10. Не сдавайся
Эмили сидела на берегу, слегка отвернувшись от остальных. Её взгляд был прикован к воде, но она словно не видела ни волн, ни отражений — только обрывки того, что показало ей озеро.
Слова всё ещё звучали внутри.
*«Ты не человек».*
*«Тебе нет места нигде».*
Она крепче сжала руки, будто пыталась удержать себя от распада.
Лилиандил в это время стояла на берегу и спокойно объясняла Каспиану, Эдмунду и Люси путь к последним островам и то, как можно остановить надвигающееся зло. Голос у неё был ровный, уверенный, будто она говорит не о катастрофе, а о давно известном маршруте.
Но Эмили это почти не слышала.
Остров вокруг казался ей слишком ярким, слишком живым — и при этом чужим. Каждое дерево, каждый звук будто подчёркивал одно и то же: она здесь лишняя.
*Нигде не своя.*
Она медленно спустилась к лодкам раньше остальных и села на край, не дожидаясь команды. Не разговаривала. Не смотрела ни на кого.
Просто была.
— Эми? — Рипичип вскинул голову, подплывая ближе по борту лодки, будто даже его терпение закончилось. — Что с тобой?
Ответа не последовало.
Мышь нахмурился, но дальше настаивать не стал.
Через несколько минут к лодкам вернулась остальная команда. Матросы несли запасы еды, ящики с водой и свёртки с провизией, обсуждая дорогу и звезду, которая всё ещё указывала путь.
Люси быстро подошла к Эмили и осторожно села рядом. Она улыбнулась, как обычно — тепло, привычно, по-домашнему.
И мягко взяла её за руку.
Эмили резко отдёрнула ладонь.
Не грубо — но холодно.
Слишком быстро.
Слишком закрыто.
Люси моргнула, растерянность мгновенно стерла улыбку с её лица.
— Что-то случилось? — тихо спросила она.
Эмили не ответила.
Только отвела взгляд ещё дальше, к линии горизонта, где море встречалось с небом.
Пальцы её дрожали, но она сжала их в кулак, пряча от всех.
Люси замолчала, но руку больше не протянула.
И в лодке на мгновение стало так тихо, что даже плеск воды звучал слишком громко.
На борту корабля Эмили ушла в самую тихую часть судна — каюту Каспиана. Обычно сюда никто не заходил без необходимости, и это место всегда казалось ей относительно безопасным. Но не сегодня.
Дверь открылась.
Внутрь вошли Каспиан и Эдмунд.
Они не сразу посмотрели на неё — будто были слишком заняты подготовкой. Каспиан молча проверял ремни на доспехах, Эдмунд поправлял перчатки и пристёгивал меч.
Только потом Каспиан поднял взгляд.
— Эми? — осторожно позвал он.
Он вздохнул, будто уже догадывался, что разговор будет непростым, и медленно подошёл ближе. Присев рядом, он заговорил мягче:
— Мы подплываем к островам. Если хочешь... можешь помочь нам. Нам бы правда не помешала помощь.
Эмили не ответила.
Ни взглядом, ни словом.
Она резко поднялась.
Движение было слишком быстрым, резким, почти нервным. Подойдя к оружейному стеллажу, она вытащила арбалет.
В каюте сразу стало тише.
Щёлк.
Эмили уверенно взвела механизм и одним движением зарядив стрелу, демонстративно проверила натяжение тетивы.
Слишком точно.
Слишком спокойно для человека, у которого всё внутри рушится.
Каспиан и Эдмунд переглянулись.
— Эми... — медленно начал Эдмунд, уже насторожившись.
Но Каспиан поднял руку, останавливая его.
Он смотрел на неё внимательно, без страха, но с явной осторожностью.
— Ты злишься, — спокойно сказал он. — Я это вижу.
Эмили не ответила.
Арбалет оставался направленным вниз, но её пальцы сжимали его так, будто это было единственное, что удерживало её от чего-то большего.
Каспиан сделал шаг ближе, но не резко.
— Скажи, на кого ты его направляешь? — тихо спросил он. — На нас... или на себя?
В каюте повисла тяжёлая тишина.
Только корабль скрипел за стенами, и где-то далеко слышался шум волн.
Эдмунд нахмурился, уже собираясь вмешаться, но снова остановился, заметив выражение лица Эмили — не ярость, а что-то гораздо хуже.
