Рай во тьме

Джунейд вышла ровно после указанного времени, только лишь с сумкой через плечо.

Как всегда - в чёрной абае и с чёрным никабом, скрывающим лицо.

- У нас появится гость, - сказала она, подходя к машине, у которой я стоял, прислонившись к капоту.

Это был чёрный Rolls-Royce Phantom - длинный, массивный и безупречно отполированный. Тёмный кузов был хорошо виден в утреннем свете солнца, а хромированная решётка радиатора тепло поблёскивала под лучами. Машина выглядела скорее как личный кабинет на колёсах, чем обычный автомобиль.

- Интересно, какой, - протянул я и, по-джентльменски открыв ей дверь, жестом пригласил в салон.

Джунейд прищурилась.

Сначала взглянула на меня, затем перевела взгляд внутрь машины.

За рулём уже сидела женщина-водитель - строгий чёрный костюм, собранные волосы и совершенно невозмутимое выражение лица. Именно так, как того требовали условия Джунейд.

Она ещё несколько секунд недоверчиво изучала салон, после чего всё-таки села.

Я аккуратно закрыл за ней дверь.

Сам же направился к другому автомобилю - такому же чёрному Rolls-Royce Phantom, стоявшему чуть дальше.

Через несколько секунд двигатели обоих автомобилей тихо ожили.

Две чёрные машины плавно тронулись с места и покатили по извилистым дорожкам Оксфорда, направляясь прямиком к аэропорту.

Конечно, можно было добраться поездом.

Но самолёт был быстрее.

Особенно когда самолёт - собственный.

До аэропорта мы добрались без остановок.

Но вместо обычного въезда к пассажирскому терминалу обе машины свернули в сторону закрытой зоны.

Ворота открылись ещё до того, как автомобили подъехали к ним.

За ними начиналась территория, куда обычным пассажирам путь был закрыт.

Две чёрные машины выехали прямо на отдельную полосу, ведущую к месту вылета частных самолётов.

Впереди уже стоял небольшой бизнес-джет со светлым корпусом. Лестница была опущена, а рядом находились несколько человек из моей охраны.

Они заметили автомобили ещё издалека.

Один из мужчин сделал шаг вперёд, остальные молча выстроились по обе стороны от трапа.

Первый Rolls-Royce плавно остановился.

Следом остановился второй.

Двигатели почти одновременно стихли.

На несколько секунд повисла тишина.

Водитель первой машины вышла и обошла автомобиль, открывая заднюю дверь Джунейд.

Джунейд резко и быстро вынырнула из салона.

Я вышел из второго автомобиля практически в тот же момент.

Мои люди уже ждали.

Я мельком оглядел площадку, затем перевёл взгляд на самолёт.

Всё было готово.

Чёрная абая Джунейд колыхнулась от ветра. Несколько человек невольно посмотрели в её сторону.

Я усмехнулся.

- Прошу на борт, Джунейд.

Она ничего не ответила.

Лишь спокойно прошла мимо меня к трапу.

Как будто частный самолёт, охрана и внезапная поездка были совершенно обычным делом.

Я последовал за ней.

Вот только в самом конце трапа, уже стоя у входа в самолёт, она остановилась и огляделась по сторонам.

Я как раз добрался до неё.

- Это твой вид прощания с Оксфордом? - насмешливо спросил я.

В ответ получил фирменный взгляд Джунейд - острый, как лезвие ножа.

Я не собирался тратить время на осмотры.

Поэтому просто прошёл мимо неё в салон.

Внутри самолёт оказался совсем не похож на обычный пассажирский.

Никаких длинных рядов кресел, тесных проходов и чужих людей.

Просторный салон был отделан тёмным деревом и мягкой кожей. Тёплый приглушённый свет скрывался вдоль потолка, а большие овальные иллюминаторы пропускали внутрь последние отблески вечернего Оксфорда.

В самом центре салона располагались всего два одиночных кресла.

Одно слева, другое справа.

Они стояли напротив друг друга, разделённые широким проходом. Между каждым креслом и противоположной стеной оставалось достаточно места, чтобы не чувствовать себя запертым внутри металлической коробки.

Рядом с каждым креслом находился небольшой столик.

Никакой суеты.

Никакой тесноты.

Только пространство, тишина и ощущение, что весь этот самолёт принадлежит тебе.

Я направился к левому креслу и практически рухнул в него.

У дальней части салона стояла стюардесса.

Молодая женщина с тёмными волосами, собранными в аккуратный низкий пучок. Безупречный макияж, спокойный взгляд и та самая профессиональная улыбка, которая не исчезала даже на секунду.

На ней был элегантный чёрный костюм с приталенным жакетом, белой рубашкой и небольшим платком у воротника. Всё строго, дорого и без единой лишней детали.

Увидев меня, она слегка склонила голову.

- Добро пожаловать на борт, мистер Кингсвелл.

Я махнул рукой.

- Принеси мне холодной воды.

- Хорошо, сэр.

Она развернулась и скрылась за тяжёлой бордовой бархатной занавесью, отделявшей переднюю часть салона.

Я откинулся на спинку кресла.

И только тогда заметил, что Джунейд всё ещё стоит у входа.

- Ты там скоро? - спросил я.

Она даже не повернула головы.

Вместо ответа Джунейд наконец вошла в салон.

И тогда я увидел то, чего совершенно не ожидал.

На её плече сидела птица.

Я нахмурился.

Бурые перья, величественная осанка и совершенно невозмутимый вид.

Сова Джунейд выглядела так, будто тоже имела право находиться здесь.

Я медленно поднял одну бровь.

Серьёзно?

Джунейд будто не заметила моего выражения лица.

Она спокойно прошла к правому креслу и села напротив меня.

Птицу она устроила рядом с собой, позволив той удобно расположиться под её рукой.

А затем начала гладить её по перьям.

Именно в этот момент из-за бархатной занавеси появилась стюардесса.

