Рай во тьме

Через три недели всё вернулось к привычному ритму.

Намаз.

Учёба.

Коран.

Книги.

Лекции.

И редкие разговоры с Рионой, которые почему-то с каждым днём становились всё привычнее.

В одно из таких утр мы встретились с Айшей и её подругами в Dining Hall.

Я вошла первой. Риона шла следом.

Мы подошли к стойке, где принимали заказы. Я сделала заказ - тосты и салат, - после чего мы направились к столу, за которым уже сидели девушки.

Все они были в хиджабах.

- Ассаляму алейкум, - поприветствовали они меня почти одновременно.

- Ва алейкум ассалам,-поздоровплась я в ответ.

Я остановилась перед столом.

- Знакомьтесь, - произнесла я без особого энтузиазма и посмотрела на Риону.

Она была одета просто: светлая футболка, прямые джинсы и белые кеды. Волосы были собраны, чтобы не мешали.

Я перевела взгляд на девушек.

- Айша, Зейнеп, Фатима, Хадиджа и Самия.

Я по очереди назвала каждую.

Затем указала на стоявшую рядом Риону.

- Это Риона Грэйс.

- Кхм... кхм.

Я медленно закрыла глаза.

Разумеется.

Она прекрасно знала, чего я не сказала.

Я тяжело выдохнула.

- Моя подруга.

За столом повисла тишина.

Пять пар глаз одновременно переместились на Риону.

Она, напротив, лишь широко улыбнулась.

- Рада с вами познакомиться.

Зейнеп первой слегка улыбнулась в ответ.

Фатима заинтересованно склонила голову.

Хадиджа несколько секунд молча рассматривала Риону, словно пыталась понять, каким образом эта девушка вообще оказалась рядом со мной.

Самия выглядела искренне удивлённой.

А Айша...

Я посмотрела на неё внимательнее.

Она сидела необычно прямо. На ней был тёмно-синий хиджаб, аккуратно закрывавший шею, и длинная свободная бежевая туника. Взгляд стал холоднее, чем раньше.

Она первой указала на свободные места.

- Прошу садитесь.

Мы с Рионой устроились за столом.

- Подожди, - первой не выдержала Самия. - А как вы вообще познакомились?

Риона посмотрела на меня.

Я продолжила молча наблюдать.

- Нас поселили в одну комнату, там и встретились, - ответила она.

- И как получилось, что сестра Джаннат стала с тобой общаться?

- Не знаю, - Риона засмеялась. - Наверное, я просто очень настойчивая.

Я медленно подняла на неё глаза.

Риона заметила мой взгляд.

- Очень-очень настойчивая, - поправилась она.

Зейнеп тихо рассмеялась.

На ней был светло-серый хиджаб, завязанный просто и аккуратно, и длинная белая рубашка поверх свободных чёрных брюк.

- А они сами первой с тобой заговорили? - спросила Фатима.

На Фатиме был пыльно-розовый хиджаб и длинное тёмное платье без лишних деталей.

- Нет, - честно ответила Риона. - Я первая.

- И они тебя не послали? - удивилась Хадиджа.

На ней был оливковый хиджаб и широкая кремовая туника.

Риона снова рассмеялась.

- Почти.

Я продолжала молча сидеть.

- А они вообще бывают весёлой? - спросила Самия.

Самия носила чёрный хиджаб, под которым виднелась белая водолазка, и длинную серую юбку.

Риона задумалась.

- Бывает.

Я посмотрела на неё.

- Очень редко.

- Риона.

- Что? Я сказала правду.

Зейнеп снова улыбнулась.

- А они всегда такие серьёзные?

- Да.

- Даже с тобой?

- Особенно со мной.

Я закатила глаза.

Разговор продолжился.

Они спрашивали Риону, почему она решила подружиться со мной, как мы стали жить вместе, как я разговариваю с ней наедине и действительно ли всегда такая молчаливая.

Риона отвечала на всё с удивительной лёгкостью.

А я лишь наблюдала.

Иногда мой взгляд возвращался к Айше.

Она почти не участвовала в разговоре.

Сидела неподвижно, перебирая пальцами край рукава.