Пустоту, которая только притворялась силой.
Эмили медленно обернулась.
На её лице появилась улыбка — привычная, почти спокойная, та самая, которой она могла скрыть всё, что угодно.
— Простите, если обидела вас, — ровно сказала она. — Я сегодня не в себе.
Каспиан не сразу ответил. Он смотрел на неё слишком внимательно, будто пытался понять, где заканчивается эта «улыбка» и начинается настоящая она.
Эдмунд чуть прищурился, но тоже промолчал.
Эмили аккуратно опустила арбалет на стол, как будто ничего особенного не произошло.
И вышла из каюты.
Дверь тихо закрылась за ней.
На несколько секунд внутри повисла тишина.
— Она врёт, — наконец тихо сказал Эдмунд.
Каспиан медленно выдохнул, проводя рукой по лицу.
— Да... — согласился он. — Но не нам.
Он посмотрел на дверь, за которой исчезла Эмили.
— А себе.
За стенами корабля ветер усиливался, паруса натягивались, и судно всё быстрее шло к островам, которые уже виднелись на горизонте — тёмные, неровные, будто вырезанные из самой ночи.
А где-то на палубе, среди шума и подготовки к бою, Эмили шла вперёд, не оглядываясь.
Эмили шла по палубе, сдерживая слёзы, будто каждое движение давалось ей через силу.
Шум моря, крики матросов, скрип канатов — всё это вдруг стало слишком громким. Слишком настоящим.
И слишком чужим.
*Они мне не друзья.*
Эта мысль билась в голове снова и снова.
Все эти люди, которых она называла союзниками, спутниками, даже почти семьёй... могли бы никогда не существовать в её жизни. И, возможно, для них так было бы проще.
— Эмили! — резко раздалось сзади.
Она не обернулась.
Но Эдмунд не собирался останавливаться.
Он быстро догнал её и развернул к себе за плечо.
— Я же вижу, тебе плохо, — твёрдо сказал он. — Что тебе сказала эта Лилиандил?
Эмили коротко выдохнула, стараясь удержать голос ровным:
— Правду.
— Слишком тяжёлую правду, раз ты не можешь рассказать её друзьям, — спокойно, но с нажимом ответил он.
Она резко подняла взгляд.
— Мы с вами не друзья...
Эдмунд на секунду замер.
— Что?
Он моргнул, будто не сразу понял услышанное.
— Конечно друзья, — быстро сказал он. — Ты что? Мы вместе через столько прошли. Через Нарнию, через битвы, через всё это... разве этого недостаточно?
Эмили покачала головой.
— Я не одна из вас.
— Мы знаем, ты из Нарнии, — попытался возразить он. — Это не мешает...
— Я никто! — резко выкрикнула она.
Эдмунд замер.
Его рука, державшая её плечо, медленно ослабла и отпустила.
На секунду между ними повисла тишина.
Только ветер трепал паруса, и где-то внизу билось море о борт корабля.
— Как это?.. — тихо спросил он.
Эмили тяжело дышала. Слёзы уже не сдерживались, но она даже не пыталась их вытереть.
— Я не знаю, кто я, — голос сорвался. — Я не должна быть здесь. Вы не должны были меня знать. Всё это... — она резко обвела рукой корабль, море, небо, — всё это ошибка.
Эдмунд молчал.
Но теперь в его взгляде появилось другое — не растерянность, а понимание того, что это не просто вспышка эмоций.
— Эми... — начал он осторожнее.
Но она резко отвернулась, будто боялась, что если останется ещё хоть секунду, то совсем сломается.
И в этот момент даже шум корабля будто стал тише.
Словно весь мир на мгновение остановился, прислушиваясь к тому, что она сейчас сказала о себе.
Эмили опустила голову, будто слова застряли у неё в горле.
— Эдс, прости... — тихо сказала она. — Я накричала. Прости, просто...
Эдмунд несколько секунд молчал, внимательно глядя на неё. Его лицо уже не было таким напряжённым, но и привычной лёгкости в нём не осталось.
Он медленно отступил на шаг назад.
— Ничего, — ответил он спокойно. — Всё нормально.
Пауза повисла между ними, как натянутая тетива.
Шум моря стал громче, ветер резко ударил в паруса, и корабль слегка качнуло — будто сама погода предупреждала о чём-то.
