Глава 4
Прошло около месяца с того момента, как я проснулась. Не могу сказать, что за это время я совершила прям грандиозные успехи по части контролю над эмоциями.
Моя ежедневная рутина состояла из тренировок, силовых упражнений и внезапных потерь сознания. Слабость была последствием долгого крео сна. Я больше всего ненавидела ночь, и первые несколько недель вообще боялась заснуть.
В мои занятия входили даже изучения политической составляющей Галактики и истории за последние восемьдесят лет. Пожалуй, эта дисциплина была для меня самой желанной, так как там мне не приходить превозмогать свои физические возможности и выслушивать насмешки одного из наставников-заместителей. Как мне объяснила Азалия, сейчас главный тренер по физической подготовке находится на задании Кеймира, и его вынуждены заменять другие мастера.
Моя физическая составляющая была крайне слабой, даже с учётом помощи эфера в восстановлении мышц. Группа, в которой я занималась была не большой, но так или иначе, все её члены были крепче и сильнее меня. Из-за этого я чувствовала себя не на своём месте, и когда это заметила Азалия, то сразу же заявила, что будет вместе со мной заниматься. Девушка была единственной моей подругой, которая всегда была открыта и готова поговорить даже в самый трудный момент, и за это я ей очень благодарна.
Уроки у Кеймира могли начаться в самый любой момент, и, почему-то, он всегда был не подходящим. Иногда за мной приходила Азалия, когда-то даже Дэмиен, а бывало, мне приходило уведомление на инфопланшет. В такие моменты я понимала, что мой день полностью испорчен и его уже не спасёт никакое радостное лицо и шутки Азалии.
Я сидела в своей комнате за инфопланшетом, делая очередное теоретическое задание по анализу количества добытых редкостных металлов на Форжхолме. Внезапно дверь распахнулась и влетела запыхавшаяся Азалия.
– Вот ты где, – пробормотала она, жадно глотая воздух. – Я по всюду тебя ищу.
– Что случилась? – спросила я, не отрываясь от экрана.
– Этот день настал, – пропищала Азалия, которую просто переполняли эмоции.
Я неохотно взглянула на девушку, в руке которой сейчас была ключ-карта. Я широко раскрыла глаза.
– Это то, о чём я думаю?
– Почти! – воскликнула Азалия. – Даже не спрашивай как, но мне удалось стащить у одного из техников доступ к дальнему оружию. И опережая все твои опасения, – она подняла палец, когда я хотела её перебить, – папа и Кеймир заняты отчётами по заварушке на Санктуме. У нас с тобой есть редкая возможность, которую просто нельзя пропустить. И я даже не принимаю твои отговорки.
Я закусила губу, раздумывая о последствиях, хотя прекрасно понимала, что Азалия не даст мне просто остаться в комнате.
– Ладно, – неохотно согласилась я. – Пошли, но если нас поймают, то...
– То я возьму на себя всю ответственность, – закончила она.
– Ты меня в вакуум сведёшь, – пробормотала я, вставая.
– Зато не скучно! – Азалия подхватила меня под руку и потащила к двери. – Ты вообще представляешь, сколько раз меня обещали в вакуум свести? Отец уже сбился со счёта, но я всё ещё живая, здоровая и невероятно обаятельная.
– Это пока, – буркнула я, но позволила себя увести.
Мы выскользнули в коридор, и Азалия приложила палец к губам, хотя вокруг не было ни души. Девушка двигалась с какой-то кошачьей грацией, крадучись, но при этом умудрялась не замолкать ни на секунду.
– Значит так, план такой: мы тихонечко просачиваемся в оружейную, я показываю тебе самое интересное, ты восхищаешься моей гениальностью, мы тихонечко выползаем обратно.
– А если заметят?
– Если заметят, – Азалия театрально понизила голос, – то план Б: я отвлекаю внимание своей неотразимостью, а ты делаешь ноги.
Мы свернули в технический коридор, и Азалия вдруг замерла, прислушиваясь. Я тоже затаила дыхание, но вокруг было тихо.