И каждый раз, когда Риона смеялась, её взгляд становился тяжелее.

Я заметила это уже несколько раз.

Зависть?

Нет.

Что-то глубже.

Айша подняла глаза и встретилась со мной взглядом.

Я спокойно посмотрела на неё в ответ.

Она первой отвела взгляд.

Потом я забрала свой заказ, и мы вместе с Рионой вышли из столовой колледжа.

За последнее время я успела заметить немало изменений в отношениях Рионы и Макса.

Макс рядом с ней словно расцвёл.

Он стал чаще улыбаться, перестал прятаться за привычной насмешливостью, а его одежда постепенно стала ярче и свободнее. В нём появилось какое-то спокойствие, которого раньше не было.

Я его понимала.

В нём играло чувство облегчения.

В конце концов, он слишком долго шёл за той, которую действительно любил.

Именно действительно.

Я не раз замечала искреннюю ласку, восхищение и почти детскую радость в его глазах, стоило ему лишь посмотреть на Риону.

Помню, однажды Риона вошла в нашу комнату и странно улыбалась, глядя на меня.

Я медленно оторвала взгляд от книги.

- Что такое? - спросила я.

- Оказалось, что моя самая близкая подруга увела моего парня, - сказала она.

В её голосе едва заметно проскользнуло раздражение.

Я снова продолжила чтение.

- Хорошо сделала, - спокойно произнесла я.

Риона непонимающе уставилась на меня.

- То есть?

Я перевернула страницу.

- Ни одна девушка не заберёт твоего мужчину, - серьёзно сказала я, посмотрев на неё. - Она просто заберёт твою проблему. Настоящего мужчину забрать нельзя. Так что меньше беспокойся о мелочах.

После этого я снова уткнулась в книгу.

Риона долго молчала.

Затем будто что-то вспомнила, быстро вышла из комнаты и закрыла за собой дверь.

С того дня я стала замечать, что её всё чаще нет.

Ни в комнате.

Ни на лекциях.

Макса тоже стало мало.

Я сразу поняла, что между ними что-то изменилось.

В комнате Рионы начали появляться всё новые букеты.

Розы.

Лилии.

Ирисы.

Я лишь молча смотрела на них и возвращалась к своим делам.

Я уже начинала сомневаться, сможет ли Макс теперь нормально выполнять свою работу.

Но недавно получила от него первую информацию.

Это была статья.

Старая.

Очень старая.

И принадлежала она вовсе не официальному сайту Оксфорда.

Я открыла файл.

На экране появился заголовок.

Трагедия в Оксфорде: смерть студентки остаётся загадкой

Оксфорд, Великобритания.

Месяц назад университетское сообщество потрясла гибель восемьнадцатилетней студентки Ясмин Хади.

Её тело обнаружили поздним вечером на территории колледжа. Девушка лежала у основания здания, над которым возвышалась крыша одного из корпусов.

По предварительной версии следствия, смерть могла наступить в результате падения с высоты.

Однако обстоятельства произошедшего до сих пор остаются неясными.

Никто из находившихся поблизости студентов не сообщил, что видел момент падения. Не было обнаружено и прямых доказательств того, что девушка намеренно поднялась на крышу.

Некоторые предположили самоубийство.

Другие не исключали несчастного случая.

Третья версия, которую следствие также рассматривало, предполагала, что перед падением мог произойти какой-либо конфликт или другой инцидент.

Представитель администрации Оксфорда, принимавший участие в расследовании, заявил:

- «На данный момент мы не можем достоверно утверждать, каким образом студентка оказалась на крыше и что именно произошло непосредственно перед её гибелью. Расследование должно опираться на доказательства, а не на предположения».

Ясмин Хади была мусульманкой и регулярно носила хиджаб. По словам знакомых, она была спокойной, сдержанной студенткой и редко рассказывала окружающим о личных проблемах.

Некоторые учащиеся утверждали, что в последние недели перед трагедией девушка изменилась: стала более молчаливой, избегала определённых людей и часто оставалась одна.

Но никто из опрошенных не смог объяснить, чего именно она боялась или что могло происходить в её жизни.

