческое кричание, а яростное, громоподобное ржание.

Сквозь толпу душ, расталкивая китайских солдат, прорвался исполинский боевой конь. Его шерсть отливала яростным, огненно-рыжим цветом, а мускулы перекатывались под кожей, словно стальные канаты.

Это был Красный Заяц (Чи Ту). Легендарный скакун, который при жизни признавал только одного хозяина. Даже в загробном мире преданное животное отыскало свою родную душу. Конь бил копытами о каменный парапет трибун, дико кося глазами на арену и призывая своего генерала к победе.

Люй Бу услышал этот зов. Не оборачиваясь, он крепче перехватил копьё-алебарду, в котором пульсировала жизнь валькирии Рандгриз.

Тор, заметив перемену в настроении врага, крепче сжал рукоять Мьёльнира. Между бойцами снова начала сгущаться смертоносная аура. Первый шок прошел — теперь и бог, и человек были готовы показать свою истинную, разрушительную силу.