– Расслабься, – шепнула она. – Просто проверяю, вдруг кто идёт. У меня нюх на неприятности.
– И часто он срабатывает?
– Постоянно. – Азалия гордо вскинула подбородок. – Но я всё равно в них влипаю. Знаешь, есть такие люди, к которым неприятности липнут сами. А ты прилипла ко мне, так что тебе никуда от них не деться.
Она подмигнула и потащила меня дальше.
– Кстати, – продолжила она шёпотом, – я тут подумала: если нас поймают, давай сразу скажем, что ты меня загипнотизировала своим эфером. Я буду изображать жертву обстоятельств, хлопать ресницами и говорить, что ничего не помню.
– А если проверят?
– А кто проверять-то будет? У нас в «Круге» с ментальными специалистами напряжёнка. Все, кто умеет в головы залезать, сейчас с Кеймиром в командном пункте. Так что...
Она довольно потёрла ладони.
– Ты ужасна, – выдохнула я, но на губах сама собой появилась улыбка.
– О, спасибо! Это лучший комплимент в моей жизни. – Азалия схватилась за сердце.
Мы остановились перед массивной дверью с мигающим красным индикатором. Азалия вытащила ключ-карту и замерла в драматической позе.
– Можешь аплодировать стоя, – объявила она. – Сейчас свершится величайшее проникновение в истории «Круга».
– Только если величайшее не закончится величайшей поркой, – пробормотала я.
Азалия только отмахнулась и приложила карту к сканеру. Дверь послушно щёлкнула и поползла в сторону.
– Если честно, то я вот уже несколько лет, как гадаю, что за этой дверью.
– Ты же сказала, что это оружейная, – напомнила я.
– Я обосновано прикинула, – пробормотала она и устремилась в тёмный проём. Я скривилась, но последовала за девушкой, закрывая за собой дверь.
Это действительно была оружейная. Ничем не примечательная и не отличающаяся от других, что я видела. Ряды винтовок, куча разных шариков, похожих на бомбочки и остальные виды взрывчаток.
– Ну, не знаю, – послышался голос Азалии у соседней стойки. – Я ожидала чего-то более стоящего. В здании есть десяток подобных отсеков, почему этот так тщательно охраняется?
Мои глаза зацепились за знакомое свечение, и я присмотрелась поближе к странному предмету. И тут пазлы из картинок моих воспоминаний стали на место, а сердце стало колотиться быстрее.
– Это... – выдохнула я, – это технология нигилов.
Голову пронзили острые воспоминания, как нигилы использовали эти энергетические хлысты и щиты, чтобы окружить меня и сделать беспомощной даже с эфером и мечом. Нет. Нет!
– Что там у тебя? – спросила подошедшая Азалия, а я так и стояла не в силах пошевелиться.
– Откуда у них эта технология? – задала вопрос я резко охрипшим голосом. Девушка пожала плечами.
– Никогда подобного не видела.
Я попыталась отвести взгляд, но перед глазами всё рано появлялись те страшные картины. Я попятилась к холодной стене, стараясь успокоить своё бешено колотящееся сердце.
Нет, только не сейчас!
Внезапно мой эфер взвился, и меня окатил мощный приплыв силы, которая переполняла каждую клетку.
– Эфер великий! – воскликнула Азалия. – А это что такое?
Я открыла глаза и обнаружила просто возле себя образовавшийся в стене проход с тусклым светом. Как он здесь появился? Будто отвечая на вопрос, эфер стал тянуть меня к этому месту. Азалия зашагала за мной.
– Что это такое? – прошептала она, а в голосе слышалось восхищение.
Мы оказались в небольшой комнате, расставленной странными устройствами, которые я с трудом распознавала. В центре виднелась небольшая витрина с... камнями?
На ней рядами были выложены маленькие чёрные камешки разных размеров и пород, которые были к чему-то подключены.
– Что за?.. – начала было Азалия, как послышались чьи-то шаги и звук открывающейся двери в оружейную.
Мы резко обернулись, но прохода, который недавно появился, просто нигде не было. Где он делся?