В её руках был высокий стеклянный стакан с ледяной водой.

Она поставила его на мой столик.

- Ваша вода, сэр.

- Спасибо.

Я взял стакан и сделал несколько глотков.

Поставил его обратно.

Посмотрел на Джунейд.

Потом на птицу.

Снова на Джунейд.

- Это и есть твой гость?

Джунейд даже не взглянула на меня.

Её пальцы продолжали медленно поглаживать птицу.

- Да.

Я несколько секунд молча смотрел на неё.

Потом усмехнулся.

Разумеется.

Этого мне только не хватало.

Через несколько минут трап подняли.

Двери закрылись.

За иллюминаторами люди начали удаляться от самолёта, а двигатели постепенно набирали обороты.

Гул прошёл по всему салону.

Я откинулся в кресле и бросил последний взгляд на Оксфорд.

Город медленно остался позади.

Ещё немного - и самолёт начал разгоняться по взлётной полосе.

А затем белый бизнес-джет оторвался от земли, оставляя внизу Оксфорд.

Я посмотрел на Джунейд.

Она сидела напротив совершенно спокойно, продолжая гладить свою птицу.

Я невольно усмехнулся.

Похоже, эта поездка будет интереснее, чем я рассчитывал.

Самолёт уже давно набрал высоту.

Оксфорд остался далеко внизу. Теперь город казался почти игрушечным - среди зелёных полей, извилистых дорог и небольших поселений. Яркое утреннее солнце заливало всё вокруг мягким золотистым светом.

На часах было ровно десять утра.

Белый бизнес-джет держал курс на северо-запад, пересекаючи английское небо в сторону Шотландии. За иллюминаторами простиралось чистое голубое небо, а ниже медленно проплывали белые облака.

В салоне было тихо.

Мы с Джунейд молча сидели на своих местах, каждый занимаясь своим делом. Я время от времени смотрел в иллюминатор, наблюдая за пейзажем внизу.

Джунейд тоже смотрела в окно.

Утренний свет падал на её чёрную абаю, отчего ткань казалась ещё темнее на фоне залитого солнцем салона.

Птица сидела рядом с ней, совершенно спокойно перенося полёт.

Через несколько минут Джунейд встрепянулась и полезла в свою сумку.

Достала небольшую книгу.

Поставила её на столик перед собой и тут же погрузилась в чтение.

Я несколько секунд наблюдал за ней.

Потом не удержался от усмешки.

- И как у тебя только голова не расплавилась от такого количества книг? - спросил я, глядя на неё.

Она даже не подняла взгляда.

Лишь перевернула страницу.

- Кингсвелл.

Я усмехнулся.

Разумеется.

Ни объяснений. Ни лишних слов.

Просто фамилия.

Я откинулся в кресле, продолжая смотреть на неё.

Несколько секунд мы снова молчали.

Затем Джунейд неожиданно спросила:

- Как звали твою мать?

Вопрос заставил меня на мгновение замереть.

Я посмотрел на неё.

Но всего на секунду.

Затем привычная маска безразличия вновь вернулась на лицо.

- Я не долюбливаю кофе. И ещё я не ем вредную еду.

Я произнёс это совершенно спокойно.

Будто именно об этом она меня и спрашивала.

Джунейд медленно подняла взгляд от книги.

Я лишь пожал плечами.

Не собирался отвечать.

Мой взгляд скользнул в сторону её птицы.

Теперь я мог рассмотреть её получше.

Бурая сова.

Необычная.

Плотные перья имели разные оттенки коричневого - от тёмного, почти шоколадного, до более светлых, золотисто-бурых участков. На груди перья складывались в тонкий узор, напоминающий причудливые тени.

Но больше всего выделялись глаза.

Оранжево-красные.

Яркие, почти рубиновые, особенно заметные в солнечном утреннем свете.

Сова сидела совершенно неподвижно, гордо выпрямившись, и лишь иногда медленно поворачивала голову, наблюдая за происходящим.

Я нахмурился.

Она смотрела прямо на меня.

Слишком внимательно.

- У тебя странная птица, - наконец сказал я.

Сова медленно моргнула.

Джунейд перевернула страницу.

- Он просто умнее некоторых людей.

Я усмехнулся.

- Это сейчас было оскорбление?

- Если ты его понял - значит, да.

Я тихо рассмеялся.

Но от моего внимания не ускользнуло то, что Джунейд назвала свою птицу под словом ,,он"

Значит её птица имела-мужской пол.

За окном продолжало сиять ясное утро, а самолёт всё дальше уносил нас на север, оставляя Оксфорд далеко позади.

Остаток пути прошёл в молчании.

Мы с Джунейд больше не разговаривали. Каждый был занят своими мыслями.

Самолёт продолжал двигаться на север, постепенно приближаясь к Шотландии.

Через некоторое время пилот объявил о снижении.

Я посмотрел в иллюминатор.

Облака остались позади, и под нами постепенно показалась земля.

Зелёные холмы сменялись широкими долинами, а дальше на горизонте уже виднелись первые тёмные очертания гор.

Шотландия.

Самолёт начал плавно снижаться.

Через несколько минут колёса мягко коснулись взлётно-посадочной полосы.

Самолёт прокатился по бетону, постепенно сбавляя скорость, и вскоре остановился на отдельной площадке частного аэродрома.

Я поднялся первым.

Дверь открылась, и внутрь ворвался прохладный шотландский воздух.

Я спустился по трапу, сунув руки в карманы пальто.

Ветер сразу ударил в лицо.

Совсем не тот воздух, к которому мы привыкли в Оксфорде.

Здесь он был холоднее, влажнее и пах чем-то совершенно другим - травой, дождём и камнем.

Я остановился у подножия трапа и обернулся.

Джунейд всё ещё стояла наверху.

Она сделала шаг к выходу, но, оказавшись у самого края, остановилась.

Солнце било прямо в глаза.

