Интрижка

Она ответила сразу.

«Ты тоже».

Матильда посмотрела на экран, перечитала сообщение ещё раз, потом ещё. Ничего особенного. Просто два слова. Ни скрытого смысла, ни какого-то невероятного флирта. Она заблокировала телефон и положила его рядом, продолжая смотреть на море. Через пару минут снова взяла его в руки, открыла чат, посмотрела. Ничего. Закрыла. Усмехнулась про себя.

Очень смешно.

Человек, который после одной ночи исчез на два дня, сейчас каким-то образом умудрился заинтересовать её двумя словами.

Позор.

Для Матильды Рихтер это вообще позор вселенского масштаба.

Она решила сделать вид, будто этого не было, выключила телефон и спокойно ушла спать.

На следующий день она уже собиралась домой. Складывала вещи — любимые купальники, лёгкие летящие платья, документы, косметику и маленький розовый чемоданчик. Такой чемоданчик был абсолютно не в её стиле. Слишком милый. Немного как у принцессы. Хотя если быть честной — как у очень вредной принцессы, которая смотрит на людей так, будто ей задолжали деньги.

Потом был самолёт.

Они никогда не писали друг другу много. Не было этого странного режима, когда человек становится вторым экраном твоей жизни и ты начинаешь проверять сообщения чаще, чем время. Они не желали друг другу доброго утра, не рассказывали, что ели, не отчитывались, где находятся.

И всё равно она пару раз открывала чат.

Просто так.

Потом это начало выглядеть жалко.

И в какой-то момент Матильда просто взяла себя в руки и решила сделать вид, будто этого тоже не происходило.

———

Дом встретил её полной тишиной.

Мама снова уехала.

В доме был идеальный порядок и это странное ощущение пустоты, которое появляется, когда заходишь в пространство и понимаешь — здесь давно не было жизни. Не вообще жизни. Её жизни.

Матильда бросила чемодан прямо в коридоре, включила свет и уверенно пошла на кухню. Открыла холодильник. Закрыла. Села за стол.

Надо было возвращаться в реальность.

Учёба, Проекты, Практика. Лето вообще не отменяет дедлайны.

Она открыла ноутбук.

Пятнадцать минут смотрела в экран.

Закрыла.

Открыла телефон.

Ничего. Прекрасно.

Опять эта жалкая пародия непонятно на что. Вечером написала подруга. Спросила, жива ли она вообще.

Матильда ответила коротко:

«Да».

Подруга написала:

«Очень развёрнуто».

Матильда ответила:

«Я развиваюсь. Я стараюсь».

В ответ прилетело голосовое. Что-то про встречу. Что-то про кофе. Что-то про какого-то парня. Что-то про то, что Матильда опять исчезла и вообще перестала нормально отвечать.

Она пообещала подумать.

Но потом неожиданно поняла, что ей просто лень разговаривать.

И вдруг поймала себя на неприятной мысли — последнее время ей стало комфортно молчать.

Телефон завибрировал.

Она даже не посмотрела сразу.

Потом всё-таки открыла.

Сообщение.

От него.

«Ты жива?»

Она улыбнулась и написала:

«Нет».

Ответ пришёл через минуту.

«Плохо».

Она:

«Согласна».

Он:

«Когда похороны?»

Она:

«Пока не решила».

Через некоторое время пришло ещё одно сообщение.

«Ты вернулась?»

Она ответила:

«Да».

Он прочитал почти сразу.

А потом:

«Ужин в силе».

Она перечитала.

Интересно.

Написала:

«Ты приглашаешь так всех девушек?»

Он ответил:

«Нет».

Она улыбнулась.

«А что так?»

Ответ появился почти сразу.

«Не все сбегают утром».

Она тихо усмехнулась.

Напечатала:

«Ты до сих пор об этом думаешь? У тебя, кажется, какой-то жёсткий комплекс».

Он ответил коротко:

«Нет».

Если мужчина отвечает «нет» через двадцать секунд после вопроса — чаще всего ответ как раз «да».

Она ничего не написала.

Через несколько минут пришло новое сообщение.

«Завтра».

Факт.

Она написала:

«Хорошо».

Ответ пришёл сразу.

«В семь вечера».

Она закатила глаза и ответила:

«Ты всегда такой командный? Я что тебе тут, игрушка? А может, я скажу в восемь?»

Он написал:

«Нет. Только когда боюсь отказа».

Она замерла.

И впервые за всё время не поняла.

Это была шутка? Или нет?

Она ничего не ответила.

Он тоже.

А на следующий день неожиданно потратила слишком много времени на сборы.

Что было смешно.

Потому что обычно она никогда так не делала.

Она переоделась три раза, потом разозлилась, села на кровать и посмотрела на себя в зеркало.

— Что ты делаешь?

Потом сама себе ответила:

— Это просто ужин, Матильда. Ты не идёшь замуж. Ты просто идёшь на ужин с каким-то типом, с которым один раз переспала.

Она выбрала самое обычное.

Но проблема была в том, что даже её обычное всё равно выглядело слишком красиво.

Перед выходом она ещё раз посмотрела на себя в зеркало и неожиданно поймала себя на мысли:

Почему мне вообще важно, что он подумает?

Ответ ей не понравился.

Поэтому она просто взяла сумку и вышла.

