Дважды рожденная

Первое утро в Хогвартсе началось с гомона птиц за окном и тихого шуршания страниц. Мэгги открыла глаза и уставилась в потолок, пытаясь понять, где она находится. Тёплое одеяло, старый замок за окном, странный запах свечей и пыли — всё это казалось сном.

Она повернула голову. Гермиона уже сидела на кровати с книгой, Лаванда Браун стояла у зеркала и пыталась уложить волосы, а рядом с ней ходила Фэй Данбар — тихая девочка с длинными тёмными волосами, которая пока ни с кем не разговаривала, но выглядела дружелюбной.

— Доброе утро, Мэгги, — сказала Гермиона, не отрываясь от книги. — Ты спала нормально? Я слышала, ты ворочалась ночью.

— Ага, просто привыкаю, — пробормотала Мэгги, садясь на кровати и потягиваясь. — Тут странно... Но в хорошем смысле.

— Да, Хогвартс — это нечто, — согласилась Лаванда, поворачиваясь к ней. — Ты уже видела зал? Там просто невероятно.

Мэгги улыбнулась. Она быстро оделась, сунула в карман мантии старого зайца — он всегда был с ней, даже в школе — и они спустились в Большой зал.

Там было шумно и ярко. Четыре длинных стола, парящие свечи, звёздный потолок. Мэгги почувствовала, как внутри разливается тепло. Она села рядом с Гарри и Роном, которые уже вовсю спорили о том, чья сова быстрее.

— А ты как спал? — спросила она у Гарри.

Тот пожал плечами.

— Так себе. Мне всё кажется, что я здесь не на своём месте. Как будто кто-то ошибся и меня не должны были сюда брать.

Мэгги усмехнулась.

— Я тоже так думала. Но мы здесь. Значит, так и надо.

Гарри улыбнулся ей. Им было легко друг с другом — как будто они знали друг друга давно, хотя виделись только вчера.

Мэгги взяла тост и задумчиво уставилась в потолок, но случайно перевела взгляд на слизеринский стол. И там, среди серых и зелёных мантий, сидел он. Теодор Нотт. Он жевал яблоко и слушал Малфоя, но его глаза смотрели куда-то в сторону. И встретились с её.

Мэгги застыла. Теодор не улыбнулся и не отвернулся — просто смотрел, как она смотрит на него. Это длилось всего секунду, но она почувствовала себя странно. Будто он изучает её.

Она первая отвела взгляд и уставилась в тарелку.

«Что это было?» — подумала она. Но ничего не ответила. Первым уроком было зельеварение. И это была катастрофа.

Профессор Снейп ворвался в класс, развевая чёрную мантию, и с первого слова начал унижать Гриффиндор. Он прошёлся по каждому, задавал вопросы, на которые никто не знал ответа. Когда очередь дошла до Гарри, тот побледнел и неуверенно открыл рот.

— Мистер Поттер, — прошипел Снейп, медленно подходя к его столу. — Боюсь, что слава не научила вас тому, что корень асфоделя добавляют в зелье из полыни. А вы даже не знаете, что это.

Гарри покраснел и опустил голову.

Мэгги дёрнула его за мантию и прошептала:

— Скажи, что это основа для снотворного. Полынь и асфодель — ключевые ингредиенты в зелье живой смерти. Он тебя просто провоцирует.

Гарри посмотрел на неё, сглотнул и повторил:

— Это... это основа для снотворного? Полынь и асфодель? В зелье живой смерти?

Снейп замер. Его глаза медленно переползли с Гарри на Мэгги.

— Мисс Уорд, — тихо сказал он. — Если вы такая знающая, скажите мне, что я добавил в этот котёл сейчас?

Мэгги взглянула в мутную жидкость, которая булькала у доски. Она чуть наклонилась, принюхалась и сказала:

— Корень мандрагоры, высушенный лист крапивы и немного змеиного яда. Но вы передозировали яд, поэтому зелье сейчас начнёт менять цвет с зелёного на фиолетовый. Если не добавить лунный камень, оно взорвётся.

В классе повисла тишина. Снейп смотрел на неё с лёгким удивлением, но его лицо оставалось каменным.

— Пять баллов Гриффиндору, — процедил он. — Но только потому, что вы, кажется, единственная, кто что-то читал.