Джунейд подняла ладонь, прикрыв ею взгляд, и внимательно осмотрела окрестности.

Взлётная полоса.

Низкие здания аэродрома.

Машины.

Люди.

И бесконечное пространство зелёных холмов вдали.

Только убедившись, что всё спокойно, она начала спускаться.

Но едва Джунейд сделала первый шаг вниз, из открытой двери самолёта вылетела её сова.

Она пронеслась над нами, взмахнув широкими крыльями, поднялась выше и сделала круг над аэродромом.

Я проводил её взглядом.

- Даже он решил осмотреть Шотландию первым,-сказал я не забывая, что сова Джунейд мальчик.

Но Джунейд ничего не сказала.

Сова сделала ещё один круг и полетела вперёд.

Мы направились к машинам.

Как и прежде, нас ждали два чёрных автомобиля.

Я сел в один.

Джунейд - в другой.

И вскоре мы покинули территорию аэродрома.

Первые километры дороги проходили через небольшие шотландские города.

Каменные дома стояли вдоль узких улиц, их стены были сложены из серого и коричневого камня. Некоторые здания казались настолько старыми, что легко было представить, сколько поколений прошло мимо этих окон.

Потом город постепенно остался позади.

Дорога стала свободнее.

По обе стороны начали появляться зелёные поля, каменные ограды и небольшие фермы.

Чем дальше мы ехали, тем меньше становилось людей.

А затем появились холмы.

Сначала невысокие.

Плавные, покрытые густой травой.

Но с каждым километром они становились выше и круче.

Дорога начала петлять между ними.

Я смотрел в окно.

Шотландия была совершенно не похожа на Оксфорд.

Здесь всё казалось суровее.

Ветер свободно гулял по открытым равнинам, а серые каменные стены тянулись вдоль дорог, разделяя огромные пастбища.

Вскоре мы оказались среди настоящих шотландских пейзажей.

Впереди поднимались горы.

Высокие, тёмные, величественные.

Их вершины терялись среди облаков.

Между скалистыми склонами пролегали глубокие долины, а кое-где виднелись длинные холодные озёра, отражавшие серо-голубое небо.

Дорога всё дальше уходила в горы.

Мы проезжали мимо небольших водопадов, каменистых склонов и зарослей вереска.

На некоторых участках вокруг не было ничего, кроме гор, травы, неба и дороги.

Даже птицы казались здесь редкими.

Я перевёл взгляд вперёд.

Вдали показалась ещё одна горная цепь.

Она возвышалась над долиной огромной тёмной стеной.

Я едва заметно улыбнулся.

Вот ради этого места мы сюда и приехали.

Через некоторое время автомобили свернули с главной дороги на более узкую.

Асфальт постепенно сменился старой каменной дорогой.

Высокие деревья скрывали то, что находилось впереди.

Но через несколько минут они расступились.

И перед нами появился дом.

Хотя назвать его просто домом было бы слишком мягко.

Это был настоящий старинный замок.

Высокие стены были сложены из почти чёрного камня, местами покрытого мхом. Узкие окна выглядели словно бойницы, а над массивными стенами возвышались несколько башен с остроконечными крышами.

Перед замком находились тяжёлые каменные ворота.

По обе стороны от них возвышались стены, уходящие далеко в стороны.

Всё выглядело так, словно этот замок построили несколько столетий назад и с тех пор почти не изменили.

Обе машины остановились перед воротами.

Я вышел первым.

Через несколько секунд открылась дверь второй машины.

Но на этот раз Джунейд вышла сама.

Первое, что она сделала, - подняла взгляд на замок.

Её глаза внимательно прошлись по чёрным стенам, башням, воротам и узким окнам.

Она ничего не сказала.

Просто изучала.

Я посмотрел на неё и усмехнулся.

- Идём, Джунейд. Не бойся.

Развернувшись, я направился к открытым воротам.

За ними начинался внутренний двор замка.

Джунейд ещё несколько секунд смотрела на стены.

Затем поправила сумку на плече и пошла следом.

Я вошёл внутрь первым.

И на несколько секунд остановился.

Даже я не ожидал, что внутри замок окажется настолько впечатляющим.

Высокий потолок уходил куда-то вверх, теряясь в полумраке второго этажа. Старые каменные стены были сохранены почти в первозданном виде. Между ними висели массивные люстры из тёмного металла, украшенные десятками свечей, от которых по стенам разбегались мягкие отблески.

Под ногами лежал старый каменный пол, отполированный настолько, что на отдельных участках отражался свет.

По обе стороны огромного зала висели портреты.

Мужчины в старинных костюмах.

Женщины в тяжёлых платьях.

Лица незнакомых людей смотрели на нас с полотен, переживших не одно поколение.

Некоторые портреты занимали почти всю стену.

Я медленно оглядел зал.

Всё здесь говорило о возрасте.

О власти.

О деньгах.

И о том, что хозяева этого места никогда не пытались сделать его современным.

Из глубины коридора послышались шаги.

Через несколько секунд к нам вышел дворецкий.

На вид ему было около шестидесяти.

Поседевшие волосы были аккуратно зачёсаны назад, открывая высокий лоб. Худощавый, но при этом стройный и подтянутый, он двигался с той спокойной уверенностью, которая обычно появляется у людей после многих лет безупречной выправки.

На нём был идеально сидящий чёрный костюм. На груди - аккуратно сложенный светлый платок, а руки скрывали белоснежные перчатки.

Он остановился перед нами и слегка поклонился.

- Добро пожаловать в Катердам Хилл, мистер Кингсвелл, - поприветствовал он меня.

- Рад вернуться.

За нами раздались шаги.

Я обернулся.

Следом за нами в замок вошла женщина-телохранитель.

Чёрный строгий костюм, чёрные очки и собранные волосы.

Она двигалась бесшумно и держалась на таком расстоянии от Джунейд, чтобы в случае необходимости оказаться рядом с ней за долю секунды.