А голоса становились громче. Мы стали в панике озираться по сторонам, ища хоть какой-то выход, пока я не прошептала:
– Туда!
Мой палец указывал на тёмный угол за каким-то устройством, что могло нам подарить хоть временное укрытие.
Мы быстро метнулись туда, как в комнату попал свет из только что вновь появившегося прохода. Я задержала дыхание, когда донёсся холодный, знакомый голос:
– И как скоро вы мне это обещаете? – спросил Кеймир.
– Мой лорд, мы делаем всё, что можем на данный момент, – ответил ему какой-то мужчина. – Догматарии стали более осторожными, так что выведать у них информацию становится всё сложнее.
– Он сказал, что уже что-то обнаружил, но не имеет возможности вам это передать, – сказал третий женский голос, что был мне так же не знаком.
Вошедшие прошли к центральной витрине с камнями и там остановились. Похоже, нашего присутствия никто не заметил.
– Эксперименты не дают нам нужного результата, – вновь заговорил Кеймир.
– Из всего того, что вы нам предоставили, мы делаем всё, что можем, – сказал второй мужчина.
– Вы делаете недостаточно!
Крик Кеймира эхом отбился от стен комнаты, в которой воцарилась кромешная тишина. Я молила, чтобы до него не дошёл звук моего бешено колотящегося сердца. Азалия сидела рядом вся бледная и старалась вообще не дышать. Я не завидую тем людям, которые сейчас возле Кеймира. Никто не решался заговорить первым.
– Эти камни, – вдруг спокойнее сказал мой учитель, – лишь бледная тень, крошки, эскиз того, что мне нужно. Их действия очень слабы даже при усилении. Я должен найти это. Сколько ресурсов я ещё должен буду отдать, ради хоть одного намёка стороны, потока ветра, чего угодно, что укажет мне путь?
Вновь повисла тишина, и я решилась хоть немного выглянуть за прикрытие.
Кеймир стоял неподвижно, одержимо вглядываясь в эти ряды камешков, будто они на глазах у него должны превратиться в что-то иное. Две другие фигуры стояли у стены, боясь шелохнуться.
– Самая живая ниточка сейчас у них. Если они его разоблачат... я лишусь её... В ваших же интересах обеспечить то, что мне очень скоро потребуется.
– Как прикажете, сер...
– Ещё меня интересуют исследования одного учёного, что работает на Главный Научный Центр. Доктор Мелатес занимается аномалиями, и её работы вызывают интерес у некоторых кругов. Большинство докладов засекречено, значит в них что-то есть.
– Хотите, чтобы мы завербовали её? – спросила женщина.
Пауза. При чём довольно долгая.
– Нет, – наконец ответил учитель. – Для того, чтобы учёный добился успеха, нужно дать ему полную свободу действий и доступ к ресурсам. К сожалению, догматарии обладают большими средствами в этой сфере. Пока что наблюдайте, но не вмешивайтесь.
Голос Кеймира был спокойным, но от этого холодного тембра у меня пробежал холодок по спине.
– В Галактике скоро начнутся решающие события, и я не хочу быть беззащитным.
О чём он говорит? Что за события?
– Видимо, придётся брать всё в свои руки... Вы свободны.
Этим двоим не потребовалось повторять дважды и послышались поспешные удаляющееся шаги. Кеймир остался в помещении, не отрывая взгляда от витрины.
И тут мою голову пронзила ошеломляющая мысль. Эфер! Да, мы можем спрятаться от моего учителя, но чувства эфера нельзя никак заглушить. Он ещё при входе сюда должен был понять, что в этой комнате есть посторонние. Тогда чего он ждёт? Мы сейчас одни, и те двое уже давно ушли.
Я закрыла глаза и прислушалась, чтобы понять, какие эмоции сейчас переполняют Кеймира, но ничего не почувствовала. Эфер... исчез. Я просто его не ощущаю. Но ведь ещё пару минут назад он взывал ко мне, чтобы я открыла тот проход, а сейчас он просто исчез!