Мэгги почувствовала, как Гарри выдохнул рядом с ней, а Рон еле слышно хмыкнул.

В конце урока, когда все собирали вещи, к ней подошёл Теодор Нотт.

— Ты хорошо ответила Снейпу, — сказал он без улыбки.

Мэгги удивлённо подняла бровь.

— Ты удивлён? — спросила она с лёгкой насмешкой.

— Немного, — ответил он. — Обычно гриффиндорцы слишком заняты геройством, чтобы что-то учить.

— А слизеринцы слишком заняты интригами, чтобы замечать что-то умное, — парировала она.

Теодор на секунду замолчал, а потом чуть заметно ухмыльнулся.

— Скажем так, — тихо сказал он, наклоняясь к ней, — я не такой, как Малфой.

И он развернулся и ушёл.

Мэгги смотрела ему в спину, чувствуя, как внутри что-то ёкает.

«Нет. Он враг. Просто враг, который не говорит гадостей», — одёрнула она себя.

На большой перемене она сидела в гостиной Гриффиндора с книгой по истории магии, когда рядом с ней плюхнулись двое.

— Ну что, маленькая Маргарет, — сказал один из них, наклоняясь к ней с улыбкой. — Уже решила стать новой МакГонагалл?

— Или ты решила всех перещеголять по знаниям? — добавил второй, подмигивая.

Мэгги захлопнула книгу и прищурилась.

— А вы, я смотрю, решили стать новыми Поттерами? — ответила она. — Или уже устали от того, что вас постоянно путают?

Близнецы переглянулись.

— Ого, — сказал Фред. — У нас тут боец.

— Она нам нравится, — добавил Джордж. — Слушай, хочешь поучаствовать в одном деле?

— В каком? — спросила Мэгги, приподнимая бровь.

— Да так, — заговорщически прошептал Фред. — Есть одна кошка. Слишком напыщенная. Хотим сделать мир ярче.

Мэгги нахмурилась.

— Что за кошка?

— Миссис Норрис, — хором сказали близнецы. — Мы хотим покрасить её в розовый.

Мэгги моргнула. А потом улыбнулась. Широко, по-настоящему.

— Я с вами.

План был простым: дождаться, когда Филч отойдёт, найти миссис Норрис и облить её краской. Но близнецы, как всегда, решили добавить драматизма.

— У меня есть кое-что ещё, — заговорщически прошептал Джордж, доставая из кармана мантии маленький мешочек. — Блёстки. Сверху. Для эффекта.

— Ты серьёзно? — Мэгги приподняла бровь, но улыбнулась.

— Ещё как, — усмехнулся Фред. — Если уж делать, то красиво.

Они прокрались на третий этаж. Миссис Норрис сидела в углу, подозрительно щурясь на них жёлтыми глазами. Мэгги подкралась ближе и вылила краску прямо на неё.

— Есть! — крикнула она.

В ту же секунду близнецы взлетели — они сидели на верхней лестнице — и высыпали целый мешок серебряных блёсток прямо на голову кошке и заодно на Мэгги.

— Вы охренели?! — заорала Мэгги, отплёвываясь от блёсток. — Я же вся в них!

— Зато красиво! — заржал Фред.

Миссис Норрис зашипела, забегала по коридору, оставляя розовые блестящие следы. Близнецы и Мэгги засмеялись, но смех оборвался, когда кошка превратилась в человека.

Профессор МакГонагалл стояла перед ними — вся розовая, в блёстках, с ледяным взглядом. Мэгги хотела провалиться сквозь землю.

— Мисс Уорд, — тихо сказала МакГонагалл. — И мистеры Уизли. Вы только что покрасили декана Гриффиндора и обсыпали её блёстками. Месяц наказаний. После ужина, каждый день, вы будете мыть классы. Без магии. Вместе. И без блёсток.

Мэгги сглотнула.

— Профессор, честно, мы думали, что это миссис Норрис, — начал Фред.

— Это не оправдание, — отрезала МакГонагалл. — Можете считать, что вы только что подписали себе приговор.

Она развернулась и ушла, оставляя их стоять в луже розовой воды и серебряных блёсток. Мэгги повернулась к близнецам:

— Я вас ненавижу.

— Ты нас любишь, — ухмыльнулся Джордж.

— Ненавижу и хочу убить, — поправила она.