Именно так, как было оговорено.

Ни шага в сторону.

Ни секунды без присмотра.

Дворецкий перевёл взгляд на Джунейд.

Он слегка поклонился ей.

- Вы, кажется, мисс Джунейд?

- Да, - коротко ответила она.

Дворецкий снова выпрямился.

Я улыбнулся.

- Мы за конями, - сказал я, явно не собираясь объяснять ему всё сразу.

Он понимающе кивнул.

Затем отступил в сторону и приглашающе махнул рукой.

- Прошу за мной.

Он развернулся и направился вперёд по широкому коридору.

Мы с Джунейд остались на несколько шагов позади.

Я повернул голову к ней.

Она посмотрела на меня.

Я улыбнулся.

Джунейд лишь прищурилась.

Ни слова.

Я тихо усмехнулся и пошёл следом за дворецким.

Джунейд направилась за мной, а её телохранительница бесшумно последовала следом.

Мы шли по длинному каменному коридору, и звук наших шагов глухо отдавался под высокими сводами.

Впереди постепенно становилось светлее.

Я заметил широкий проём в стене - старинную каменную арку без дверей. По краям её тёмные камни были покрыты мхом, а сверху местами свисали тонкие ветви плюща.

Дворецкий прошёл через неё первым.

Я сделал ещё несколько шагов и остановился.

Перед нами открылось огромное пространство.

Я даже не сразу смог охватить его взглядом.

За высокой деревянной оградой простиралось огромное пастбище - зелёное, местами покрытое участками сухой травы и вытоптанной землёй. Несколько отдельных ограждений уходили далеко в сторону, образуя просторные загоны.

А внутри...

Лошади.

Их были тысячи.

Кобылы и жеребцы, молодые и взрослые, высокие и невысокие, спокойные и беспокойные - самые разные.

Одни медленно щипали траву, опустив головы.

Другие стояли небольшими группами, соприкасаясь мордами, будто переговаривались между собой.

Некоторые лениво лежали на траве, отдыхая под утренним солнцем.

А кое-где молодые жеребята носились вокруг своих матерей, неуклюже подпрыгивая на тонких ногах.

Я увидел несколько кобыл, возле которых держались совсем маленькие жеребята. Они то прибегали к матери, то снова уносились в сторону, заставляя взрослых лошадей лишь терпеливо поднимать головы.

Масть* у всех была разной.

Гнедые - с глубоким рыжевато-коричневым оттенком шерсти и чёрными гривами.

Вороные - почти полностью чёрные, блестевшие на солнце.

Буланые - золотисто-песочного цвета.

Серые - от почти белых до тёмно-серых, с постепенно светлеющей шерстью.

Были и рыжие, каштановые, чалые.

А среди них я заметил несколько настоящих тяжеловозов - огромных, широкогрудых, с массивными ногами и густыми гривами.

Но больше всего здесь было мустангов.

Свободолюбивых, настороженных, диких на вид.

Они держались чуть дальше от остальных, небольшими табунами. Некоторые сразу заметили наше появление и подняли головы.

Один вороной мустанг даже сделал несколько шагов вперёд, вытянув шею.

Он смотрел прямо на нас.

Я невольно усмехнулся.

У каждой лошади здесь будто был свой характер.

Одна спокойно стояла в стороне, совершенно не обращая на нас внимания.

Другая нервно переступала ногами.

Третья пыталась отогнать от кормушки соседку.

А какой-то рыжий жеребец, наоборот, гордо стоял посреди пастбища, словно считал себя его хозяином.

И всё это пространство было наполнено звуками.

Тихим ржанием.

Фырканьем.

Топотом копыт.

Шорохом травы.

Я сделал ещё один шаг вперёд.

И только тогда заметил, что за пастбищем открывался совершенно невероятный вид.

Горы.

Огромные шотландские горы возвышались вдали, одна за другой уходя к горизонту.

Их склоны были покрыты зеленью, тёмным вереском и каменными россыпями. Между ними пролегали глубокие долины, а кое-где внизу блестели узкие полосы воды.

Низкие облака цеплялись за вершины.

Солнце освещало одни склоны, оставляя другие в прохладной тени.

Картина была настолько масштабной, что на несколько секунд я просто забыл о всём остальном.

Рядом со мной остановилась Джунейд.

Она тоже молчала.

Её взгляд медленно прошёлся по пастбищу, по тысячам лошадей, а затем поднялся к горам.

Я покосился на неё.

Даже она, похоже, не ожидала увидеть здесь такое.

Я снова посмотрел вперёд.

- Впечатляет, правда?

Джунейд ничего не ответила.

Но и спорить не стала.

Дворецкий всё это время стоял возле большой калитки, спокойно наблюдая за нами.

Затем, не меняя выражения лица, спросил:

- Желаете посмотреть на них и выбрать самостоятельно?

Мы с Джунейд снова переглянулись.

Всего один взгляд.

В моём - едва заметная усмешка.

В её - привычный холод.

Я первым отвёл взгляд и обратился к дворецкому:

- Может быть, вы предложите нам парочку?

Дворецкий сдержанно кивнул.

- Разумеется.

Он открыл калитку и уверенно вошёл внутрь.

Джунейд пошла следом.

Я - за ней.

Телохранительница держалась рядом с Джунейд, не отставая ни на шаг.

Стоило нам оказаться внутри ограды, как лошади начали обращать на нас больше внимания.

Дворецкий шёл впереди и время от времени указывал рукой на ту или иную лошадь.

- Вот эта гнедая кобыла. Спокойная, терпеливая, хорошо ладит с людьми. Не любит резких движений.

Он перевёл руку на другую.

- Этот вороной жеребец моложе, но более энергичен. Упрямый характер. Потребует уверенного обращения.

Ещё одна лошадь.

- Серая кобыла. Очень умная. Быстро привязывается к человеку, но не терпит грубости.

Мы прошли дальше.