Следователи не исключали ни одной версии.

Самоубийство.

Несчастный случай.

Или вмешательство другого человека.

Ни одна из них на тот момент не была подтверждена.

Дело оставалось открытым.

А Ясмин Хади больше не могла рассказать, что произошло той ночью.

Я медленно закрыла статью.

Ясмин Хади.

Имя осталось у меня в голове.

Я откинулась на спинку стула и несколько секунд смотрела в экран.

«Что же с тобой случилось?»-спрашивала я уже покойную Ясмин,

Да упокоет её душу Всевышний.

Прошло некоторое время после того, как я поручила Максу следить за Адамом.

За несколько дней Макс уже успел прислать мне первые сведения о нём.

Я открыла его доклад вечером, когда за окном уже сгущались сумерки.

Информация оказалась куда интереснее, чем я ожидала.

Первое. Адам почти никогда не торопился отвечать на лекциях. Даже если знал ответ, сначала несколько секунд смотрел на преподавателя, словно мысленно формулировал его, и только потом говорил. Ответы обычно получались короткими и уверенными.

Второе. Если во время семинара кто-нибудь пытался перебить его, Адам не спорил. Он просто замолкал и позволял человеку договорить. А затем спокойно продолжал свою мысль с того места, на котором остановился.

Третье. Адам всегда держал спину прямо и почти никогда не сутулился, даже когда сидел несколько часов подряд на лекциях. Казалось, он вообще не позволял себе расслабляться в присутствии других студентов.

Четвёртое. Когда кто-нибудь обращался к нему с вопросом, который считал глупым, Адам не смеялся и не закатывал глаза. Он смотрел на человека несколько секунд, а затем отвечал так спокойно, что тот обычно сам начинал чувствовать себя неловко.

Пятое. Когда Адам злился, он становился не громче, а тише. Вместо привычной усмешки на его лице появлялась совершенно безразличная маска. И чем спокойнее он выглядел, тем осторожнее окружающие старались с ним разговаривать.

На следующий день мой телефон коротко завибрировал.

Я посмотрела на экран.

Макс:

- «Нам нужно увидеться. Во дворе Magdalen College. Сейчас.»

Я нахмурилась.

Странно.

До этого Макс никогда сам не назначал мне встреч. Если ему было что сообщить, он отправлял электронный доклад или ждал, пока я сама его вызову.

Значит, случилось что-то действительно важное.

Я не стала отвечать.

Просто поднялась со своего места, на мне уже были белая абая, белый химар и белый никаб. Белые перчатки завершили привычный образ.

Через несколько минут я уже шла по коридорам колледжа.

Во дворе было тихо.

Солнце заливало каменные стены мягким дневным светом. Несколько студентов проходили через двор, разговаривая между собой, а где-то неподалёку слышался звон посуды из открытого окна.

Макса я заметила почти сразу.

Он стоял у края дорожки, засунув руки в карманы пальто.

И нервничал.

Причём настолько очевидно, что это бросалось в глаза даже с расстояния.

Я направилась к нему.

Макс заметил меня и выпрямился.

Я остановилась напротив.

- В чём проблема? - спросила я. - Зачем позвал?

Он несколько секунд молчал.

Затем сглотнул.

- Босс... у нас проблема.

Я прищурилась.

- Какая?

Макс не ответил.

Вместо этого его взгляд на мгновение скользнул мне за спину.

И тогда я почувствовала на себе взгляд.

Тяжёлый.

Холодный.

Почти убийственный.

Медленно повернув голову, я увидела Адама.

Он стоял неподалёку, засунув руки в карманы чёрных брюк.

На нём был тёмный жилетный пиджак без рукавов поверх винно-красной рубашки, застёгнутой у воротника, и строгий галстук.

Его подстриженные волосы всё ещё оставались достаточно длинными, чтобы несколько прядей опасно падали на лоб.

Они подчёркивали его взгляд.

А взгляд сейчас был направлен исключительно на меня.

Я спокойно встретила его глаза.

Макс рядом со мной едва заметно напрягся.

А я лишь подумала:

Проблема действительно была передо мной.

Адам Кингсвелл.