– Где же ты прячешься от меня? – вдруг спросил мужчина, продолжая смотреть на витрину. У меня внутри всё сжалось. Значит он всё-таки знает, что мы здесь? – Столько лет, усилий ради слухов, рассказов, легенд...
Затем Кеймир резко выпрямился, отступил от ветрины и зашагал прочь в только что вновь образовавшийся проход.
Звенящая в ушах тишина длилась, как мне казалось, вечность, пока Азалия не пошевелилась.
– Он ушёл? – прошептала она.
Я прислушалась и не обнаружила никаких посторонних звуков, помимо нашего дыхания.
– Что это только что было? – чуть громче спросила я и мне показалось неправильно, что этот голос так бестактно разрывает эту пустоту.
– Не знаю, – ответила девушка, а всё её веселье просто улетучилось. – Мы не должны были быть свидетелями этой сцены. Отец убьёт меня.
– Но если Кеймир понял, что мы здесь, то почему не разоблачил? – задумчиво спросила я.
– Понятия не имею, но нам лучше по скорее убраться отсюда, – сказала Азалия, решительно направляясь к тому месту, где перед этим открывался тайный проход.
Я доже подошла ближе и почувствовала, как эфер вновь возвращается в мои клетки и, словно отреагировав на это, перед нами вновь появился выход.
– Может сейчас он и не понял, что мы здесь были, – вдруг проговорила девушка, – но он вскоре об этом узнает. Если не от стражи, то в твоём же разуме... Куда же я нас впутала?..
– Это ведь я согласилась на твою идею. Если получать – так вместе.
***
На следующий день мне пришло уведомление об уроке у Кеймира. Меня накрыла волна паники, но я сразу же постаралась совладать с собой напомнив, что за прошедшие двадцать часов к нам ещё никто не явился. Может, наша вылазка окажется так и не обнаруженной.
Во время сегодняшней тренировки мне было особенно туго. Я сотню раз пыталась застать Кеймира врасплох, но ничего не получалось. Я отметила, что сегодня учитель тоже был не в особенно положительном настроении, так как разговоров почти не было.
Я скрутилась от сильного удара на земле и уже просто не могла встать. Эферные удары Кеймира сегодня были будто сильнее, чем обычно.
– Ты верно подметила, – сказал учитель, неспешно расхаживая вдоль платформы. Визуально он вообще не выглядел уставшим, а скорее немного раздражённым. – Сегодня природа моего эфера другая. Я ожидаю от тебя подобного вот уже которую неделю, но ты никак не хочешь призвать свой гнев.
Тяжело выдохнув, я схватилась за ушибленный бок.
– Сколько мне ещё придётся ждать этого, Хезер? Сколько мне ещё нужно будет ждать, чтобы Скиталица перестала бояться одной мысли о прошлом?
Я молчала, ведь не могла выдавить ни слова от боли. И всё же в какой-то мере, Кеймир был прав. Я не допускаю в своей голове даже одной мысли о догматариях.
– Это делает тебя слабой. А мне нужно объяснять, что в этом мире тебе не выжить, если ты боишься даже собственного прошлого? Да, упрямости тебе не занимать. Признаю. Но сейчас она лишь мешает.
Я попыталась сесть, хотя абсолютно каждое место было в синяках. Пусть сейчас боль была обжигающей, но ушибы обычно сходили в течении двоих суток. Даже Лео развёл руками на явление столь быстро регенерирующегося организма. Я же помню себя таковой всегда. У всех владеющих эфером здоровье усилено, но у меня метаболизм повышен даже по меркам эфера.
Это позволяло Кеймиру «тренировать» меня хоть каждый день, и его не волновало моё состояние.
Он присел на корточки прямо предо мной и поднял подбородок рукой, облачённой в кожаную перчатку. Мне было тяжело смотреть в эти пронзительные зелёные глаза, но я сдержалась, чтобы не отвести взгляд.
– И я намерен приложить все усилия, чтобыдостать эту силу из тебя, – сказал он холодным, пронизывающим тоном.