- Рыжий жеребец справа - любопытный. Может показаться слишком настойчивым, но агрессии не проявляет.

Дворецкий указал на крупного буланого коня.

- Этот предпочитает одиночество. С другими лошадьми держится спокойно, но людей подпускает не сразу.

Он сделал ещё несколько шагов.

- А вот та вороная кобыла довольно своенравна. С ней лучше не спорить. Она всё равно считает, что права.

Я усмехнулся.

- Похоже, у неё есть характер.

- Несомненно, сэр.

Я поднял голову.

В небе над пастбищем снова появилась знакомая тень.

Сова Джунейд описывала широкие круги над нами, иногда почти исчезая на фоне яркого неба, а затем вновь появляясь в поле зрения.

Я проследил за ним взглядом.

Затем опустил глаза.

И увидел её.

Среди остальных лошадей стояла совершенно белая кобыла.

Снежная.

Ни единого тёмного пятна на шерсти.

Светлая грива мягко спадала на шею, слегка колыхаясь от ветра.

Она стояла немного в стороне от остальных и спокойно смотрела на нас.

Чёрными глазами-бусинами.

Я остановился.

Кобыла тоже не двинулась.

Мы несколько секунд просто смотрели друг на друга.

Я медленно сделал шаг вперёд.

- Осторожно, сэр, - негромко произнёс дворецкий.

Я остановился.

- Она молодая кобыла. Ей около четырёх лет. Спокойная, но осторожная. Не любит, когда к ней подходят резко.

Я медленно протянул руку.

- Не смотрите ей прямо в глаза слишком долго, - продолжил дворецкий. - Дайте ей самой решить, насколько близко она готова вас подпустить.

Я чуть опустил взгляд.

Сделал ещё один шаг.

Кобыла настороженно подняла голову.

Её уши повернулись в мою сторону.

- Не спешите, - ровно сказал дворецкий. - Рука должна оставаться открытой. Не тянитесь сразу к морде.

Я послушно остановился.

Кобыла несколько секунд изучала меня.

Потом сделала шаг вперёд.

Я медленно протянул руку.

Ещё немного.

Почти коснулся её.

Но внезапно воздух разорвал громкий топот копыт.

Я резко обернулся.

Мы все троя одновременно посмотрели в сторону шума.

Из дальнего конца пастбища прямо на нас нёсся чёрный мустанг.

На полной скорости.

Его копыта с силой били по земле, выбивая комья земли и травы.

Он громко заржал.

Ещё один удар копыт.

Ещё.

Он двигался прямо на меня.

Я успел лишь напрячься.

Но прежде чем кто-либо успел что-нибудь сделать, Джунейд резко шагнула вперёд.

Она встала между мной и мустангом.

Прямо перед ним.

- Джунейд! - резко окликнул я.

Мустанг затормозил буквально в нескольких шагах от неё.

Громко заржал.

И резко встал на задние ноги.

Передние копыта взметнулись в воздух.

Но Джунейд не отступила.

Ни на шаг.

Мустанг тяжело опустился обратно на землю.

Из его ноздрей вырвался горячий пар.

Он тяжело дышал.

Джунейд тоже молчала.

Они просто смотрели друг на друга.

Чёрные глаза мустанга встретились с изумрудными глазами Джунейд.

В её взгляде не было страха.

Только спокойствие.

Холодное.

Непоколебимое.

Она буквально пригвоздила его взглядом к месту.

Мустанг перестал двигаться.

Тишина растянулась между ними.

Затем Джунейд медленно подняла руку в перчатке.

Дворецкий, кажется, хотел что-то сказать, но промолчал.

Она протянула ладонь.

Мустанг не отступил.

Её пальцы легко коснулись его морды.

Чёрный мустанг медленно выдохнул.

Джунейд провела рукой по его шерсти.

Спокойно.

Уверенно.

Будто они знали друг друга не несколько секунд, а много лет.

Я посмотрел на дворецкого.

Он выглядел удивлённым.

Совсем немного.

Но всё же удивлённым.

Джунейд убрала руку и повернулась к нам.

Её взгляд остановился сначала на дворецком, затем на мне.

- Я возьму его.

- Удивительно, - тихо произнёс дворецкий.

В его голосе впервые за всё время прозвучало нечто, похожее на искреннее удивление.

Он посмотрел на мустанга, затем на Джунейд.

- Этот конь... пожалуй, один из самых сложных, что у нас есть.

Я перевёл взгляд на чёрного мустанга.

Теперь, когда он стоял спокойно, его размеры ощущались ещё сильнее.

Высокий, мощный, с широкой грудью и крепкой шеей. Чёрная шерсть отливала блеском под утренним солнцем, а густая грива спадала тяжёлыми прядями вдоль шеи.

Но особенно выделялся его взгляд.

Тёмный.

Настороженный.

Почти вызывающий.

Дворецкий продолжил:

- Он очень своенравен. Обладает крайне сильным характером и не терпит давления. Если он чего-то не хочет, заставить его практически невозможно.

Мустанг слегка дёрнул ухом, словно слушал каждое слово.

- Он также считается одним из самых агрессивных животных на всём поместье. За всё время, что он находится здесь, к нему практически никто не смог приблизиться.

Дворецкий сделал небольшую паузу.

- Никогда.

Я посмотрел на Джунейд.

Она всё ещё стояла рядом с мустангом, спокойно проводя ладонью по его шее.

- Он не позволял прикасаться к себе ни одному человеку, - продолжил дворецкий. - Ни работникам, ни ветеринарам, ни конюхам. Даже тем, кто занимается лошадьми всю жизнь.

Я приподнял бровь.

- И вы хотите сказать, что она первая?

- Не просто первая, сэр.

Дворецкий посмотрел на Джунейд.

- Вы первая, кого он подпустил настолько близко.

Я снова перевёл взгляд на мустанга.

Тот стоял рядом с Джунейд совершенно спокойно.

Никакой агрессии.

