Глава 20
Феликс проснулся с улыбкой.
Это было настолько странно, что он даже не понял сначала, что происходит. Лежал на узкой кровати, смотрел в ту же трещину на потолке, а уголки губ сами собой ползли вверх. Вчерашний вечер всплыл в памяти - дуб, письмо, прикосновение губ Хёнджина к его губам. Сердце забилось быстрее, и он прижал ладонь к груди, чтобы успокоить.
- Ну и дурак, - прошептал он и засмеялся в подушку.
Он встал, умылся, надел свою любимую растянутую толстовку и вышел на кухню. Тётя Хесук уже сидела за столом с чашкой кофе. Она подняла на него глаза и замерла.
- Ты сегодня светишься, - сказала она. - Прямо как лампочка.
Феликс покраснел и уткнулся в тарелку с овсянкой, которая сегодня была с ягодами и мёдом.
- Да так... настроение хорошее.
Тётя усмехнулась в кружку и ничего не сказала. Но в её взгляде мелькнула тёплая искорка, которую он не видел раньше.
- Ешь, - сказала она. - И не опаздывай в школу. Там тебя, наверное, ждут.
Он кивнул и съел всё до последней ложки. Впервые за долгое время завтрак не был просто едой - он был началом чего-то нового.
---
В школе у входа его ждал Хёнджин. Не у стены, не в тени, а прямо у главных ворот, чтобы все видели. Он стоял с коробкой в руках - аккуратно обёрнутой в крафтовую бумагу и перевязанной бечёвкой. Увидев Феликса, он улыбнулся той самой улыбкой, от которой внутри всё переворачивалось.
- Привет, - сказал он. - Я ждал тебя.
- Привет, - Феликс подошёл ближе, чувствуя, как жар заливает щёки. - Это мне?
- Тебе, - Хёнджин протянул коробку. - Открывай.
Феликс взял её, повертел в руках. Крафтовая бумага приятно шуршала. Он аккуратно развернул её и увидел белую коробочку с яблоком - та самая, из-под которой пахло новой техникой. Он открыл крышку и замер.
Внутри лежал новый смартфон. Блестящий, черный, в тонком силиконовом чехле - неброском, но удобном.
- Хёнджин... - начал Феликс. - Это слишком.
- Твой старый жёлтый - позор, - перебил Хёнджин, но голос его был мягким. - Он разряжается через час, экран треснутый, и ты не отвечаешь на сообщения, потому что он виснет. Теперь ты будешь на связи всегда. И не спорь.
Феликс смотрел на телефон, потом на Хёнджина. В горле встал ком - не от грусти, а от переполняющей благодарности.
- Я не могу принять такой подарок.
- Можешь, - Хёнджин шагнул ближе и тихо сказал: - Это не просто телефон. Это чтобы я знал, что ты в порядке. Чтобы ты мог позвонить мне, если что-то случится. Чтобы мы могли переписываться ночью, когда не спится. Это не подарок, Феликс. Это... обещание. Что мы рядом.
Феликс сжал коробку и выдохнул. Потом рассмеялся - громко, искренне, как не смеялся уже давно.
- Ты ненормальный, - сказал он. - Я даже не знаю, как им пользоваться.
- Научу, - улыбнулся Хёнджин. - У меня есть терпение.
Феликс достал телефон из коробки. Он был тяжёлым, прохладным, пахнущим заводской свежестью. Он нажал на кнопку, и экран засветился. А там уже было всё настроено. На главном экране висело уведомление: «Твой дурак» и значок сообщения.
- Ты уже вбил свой номер? - удивился Феликс.
- Первым делом, - Хёнджин пожал плечами. - И ещё кое-что. Открой музыку.
Феликс провёл пальцем по экрану, открыл приложение и увидел один сохранённый трек. Без названия, но с обложкой, на которой было нарисовано пианино и два силуэта под дубом.
- Нажми «воспроизвести», - сказал Хёнджин.
Феликс нажал. Из динамика полилась мелодия - простая, но пронзительная, как утренний свет. Пианино, немного неуверенное, но такое тёплое. Он узнал её. Это была та самая, которую Хёнджин наигрывал, когда сидел дома за своим старым инструментом.
- Я сочинил её для тебя, - сказал Хёнджин, отводя глаза. - На прошлой неделе, после того как мы вернулись с перевала. Называется «Рассвет у дуба».
Феликс стоял с телефоном в руках, слушал мелодию, и по его щекам текли слёзы. Но он смеялся - громко, сквозь влагу, радостно.
- Ты чёртов гений, - сказал он, вытирая лицо рукавом. - Я не знаю, что сказать. Это лучшее, что я получал в жизни. Даже мама... даже мама не дарила мне музыку.
- Зато теперь есть я, - Хёнджин улыбнулся и подмигнул.
Они стояли у школьных ворот, и Феликс вдруг почувствовал, что ему хочется сделать что-то обычное, простое, человеческое. Он посмотрел на киоск с мороженым у входа и кивнул туда.
- Хочешь мороженое? Я угощаю.
- У тебя же нет денег, - усмехнулся Хёнджин.
- Теперь есть, - Феликс показал на новый телефон. - Наверное, в комплекте шли какие-то бонусы? Ну, хотя бы на одно мороженое.
Хёнджин засмеялся и достал кошелёк.
- Давай, я заплачу. Просто потому, что хочу увидеть, как ты будешь его есть.
Они купили два шоколадных мороженых - в белых вафельных стаканчиках. Сели на лавочку у входа и начали лизать, дурачась, как дети. Хёнджин откусил огромный кусок от своего, и Феликс фыркнул.
- Ты так быстро съешь, у тебя голова заболит.
- Я рискну, - сказал Хёнджин и вдруг наклонился и откусил от мороженого Феликса. - Так вкуснее.
- Эй! - закричал Феликс, вскакивая. - Это моё!
- Теперь наше, - Хёнджин вскочил и побежал в сторону школьного двора. - Догоняй!
Феликс кинулся за ним, сжимая в одной руке мороженое, в другой - новенький телефон. Они бежали через школьный двор, обгоняя первоклашек, смеясь и почти падая. Чанбин стоял у окна на втором этаже, увидел их и покачал головой:
- Ну, дурдом. Счастливый дурдом.
Феликс нагнал Хёнджина у старого тополя и толкнул его в плечо, так что тот чуть не упал. Они остановились, тяжело дыша, улыбаясь, и смотрели друг на друга. Мороженое таяло и капало на асфальт.
- Ты ненормальный, - выдохнул Феликс.
- Я знаю, - ответил Хёнджин. - Но ты тоже ненормальный. Иначе не бегал бы за мной с мороженым.
Феликс засмеялся, поднял свой стаканчик и слизал последнюю каплю.
- Спасибо, - сказал он. - За телефон. За песню. За то, что ты есть.
Хёнджин мягко улыбнулся и коснулся его руки.
- Всегда пожалуйста.
Они простояли у тополя до первого звонка, а когда прозвенел колокол, пошли в класс - рядом, плечом к плечу, чувствуя, как этот серый мир становится всё цветнее.