Эдмунд посмотрел в сторону горизонта, где тёмная полоса тумана уже начинала подниматься над водой.
— Мы скоро зайдём в туман, — добавил он уже тише. — Будь осторожна.
Он не стал больше ничего говорить.
Просто развернулся и пошёл обратно к остальным, оставляя Эмили одну на палубе.
Девушка осталась стоять неподвижно.
***
Эмили стояла на корме рядом с капитаном Дринианом, чувствуя, как корабль всё глубже входит в туман. Белая пелена сгущалась вокруг, словно живая стена, глуша звуки и искажая пространство.
Каспиан тем временем говорил с матросами — твёрдо, уверенно, стараясь удержать их внимание.
— Мы уже проходили через худшее, — звучал его голос сквозь туман. — И это не станет нашим концом!
Матросы отвечали ему криками, кто-то даже смеялся, стараясь скрыть страх. Слова Каспиана явно зажигали в них решимость.
Но туман не отступал.
Сквозь него начали проступать силуэты скал — острые, тёмные, будто кости какого-то древнего существа, торчащие из воды. И среди них... голос.
— Эй! Уходите отсюда! Скорее!
Он звучал резко, надрывно, будто человек кричал из последних сил.
Эдмунд подошёл к борту и поднял фонарь, направляя свет в туман.
Сначала — ничего.
Потом луч выхватил фигуру.
На одной из скал стоял старик. Его одежда была изорвана, волосы спутаны, а взгляд — безумный, расширенный от ужаса.
— Это один из лордов, — сразу понял Каспиан, нахмурившись. — Надо поднять его на борт.
Он уже собирался отдать приказ, но в этот момент что-то огромное вынырнуло сбоку.
Дракон — Юстас в своём новом обличье — сделал резкое движение и буквально швырнул старика прямо на палубу.
Тот с глухим ударом упал, но почти мгновенно вскочил, как будто боли не чувствовал.
— Убирайтесь отсюда! — закричал он ещё громче, хватаясь за голову. — Оно знает! Оно слышит вас! Оно знает, о чём вы думаете!
Матросы переглянулись, напряжение резко выросло.
Эдмунд на секунду зажмурился.
— О нет...
— Эдмунд! — тут же выкрикнула Люси. — О чём ты сейчас подумал?!
Он резко распахнул глаза.
— Я... — начал он, но голос сорвался. — Простите меня...
И быстро бросился к борту.
Эмили повернулась вслед за ним, чувствуя, как воздух стал тяжёлым и липким.
И в этот момент из воды прямо у корабля начало подниматься нечто.
Сначала — просто тёмная масса под поверхностью.
Потом — очертания.
И наконец...
Из тумана медленно поднялось нечто куда более чёткое, чем просто тень.
Это был змей.
Огромный морской змей, чьё тело терялось в глубине воды, а над поверхностью поднималась лишь его часть — длинная, покрытая тёмными чешуйками, которые блестели, как мокрый камень. Его голова была вытянутая, почти лошадиная, но с холодными, нечеловеческими глазами. Из пасти тянулись тонкие потоки воды, будто сам океан стекал с его клыков.
Корабль на мгновение будто застыл.
— Назад! — закричал кто-то из матросов.
Но было уже поздно.
Змей резко рванулся вперёд.
Вода взорвалась вокруг его тела, и мощная волна ударила в борт корабля так, что судно опасно накренилось. Люди едва удержались на ногах, цепляясь за снасти и перила.
Второй удар был быстрее.
Хвост змея с оглушительным грохотом ударил по воде рядом с кораблём, поднимая стену брызг, и часть палубы залило ледяной водой.
— Он идёт на нас! — крикнул капитан Дриниан.
Эдмунд выхватил меч, но змей уже поднялся выше, раскрывая пасть.
И в этот момент старый лорд, всё ещё стоявший на палубе, в отчаянии схватил первое, что попалось ему под руку — тяжёлую печь для угля, закреплённую у борта.
— Прочь! — закричал он, почти не различая, куда целится.
И с диким усилием швырнул её в сторону чудовища.
Но мечт пролетел мимо... и вместо змея ударил прямо в дракона-Юстаса.
Раздался глухой металлический удар.
Дракон взревел от боли так, что туман будто дрогнул, и огромные крылья резко дернулись в стороны. Он потерял равновесие, взмахнул ими хаотично и, не удержавшись, сорвался вниз, исчезая в тумане.