Никакого желания отойти.

Будто ещё минуту назад он не нёсся на меня на полной скорости.

Джунейд продолжала гладить его.

Спокойно.

Медленно.

Без единого лишнего движения.

Я усмехнулся.

- Похоже, он уже сделал свой выбор.

Дворецкий слегка склонил голову.

- Похоже на то, мистер Кингсвелл.

Я ещё раз посмотрел на белую кобылу, с которой так и не закончил.

Она всё ещё стояла неподалёку, наблюдая за происходящим.

Я медленно протянул к ней руку.

На этот раз она не отступила.

Наоборот - сделала небольшой шаг навстречу и осторожно прислонилась мордой к моей ладони.

Я невольно улыбнулся.

Провёл рукой по её мягкой шерсти, затем погладил по шее и густой гриве.

- Хорошая девочка, - тихо сказал я.

Кобыла спокойно фыркнула.

Я повернулся к дворецкому.

- Я, пожалуй, беру её.

Дворецкий сдержанно кивнул.

- Как скажете, сэр.

Он направился к калитке.

Мы с Джунейд повели своих выбранных лошадей следом.

Чёрный мустанг шёл рядом с ней удивительно спокойно, словно совершенно забыл о своей недавней вспышке ярости.

Моя белая кобыла тоже не сопротивлялась.

Мы остановились за оградой, ожидая дворецкого.

Я скользнул взглядом по мустангу.

Затем усмехнулся.

- Ну что, Джунейд? Придумала имя для своего мустанга?

Джунейд продолжала гладить чёрного коня по густой гриве.

Несколько секунд она молчала.

Затем спокойно произнесла:

- Раад.

Я чуть приподнял бровь.

- Раад?

- Означает- «гром».

Я усмехнулся и тихо прыснул в кулак.

- Да уж...

Я посмотрел на свою белоснежную кобылу.

- Правда глупо, Герцогиня?

Кобыла повернула голову в мою сторону.

Я усмехнулся.

Джунейд посмотрела на неё.

Несколько секунд изучала.

Затем ничего не сказала и снова повернулась к своему мустангу.

Но спустя мгновение её голос прозвучал спокойно:

- Кингсвелл, ты катался раньше на лошади?

Вопрос меня немного отвлёк.

Перед глазами вдруг всплыло совершенно другое время.

Я увидел маму.

Её улыбку.

Солнечный день.

И красивую кобылу нежного бежево-молочного оттенка.

Я снова почувствовал под ладонями её тёплую шерсть, услышал тихое фырканье и вспомнил, как впервые пытался удержаться в седле.

Мама стояла рядом и терпеливо объясняла мне каждое движение.

Конечно, меня учили верховой езде.

В нашей семье это было почти обязательным.

Я из тех кровей, где мальчик должен был уметь держаться в седле ещё до того, как научится правильно завязывать галстук.

На моём лице невольно появилась мечтательная улыбка.

Я посмотрел куда-то вдаль.

Затем тихо вздохнул и кивнул.

- Да.

Джаннат ничего больше не сказала.

Через несколько минут из замка показался дворецкий.

В руках у него были два комплекта снаряжения.

Два седла.

Две уздечки.

И поводья.

Дворецкий принёс снаряжение и разложил всё возле лошадей.

Он сначала показал нам, как правильно надеть уздечки, затем помог закрепить седла. Кожаные ремни легли поверх шерсти, пряжки одна за другой защёлкнулись, а поводья были аккуратно продеты и закреплены.

Раад поначалу недовольно дёргал головой, но стоило Джунейд провести ладонью по его шее, как мустанг успокоился.

Герцогиня тоже стояла спокойно.

Я уже собирался садиться в седло, когда остановил дворецкого.

- Подождите.

Он посмотрел на меня.

- Да, сэр?

- Мне нужно десять минут.

- Разумеется.

Я отошёл вместе с ним обратно к замку.

Через десять минут мы вернулись.

Только теперь я выглядел совсем иначе.

На мне была простая хлопковая рубашка с расстёгнутым у горла воротом, открывавшим ключицы. Свободные наездные брюки не стесняли движений, а высокие кожаные сапоги плотно сидели на ногах.

Завершала всё чёрная ковбойская шляпа.

Я поправил её на голове и направился к Герцогине.

Джунейд лишь один раз медленно оглядела меня с головы до ног.

И ничего не сказала.

Я усмехнулся.

- Что?

Она уже отвернулась.

- Ничего.

Я тихо рассмеялся и взялся за луку седла.

Через несколько секунд мы оба оказались верхом.

Дворецкий отошёл на шаг и посмотрел на нас с едва заметной улыбкой.

- Желаю хорошей верховой поездки.

Затем он подошёл к лошадям сзади и хлопнул их по бокам.

Герцогиня громко заржала.

Раад ответил ей почти сразу.

И оба рванули вперёд.

Я крепче взял поводья.

Ветер ударил мне в лицо, тут же растрепав мои длинные волосы под шляпой.

Всё никак не могу собраться и постричь их.

Я слегка натянул поводья, позволяя Герцогине самой выбрать удобный темп.

И вдруг почувствовал то самое ощущение.

Свободу.

Скорость.

Ритм копыт под собой.

Я улыбнулся.

Оказывается, я действительно ничего не забыл.

Руки сами знали, когда ослабить поводья, когда слегка натянуть их, как перенести вес тела на повороте и как заставить лошадь ускориться, не прибегая к грубой силе.

Все движения возвращались естественно.

Будто между последней поездкой и сегодняшним днём не прошло столько времени.

Я взглянул вправо.

Джунейд ехала рядом.

Раад шёл под ней уверенно, мощно перебирая ногами.

Она держалась в седле спокойно и ровно, почти неподвижно.

Мустанг иногда пытался ускориться, но Джунейд лишь слегка корректировала поводья - и он послушно менял темп.

Я невольно усмехнулся.

Похоже, они уже нашли общий язык.