Матильда вообще всегда была очень пунктуальной. Поэтому она приехала раньше, что само по себе было достаточно смешно, потому что чаще всего, если у неё были какие-то свидания — или если это вообще можно было так назвать, — она специально опаздывала минут на двадцать.

Ей просто нравилось немного поднервировать человека, посмотреть, как он себя поведёт: начнёт писать каждые две минуты, будет делать вид, что не заметил, обидится или наоборот начнёт оправдываться. Это всегда было интереснее самого свидания.

А тут она приехала раньше.

И теперь должна ждать.

Она это ненавидела.

Матильда вышла из машины, закрыла дверь и остановилась перед входом. Несколько секунд просто стояла, глядя на вывеску, а потом мысленно сказала себе:

Так. Возьми себя в руки.

Это просто ужин.

Не экзамен.

Не собеседование.

Не момент, который изменит твою жизнь.

Это просто ужин с каким-то идиотом. Просто с каким-то извращенцем, который, скорее всего, хочет снова затащить тебя в кровать.

Но в этот раз ты на это не поведёшься.

Место оказалось неожиданно нормальным. Со вкусом. Это не был какой-то супермодный ресторан, где собирается вся элита Мюнхена и делает вид, что знает слово «баланс жизни».

Просто хорошее место.

Только потом увидела его.

Он уже сидел за столом.

Он поднял голову, увидел её и просто сказал:

— Привет.

Она подошла и села напротив.

— Привет.

Он посмотрел на неё несколько секунд и сказал:

— Ты пришла.

Она подняла бровь.

— А должна была нет?

Он слегка пожал плечами.

— Не знаю.

У неё уже родилась какая-то колкость, но именно в этот момент подошёл официант с водой, и момент ушёл.

Она открыла меню.

Посмотрела на него.

— Ты уже выбрал?

Он кивнул.

Она усмехнулась:

— Контролируешь даже еду?

Он спокойно ответил:

— Нет. Просто ненавижу выбирать.

Она посмотрела на него внимательнее.

Это вообще был не тот ответ, который она ожидала услышать.

Обычно люди вроде него любят принимать решения. Он выглядел человеком, который привык жить быстро, отвечать быстро, выбирать быстро.

Но ответ прозвучал удивительно обычно.

Разговор сначала шёл тяжело.

Совсем не так, как в переписке.

Там всё проще. Можно подумать. Можно исчезнуть. Можно перечитать сообщение три раза.

Здесь нельзя. Здесь пауза становится настоящей паузой.

Она рассказывала про поездку. Он неожиданно спросил про фотографию.

Она посмотрела на него.

— Ты видел?

Он спокойно ответил:

— Ты же её выложила.

Она усмехнулась.

— Не думала, что футболисты следят за такими нищенками, как я.

Он пожал плечами.

— Не думал, что дочери футболистов выкладывают море.

Она улыбнулась.

— Видишь. Разрушаю этот мир.

Он усмехнулся.

Потом они начали говорить про музыку, и оказалось, что у них вообще ничего не совпадает. Она сказала, что ненавидит его плейлист. Он сказал, что её вкус похож на вкус человека, который любит страдать.

Она ответила:

— Спасибо. Это комплимент.

Он посмотрел спокойно.

— Это диагноз.

И она вдруг засмеялась. И сразу поймала себя на мысли, что давно так не смеялась на свидании.

Она сделала глоток воды и посмотрела в окно. Он вообще ничего не делал. Не пытался впечатлить. Не пытался понравиться. Не пытался выглядеть лучше.

Просто сидел.

И почему-то именно это бесило. Она поставила стакан на стол и посмотрела на него.

— Ты ведёшь себя очень странно.

Он поднял взгляд.

— Почему?

Она пожала плечами.

— Не знаю. Ты как будто вообще не стараешься. Зачем ты вообще пригласил меня сюда, если ничего не делаешь?

Он несколько секунд смотрел на неё.

Потом спокойно сказал:

— А ты ведёшь себя так, будто тебе нельзя понравиться.

Она замерла.

Посмотрела на него.

И ответила:

— А ты ведёшь себя так, будто всегда нравишься.

Просто сказал:

— Возможно.

И это оказалось неожиданно неприятно.

Потому что она ждала защиты, самодовольства, шутки. Чего угодно, но не этого.

Она посмотрела на него и впервые за весь вечер не придумала, что ответить.

Потом они ещё немного посидели, вышли на улицу и пошли к машине. Был тёплый вечер. Они говорили уже ни о чём.

Он проводил её.

Она остановилась.

Он тоже.

И где-то в глубине головы возникла очень глупая мысль, что сейчас должен быть поцелуй. Просто так обычно бывает.

Он посмотрел на неё и сказал:

— Спасибо за вечер.

Она кивнула.

— И тебе.

Он сделал шаг назад.

Она открыла дверь машины, села, закрыла её и посмотрела вперёд.

Он развернулся и ушёл.

И всю дорогу домой её раздражала одна мысль.

Почему мне вообще хотелось, чтобы он это сделал? Чтобы сделал хоть что-нибудь.

Дома она долго ходила по комнате, потом села на кровать, открыла телефон, открыла чат и долго смотрела в экран.

А потом впервые написала первой.

Одно сообщение.

«Ты странный».

Ответ пришёл через минуту.

«Ты тоже».