Пять пачек ревности

— Профессор Снейп, — Теодор быстро взял себя в руки и придал лицу максимально невинный и серьезный вид, хотя от приторного запаха ванили у него всё еще чесался нос. — Дело в том, что по пути из библиотеки на мисс Т/И случайно опрокинули испорченный флакон с экстрактом бадьяна и какими-то девичьими маслами. От этого резкого запаха ей стало дурно, она поскользнулась на луже прямо на лестнице и сильно подвернула ногу.

Снейп медленно вскинул одну бровь, переводя свой тяжелый, проницательный взгляд на тебя.

— Да, профессор, всё именно так, — поспешно закивала ты, постаравшись придать лицу максимально страдальческое выражение и покрепче прижавшись к Теодору. — Лодыжка ужасно опухла, я совершенно не могу наступить на ногу. Нотт просто оказался рядом и, как истинный староста, вызвался донести меня до Больничного крыла... то есть, до башни Когтеврана, чтобы я взяла мантию. А этот запах... мы просто пытались перебить его моими духами, чтобы меня не тошнило.

Снейп несколько секунд молча смотрел на вас двоих. Казалось, его черные глаза видят вас насквозь и он прекрасно понимает, что вы оба безбожно врете. Он снова брезгливо втянул носом воздух, в котором ваниль вела отчаянную борьбу с табачным дымом.

— Минус пять баллов с Когтеврана за неосторожное обращение с личными вещами в коридорах, — наконец сухо произнес декан Слизерина, и полы его мантии взметнулись. — И минус пять баллов со Слизерина, мистер Нотт, за то, что выбрали столь... сомнительный способ маскировки запахов. Донесите её до Больничного крыла. Если мадам Помфри не подтвердит травму, вы оба будете драить котлы до конца семестра. Свободны.

Снейп стремительно прошел мимо вас, обдав холодом. Как только его тяжелые шаги затихли за поворотом, Теодор с облегчением выдохнул и едва заметно улыбнулся.

— Ну что, «подвернутая ножка», — негромко усмехнулся он, удобнее перехватывая тебя на руках и направляясь в сторону Больничного крыла. — Кажется, нам придется заглянуть к мадам Помфри. Заодно она проверит твои ребра. Готова соврать ей про лодыжку?

Мадам Помфри встретила вас грозным взмахом рук и кучей причитаний. Стоило Теодору аккуратно опустить тебя на белоснежную кушетку, как школьная медсестра тут же принялась ворчать на Снейпа и неосторожных студентов.

— Опять эти ваши зелья и скользкие лестницы! — возмущалась она, доставая диагностическую палочку. — Ну-ка, мисс Т/И, давайте посмотрим на вашу лодыжку...

Ты затаила дыхание, а Теодор напряженно замер рядом, боясь, что обман прямо сейчас раскроется. Мадам Помфри взмахнула палочкой над твоей ногой, но синее свечение заклинания мгновенно переместилось выше, задерживаясь на твоей грудной клетке и ребрах.

Медсестра осеклась. Её лицо вмиг стало серьезным. Она перевела строгий взгляд с тебя на бледного Нотта, который сжал кулаки так, что побелели костяшки. Мадам Помфри была опытным колдомедиком и сразу поняла, что такие повреждения не получают от простого падения на ступеньках — это были следы сильных ударов. И она точно видела, что кости уже были наспех, но правильно скреплены чужими чарами.

Ты испуганно сжалась, ожидая, что сейчас она обо всем доложит директору. Но мадам Помфри лишь тяжело вздохнула. Она посмотрела на Теодора, в чьих серых глазах сейчас читался такой сильный страх за тебя и искренняя, непривычная для холодного слизеринца забота, что её сердце смягчилось.

— Что ж... — медленно произнесла колдомедик, пряча палочку в карман фартука. — Лодыжка действительно... требует покоя. А чары первой помощи были наложены весьма своевременно, мистер Нотт. Профессору Снейпу я передам, что мисс Т/И останется у меня до вечера. Можете идти на уроки.

Теодор облегченно выдохнул, и на его лице впервые за утро появилось выражение искренней благодарности. Он дождался, пока мадам Помфри отойдет вглубь кабинета за заживляющим бальзамом, и быстро наклонился к тебе.

— Я приду сразу после отбоя, — тихо, почти самым шепотом пообещал он, коснувшись твоей руки. В воздухе вокруг него всё еще приятно пахло смесью твоего ванильного парфюма и его терпкого табака. — Отдыхай.