Мы всё дальше уходили от замка.

Дорога постепенно исчезла, превратившись в широкую полосу травы между холмами.

Мы поднимались выше.

Перед нами открывались новые и новые пейзажи Шотландии.

Зелёные склоны, покрытые вереском.

Каменные выступы.

Глубокие долины.

Холодные озёра, растянувшиеся между горами.

Далеко впереди белели небольшие водопады, спускавшиеся по тёмным скалам.

Герцогиня уверенно шла по каменистой земле, а я всё чаще отпускал поводья.

Мне хотелось просто чувствовать движение.

Слышать глухой топот копыт.

Вдыхать прохладный воздух.

И впервые за долгое время никуда не спешить.

Но постепенно небо начало меняться.

Солнце исчезло за тяжёлыми облаками.

Голубизна над нами стала серой.

Тучи одна за другой закрывали небо, словно кто-то медленно натягивал над горами огромное покрывало.

Ветер усилился.

Я поднял голову.

-Похоже, будет дождь - сказал я.

Джунейд ничего не ответила.

И через несколько секунд первые капли ударили по моей руке.

Потом ещё.

Ещё.

А затем дождь обрушился внезапно.

Сильный.

Настоящий шотландский ливень.

Я прищурился, когда холодные капли начали хлестать по лицу.

Джунейд резко взмахнула поводьями.

Раад вскинул голову и громко заржал.

В следующее мгновение он встал на дыбы.

Передние копыта взметнулись вверх.

Джунейд удержалась в седле.

Ни крика.

Ни паники.

Она лишь крепче взяла поводья.

Раад тяжело опустился на землю и тут же сорвался с места.

Прямо туда, куда направляла его Джунейд.

Я заставил Герцогиню двинуться следом.

Но Раад оказался слишком быстрым.

Он стремительно удалялся вперёд, а я всё больше отставал.

Дождь лил стеной.

Рубашка промокла почти мгновенно.

Вода стекала по лицу, шляпа уже не спасала от ливня, а мокрые волосы прилипли ко лбу и к скулам.

- Чёрт...

Я попытался ускорить Герцогиню.

Но Джунейд уже исчезла за очередным холмом.

Я продолжил путь.

Ещё несколько минут.

Потом ещё.

И наконец заметил впереди большое дерево.

Старый дуб раскинул свои ветви над участком высокой тёмно-зелёной травы.

Под ним кто-то стоял.

Я пригляделся.

Раад.

А рядом с ним - Джунейд.

Я направил Герцогиню к дереву.

Подъехав ближе, я увидел Джунейд.

Она сидела на траве, прислонившись спиной к массивному корню дуба.

Глаза закрыты.

Дыхание спокойное и размеренное.

Рядом стоял Раад и невозмутимо жевал траву, словно последние полчаса не существовали вовсе.

Я спустился с Герцогини.

Сделал шаг к Джунейд.

Не успел сделать второй.

Она открыла глаза.

Изумрудный взгляд сразу остановился на мне.

- Ни шага, Кингсвелл.

Я замер.

- Даже не собирался.

Я отошёл в сторону и устроился под дубом, но на приличном расстоянии от неё.

Дождь всё ещё барабанил по листьям.

Вокруг стоял густой запах мокрой земли и свежей зелени.

Некоторое время мы просто молчали.

Затем Джунейд, не открывая глаз полностью, спокойно спросила:

- Кингсвелл, что ты сделал с Ясмин Хади?

Я широко раскрыл глаза.

Вот этого я точно не ожидал.

Она знает?

Или проверяет меня?

Я посмотрел перед собой.

Затем медленно сжал челюсть.

Я точно не хотел отвечать на этот вопрос.

Поэтому нужно было говорить только фактами.

- Я люблю пить воду и...

Я запнулся.

Джунейд молчала.

Я выдохнул.

- Не всегда люблю учиться.

Она ничего не ответила.

И в этот момент сверху раздалось громкое уханье.

Я поднял голову.

Из-за ветвей прямо под дуб влетела слова Джунейд.

Он появился настолько неожиданно, что я едва успел отодвинуться.

Сова громко закричала и, не раздумывая, бросилась на Раада.

Мустанг взревел.

Он резко крутанулся на месте, отбиваясь от крыльев, затем снова вскинулся на задние ноги.

Раад тяжело дышал и громко ржал.

- Хватит.

Голос Джунейд прозвучал твёрдо.

Оба замерли.

Сова отлетела на несколько шагов.

Раад перестал брыкаться.

Джунейд поднялась.

Сова тут же перелетел ей на плечо и важно уселся там, всем своим видом показывая мустангу, кому она принадлежит.

Я усмехнулся.

Джунейд бросила на птицу хмурый, но совершенно спокойный взгляд.

Затем посмотрела на Раада.

- Успокойтесь оба.

Мустанг недовольно фыркнул.

Сова в ответ недовольно ухнул.

Я не выдержал.

Засмеялся.

И тут же услышал странный звук рядом.

Герцогиня тоже заржала.

Причём настолько похоже на смех, что я рассмеялся ещё сильнее.

Джунейд медленно повернула голову к кобыле.

Прищурилась.

- Очень смешно, Герцогиня.

Кобыла моментально замолчала.

Я прикрыл рот рукой, пытаясь не рассмеяться снова.

Джунейд перевела взгляд на своих животных.

- Чтобы больше не видела, как вы друг друга задираете.

Она произнесла это тем же тоном, каким мать говорит детям, которых застала за очередной ссорой.

Джунейдовская сова недовольно качнула головой.

Раад фыркнул.

Но оба остались на своих местах.

Через несколько секунд сова взмахнула крыльями и поднялась в воздух.

Я проследил за ней взглядом.

И только тогда заметил, что дождь закончился.

Капли ещё стекали с листьев дуба, но небо постепенно светлело.

Джунейд ничего не сказала.

Она первой подошла к Рааду, взялась за седло и легко забралась на него.

