9.
В пятницу после уроков тучи над городом наконец рассеялись, уступая место редкому для конца октября теплому, золотистому солнцу. Школьный двор стремительно пустел: ученики спешили разъехаться по домам на выходные. Мартин ждал Рину у крыльца, переминаясь с ноги на ногу. Когда она вышла из стеклянных дверей, её лицо выглядело измученным — сказывалась тяжелая неделя подготовки к тестам.
— Привет, — Мартин сделал шаг ей навстречу, и на его лице появилась мягкая, теплая улыбка. — Выглядишь так, будто тебя только что допросила инквизиция.
Рина тихонько рассмеялась, поправляя лямку своего тяжелого рюкзака. Её карие глаза весело блеснули в лучах заходящего солнца.
— Почти. Мистер Харрис устроил нам внезапный блиц-опрос по поэзии Серебряного века. Мой мозг официально отключился, Мартин.
— В таком случае, я просто обязан применить экстренную терапию, — Мартин решительно перехватил её рюкзак, проигнорировав её слабое, чисто символическое сопротивление. — Никаких возражений, Ким. Сегодня никаких учебников, библиотек и умных разговоров. Я хочу показать тебе одно место. Поехали.
Рина удивленно посмотрела на него, но в её взгляде не было страха или недоверия. Она лишь кивнула, позволяя ему увлечь себя за собой. Через десять минут его черный «мустанг» уже мчался по загородному шоссе, оставляя позади серые стены «Вестсайда».
Они приехали к старому, заброшенному пирсу на городском озере, окруженному густым, шуршащим от сухой листвы лесом. Это место Мартин нашел еще в детстве, когда хотел побыть в одиночестве после неудачных матчей или ссор с отцом. О нем никто не знал в школе — даже Крис и Том.
Они вышли из машины. Прохладный, чистый воздух, пахнущий озерной водой и прелой травой, мгновенно ворвался в легкие. Рина прошла по старым, слегка скрипучим деревянным доскам пирса до самого края и остановилась, подставив лицо мягкому ветру. Солнце медленно опускалось за горизонт, окрашивая воду в фантастические оттенки розового, оранжевого и глубокого фиолетового.
— Боже, Мартин... — тихо выдохнула она, и на её губах расцвела такая восхитительная, чистая улыбка, что у парня перехватило дыхание. Она обернулась к нему, её темные волосы красиво развевались на ветру. — Здесь просто невероятно. Как ты нашел это место?
— Приезжал сюда, когда нужно было сбежать от всего мира, — Мартин подошел ближе, останавливаясь в паре шагов от неё. Он засунул руки в карманы куртки, отчаянно пытаясь справиться с бешено бьющимся сердцем. — О нем никто не знает. Ты первая, кого я сюда привез.
Рина внимательно посмотрела на него. В её взгляде было столько нежности, смешанной с удивлением, что Мартину захотелось провалиться сквозь землю от собственной неполноценности. Она подошла еще ближе, их плечи почти соприкасались.
— Спасибо, что поделился со мной своим секретом, — мягко произнесла она, глядя на зарю. — Знаешь... я ведь в прошлом году действительно закрылась от всех. Мне казалось, что если я подпущу кого-то близко, мне снова сделают больно. Я видела в людях только эгоизм. Но ты... ты другой, Мартин. Ты тратишь свое время на меня, помогаешь, привозишь в такие места. Я вижу, какой ты настоящий, когда мы одни. Без этой твоей школьной свиты. И я... я начинаю верить, что не все люди ищут только выгоду.
Она сделала паузу, а затем робко, едва прикоснувшись, положила свою маленькую, прохладную ладонь поверх его руки. Это не был жест страсти, это был жест абсолютного, безоговорочного доверия.
Мартин замер. Каждое её слово, наполненное верой в его благородство, резало его по живому без ножа. Он смотрел на её тонкие пальцы на своей руке и понимал, что совершает преступление. Он обманывал её. Самую чистую, самую удивительную девушку, которую он когда-либо встречал. В его голове сошлись в смертельной схватке два чувства: трусливое желание промолчать, чтобы не потерять эти мгновения на пирсе, и отчаянный, честный порыв рассказать всё прямо сейчас, смыть с себя эту грязь, даже если она развернется и уйдет навсегда.
— Рина... — его голос прозвучал непривычно хрипло, надтреснуто. Он мягко перехватил её ладонь, сжимая её в своих больших, горячих пальцах. — Мне нужно сказать тебе кое-что. Кое-что очень важное. Обо мне. О том, как всё началось.
Рина удивленно приподняла брови, заметив, как резко изменилось его лицо, став бледным и напряженным под золотистыми лучами заката.
— Что такое, Мартин? Ты пугаешь меня. Что-то случилось?
Мартин открыл рот, чтобы произнести те самые страшные слова, которые разрушили бы всё. Он уже был готов сказать:
«Я поспорил на тебя».
Но в этот самый момент в кармане его куртки оглушительно, настойчиво завибрировал телефон. Звук рингтона показался резким, чужеродным взрывом в этой озерной тишине.
Мартин чертыхнулся, не выпуская руки Рины, и свободной рукой достал мобильный.
На экране светилось имя Криса, а следом мгновенно пришло уведомление в общий чат футбольной команды. Мартин случайно задел экран, и на дисплее высветился текст сообщения, который Рина, стоявшая слишком близко, успела заметить боковым зрением до того, как он заблокировал телефон:
«Эдвардс, ну что там с нашей мышкой Ким? Бал через неделю, Хлоя уже ищет платье, а мы с пацанами ждем ключи от Мустанга! Не подкачай, капитан!»
Время на пирсе словно остановилось.
Воздух между ними в одну секунду превратился в лед. Мартин почувствовал, как пальцы Рины в его руке мгновенно стали мертвенно-холодными, а затем она резко, с неожиданной силой выдернула свою ладонь из его захвата. Улыбка мгновенно исчезла с её лица, оставив лишь пугающую, мертвенную бледность. Постепенно открывавшийся мир доверия, который они так бережно строили эти недели, рухнул в бездну в одно мгновение.