— Юстас! — выкрикнула Люси.
Но времени на реакцию не было.
Змей воспользовался моментом.
Он резко метнулся вперёд, и его голова ударила в борт корабля с такой силой, что дерево застонало и затрещало. Канаты натянулись, снасти заскрипели, люди попадали на палубу.
Эдмунд едва успел отскочить, когда пасть змея щёлкнула там, где он только что стоял.
Вода снова взорвалась вокруг, и корабль окончательно погрузился в хаотичное сражение — между туманом, морем и чудовищем, которое чувствовало страх каждого на борту.
Сражение началось мгновенно и превратилось в хаос.
Туман давил со всех сторон, скрывая небо и море, и казалось, что корабль остался один на один с чем-то древним и безжалостным.
Матросы метались по палубе, пытаясь одновременно удержаться на ногах и атаковать. Кто-то стрелял из луков, но стрелы терялись в белой мгле. Кто-то рубил канаты, пытаясь освободить место для манёвра. Паника уже прорывалась в крики — страх был почти осязаемым.
Каспиан отдавал приказы, стараясь держать строй, но даже его голос терялся в грохоте воды и ударов чудовища о корпус корабля.
Эдмунд с мечом в руках пытался подступить ближе к краю, откуда появлялся змей, но каждый его рывок прерывался новой волной или ударом хвоста.
Люси, увидев, что обычное оружие почти бесполезно, резко развернулась и побежала в каюту.
— Мне нужно что-то другое! — крикнула она, исчезая за дверью.
Змей снова ударил по кораблю.
Палуба содрогнулась.
Люди падали, цеплялись за борта, кто-то уже кричал от ужаса.
Эмили в этот момент металась между матросами, помогая тем, кто упал, оттаскивая раненых, подавая руку, когда кого-то почти сносило за борт. Она двигалась быстро, почти инстинктивно, не успевая думать.
— Держитесь! — крикнула она одному из моряков, перетаскивая его ближе к мачте.
И в этот момент она не заметила опасность.
Тяжёлый хвост змея ударил по палубе.
Секунды хватило бы, чтобы её сбросило в чёрную воду.
Но Каспиан оказался рядом мгновенно.
Он резко схватил Эмили и притянул к себе, закрывая своим телом от удара. Хвост пронёсся в сантиметрах от них, ломая доски и срывая всё на своём пути.
Каспиан прижал её крепче, удерживая, пока корабль снова не стабилизировался.
— Тебе лучше воспользоваться силой! — резко выкрикнул он ей в ухо. — Иначе нам конец!
Эмили на секунду застыла.
Сила...
Слова Лилиандил, озеро, звёзды — всё вспыхнуло в голове одновременно.
— Точно... — выдохнула она.
Она выскользнула из его рук и резко выпрямилась.
Каспиан даже не успел её остановить.
Эмили подняла взгляд.
Прямо на змея.
Туман вокруг него закручивался вихрем, вода кипела от его движений, и он уже снова готовился к атаке.
— Стой! — выкрикнула она.
Она вытянула руку.
И в этот момент что-то изменилось в воздухе.
Сила внутри неё отозвалась.
Но глаза Эмили не изменились — не вспыхнули фиолетовым светом, как она ожидала. Вместо этого пространство вокруг её ладони будто стало плотнее, тяжелее, словно сама реальность слушала её.
Змей раскрыл пасть...
И остановился.
В метре от её руки.
Вся его огромная масса застыла, дрожа, будто он пытался прорваться сквозь невидимую преграду.
Он был силён.
Слишком силён.
И всё же остановлен.
— Вам лучше убить его, пока я его держу! — выкрикнула Эмили, напрягаясь изо всех сил.
И тут же...
— А!..
Острая боль пронзила её плечо.
Один из матросов, пытаясь выстрелить в змея, промахнулся — стрела задела Эмили.
Она пошатнулась, хватка силы дрогнула.
Змей мгновенно почувствовал слабину.
С яростным ревом он рванулся вперёд, вырываясь из удерживающего поля.
Эмили отступила назад, спотыкаясь о мокрые доски, и почти упала.
Вода и туман смешались в одно.
Змей снова шёл на неё.
И в этот момент Эдмунд оказался рядом.
Он схватил её за руку и резко поднял на ноги.