Мустанг тут же тронулся.

Через несколько секунд Джунейд уже неслась обратно к замку.

Я посмотрел ей вслед.

Конечно, бросает меня на произвёл судьбы!

Я подошёл к Герцогине, забрался в седло и направил её следом.

Но Джунейд оказалась не так далеко, как я думал.

Через несколько минут я заметил её впереди.

Она остановилась на вершине небольшого холма.

Раад стоял неподвижно.

Джунейд смотрела куда-то в сторону.

Я замедлил Герцогиню.

И повернул голову туда же.

Я замер.

Солнце начинало садиться.

После дождя облака разошлись у горизонта, и между ними прорвался свет.

Небо стало невероятным.

На горизонте оно горело оттенками золота, янтаря и розового, постепенно переходя в глубокий багровый цвет. Последние солнечные лучи легли на горные вершины, окрашивая их в тёплое золото.

Ниже горы уже тонули в прохладной синеве.

Озеро вдали отражало небо, словно огромное зеркало.

Мокрая трава блестела после дождя.

А над всем этим медленно опускался вечер.

Я остановился рядом с Джунейд.

Несколько секунд мы просто смотрели.

Ни один из нас ничего не сказал.

В этом не было необходимости.

Я посмотрел на неё.

Она всё ещё смотрела на закат.

Потом слегка потянула поводья.

Раад двинулся вперёд.

Я улыбнулся и направил Герцогиню следом.

Две лошади снова пошли по дороге к замку.

А позади нас последние лучи солнца медленно исчезали за горами.

К замку мы вернулись уже тогда, когда солнце почти скрылось за горами.

Последние лучи ещё касались вершин, а мокрая после дождя трава блестела в вечернем свете.

У входа нас уже ждали дворецкий и телохранителница Джунейд.

Мы остановили лошадей.

Дворецкий сделал несколько шагов навстречу.

- Как всё прошло, мистер Кингсвелл? - спросил он, сначала взглянув на меня, а затем переведя взгляд на Джунейд.

После небольшой паузы его выражение стало чуть обеспокоенным.

- Надеюсь, мустанг не доставил вам неудобств?

Я снял с головы ковбойскую шляпу.

Она была насквозь мокрой.

Я сжал поля, стряхивая с них остатки воды, и усмехнулся.

- Был паинькой.

Я посмотрел на Джунейд.

Она стояла рядом с Раадом совершенно невозмутимо.

Дворецкий посмотрел на мустанга.

Затем снова на неё.

Похоже, он всё ещё не мог поверить, что этот конь позволил кому-то провести с собой столько времени без единой серьёзной проблемы.

Я повернулся к Герцогине.

Провёл ладонью по её гриве.

- Сберегите их для нас до следующего раза.

Дворецкий молча кивнул.

Он взял Герцогиню за поводья.

Я уже собирался отойти, но мой взгляд остановился на Джунейд.

Она стояла возле Раада.

Несколько секунд просто смотрела на него.

Затем протянула руку и погладила его по морде.

Мустанг спокойно опустил голову.

- Будь хорошим мальчиком.

Никакой теплоты.

Никаких эмоций.

Просто спокойная констатация.

Я усмехнулся.

Даже прощалась она с лошадью так, будто отдавала приказ.

Джунейд развернулась.

Мы направились к выходу из Катердам Хилла.

Женщина в костюме, как и прежде, шла рядом с Джунейд.

Дворецкий остался возле лошадей.

Перед тем как мы скрылись за воротами, я ещё раз обернулся.

Герцогиня и Раад стояли рядом.

Затем ворота закрылись.

Обратный путь до аэродрома прошёл гораздо тише.

Мы снова сели в две чёрные машины.

Теперь за окнами уже стремительно темнело.

Горы постепенно растворялись в сумерках, а редкие огни поселений появлялись вдоль дороги.

Через некоторое время мы снова оказались на частной взлётной полосе.

Белый бизнес-джет уже ждал нас.

Я поднялся по трапу первым.

Джунейд вошла следом.

Её сова тихо скользнула в салон и устроилась рядом с хозяйкой.

Никто из нас не говорил.

Через некоторое время двери закрылись.

Двигатели ожили.

Самолёт снова поднялся в воздух.

На этот раз Джунейд не читала.

Не разговаривала.

Не гладила птицу.

Она просто сидела у иллюминатора и смотрела в темноту за стеклом.

Я тоже не стал нарушать тишину.

В самолёте я успел переодеться в сухую одежду.

Теперь самолёт нёс нас обратно в Оксфорд.

Когда мы приземлились, город уже погрузился в ночь.

Дверь самолёта открылась.

Холодный воздух ворвался внутрь.

И прежде чем кто-либо успел сделать шаг, сова Джунейд бесшумно вылетела наружу.

Она взмахнула крыльями и поднялась в тёмное небо.

Через несколько секунд от неё остался лишь едва заметный силуэт.

Мы спустились с трапа.

Я посмотрел на Джунейд.

- Я отвезу тебя до магазина.

Она ничего не ответила.

Но и возражать не стала.

Через некоторое время две чёрные машины остановились возле её магазина.

Двери открылись.

Джунейд вышла первой.

Я вышел следом и прислонился плечом к двери автомобиля.

Она подошла к двери магазина.

Положила руку на ручку.

Но прежде чем войти, остановилась.

Повернула голову.

- Кингсвелл.

Я посмотрел на неё.

Она не повернулась полностью.

Лишь спокойно произнесла:

- Благодарю за сегодняшнее.

После этого открыла дверь и скрылась внутри.

Дверь закрылась.

Я несколько секунд смотрел на неё.

Затем улыбнулся.

Снова открыл дверь автомобиля и сел внутрь.

Закрывая её за собой, я мельком посмотрел на тёмные окна магазина.

До скорой встречи, Джунейд.

──────────────────────────
Масть* - это разновидность или категория внутри одной группы.