Глава 2
В тот день после полудня температура резко упала. Юй Цзин, как обычно, рано забрался под одеяло и принялся бубнить, наказывая мне хорошенько закрыть все окна и двери, и ни в коем случае не допустить, чтобы его продуло и он простыл. На лице Юй Цзина цвела сладкая улыбка, но по какой-то причине от неё меня пробирал мороз похлеще ледяного ветра снаружи. Вот ведь странное дело.
Я коротал время у очага, а когда уже стало смеркаться, с опаской начал закрывать одно за другим большие окна, всё думая про себя: когда же это кончится? И только я собрался закрыть дверь, как вдруг услышал вдалеке мерные шаги. Звук шагов накладывался сам на себя – примерно человек десять – не меньше.
Сердце ухнуло вниз. В такую глушь люди приходят только по одной причине — мстить. И я прекрасно понимал: на этот раз пожаловали не простые люди.
Обычно, если шаги беспорядочные и сбивчивые — значит, пришла толпа сброда. Если лёгкие и вялые — какие-нибудь жалкие типы. Но эти шаги были тихими, как осенний ветер в кронах, и в то же время ровными — это были люди, отлично слаженные между собой. Практикующие.
По моему слуху, они были ещё в нескольких ли отсюда.
Наставник ушёл в затвор, а я и дом его посторожил, куда уж больше. Сейчас самое разумное из тридцати шести уловок выбрать лучшую: бежать ( «из тридцати шести стратегий лучшая — бегство»). Я уже собирался уйти, и вдруг вспомнил про Юй Цзина. Но он не имеет отношения к наставнику, можно о нём и не заботиться, верно? Однако, поразмыслив иначе, я подумал: он же лис-оборотень. Эти самопровозглашённые блюстители праведного пути вряд ли упустят случай «изгнать демона во имя справедливости». Как-никак, Юй Цзин, будучи нахлебником, на самом деле не доставил мне особых хлопот. Не предупредить как-то некрасиво.
Ладно. Я сорвался с места и в три шага добежал до гостевой комнаты.
Честно говоря, с тех пор как он поселился, я туда не заходил. Во-первых, Юй Цзин решительно возражал, чтобы я врывался и беспокоил его во время сна, во-вторых, мы уже успели надоесть друг другу.
Я подбежал к кровати и закричал:
— Юй-гэ! Юй-гэ? Юй-гэ!
Он не шелохнулся.
Ах ты, погань! Почему, когда нагрянули враги, ты спишь так крепко?! Ты что, ненастоящий лис-оборотень?! Я приблизился и повысил голос:
— Юй Цзин!!
Никакой реакции. Странно, разве можно так крепко спать?
Я протянул руку и потрогал его лицо. Как лёд! Даже под моим свежевысушенным одеялом он такой холодный?!
– Юй Цзин, вставай скорее! – Я дёрнул его за руку, пытаясь поднять. Его рука бессильно упала.
У меня в голове промелькнула мысль: «Неужели он... неужели он умер?!»
Я сунул руку под одеяло. Холодно. Совсем нет тепла.
Я тут же применил весь свой «опыт» проверки мертвецов. Всё-таки за годы насмотрелся на желающих отомстить учителю.
Грудная клетка: ни сердцебиения, ни тепла. Пульс – не бьётся. Сонная артерия – не пульсирует. Бедренная артерия... пожалуй, не стоит. Зрачки... нет, проверять не буду, страшно. Словом, Юй Цзин сейчас абсолютно точно (говорить такое, когда к дому приближается толпа мстителей, наверное, не к добру)... в общем, он был не живой!
Спокойно, спокойно... — убеждал я себя, глубоко дыша.
Как он мог вдруг умереть? Только что же всё было нормально!
Странности происходят каждый год, но нынешней весной их особенно много!
Я не успел толком подумать, как входная дверь с грохотом распахнулась сама собой!
Всё пропало! Я же мог сбежать! Всё из-за Юй Цзина. Ну надо же было именно сейчас взять и умереть!
Вместе с холодным ветром снаружи донёсся громкий, уверенный голос:
— Порочный даос! Немедленно выходи и прими смерть!
Эх, что тут скажешь. Все эти самопровозглашённые борцы за праведное дело начинают одной и той же фразой. Неужели они не знают, что в романах с древности до наших дней тот, кто произносит эти слова, обычно долго не живёт? Хотя... сейчас учитель в затворе, и, похоже, недолго жить предстоит мне.
Ладно уж. Человек должен уметь принимать судьбу.
Я собрался с духом и медленно вышел из комнаты. У двери стояли в ряд семь или восемь даосов. Даже мне было ясно: мы с ними на разных уровнях.
— Ты и есть порочный даос Бусы? — с сомнением спросил один в жёлтом.
— Я его ученик.
Он оглядел меня с головы до ног:
— А где твой учитель?
Другой, в коричневом, добавил:
— Старший брат, он тоже какой-то подозрительный. Осторожно. Вдруг это воплощение того демона.
Подозрительный?! Да я с детства кормлю учителя, теперь ещё и Юй Цзина! Да я вообще образец добродетели! Я и воплощение наставника? Мой наставник, ленивый до смерти, скорее предпочтёт быть убитым, чем утруждать себя созданием воплощения! Вот поэтому я и не люблю этих «праведников». Даже не разобравшись, уже пришли мстить!
Погодите...
Не разобравшись...
Они ведь не знают, как выглядит мой учитель...
И тут меня осенило.