— Давай! — коротко сказал он.
Они начали быстро двигаться между матросами, лавируя среди ударов хвоста, падающих снастей и криков.
Палуба снова вздрогнула так сильно, что несколько матросов рухнули на колени.
Эмили резко вырвала руку из хватки Эдмунда и бросилась вперёд. Сквозь дождь брызг и туман она заметила сорванную балку от паруса, волочившую за собой толстые канаты.
И тут её осенило.
— Каспиан! — закричала девушка, перекрикивая шторм и рёв чудовища. — Надо связать его!
Король мгновенно понял её мысль.
— Лучники! По команде! — выкрикнул он.
Матросы быстро подхватили верёвки, цепляя их к гарпунам и стрелам. Несколько человек с трудом удерживали равновесие на мокрой палубе, пока чудовище снова поднималось над водой.
— Сейчас! — рявкнул Каспиан.
Стрелы вылетели почти одновременно.
Верёвки обвились вокруг длинной шеи и туловища змея. Матросы закричали, натягивая канаты изо всех сил.
На мгновение показалось, что план сработал.
Чудовище дёрнулось.
Ещё раз.
Корабль опасно накренился.
Но удерживалось.
— Держите! — кричал Дриниан.
Однако мокрая палуба стала настоящей ловушкой. Один за другим матросы начали поскальзываться. Кто-то упал, кто-то выпустил верёвку из рук.
Натяжение ослабло.
И змей вырвался.
Раздался треск канатов.
А затем случилось нечто куда хуже.
Тело чудовища начало меняться.
Чешуя разошлась в стороны, словно раскрывающаяся рана. Под ней оказалось нечто кровавое, склизкое, пульсирующее, будто змей был лишь оболочкой для чего-то гораздо более ужасного.
Из раскрытого туловища тянулись длинные мясистые отростки, а сама тварь издала звук, от которого кровь стыла в жилах.
Матросы в ужасе попятились.
Кто-то бросил оружие.
Эмили невольно зашагала назад, чувствуя, как сердце начинает колотиться ещё сильнее.
И только оказавшись рядом с Эдмундом, она инстинктивно схватила его за руку.
Он тяжело дышал, стирая с лица воду и лихорадочно пытаясь придумать хоть что-нибудь.
В другой руке он сжимал меч Питера.
Взгляд Эдмунда метнулся к острым выступам скал впереди.
И вдруг его лицо изменилось.
Он понял.
— Эми! — выкрикнул он, указывая вперёд. — Нужно направить корабль туда!
Сквозь туман действительно виднелись огромные острые камни.
— Я заберусь выше и отвлеку его! Ты слышишь меня?!
— Да! — крикнула Эмили, едва не стуча зубами от холода.
Она тут же бросилась вверх по лестнице.
Мокрые ступени скользили под ногами, ветер едва не сбивал её, но девушка всё-таки добралась до штурвала.
Схватившись за него обеими руками, она со всей силы начала разворачивать корабль.
Руки дрожали.
Пальцы немели от ледяной воды.
Но в голове звучала только одна мысль:
*Надо убить эту тварь.*
Внизу Каспиан вместе с матросами всё ещё удерживал чудовище канатами. Кожа на его ладонях уже была содрана до крови, но он даже не замечал этого.
Люси выбежала на палубу с луком Сьюзен в руках и тут же начала стрелять.
Её стрелы свистели в тумане, отвлекая чудовище.
Тем временем Эдмунд уже забрался на самый верх.
Ветер трепал его одежду, а под ногами опасно скрипела мачта.
Но он всё равно поднял меч.
— Эй! Я здесь! — выкрикнул он, оголяя клинок.
Чудовище резко повернулось к нему.
Дальше всё смешалось.
Для Эмили время словно замедлилось.
Она видела Люси, стреляющую одну стрелу за другой.
Видела Каспиана, который из последних сил удерживал верёвки вместе с командой.
Видела матросов, перепуганных, мокрых, израненных — но всё ещё продолжающих бороться.
— Эдмунд, давай! — закричал Каспиан.
— Быстрее! — выкрикнула Люси.
И в этот момент меч Эдмунда вспыхнул.
Яркий синий свет прорезал туман, отражаясь в воде и мокрых досках палубы.
Клинок загудел, будто сам ожил в его руках.
И все сразу поняли:
Сейчас.