глава 39. дом
Прошла почти неделя после болезни Одри.
Она уже вернулась в архив.
И всё стало почти как раньше.
Почти.
Теперь Перси каждое утро первым делом смотрел на её стол.
Неосознанно.
Просто чтобы убедиться, что она уже пришла.
И только после этого мог спокойно идти к себе в кабинет.
В один из вечеров Одри задержалась в архиве.
Нужно было закончить каталогизацию старых судебных дел.
Когда она наконец подняла голову, Перси всё ещё сидел напротив.
Хотя его рабочий день закончился больше часа назад.
- Ты опять не ушёл домой? - спросила она с улыбкой.
Перси поднял глаза от свитка.
- Собирался.
- Уже час собираешься.
Он немного смутился.
- Наверное.
Одри закрыла книгу.
- Перси...
- Да?
- Ты не любишь возвращаться в свою квартиру?
Вопрос застал его врасплох.
Он долго молчал.
Потом честно ответил:
- Нет.
Она ничего не сказала.
Ждала.
- Она... слишком тихая.
- Разве ты не любишь тишину?
Он грустно улыбнулся.
- Это не тишина.
Это пустота.
В тот вечер Перси вернулся домой раньше обычного.
Квартира встретила его идеальным порядком.
Книги стояли ровно.
Посуда была вымыта.
Мантия висела на своём месте.
Всё было безупречно.
И совершенно безжизненно.
Он снял очки.
Оглядел комнату.
Никогда прежде он не замечал, насколько она маленькая.
И насколько в ней холодно.
Не из-за погоды.
Из-за того, что здесь никто не ждал его возвращения.
Сам не понимая зачем, Перси открыл свежий выпуск «Ежедневного пророка».
На последних страницах печатались объявления.
Среди них было несколько предложений о продаже волшебных домов.
Он машинально начал читать.
«Небольшой коттедж недалеко от Лондона...»
«Дом с садом...»
«Камин, соединённый с сетью Летучего пороха...»
Перси достал чистый лист пергамента.
Разделил его на столбцы.
Цена.
Расстояние до Министерства.
Состояние дома.
Размер библиотеки.
Транспорт.
Потом замер.
И, нахмурившись, добавил ещё одну графу.
«Понравится ли Одри».
Он несколько секунд смотрел на эти слова.
А потом тихо усмехнулся.
- Кажется...
Я выбираю уже не для себя.
Тем временем Одри сидела в архиве одна.
Перед ней лежал чистый лист.
Она долго не решалась начать.
Но потом всё же взяла перо.
«Дорогая миссис Уизли.
Надеюсь, Артур чувствует себя лучше.
Рон писал мне, что лечение идёт успешно. Я очень рада это слышать.
Перси... много работает.
Очень много.
Иногда мне кажется, что он просто боится остановиться.
Но я хочу, чтобы вы знали.
Он переживает.
Гораздо сильнее, чем позволяет себе показать.
Несколько дней назад он долго держал в руках ваше последнее письмо.
Он так и не ответил.
Но и не выбросил его.
Я знаю, что сейчас между вами слишком много боли.
Но, пожалуйста...
Не переставайте писать ему.
Даже если кажется, что он не читает.
Он читает каждое письмо.
И однажды обязательно найдёт в себе силы ответить.
Обещаю вам.
Одри.»
Она перечитала письмо.
Запечатала его.
И отправила с небольшой серой совой.
Через два дня в архив прилетела ответная сова.
На конверте знакомым почерком было написано:
«Для мисс Маккензи.»
Одри осторожно открыла письмо.
«Дорогая Одри.
Спасибо.
Наверное, никто не знает моего сына лучше, чем ты сейчас.
Спасибо, что остаёшься рядом с ним тогда, когда он сам не может найти дорогу домой.
Я не перестану писать ему.
И буду ждать столько, сколько понадобится.
Передай Перси только одно.
Его место за нашим столом всегда свободно.
С любовью,
Молли Уизли.»
По щеке Одри медленно скатилась слеза.
Она быстро вытерла её, прежде чем кто-нибудь успел заметить.
Вечером Перси снова пришёл в архив.
- Ты сегодня какая-то задумчивая.
Одри улыбнулась.
- Просто устала.
Он подошёл ближе.
Очень осторожно.
- Ты уверена?
Она кивнула.
Потом, неожиданно для самой себя, легко коснулась его руки.
- Всё хорошо.
Перси накрыл её ладонь своей.
Совсем ненадолго.
Но этого оказалось достаточно.
Одри вдруг подумала, что дом - это вовсе не стены.
Дом - это человек, рядом с которым перестаёшь чувствовать себя одинокой.
И, кажется, Перси начинал понимать это тоже.