Рай во тьме

Прошло ещё две недели с моей поездки в Америку.

С того дня многое изменилось. Не только в моей жизни - изменился сам Оксфорд. Воздух стал теплее, сады зазеленели, а солнце всё чаще задерживалось над крышами колледжей.

И однажды утром я наконец нашла то, о чём просила меня миссис Чен.

Я заметила веточку зелени, выглядывавшую из-за каменной стены. Сначала решила, что это обычный плющ. Но, подойдя ближе, поняла, что ошиблась.

На тонких зелёных ветвях распустились небольшие белые цветы.

Жасмин.

Я остановилась.

Цветы были маленькими, почти хрупкими на вид. Белые лепестки раскрывались вокруг золотистой сердцевины, а рядом уже появились новые бутоны.

Но больше всего меня удивил запах.

Он был чистым и мягким. Не резким, не приторным. Лёгкий сладковатый аромат держался в воздухе, смешиваясь с запахом свежей земли и утренней прохлады.

Я наклонилась чуть ближе.

Мне понравилось.

Наверное, именно поэтому я сразу поняла: это он.

Мой цветок.

Я вспомнила слова из Корана:

{И Он - Тот, Кто ниспослал с неба воду... и ею Мы произрастили всякие растения...}
(Сура «Аль-Ан'ам», 6:99.)

Я ещё несколько секунд смотрела на белые цветы.

Всё живое создано Им. Даже такой маленький цветок, который можно было не заметить, если просто пройти мимо.

В тот же день я рассказала миссис Чен о своём выборе.

Она сначала удивлённо посмотрела на меня.

- Жасмин? - переспросила она.

Я кивнула.

- Что означает жасмин? - спросила я.

Миссис Чен на мгновение задумалась, а затем улыбнулась.

- Если ты спрашиваешь о значении цветка, то жасмин обычно символизирует чистоту, нежность, искренность и любовь. Белый жасмин особенно часто связывают с чистотой и спокойствием. Его аромат - с теплом, привязанностью и чем-то очень светлым.

Я снова посмотрела на маленькие белые цветы.

- Чистота... - тихо повторила я.

Миссис Чен кивнула.

- Именно. Думаю, тебе подходит.

На её лице появилась улыбка.

Я ничего не ответила, но снова вспомнила запах этих маленьких белых цветов.

Возможно, она была права.

К тому же погода постепенно становилась теплее.

Чёрная одежда, которую я носила почти постоянно, начала становиться слишком тяжёлой для тёплых дней. Поэтому я решила немного изменить её цвет.

Не фасон.

Не покрытие.

Только цвет.

Я выбрала белый.

В исламской традиции белая одежда считается предпочтительной: Пророк Мухаммад ﷺ рекомендовал носить белые одежды, называя их одними из лучших, и рекомендовал также использовать белое для савана.

Для меня в этом было что-то подходящее.

Белый не привлекал внимания так, как яркие цвета.

Он был спокойным.

Чистым.

И в тёплом весеннем Оксфорде казался гораздо уместнее чёрного.

Поэтому с того дня вместо привычной чёрной абаи я стала чаще выбирать белую.

Белый химар.

Белый никаб.

Белые перчатки.

И, как всегда, никакой другой перемены.

Я всё ещё оставалась собой.

Первые дни Trinity Term уже наступили.

Конечно, не обошлось без лишнего внимания со стороны тех, кто уже успел меня заметить.

Особенно со стороны той самой знаменитой троицы, которая, казалось, только и ждала возможности меня зацепить.

Под троицей я, разумеется, имела в виду Адама, его дружка и их подружку.

Их лица, полные неподдельного удивления, определённо стоило запомнить.

После всех лекций я наконец вернулась в свою комнату.

Прошло совсем немного времени, когда за дверью послышался какой-то шёпот.

Я напрягла слух.

Два голоса.

Я тут же поднялась со стула перед рабочим столом, надела никаб и подошла к двери.

А затем резко распахнула её.

В комнату едва не ввалился мой шпион, чудом не рухнув прямо перед моими ногами.

За дверью стояла Риона.

Оба уставились на меня с совершенно ошарашенными лицами.

Первым заговорил Макс.

- Босс, какая муха-альбинос вас с утра укусила? - протянул он с преувеличенной осторожностью.

Я медленно приподняла бровь.

- Подруга, ты заболела? - осторожно спросила Риона.

Я закатила глаза.

- Вам обоим нечем заняться?

Я скрестила руки на груди и спокойно посмотрела на них.

Макс притворно отвёл взгляд и потёр затылок.

Риона тут же сделала вид, будто её чрезвычайно заинтересовал собственный новый розовый маникюр.

- Хватит вам обоим притворяться, - спокойно произнесла я.

Я уже прекрасно понимала, что происходит между этими двумя.

- Риона, оставайся здесь. А я, пожалуй, уведу твоего дружка.

С этими словами я вышла за дверь.

Через несколько секунд позади послышались шаги.

