Университет наших воспоминаний

Глава 37. То, что нельзя сказать словами

Ночь накрыла Вестбридж плотным покрывалом, и даже фонари теперь казались не яркими точками света, а робкими огоньками, которые боялись разогнать темноту. Джейн сидела на подоконнике, сжимая в пальцах тот самый камешек. Он уже не казался ей холодным - скорее, он хранил какое-то странное тепло, будто впитал в себя все те моменты, когда они с Крисом смеялись над своими «сокровищами».

Правда, которую рассказала Амелия, не стёрла боль, но изменила её. Теперь эта боль не была направлена на Криса. Она больше не жгла её изнутри ядом подозрений. Но от этого не становилось легче - просто тяжесть сменила форму. Теперь Джейн чувствовала не обиду, а тоску. Острую, почти физическую, как будто её лишили чего-то жизненно необходимого.

Она посмотрела на телефон, лежащий рядом, экран которого отражал тусклый свет лампы. Пальцы сами потянулись к нему, и она открыла чат с Крисом. Экран засветился, высветив их последнюю переписку - короткие, неловкие фразы, которые теперь казались ей такими беспомощными.

Джейн набрала сообщение, перечитывала его несколько раз, стирая и переписывая заново, пока не остановилась на самом простом:

«Приходи. Я знаю правду. Хочу услышать всё от тебя».

Она нажала «отправить» и тут же почувствовала, как сердце заколотилось где-то в горле. Секунды тянулись невыносимо долго, будто время решило издеваться над ней. Телефон тихо звякнул - и она чуть не выронила его от неожиданности. Но это было не от Криса, а от Лили: «Ты как? Если хочешь, могу прийти».

Джейн быстро напечатала: «Всё нормально. Правда. Сейчас мне нужно кое-что сделать. Спасибо, что ты есть».

Ответ пришёл почти сразу: «Окей. Но если что - я на расстоянии одного звонка».

Джейн улыбнулась, но улыбка получилась грустной. Она положила телефон на стол и встала, начав ходить по комнате. Ей хотелось чем-то занять руки, чем-то заглушить этот нарастающий внутри гул ожидания. Она поправила подушку, разгладила одеяло, собрала разбросанные листы конспектов - всё это было бессмысленно, но помогало не сойти с ума от этих минут, которые тянулись, как резина.

И наконец в коридоре послышались шаги. Не быстрые, не уверенные, а осторожные, будто человек боялся спугнуть тишину. Шаги замерли у её двери, и в ту же секунду раздался тихий стук - такой знакомый, такой родной, что у Джейн на секунду перехватило дыхание.

- Джейн? - тихо позвал Крис. Голос его звучал так, будто он боялся, что она не ответит, боялась, что он вообще не имеет права здесь стоять. - Ты писала… Я пришёл. Если ты… если ты не хочешь меня видеть, я уйду. Просто скажи.

Джейн замерла у двери, приложив ладонь к прохладному дереву. Она закрыла глаза, собираясь с силами, а потом тихо сказала:

- Заходи.

Дверь медленно приоткрылась, и Крис вошёл. Он остановился на пороге, будто боялся переступить невидимую черту. На нём был тот самый свитер, который Джейн когда-то подарила ему на день рождения - простой, тёмно‑синий, с чуть растянутым воротом. От одного этого вида у неё защипало в глазах.

Он смотрел на неё так, будто боялся, что, если моргнёт, она исчезнет.

- Ты написала, что знаешь правду, - тихо сказал он, голос его дрожал. - Что ты имеешь в виду?

Джейн глубоко вздохнула, чувствуя, как слова собираются где-то глубоко внутри, тяжёлые и нужные.

- Амелия пришла ко мне, - сказала она, стараясь говорить спокойно, чтобы голос не дрожал. - Она рассказала всё. Сказала, что спланировала это. Что хотела сделать мне больно. И что уезжает.

Крис побледнел. Он закрыл глаза, будто эти слова ударили его физически, и на секунду прислонился к дверному косяку, словно ноги его не держали.

- Я хотел рассказать, - прошептал он. - Каждый день хотел. Но не знал, как. Боялся, что ты подумаешь, что я оправдываюсь. Боялся, что любые мои слова будут звучать как попытка стереть то, что ты видела.

Джейн покачала головой, чувствуя, как слёзы подступают к глазам, но на этот раз она не пыталась их сдержать.

- Не надо, - тихо сказала она. - Не надо оправдываться. Теперь я знаю, что ты не хотел этого. И этого… этого достаточно.

Крис сделал шаг вперёд, но тут же остановился, будто боялся нарушить хрупкое равновесие, которое только-только начало устанавливаться между ними.

- Прости, - снова прошептал он, и в этом «прости» было столько боли, столько отчаяния, что Джейн почувствовала, как внутри что-то рвётся. - Прости, что тебе пришлось пройти через это. Прости, что я не смог защитить тебя от этого.

Джейн хотела сказать что-то, хотела успокоить его, сказать, что всё в порядке, но слова застряли в горле. Вместо этого она просто подошла к нему. Не спеша, шаг за шагом, пока между ними не осталось всего несколько сантиметров.

- Это не твоя вина, - прошептала она, глядя ему прямо в глаза. - Ты не мог знать, что она это сделает. Ты не мог этого предотвратить.

Крис смотрел на неё, и в его глазах было столько нежности, столько любви, столько тоски, что Джейн вдруг почувствовала, как вся эта тяжесть, которую она носила в себе столько дней, начинает рассыпаться.

- Я так скучал, - хрипло сказал он, и голос его дрогнул. - Каждый день без тебя был как… как будто я забыл, как дышать.

И в этот момент что-то внутри Джейн сломалось - не от боли, а от того, как сильно она тоже скучала. Она не думала, не взвешивала, не пыталась найти правильные слова. Она просто шагнула вперёд и прижалась к нему.

Крис замер на секунду, будто не верил, что это происходит, а потом обнял её так крепко, будто боялся, что она исчезнет, растворится в воздухе, если он хоть на мгновение ослабит хватку.

Они стояли так, прижавшись друг к другу, и Джейн чувствовала, как его сердце бьётся в унисон с её собственным. Это было то самое чувство, которого ей так не хватало, - чувство, что она дома.

А потом Крис чуть отстранился, чтобы посмотреть ей в глаза, и в этот момент между ними не было ни недосказанности, ни обид, ни страха. Только чистая, обнажённая правда.

Их губы встретились жадно, отчаянно, как у людей, которые слишком долго были лишены самого необходимого. Этот поцелуй был не просто признанием в любви - он был рассказом. О том, как они скучали. О том, как им было больно. О том, как они цеплялись за надежду, даже когда казалось, что всё потеряно.

В этом поцелуе не было ничего осторожного. Он был полон страсти, тоски и облегчения - как будто все слова, которые они не смогли сказать друг другу за эти дни, наконец-то нашли свой путь.

Когда они наконец отстранились, чтобы перевести дыхание, Крис прижал лоб к её лбу и прошептал:

- Больше никогда. Я больше никогда не позволю никому встать между нами.

Джейн улыбнулась сквозь слёзы и провела ладонью по его щеке.

- Нам не нужно обещать вечность, - тихо сказала она. - Просто будь здесь. Сейчас. Этого достаточно.

Крис кивнул, снова обнял её, и они стояли так, пока за окном медленно таяла ночь, уступая место рассвету, который обещал новый день - не безмятежный, не простой, но их собственный. День, в котором они снова были вместе.