Но улыбнулась.

Вечером они стояли в пустом классе с вёдрами и тряпками. Без магии. Вода была ледяной. Мэгги уже хотела завыть, но близнецы начали соревноваться: кто быстрее отмоет пол.

— Давай, Уорд! — крикнул Джордж. — Ты не хочешь, чтобы я выиграл?

— Да пофиг, — усмехнулась Мэгги, втягиваясь в игру. — Ты всё равно умрёшь от усталости раньше меня.

Они смеялись и шутили, пока за окнами темнело. И в какой-то момент в дверь заглянул Теодор Нотт с Блейзом. Он оглядел их, заметил розовые и блестящие следы на мантии Мэгги и усмехнулся.

— Неудачный день, Уорд? — спросил он с лёгкой насмешкой.

— Иди в жопу, Нотт, — ответила она, но с улыбкой.

Теодор поднял бровь, но ничего не сказал. Просто отвернулся и ушёл, оставляя её в смешанных чувствах.

Через несколько дней был первый урок полётов. Мэгги стояла на поле, сжимая метлу, и чувствовала, как внутри всё сжимается от страха. Летать она не умела и боялась даже думать о том, что ей придётся оторваться от земли.

Профессор Хуч учила их правильно садиться на метлу, и Мэгги старалась не смотреть вниз.

— Встаньте рядом с метлой, — говорила она, — и скажите: «Вверх».

Мэгги повторила слова, и метла послушно влетела ей в руку. Она выдохнула.

А потом Малфой начал задирать Гарри. Он говорил что-то про родителей, про шрам, про то, что Гарри никто не любит. Гарри взлетел и погнался за ним, рискуя разбиться.

Мэгги замерла, глядя на них.

Он не боялся. Он просто сделал это. Как будто падать ему было не страшно.

Когда Гарри поймал шар и приземлился, весь Гриффиндор закричал от радости.

Мэгги улыбнулась.

Она стояла в стороне, но краем глаза заметила Теодора. Он стоял недалеко и смотрел на неё.

Их взгляды снова встретились. Мэгги нахмурилась и отвернулась.

Вечером, когда замок затих, Мэгги спустилась в гостиную. Она не могла уснуть — в голове крутились мысли о прошлом, о пророчестве, о родителях.

Гарри сидел у камина один. Он смотрел на огонь и ничего не говорил.

— Тоже не спится? — спросила она, садясь рядом.

— Ага, — ответил он. — Я всё думаю о том, что если бы я не выжил той ночью...

Мэгги замолчала. Она смотрела на него и чувствовала, что знает, о чём он говорит. Они оба несли это бремя.

— Если бы ты не выжил, — тихо сказала она, — Волан-де-Морт бы пришёл за мной. Лично. Судя по слухам и тому, что я знаю, он бы не доверил это никому.

Гарри повернулся к ней. Его лицо было серьёзным.

— Ты тоже думаешь об этом? — спросил он.

— Иногда, — призналась она. — Трудно не думать, когда все вокруг напоминают тебе, что ты — одна из двух.

— Зачем ему было убивать тебя? — тихо спросил Гарри. — Мы же не родственники. Мы ничего ему не сделали.

Мэгги пожала плечами. Она не знала ответа. Но она чувствовала, что этот вопрос будет преследовать их обоих всегда.

— Может, он боялся нас, — предположила она. — Или думал, что мы можем стать сильнее его.

Гарри вздохнул.

— Как думаешь, мы справимся?

Мэгги улыбнулась.

— Мы уже справляемся, — ответила она. — Мы живы. Мы здесь. Значит, уже победили.

Они сидели у камина в тишине. Тёплый свет падал на их лица, и Мэгги чувствовала, что они не просто однокурсники. Они — одна судьба. И это пугало её, но и давало силу.

— Знаешь, — сказал Гарри, — я рад, что ты здесь.

— Я тоже, — ответила она. — Доброй ночи, Гарри.

— Доброй ночи, Мэгги.

Она поднялась в спальню, легла в кровать и достала из кармана зайца. Он был тёплым, как всегда. Она погладила его по уху и прошептала:

— Мы справимся. Я обещаю.

За окном шумел Хогвартс, а она закрыла глаза и улыбнулась.

Её ждало будущее. Сложное, но своё.