Я обернулась.

Макс остановился прямо передо мной и застыл под внимательным взглядом моих изумрудных глаз.

Ещё до окончания второго семестра Макс отправил мне подробный доклад об Адамовом друге.

Сэдрик Джозеф оказался довольно интересным человеком.

Например, я узнала, что он довольно хорошо умеет пить и курить. Впрочем, делает это редко: выпивает примерно раз в месяц, а курит около раза в неделю - и только за пределами Оксфорда.

Живёт один.

О его родителях выяснить практически ничего не удалось.

Привычки у него были вполне обычными.

Когда скучал - листал телефон.

Когда злился - прищуривал глаза, а его голос становился заметно выше.

Когда грустил - почти ни с кем не разговаривал и в этот период начинал курить значительно больше. Видимо, считал, что сигареты каким-то образом способны избавить его от стресса.

С Адамом он находился в очень близких отношениях.

Это я и без доклада прекрасно знала.

А вот чего я совершенно не ожидала, так это того, что Сэдрик был влюблён в Стефани.

Астагфируллах.

Правда, складывалось впечатление, что он и сам не желал признавать собственные чувства и тщательно их скрывал.

Вот только Стефани была влюблена в другого.

Макс неоднократно указывал мне на это, хотя я и сама давно догадалась.

Стефани была другом детства Адама.

И, думаю, с возрастом её чувства к нему постепенно перестали быть исключительно дружескими.

Однако у Сэдрика имелась ещё одна весьма странная привычка.

Каждую неделю, по средам ровно в восемь часов вечера, он приходил к одной и той же телефонной будке, расположенной неподалёку от пекарни The Jam Factory.

Его квартира находилась недалеко от центра Оксфорда - на Cowley Road.

Он приходил к этой будке, проводил там около часа, разговаривая с кем-то по телефону, затем клал трубку и возвращался домой.

И на следующей неделе всё повторялось.

Но сейчас я собиралась дать своему шпиону новое задание.

Макс первым нарушил повисшую между нами тишину. Он негромко прочистил горло, словно собираясь с мыслями.

- Итак, тебя ждёт новое задание, - ровно произнесла я.

- Слушаю, босс, - уверенно ответил он.

Я посмотрела на него.

- Теперь твоя цель - Адам.

Макс молча кивнул, внимательно слушая.

- Как всегда, пришлёшь мне электронный доклад на телефон, - сказала я, прикрыв глаза.

- Будет сделано.

Я уже собиралась закончить разговор, но вдруг добавила:

- Однако...

Я отвела взгляд в сторону.

- Теперь тебе нужно узнать кое-что ещё. Помимо его привычек и дел.

Макс нахмурился.

- Что именно?

Я снова посмотрела на него.

- Ясмин Хади.

Имя повисло в тишине.

- Знаешь такую?

Макс поморщился, пытаясь что-то вспомнить.

- Нет. Лично я её не знал. Но ещё на первом курсе о ней много слышал. Там такой скандал был... - честно ответил он.

Он на секунду задумался и поспешил добавить:

- Но я помню всё отрывками и исключительно по слухам. В тот семестр ходило много сплетен.

Я резко перебила его:

- Сплетни, Макс, - это когда немой говорит глухому, что слепой видел, как одноногий ходил по воде.

Макс на мгновение замер.

А затем тихо прыснул в кулак.

Я лишь смерила его холодным взглядом.

- А мне нужны доказательства.

Улыбка мгновенно исчезла с его лица.

- Зайди на официальный сайт Оксфорда. Найди статьи о ней. Даже самые старые. Найди свидетелей. Студентов, которые учились с ней и действительно видели её. Её друзей. Подруг. Преподавателей, если получится.

Я сделала короткую паузу.

- Сделай всё необходимое. Но узнай, что с ней случилось.

Мой голос оставался спокойным, однако взгляд, которым я пригвоздила Макса к месту, не оставлял пространства для возражений.

Он сглотнул.

- Как скажете, босс.

Я коротко кивнула и прошла мимо него.

Уже почти подойдя к двери своей комнаты, я остановилась.

- И ещё, Нейтан.

- Да? - Макс обернулся.

Я не повернулась к нему.

- На этот раз... сбереги её.

В моём голосе не было ни приказной резкости, ни привычного холода.

Только тихая серьёзность.

После этого я подошла к двери и открыла её.

И едва не столкнулась с Рионой.

Она буквально чуть не свалилась мне под ноги.

В последний момент девушка удержала равновесие, выпрямилась и с самым невинным выражением лица посмотрела на меня.

Теперь всё стало ясно.

Она стояла под дверью.

И, судя по всему, подслушивала.

Риона смущённо улыбнулась.

- Эм... Как дела, подруга?

Я медленно закатила глаза.

Ни слова не говоря, прошла мимо неё в комнату.

Риона поспешила следом, но я уже закрывала дверь.

Иногда её любопытство было почти таким же невыносимым, как её характер.